Глава 31

Наспех прощаюсь с мамой и вырываюсь на свежий воздух. Солнце уже припекает, хотя ещё только начало одиннадцатого.

Всё моё естество жаждет поскорее увидеть любимого человека. Когда его нет рядом, я чувствую тоску. Скучаю даже просто по его запаху. Не могу дождаться, когда же снова его услышу.

Хочу делиться с ним всем, даже грустным и печальным. Любым колебанием настроения и красотой всего того, что мне кажется прекрасным. И любовью, конечно. Такой сильной и горячей, что её бы вполне хватило на двоих, если бы он сам не научился. Но он научился. И сделал меня самой счастливой на свете!

Я витаю в своих мечтах, и поездка на метро кажется не такой скучной, как обычно.

Подъезжая к дому Кости я чувствую странное волнение.

Что мне ему сказать? Стоит ли заявить с порога о том, что я говорила с мамой? Или он на это и рассчитывал, заехав к ней вчера?

Поступки говорят больше слов, ведь так?

Подхожу к подъезду, и дверь открывается. Выходит мама с двумя детьми. Придерживаю для них дверь и захожу внутрь.

Пока еду в лифте сердце чуть ли из груди не выпрыгивает от предвкушения. Я так долго избегала возвращаться к нему в квартиру, и вот сейчас внезапно все разногласия последней недели показались мне глупыми и мелкими.

Костя не хочет рассказывать об наших отношениях своим коллегам? Ну и ладно!

Почему я так злилась из-за этого? На самом деле не всё ли равно, что думают о нас другие? Какое мне дело до мнения Кати, которая явно просто завидует моему счастью!

Мне хочется поделиться своими открытиями с Костей как можно быстрее и сказать ему, что я больше не злюсь! Что я готова ждать!

С энтузиазмом стучусь в дверь.

Сперва никто не открывает, но потом замок поворачивается, и дверь открывается.

Передо мной стоит не Костя. Передо мной стоит девушка.

Я моргаю от неожиданности. К Косте родственница приехала? Или это пациентка?

Я быстро оглядываю её. Ухоженные тёмные волосы кольцами спадают на плечи. Лицо интересное, необычное.

Глаза с поволокой создают ощущение, будто она задумалась о чём-то.

Девушка кажется мне странно красивой.

Я опускаю взгляд вниз и замечаю простыню, накинутую на её обнажённое тело.

Внезапно перед глазами у меня всё плывёт. Я хватаюсь за дверной косяк, потому что меня будто в сторону ведёт.

Губы девушки раскрываются, она что-то говорит мне, но я не разбираю её слов, потому что в ушах шумит.

- Вы к Косте? - спрашивает она, видимо уже не в первый раз. - Вы с работы? Что-то случилось?

- Что? - глупо переспрашиваю я.

- Вы к кому? - снова интересуется девушка.

- К Косте, - тихо отвечаю я.

- Вас как зовут? - спрашивает она.

- Ксения.

- А меня Лена, приятно познакомиться. Извините меня за внешний вид, - пожимает плечами она, хотя по её виду понятно, что она ничуть не стесняется. - Я только сегодня вернулась. Только с самолёта. У вас что-то срочное?

Я киваю.

- Ну проходите тогда. Костя в душе.

Костя... в душе.

Не разуваясь я прохожу в гостиную вслед за Леной. На кофейном столике стоит открытая бутылка вина. Рядом лежит полотенце, пропитанное чем-то красным. На диване валяются Костины джинсы и тёмная футболка. Всё в беспорядке.

Рядом стоят чемоданы, а по полу раскиданы женские вещи. Платье. Нижнее бельё.

У меня к горлу покатывает тошнота.

Становится тяжело дышать.

- Извините за беспорядок, - снова говорит она и перешагивает через платье. - Сюрприз для мужа готовила, сами понимаете.

Для кого?

Помещение начинает вращаться перед глазами всё сильнее. Я падаю на диван, потому что ноги внезапно подкашиваются.

- А кто ваш муж? - во рту пересыхает, и я с трудом ворочаю языком.

Девушка вдруг заливисто смеётся.

- А Костя коллегам про меня не рассказывал?

Она не дожидается моего ответа и продолжает:

- Вечно он такой таинственный! - происходящее, кажется, весьма забавляет её. - Мы с Костей женаты.

Когда она произносит это, сперва мне кажется, что я ослышалась.

Когда в детстве мама сообщила мне, что папа умер, мне тоже сперва показалось, что я ослышалась. Когда наступает шок, мозг будто отключается и перестаёт воспринимать информацию.

Девушка продолжает что-то щебетать, иногда посмеиваясь, но я никак не могу понять смысл её слов. Будто на меня натянулись непроницаемую плёнку, которая отделяет весь прочий мир от моих органов чувств.

В ушах шумит. Сердце громко бьётся, заглушая все прочие звуки.

А девушка всё говорит и говорит. Ей будто мои ответы и не нужны вовсе. Будто она не нуждается в собеседнике.

- Я люблю его, - мои губы движутся, но я не уверена, что говорю достаточно громко.

Поэтому повторяю уже разборчивее:

- Я люблю его.

Девушка осекается на полуслове и с интересом смотрит на меня.

- Конечно, - внезапно соглашается она. - Как можно в него не влюбиться? Я тоже его люблю.

Даже несмотря на подступающую дурноту и помутнение в глазах, весь наш разговор кажется мне ужасно странным...

Не к месту вспоминается Алиса в стране чудес, которая пыталась вести беседу с сумасшедшим шляпником.

Лена смотрит на меня как-то по-новому. Её глаза сужаются, она напоминает кошку, готовящуюся к прыжку.

- Дело в том, что Косте хочется, чтобы его любили, - говорит она. - Он сам не умеет, поэтому довольствуется чувствами других. Вы на приём к нему случайно не ходили?

Она достаёт из сумочки пачку сигарет и зажигалку, поджигает и затягивается.

- Костя хороший психолог, - бесстрастно говорит она. - Он любитель разных приёмчиков. Знаете, что такое раппот?

Я тупо мотаю головой. В уши будто ваты набили, голова кажется очень тяжёлой.

- Ну, такое состояние, которым пользуются психологи и прочие манипуляторы, когда человек испытывает к собеседнику бессознательное доверие и симпатию, - со знанием дела поясняет она. - Этот фокус всегда срабатывает, поэтому пациенты Костю просто обожают. Ну некоторые сильнее других, - она внезапно подмигивает мне. - Он может подстроиться практически под любого человека. Дать ему, или ей то, что ей больше всего хочется. Кому-то нужно дружеское плечо, кому-то отцовская забота, а кому-то, по его мнению, надо влюбиться, - она делает многозначительную паузу. - Конечно, всё во имя высшей цели. Чтобы проблемы пациентов решить. У него дар такой. Почти сверхъестественный: помещать в голову людям те мысли, которым, по его мнению, там самое место. Вы вот разве не почувствовали странную близость с Костей? Будто вы его тысячу лет знаете? Что он твоя родственная душа?

Да... То есть нет... нет... Это не может быть правдой!

Несмотря на слабость я вскакиваю на ноги.

Мне надо уйти... надо... на свежий воздух! Нужно вырваться из этого безумия!

Я быстро иду к двери. Жена Кости вскакивает и идёт следом.

- Да вы не расстраивайтесь так! Он постоянно так делает! Думаете вы первая?

Около двери я резко оборачиваюсь. Как сделать, чтобы она замолчала!?

- Прекратите! - кричу я каким-то странным надтреснутым голосом. - Я не хочу это слушать!

- Почему же? - Лена как-то странно, слегка зловеще улыбается. - Разве честность не лучшее лекарство?

Боже... я вспоминаю эту фразу, сказанную мне как-то раз Костей. Тогда, когда я поругалась с мамой, и он забрал меня из того бара. "Честность - лучшее лекарство. Скоро тебе станет лучше."

В груди всё до боли скручивается. Я задыхаюсь и беспомощно хватаю ртом воздух.

Внезапно слышу, как вода в ванной перестаёт литься. Тишина. Потом ручка двери поворачивается, и выходит он.

Полотенце обёрнуто вокруг бёдер. Капли воды стекают по рельефным мышцам.

На секунду лицо Кости кажется растерянным.

Он смотрит сперва на меня, потом на Лену. Потом снова на меня. Наши взгляды встречаются.

- Ксения...

Боль. Такая сильная, что в глазах снова темнеет, пронзает меня. Мне нечем дышать...

Дёргаю за ручку входной двери, но она не поддаётся.

- Ксения, подожди! - его голос как тысячи ножей врезается в моё сердце.

Он идёт к нам слишком быстро. Я даже понять не успеваю, как вдруг Костя оказывается возле меня.

- Ксения, я могу объяснить... - начинает он, но я перебиваю

- Ты разведёшься с ней? - сходу задаю нужный вопрос.

Челюсти на его лице сжимаются. Взгляд становится каким-то болезненно отчаянным.

- Нет.

Его ответ оглушает. Бьёт по голове тяжёлой невыносимой правдой.

"Нет. нет. нет..." - раздаётся в ушах эхом.

Я резко дёргаю ручку двери, и в этот раз она поддаётся. Не говоря больше ни слова, я вылетаю в коридор.

- Ксения, стой! - Костя спешит за мной.

Выбегает следом босиком, в одном полотенце.

Но я больше не слушаю его.

Быстро бегу к лестнице, не обращая внимания на его окрики.

Глаза застилает непонятная пелена. С трудом различаю, куда иду. Перепрыгиваю через несколько ступеней, лечу вперёд, не разбирая дороги.

Оказываюсь внизу и распахиваю дверь. Ветер холодит мокрые от слёз щёки.

Делаю отчаянный шаг вперёд, но внезапно сильная мужская рука хватает меня за плечо.

- Ксения!

Я разворачиваюсь и смотрю. В эти яркие синие глаза, что будто в душу заглядывают.

На секунду мне кажется, что я не узнаю его.

Пытаюсь разглядеть в этом лице любимые черты. Но мой мозг подводит меня. За слепой пеленой слёз, боли и горечи я уже ничего не вижу.

- Я никогда не знала тебя настоящего, - слова срываются с губ. - Кто ты?

Синие глаза смотрят на меня с безнадёжной грустью. Он даже не отрицает... Ничего не отрицает!

Внезапно события последних пары месяцев встают на свои места. Его странное поведение... показное равнодушие... нежелание рассказывать о нас друзьям и коллегам по работе... Костя отталкивал меня не потому, что я ему не нравилась, не потому что он меня не хотел! Всё оказалось гораздо проще! Он женат! Всё дело было в этом!

- Я хотел рассказать тебе, - начинает он, сильнее сжимая меня за руку. - Но... я знал, что тогда ты уйдёшь. Я не хотел терять тебя.

- Боже, Костя! - я дёргаю руку - не хочу его прикосновений! Но он держит намертво, не отпускает. - Ты понимаешь, что я тебя полюбила?! Я полюбила тебя! - кричу я почти в истерике. - Да я же на всё ради тебя готова была! Маму бросила! Парня, с которым дружила! Я всю свою жизнь ради тебя перевернула! А ты... ты...

Всё тело трясёт, и я с трудом понимаю, что со мной происходит.

- Я тоже люблю тебя, - внезапно говорит он. Но слова, которых я так сильно ждала ещё час назад теперь не вызывают во мне ничего, кроме гнева.

- Прошу... - этот его тон.. он умоляет меня? - Поверь мне!

- Нет. Ты никого не любишь! Только себя!

Я дёргаюсь изо всех сил, чтобы вырваться! Чтобы уйти! Быть рядом с ним просто невыносимо!

- Я тебя ненавижу!!! - кричу я ему в лицо, а потом, не раздумывая плюю в него.

Пальцы, до синяков, сжимающие мою руку, вдруг отпускают. Тогда я гляжу на него в последний раз, разворачиваюсь и бегу. Бегу что есть сил.

****************************

«Omnia fert aetas»

Время уносит все

Вергилий

Правда ли, что время лечит?

Яд постепенно отступает и даёт место росткам надежды?

Сложно в это поверить, когда тебе так больно, что сложно дышать.

Мир обрушивается, разбиваясь на тысячи осколков. Но ты идёшь, бредёшь по ним - пятками напарываешься на острые как стекло воспоминания.

По ночам бывает так, что призрак прошлого будто сквозь меня проходит. Ознобом пробирает. Хотя тут, в стране вечного лета, прохлада - это роскошь.

По ночам хуже, конечно. Мне хочется выть и сделать кому-нибудь больно. Человеку случайному или себе - неважно. Просто нужно выплеснуть эту боль, что скопилась внутри.

И я выплёскиваю.

Делаю больно персонажам своей истории. А особенно ему. Главному герою. Тому, чьё имя тоже с буквы "К" начинается. Теперь я уже не понимаю, где грань, что делит наши личности? Пытаясь понять его, я мыслями как корнями проросла в образ. Люблю и ненавижу. И обязательно убью его в конце. Просто потому что могу. Жестокость жизни делает и моё сердце чёрствым и жадным до мести. А прощение? Нет, не в этом мире.

Мне кажется, что судьба приготовила мне чашу горя. Нет, ведро наверное. И вот я пью. Каждый вечер пью обжигающее горе в одиночестве до состояния, когда память начинает отказывать. С трудом добираюсь до кровати и тогда засыпаю.

Сама удивляюсь, как меня до сих пор не выгнали с новой работы. Я же типа горничная теперь. Убираю комнаты тех, кто приехал сюда веселиться.

Шикарное место. Оля мне помогла устроиться. Сама она уже давно в Москву вернулась. А я... я академ взяла в универе. Сейчас сентябрь. Два месяца уже прошло. Но я не вернусь. Этот город для меня всегда будет ассоциироваться с ним.

Казалось бы, забудь и живи дальше?

А я и забываю. Каждый вечер забываю, а на утро всё по новой. Нежелание дышать, тоска, которая кости скручивает. Еле дожидаюсь конца дня, чтобы вернуться к своему минибару.

Похудела. Смотрю на себя в зеркало. Когда-то я стеснялась своей пятой точки? Ну вот теперь стесняться нечего.

Сентябрь проходит. И октябрь тоже.

Постояльцев меньше, значит больше свободного времени.

Когда на утро перечитываю то, что написала, самой аж тошно. Нет, это точно никто читать не будет. Зачем людям такое? Ну правда? Тут история не для того, чтобы отдохнуть мозгам. Да и эротика какая-то больная выходит... Удаляю главы. И начинаю заново.

Писатель Кирилл - это я, как и говорил мне когда-то Костя. Главный герой - моя попытка понять свою тьму. Интересно, она всегда была там? Или появилась только с приходом Кости в мою жизнь?

Забудь и живи дальше.

Да я, вроде бы, пытаюсь. Вот и ноябрь заканчивается. Пью меньше, но вот с аппетитом проблемы. На еду не могу смотреть. Иногда меня пугает то, насколько рёбра выступать начали. По утрам голова кружится, встаю с трудом. Конечно, медицинская страховка в мою рабочую визу входит, но там ограниченный перечень услуг. Походы к психиатру мне оплачивать точно не будут. Да и не люблю я их. Психиатров. Личная неприязнь.

Каждый день даю себе обещание, что позавтракаю. Однако, глядя на роскошный шведский стол по программе олинклюзив, меня подташнивает, и я переношу своё обещание на завтра.

- Новенькая, - внезапно слышу за спиной русскую речь, и у меня чуть поднос со свежеиспечёнными булочками из рук не выпадает.

Оборачиваюсь.

Передо мной стоит Сергей

- Вот это встреча! Не ожидал! Ты какая-то другая стала, - он оглядывает мою форму размера xs, которая свободно на мне болтается. - Тебя не узнать.

- Да, - я тоже улыбаюсь вполне искренне. Мне до странного приятно его видеть. Будто ожившее воспоминание из прошлого. -

- Слушай, а садись со мной, позавтракай?

- Я не могу. Персоналу нельзя завтракать с постояльцами отеля.

- Ладно, - не сдаётся мужчина. - Во сколько заканчиваешь?

Я усмехаюсь. Коллеги давно на мне крест поставили. Худая нелюдимая русская девчонка. Когда только приехала несколько парней ко мне подкатывали. Испанцы в основном. Но я на них так убийственно смотрела, что после нескольких фраз они предпочитали быстро ретироваться. Однако сейчас, глядя на Сергея, я вдруг понимаю, что вовсе не против его компании.

- В пять, - говорю я. И почему-то смущаюсь.

- Отлично, - он обаятельно улыбается. - Тогда встретимся возле ресторана. Тебя нужно накормить как следует. А потом, если захочешь, расскажешь мне, как тебя сюда занесло.

Его рука вдруг ложится на моё плечо и ласково его сжимает:

- Ты не грусти только, - говорит он, заглядывая мне в глаза. - Всё будет хорошо. Я о тебе позабочусь.