Глава 27

— Таня, что случилось? Рома, блд, какого черта? — над головой прозвучал грозный голос Руслана, и я словно очнулась от страшного сна.

— О Боже мой! — медленно перевела взгляд с его брата на него. Опять на брата. И опять на него. На брата…

Да они как две капли воды похожи! С первого раза и не узнаешь, кто где стоит. Только по одежде. И настроению. Но Роман ведь должен быть на службе. Анастасия Ивановна что-то такое говорила. Или я перепутала?

— Все вы … ик… — Рома обвел меня пальцем в воздухе и качнулся назад, — все вы шлюхи конченые… никому нельзя доверять… я ведь все делал для нее… а она…тварь…

— Таня, иди сюда, — позвал меня сосед. — Не слушай его, он пьяный.

Я выдохнула и обернулась к Руслану, который стоял в дверном проеме и пристально смотрел за братом, будто боялся, что он может учудить нечто страшное. Похоже, у Романа что-то произошло. То ли жена изменила, то ли девушка ушла. Явно, проблема была связана с любимой женщиной.

— Тань, иди ко мне, чего застыла? — сосед поторопил меня, и я быстро зашагала в его объятия. — Он тебя обидел? — взволновано спросил, но я лишь молча помотала головой для пущей убедительности. Даже голоса у них были одинаковые. Ну почти. Голос Руслана бархатно гладил по коже, успокаивал. Дарил уверенность, что все будет хорошо, а его брата, наоборот, пугал до чертиков.

Рома, глядя на нас, небрежно махнул рукой и под тихие ругательства подошел к окну. Спустя короткое мгновенье он взял из подоконника открытую бутылку водки и, не морщась, сделал несколько больших глотков.

— Мы в этом саду женились, кхм… — закашлялся от крепкого алкоголя, — клялись в любви, и в горе и радости… — пробормотал Роман неразборчиво, с философским видом осматривая пейзаж за окном. — Тварь…

— Стой здесь, — Руслан быстрым шагом пересек комнату и оказался рядом с братом. Резким движением отобрал бутылку с водкой, поставил ее обратно на широкий подоконник. — Хватит!

Теперь, когда братья стояли рядом, мелких несхожестей я заметила больше. Словно клоны, но с небольшими отличительными знаками. Правую бровь Романа рассекал тонкий шрам, в Руслана возле виска заметила две родинки… А еще их взгляды… Они были совершенно разными. Спокойный, уверенный взгляд соседа и мрачный, пугающий брата…

— Ты ничего не понимаешь… — едва слышно прошептал Роман, устало потирая пальцами виски. — Я ведь все для нее… Работал сутками… Задаривал подарками. А она…

— Рома, что ты здесь устроил за цирк? Какого черта нажрался как свинья? — не выдержал сосед. Он явно был недоволен и очень зол. — Тебя Соня бросила что-ли? Что ты учудил на этот раз?

Я встревожено осмотрелась. Где их отец? Очень опасная тема для разговора. Надеюсь, братья сейчас не начнут драться. Двух таких накаченных громил мне не разнять.

— Не просто ушла, — Рома презрительно хмыкнул и как побитая собака посмотрел на брата, — укатила с любовником в Париж.

— И правильно сделала, — неожиданно парировал Руслан. — Я бы тоже не смог жить с мужиком, который боится своего папочку и делает все, что он хочет. Какая нормальная жена будет это терпеть? — сосед поднял на меня глаза и холодно спросил:

— Никого не напоминает, Танюш?

Я внутренне поежилась. Сглотнула. И отвела взгляд на виниловые обои с золотым тиснением.

Конечно, же напоминает. Я ведь тоже до сих пор боюсь отца.

Двадцать семь лет, а моя жизнь полностью под его жестким контролем. Лишнего шага не сделаю, чтобы не нарваться на его гнев.

— Ты, как всегда, — Рома усмехнулся и похлопал брата по плечу, — мистер Поддержка.

— Я привык говорить правду, — с совершенным спокойствием проговорил Руслан и повел плечами. — Даже если она не нравится людям.

— Конечно, как я мог забыть, — фыркнул его брат, примирительно приподнимая руки. — Ты же наш бунтарь и борец за справедливость. А я… я предатель в твоих глазах, потому что не захотел идти против отца.

— Да, именно так, — гневно осадил его Руслан.

— Ну так чего ты сегодня приперся сюда? Чего не послал папу куда подальше, раз ты такой смелый?

— А тебе какое дело? — Руслан схватил пьяного брата за грудки. — Я сам решаю, что мне делать. Тем более, мачеха попросила. Я не мог ей отказать.

— А давайте спустимся к столу? — я молниеносно выпалила, понимая, что атмосфера вокруг начала опасно накалятся. Еще немного и от братьев начали лететь искры во все стороны. — Там Анастасия Ивановна индейку запекла, картофель… — осеклась на полуфразе, когда на меня со злостью уставились две пары глаз. Руслан и Роман с таким осуждением смотрели на меня, словно я своим вопросом помешала оппозиционерам совершить государственный переворот. — Салат с черри тоже очень вкусный… — я нелепо пробормотала, пытаясь слиться от неловкости со стеной.

— Таня, выйди, — строго приказал Руслан, все так же держа своего близнеца за ворот рубашки. — Мне нужно поговорить с братом наедине.

— Да, Таня, выйди, — тут же передразнил его Рома. — Не нужно тебе смотреть, как я надеру задницу этому мудаку.

— Господи, да что вы завелись! — воскликнула, понимая, что здесь сейчас будет мордобой. Поддалась вперед, нервно сжала руки. — Вам нечем заняться что ли? — с осуждением кинула. — В родительском доме устроить разборки.

— Таня, ты меня не слышала, что ли? — Руслан казалось, даже не понял, что я ему сказала. В янтарных глазах плясало настоящее пламя, черты лица ожесточились. — Выйди.

— Я отсюда никуда не уйду…

— Что за шум, а драки нет… — голос с заметной хрипотцой заставил меня обернуться, — а нет, драка уже началась, простите.

В дверном проеме на инвалидной коляске сидел пожилой мужчина. Редкие седые волосы, борода. И золотисто-карие глаза, точно такие же как у братьев. Только какие-то усталые, безжизненные, в обрамлении множеством мелких морщин. Казалось, человек давно умер, но тело продолжало функционировать отдельно от души.

— Что вы устроили при даме? Да еще такой очаровательной. Разве так я вас воспитывал?

Это их отец.

— Я лучше промолчу, как ты нас воспитывал, — язвительно ответил Руслан и отпустил брата. Тот медленно встряхнул руками, провел по рубашке и с немым упреком посмотрел на старика.

— Я воспитывал вас, как нужно воспитывать настоящих мужчин!

Это точно их отец.

— Ну да, ну да, — со злостью процедил Руслан и отвернулся к окну, словно пытался избавиться от ужасных воспоминаний из детства. Рома грустно хмыкнул и протянул руку к злосчастной бутылке с водкой, но пить не стал. Только посмотрел на нее, несильно встряхнул и выдохнул.

— Не так все плохо и было, — пробормотал, словно убеждал сам себя в сказанном.

— Рома, лучше молчи! — раздраженно кинул через плечо мой сосед.

— Кстати, а что это за прелестная девушка? — старик резко перевел тему на меня.

— Я Таня, соседка Руслана, — по привычке представилась.

— Я Владислав Николаевич, но лучше без отчества, не люблю такие официальности дома.

— Очень приятно, — машинально ответила.

— Извините, моих сыновей, — грустная усмешка на морщинистом лице, — они часто забывают о правилах этикета.

— Все хорошо.

И опять неловкое безмолвие. Все словно ушли в свои мысли.

Я нервно обхватила себя за плечи.

Почему-то стало холодно, страшно, неуютно. После всего, что рассказал о своем папе Руслан, я совсем не таким его представляла.

И это домашний тиран и строгий воспитатель? Полковник в отставке?

Это его нужно бояться? Беспомощного старика в инвалидной коляске, который едва может сам перемещаться?

Да у него в руке торчит катетер от недавней капельницы, ноги полноценно не двигаются, заметная дрожь в пальцах…

Чем он может так пугать?

Даже не могу представить, что этот мужчина и правда творил страшное со своими детьми в прошлом. Единственное чувство, что он сейчас вызывает — это жалость. Жалость и ничего больше.

— А давайте спустимся в гостиную, — я опять несмело предложила, чтобы хоть немного разбавить тяжелую паузу. — Там индейка, стол такой шикарный, Анастасия Ивановна ведь старалась…

— И правда, — отец Руслана оживился, нажал кнопку на коляске, и та со слышной вибрацией развернулась, — нам всем не помешает выпить бокал выдержанного вина, кроме, Ромы, конечно. Ему сегодня точно хватит.

— Но, папа, — как маленький ребенок возмутился пьяный брат. — Я не пьян!

— Никаких “но”, — осек его старик и поехал дальше по коридору.

— Пойдем, — неожиданно Руслан оказался совсем близко, обнял меня за талию и подтолкнул к выходу. — Нам действительно стоит выпить.

— Мгу, — кивнула.

— Не ведись на его манеры, Тань, — горячий шепот коснулся моего уха. — Первое впечатление очень обманчиво.

Ну вот совсем не успокоил.

Я и так разрывалась от диссонанса чувств. От жалости к старику к необъяснимой злобы и обиды. Руслан бы не стал врать. И все то, что рассказал он в такси, до глубины души потрясло меня. Но злиться на беспомощного старика… Как-то не получалось в полной мере.

— Руслан, помоги мне, — строго попросил его отец. Его коляска застыла перед лестницей, и он кивком показал вниз, без слов подсказывая, что именно нужно сделать.

— Я могу, пап… ик… — нетрезвой походкой Роман перегнал нас.

— Упаси Боже, — наигранно испугался старик и поднял руки. — После твоей помощи у меня не только ноги перестанут двигаться, но и голова, — он нервно рассмеялся.

Руслан не оценил его шутку. Он молча подошел к отцу и с особой осторожностью начал опускать коляску вниз по ступенькам. Мы с его братом последовали за ними.

— Владик, наконец-то, — Анастасия Ивановна радостно сложила ладони. — А мы уже заждались вас.

— Насть, принеси нам вина из подвала, — вкрадчивым тоном сказал отец Руслана. — Красное, сухое, которое мы привезли из Грузии.

— Но Владик… тебе ведь нельзя, — осторожно возразила Анастасия Ивановна. — Ты же только из больницы, после повторного инсульта …

— Настасья! — рявкнул старик и тут же умолк. Его губы коснулась злая, недобрая усмешка от которой даже у меня выступили мурашки по телу. Словно он предупреждал, что будет в случае ее непослушания.

— Я поняла, Владик, — робко протянула Анастасия Ивановна, — сейчас принесу. А вы пока присаживайтесь.

Мда, внешность, все таки, бывает обманчивой. В дряхлом, беспомощном теле может скрываться настоящий тиран.

Пока мы занимали места за столом, женщина успела вернуться из подвала с двумя темными бутылками вина и разлить по бокалам темно-красный напиток.

— Ты как? — шепотом спросила у Руслана. Было видно, что его что-то гложет и волнует сильно.

— Все нормально, Танюш, — коротко улыбнулся в ответ. — Не бери в голову.

— Прошу немного внимания, — отец Руслана постучал вилкой по высокому бокалу. — На правах хозяина этого дома хочу сказать первый тост.

— Начинается… — услышала рядом тихое недовольство Романа.

Ух ты, оказывается послушный близнец не очень и боготворит своего отца.

— … хочу выпить за своего… — старик запнулся, подбирая слова, — так сказать блудного сына Руслана, который, после стольких лет скитаний, все таки вернулся домой. Вернулся, после долгого времени публичного позора…

— Владик, что ты такое… — Анастасия Ивановна перебила его тост, но старик осадил ее гневным взглядом.

Я посмотрела на Руслана. Он выглядел мрачнее тучи. Перехватив мой взгляд, он поднял уголки губ и холодно прошептал:

— Не обращай внимания, он того не стоит…

Странное чувство охватило меня. Чувство обиды, несправедливости. Я должна ему помочь. Должна. Нельзя просто промолчать.

— … сын, который решил, что умнее меня… который променял нормальную профессию полицейского на позорную работу стриптизером…

— Хватит! — посуда на столе со звоном задребезжала. Через шум в ушах я даже сразу и не поняла, что это я так громко крикнула и ударила по столу ладонью.

Анастасия Ивановна растеряно переглянулась с Костей.

— Тань, ты чего? — с тревогой в глазах спросил Руслан и взял меня за руку. Видимо, даже его напугала моя реакция.

— Что вы себе позволяете?! — завопила я, как сумасшедшая, пока за столом возникла страшная тишина. Подорвалась на ноги, вскинула гордо подбородок. — Руслан, — рукой показала на сидящего рядом соседа, — это самый лучший мужчина, которого я только знаю. Он умный, добрый, заботливый, отзывчивый, всегда поддержит, поможет, — я начала старательно загибать пальцы. — Да о таком сыне можно только мечтать! Что вы несете?

— О Господи, Танечка, — противно вкрадчивым тоном прервал меня старик. Сделал глоток вина и поставил бокал на стол. — Очень мило, что такая красивая девушка, как вы, защищает моего непутевого сына…

— Тань, все нормально, — Руслан потянул меня за руку, чтобы я села. Но я уже закусила удила и сдавать попятную не собиралась. Нужно было поставить на место этого противного старика. Пускай за все ответит.

— … но такой сын — позорище, он танцует голым перед стадом пьяных девиц. Он вспомнил об отце, только после моего повторного инсульта, — продолжал отец Руслана. — Так что, Танечка, — дрожащими руками он закинул в рот несколько долек черри, мерзко чавкая, — вы не знаете, о чем говорите.

— Как раз я знаю, что говорю! — гневно осекла его. — Руслан — единственный, кто помог мне, когда я осталась одна. Единственный, кто поддержал меня и заверил, что все будет хорошо. В отличие от вас, — я запнулась, подбирая слова. И с выдохом проговорила, — он прекрасный человек. А не такой конченный и неблагодарный мудак, как вы! И я люблю его! Люблю! Понятно? — резко остановилась, поняв, что на эмоциях я ляпнула лишнего.

Робко обвела всех сидящих за столом взглядом, сглотнула. От стыда захотелось провалиться сквозь землю.

Что я натворила?

— Извините, мне пора, — быстро пробормотала и заторопилась на выход. Не разбирая дороги, я бежала по садовой дорожке и старалась ни о чем не думать.

Люблю? Я и правда такое сказала?

Все. Это конец. После такого Руслан меня точно не захочет видеть.

Идиотка! Какая же я идиотка!

Почти у самых ворот меня остановили… Крепкие мужские руки легли мне на талию, прижали к стальному телу, и я обмерла. Стала походить на натянутую струну, готовую вот-вот порваться.

— И куда ты собралась? — бархатный голос Руслана над головой расслабил меня. — Моя супер-женщина решила оставить меня одного на поталу злобному отцу? — невинный поцелуй в шею, от которого мурашки пощекотали кожу. — Я так не умею защищаться, — он по-доброму рассмеялся.

— Я… я хочу домой, — только и сумела ответить. Мысли сумасбродно носились по голове, здраво думать совсем не получалось.

— Я тоже, — еще один поцелуй в шею, горячее дыхание. — Поехали домой.