Глава 27. Кот

— Камиль, — воет она, а я чуть нажимаю на бугорок и ускоряюсь, чувствую насколько скользкой она стала, насколько влажной и готовая для мня Лида. Сейчас она кончит, если я не уберу руку, сейчас она закричит и расслабится. Закроется в себе и вкусного мне не достанется. Поэтому придется ее немного помучить, хочется, чтобы, кончая она зажимала между бедрами мою голову.

Так что, довожу ее до самого края и отпускаю, смотря как ее потряхивает.

Она тут же выпрямляется, наверняка внутри материт меня, но молчит.

— Спасибо…

— Дурочка, — ловлю ее, когда она мимо пройти пытается. – Я подарю тебе самый шикарный оргазм в твоей жизни, вылежу так что визжать будешь. Хочешь ощутить мой язык между своих молочных ножек, мм?

— Но там же…

— Так сбрей там все нахуй и будь моей до конца, ничего не стесняясь. Потому что себя нельзя стесняться, со мной так точно, — беру ее волосы, задираю голову назад и размазываю влажные от соков пальцы по пересохшим губами. Тут же целую, жадно лаская. Сам пробую свою Мышку на вкус. Скольжу языком по губам. Вкусная. Чертовски сладкая девочка. Я уже знаю, как буду собирать эту самую влагу между ног, методично вылизывая самую сердцевину.

Вдруг чувствую вибрацию тела, отрываюсь и вижу, что Лида посмеивается.

— А ты всех своих женщин отправляешь на депиляцию?

— Я уже сказал, — раздраженно. – Мой мачете к твоим услугам. Прорвет любые заросли твоей мохнатки.

Она смеется и бьет меня кулаком в грудь.

— Ты всегда такой откровенный?

— Мы обменялись слюной, и мои пальцы побывали в тебе. Предлагаешь поговорить о погоде, прежде чем перейти к влажным темам? Сейчас я готов уже на все, — шепчу я и чуть покручиваю ее в импровизированном танце, легко напевая: Ты не слушай что дождь обо мне тебе шепчет обманчивый

И не верь будто гром знает что-то про нас неприличное

Она широко улыбается, подхватывая ритм и мелодично напевая текст старой песни "В Петербурге сегодня гроза"

— Он лишь отзвук грозы, уходящей лениво и вкрадчиво

А гроза за окном просто старая дева двуличная, — она снова хохочет, сама, быстро целуя меня в губы. Смелая. Шальная. Такая красивая, что дух захватывает. — Боюсь представить темы после первого секса…

Ее смех мне нравится. Искренний, чистый без визгливых ноток. Начинает напрягать вся эта романтика и я торможу.

— В общем, идешь в душ. Там бритва.

— Серьезно? – ахает она и пытается вырваться. — Я не буду пользоваться твоей бритвой.

— Там есть новая.

— Я не буду делать этого сейчас. Запишусь потом на депиляцию и тогда…

— Представляю себе, что это будет за «потом». Ты сделаешь это сейчас, а потом получишь свой оргазм. Ты же хочешь оргазм? – быстро лизнул ее сосок и вернулся к губам. — Ну же Лида. Не будь двуличной старой девой, не делай этот день хуже, просто расслабься.

— Это просто шантаж.

— Влажный шантаж, — играю я бровями и снова ее целую, прижимаясь уже звенящим от напряжения мачете. Тяну ее руку к себе, нагло засовывая в давно расстегнутые брюки. Очень надеюсь, что мягкая ладошка сделает состояние не таким острым, но все становится только хуже, потому что Лида хмурится и сжимает член пальцами.

— Камиль! Там так вены вздуты. Мне кажется у тебя варикоз. Может быть врача стоит вызвать?

Я смотрю на нее и пытаюсь понять, шутит ли она.

— Так может тебе самой взглянуть? Вдруг я действительно сейчас умру, а ты так и не познаешь счастья…

Лида прыскает со смеху, вытаскивает руку и отходит. Чертовка.

— Нет, нет. Я же не врач. Но мы сейчас же вызовем скорую, — хочет она убежать, но я ловлю ее. — Я найду свой телефон и позвоню.

Я щипаю ее за попку и хочу поцеловать. Даже не вспомнить, когда я столько обменивался слюной, но что удивительно с ней это приятно. Лида не пытается играть или сделать вид, что профи по поцелуям, она просто принимает то, что я ей даю. Наслаждается движением языка, касанием губ.

Чертовски приятно.

Но на губах я чувствую слезы и ошалело смотрю в глаза, откуда скатилось пара слезинок.

— Сильно ущипнул? — напрягаюсь я, но она качает головой. Пытается сдержать слезы, но не выходит.

Да, блядь.

— Мы не сможем тебя спасти и вены лопнут, а все потому что я потеряла свой телефон и плейстейшен.

Она реально ревет, а я даже отхожу. Не очень понимаю, когда кончилась шутка и начались проблемы. А главное, в чем они заключаются.

— Так Лид. Влажный шантаж должен быть несколько ниже. Где ты телефон потеряла? И какой плейстейшн? У меня же есть. Хочешь сыграть?

— Да причем тут ты?! Не весь же мир вокруг твоего мачете крутится. Мне надо идти. Где мой лифчик? — действительно ищет глазами свою одежду, собирает, а я уже совсем ни хера не понимаю. Все же нормально было! Отбираю одежду, не даю скрыть свой новый фетиш и уже серьезно спрашиваю.

— Где ты все это потеряла? Спокойно скажи, без истерики.

— В кафе оставила.

— То есть оставила?

— Просто оставила! Забыла! Ворона я! – раздражается она. — А оттуда стащили, наверное, уже. И замок сломался.

— Какой замок? — да, блядь, что за день то такой. Не потрахаться, не подрочить.

— На двери! Я его сломала, а тут ты такой красивый. Отдай мои вещи.

— Ты красивее. Не отдам, — бросаю все на диван. — Так. Кафе помнишь? Название?

Она кусает пухлую губу, вообще не облегчая ситуацию, потом шмыгает носом и кивает.

— Волконский.

Название я знаю. Быстро бросаю взгляд на дверь, реально выломанный замок рядом валяется. И даже не знаю, радоваться всему этому или наоборот волноваться, что она сейчас примет меня за рыцаря, а не за приятный антистресс.

Иду в гардеробную, переодеваюсь, ничего не сказав. А когда возвращаюсь, она ожидаемо в коридоре, почти не успевшая одеться. Стоит прижав вещи к себе и думает, что делать с дверью.

Сменить, что еще.

Снова беру ее на руки и несу в квартиру. Она больше не сопротивляется, но стоит ее занести в ванную и включить в душ, как она вскрикивает и обнимает себя руками. Потом в шоке смотрит на бритвенный станок.

— Я сейчас сгоняю в это кафе. Скорее всего все там и лежит. А ты пока делом займись.

— Ты… Я… — она бросает вещи тряпкой у ног, оголяя грудь. — Может, я лучше, что–нибудь приготовлю.

— Что?

— Не знаю, сэндвичи, мясо, я все умею готовить.

— Куплю по дороге шашлык с овощным салатом. Все, займись делом, я скоро вернусь. Не побреешь себя, буду вылизывать влажные тропики. И плевать мне на твое стеснение.

— А я убегу! – кричит она, когда я уже у двери, на что я демонстративно хлопаю ею и еще громче закрываю дверь на три замка.

Не сбежишь.

Теперь точно никуда не денешься.

Но стоит закрыть дверь, как на глаза попадается сестра Лиды и я даже застываю, как пойманный на месте вор. Она смотрит в щель от замка, меня не замечая.

Так что я аккуратно иду по лестнице, стараясь не шуметь. Но все равно слышу вслед.

— О, Камиль! — вот зараза. Поднимаю голову, вижу ее намалеванное лицо над собой. — Вы не видели Лиду? Не могу до нее дозвониться.

— А я какое имею к ней отношение?

— И то правда, — улыбается она так широко, и я боюсь, как бы губы не треснули. — Была рада вас увидеть. Вы, когда еще в клубе будете?

— Сегодня. Приходите, — вру без зазрения совести перед тем как ломануться вниз. А на лице расползается улыбка Чеширского кота. Теперь я уверен точно, что нам с Мышкой никто не помешает.