Глава 10

Константин

Для меня время всегда выступало критерием изменчивости. Последовательность событий психологических и физических. Последние лет восемь я всегда измерял его месяцами. Иногда годами. Наверное, потому что в моей жизни было до странного мало этих самых "критериев изменчивости" или попросту говоря, событий. Или, быть может, за размеренностью существования, я перестал их замечать?

Однако с тех пор как в мою жизнь робко ступила Ксения, я снова стал исчислять время днями, а иногда даже часами. Потому что теперь событий в моей жизни внезапно стало дохрена.

Конечно, я уже тысячу раз пожалел о том, что пригласил её остаться. Какого…? Раньше я всегда считал себя последовательным человеком, не склонным к сентиментализму. Однако этот её вечно жалкий вид. Боже! До сих пор не могу к нему привыкнуть! Она ведёт себя как классическая «жертва». В психологии есть такое понятие как «позиция жертвы». Когда человек подсознательно ощущает себя ущемлённым и уязвлённым и всех остальных заставляет относиться к нему именно так. Конечно, зачастую люди делают это неосознанно, по привычке. Однако суть от этого не меняется.

Обычно такой тип личности притягивает к себе людей, склонных к агрессивному поведению или тирании. Когда такие люди сходятся, они проникают друг в друга как пазлы - не развести. Подпитывают нездоровые потребности друг друга и не желают что-либо менять.

Ксения буквально заставляет меня чувствовать себя тираном. Я не хочу этого, но по какой-то странной причине постоянно поддаюсь на провокации. Не знаю, быть может, она просто романов любовных начиталась? Кто там нынче в моде? Порочные миллиардеры со склонностью к садизму? Но я ни хера не такой! И даже ради того, чтобы удовлетворить её мазохистские потребности, таким становиться не намерен.

Хотя рука порой так и тянется шлёпнуть её по заднице, чтобы она хоть на секунду очнулась от своих грёз. Порой ужасно раздражает её мечтательность. Она постоянно витает в облаках, а мне до ужаса хочется понять, о чём она думает.

Я не могу сказать, что её компания влечёт меня. Скорее даже больше раздражает. Её присутствие в моей жизни заставляет чувствовать себя неуютно. Ведь именно Ксения рождает во мне какое-то странное желание постоянно проявлять себя не с лучшей стороны. Чёрт! Да она сама того не понимая, манипулирует моими мыслями. Так и тянет разложить её душу по полочкам. Проникнуть туда, куда она так отчаянно меня не пускает… Конечно, мне не стоит забывать, что она больше не моя пациентка, но перестать анализировать её поведение я не могу.

Поэтому я предпочитаю вообще с Ксенией не пересекаться. Подвожу её на работу, а обратно она едет сама. Вечером я возвращаюсь поздно и сразу иду к себе в кабинет.

Прошла уже почти неделя, и, вроде бы, моя тактика работает. Чем меньше я с ней общаюсь, тем лучше для нас обоих. Я не хочу повторения прошлых ошибок. Просто помогу девчонке, которая отчасти по моей вине попала в трудную жизненную ситуацию. И всё на этом. Через десять дней испытательный срок на работе закончится, ей заплатят аванс и... Она съедет. Если надо, сам ей квартиру сниму! Лишь бы оставила меня в покое!

**********************

Сегодня суббота, а я на работе. И это вовсе не предлог для того, чтобы не быть дома. Есть у меня один постоянный пациент. Это, видимо, к прошлой теме о миллиардерах со склонностью к садизму.

Сергея я знаю давно. Ещё когда работал в психиатрии, пересёкся с ним. Я тогда ему сказал, что он точно не мой пациент, отправил к Людмиле. Но через год, после того случая, когда мне захотелось покинуть медицину, я увлёкся психологией, а позднее сексологией. И мы с Сергеем встретились снова.

За последние годы мы достигли большого прогресса, однако периодически он просит меня приходить на его «сессии». И я вовсе не об университетских экзаменах говорю. Сергей - садист с ярко выраженным нарциссическим расстройством личности. Я подозревал у него психопатию, но в итоге мы пришли именно к этим двум «диагнозам». Или особенностям.

Сейчас я снова в его клубе. Сижу в первом ряду, прямо перед сценой, на которой происходит показательное «наказание» нижней. Я всегда рассматривал БДСМ практики как элемент телесно-ориентированной психологии. Состояние, в которое погружается «нижний» напоминает транс. Человека охватывает эйфория от снятия психо-физиологических барьеров. Тело расслабляется, а мозг перестаёт воспринимать боль, парадоксально наполняя кровь природными анестетиками – эндорфинами. Это и называется на жаргоне «сабспейс», или «рай нижнего». Всегда хотел попробовать эту неоднозначную методику. Но, конечно же, вряд ли кто-то из пациентов на такое согласится.

Думая о своём, я продолжаю следить за поведением своего пациента, делаю пометки. Я бывал в этом месте неоднократно. Наверное, мне бы самому уже можно членство тут получать. Как-то раз Сергей перешёл черту с одной из своих «нижних», и с тех пор я периодически присутствую на его сессиях в качестве гостя. Моему пациенту так комфортнее. Я как группа поддержки. Он может расслабиться, зная, что я зорко слежу за его состоянием.

Действо на сцене я рассматриваю исключительно с профессиональной точки зрения. Мне всегда доставляет особое удовольствие именно анализировать других людей, а не вступать с ними в отношения. Наверное, я сам мог бы стать для кого-то отличным пациентом, потому что, положа руку на сердце, я отдаю себе отчёт в том, что у меня и самого проблем выше крыши.

От женщин мне нужен только секс. И чтобы никаких разговоров по душам после. Мне и на работе этого достаточно. Поэтому тот факт, что все мои отношения с женщинами ограничиваются разовым перепихоном в отеле меня вполне устраивает. Женат на работе, так, вроде, говорят?

У меня почти нет личных связей. Конечно, будь у меня такой пациент, как я, я бы заподозрил его в психопатии. Потребность в общении с людьми – одна из базовых потребностей здоровой личности. Но я друзей не завожу. В основном, потому что это скучно. Безумно скучно слушать вечное нытьё других о своих проблемах. А, ведь, именно этим и занимаются приятели - вываливают друг другу всю подноготную и взаимно утешаются? Ладно бы ещё мои «приятели» желали выслушать совет и реально изменить жизнь. Но нет, в основном, это просто трёп и нытьё, без принятия каких-либо решений. Поэтому мне легче не идти дальше отношений психолог-пациент.

Хотя, Сергей в списке моих знакомых ближе всего стоит к классическому понятию «друг». Быть может, потому что мы так давно с ним знакомы? Или по той причине, что он безоговорочно принимает мои «правила общения» и не лезет в душу?

Сегодня он в ударе. Действует с присущим ему садизмом, но осмотрительно. Заботится об ощущениях «нижней», которая жалобно скулит от смеси боли и удовольствия. Внезапно для самого себя я представляю на её месте совсем другую девушку. Те же тёмные волосы, распахнутые глаза с толикой доверчивой наивности. Но другая. Та, что, наверное, сидит у меня дома и увлечённо пишет что-то в свою записную книжку. И что она там только пишет, интересно?

Меня самого ужасно пугают такие сравнения. Блядь, какого хрена? Моргаю и стараюсь отвлечься. Скольжу взглядом по возбуждённой толпе. Все в масках. Анонимность блин.

Внезапно мой взгляд останавливается на девушке в дальнем углу. На ней одна из масок, что выдают при входе. Не на заказ делала. Тёмные волосы спадают на лицо. Трудно разглядеть. Не ней простое белое платье. Вздрагиваю. Это платье мне прекрасно знакомо. Ведь я сам купил его несколько дней назад. Охренеть!

*****************

Встаю со своего места и иду к ней. Щёки девчонки горят, а грудь быстро вздымается. Она явно взволнована. Какого хера она вообще сюда пришла? Как прошла внутрь? Вход ведь только по пригласительным!

Опять она испытывает судьбу, как тогда в баре. Ей тут совсем не место. В этой обители порока и разврата всё что угодно может произойти с такой наивной малышкой, как она. Девчонка явно напрашивается на…

Подхожу к ней сзади, чтобы не спугнуть и беру за локоть. Вздрагивает и резко поворачивается.

Снимаю маску. Её глаза распахиваются. Но она не удивлена. Значит, ожидала меня тут увидеть. Значит, шпионила.

- Какого хрена, Ксения? – шепчу я, еле сдерживая закипающую злость. Сильнее сдавливаю ей руку, но она её не убирает.

- Я… - шепчет она одними губами. – Меня…

Не желаю слушать её жалкие оправдания и тащу её прочь от толпы. Открываю первую попавшуюся комнату и вталкиваю её туда.

- Ты что тут делаешь? – говорю уже чуть громче, скрещивая руки на груди.

- Меня пригласили! – она отступает на пару шагов назад и немного поднимает подбородок. Всем видом пытается продемонстрировать, что ничего плохого не сделала.

- А вы тут что делаете? – серьёзно спрашивает она в ответ.

- Я тут по работе, - стиснув зубы, говорю я.

Она опускает глаза в пол. Какого чёрта девчонка решила, что может безнаказанно следить за мной? Видимо, ей мало того, что она поселилась у меня дома, теперь ещё и на моё личное время посягает. Бесит.

И почему я вообще должен перед ней оправдываться? Она навязывает мне чувство вины, которое я совсем не обязан испытывать. Но, чёрт возьми, я его испытываю!

- Зачем ты пришла сюда, Ксения? - я подхожу ближе. Раздражает, что в глаза не смотрит. Беру её за подбородок и заставляю взглянуть на меня. - Ты следишь за мной?

Она мотает головой. Я сжимаю пальцами её щёки. Чуть дольше и сильнее, чем того требуют приличия. Пытаюсь напомнить себе, что вполне могу контролировать свои сексуальные желания. Они не должны управлять моими мыслями и диктовать решения.

Однако та сцена, которую мы только что наблюдали вместе с моей слишком навязчивой подчинённой, не на шутку возбудила меня. Я пытался проанализировать свои желания.

Раньше я не раз наблюдал сцены в бдсм клубах по просьбам своих пациентов. И относился к ним исключительно с профессиональной точки зрения. Однако сегодня, увидев в толпе зрителей её нежный силуэт, я вдруг забыл о своих обязанностях сексопатолога.

Её явное возбуждение передалось и мне. Конечно, у неё оно было другое. Шок. Стеснение. Страх. Всё это приправленное изрядной долей вожделения. Взрывной коктейль!

Она облизнула свои нежные розовые губки и взглянула на меня. Её грудь вздымалась часто-часто. Язык её тела говорил мне о том, что она крайне возбуждена. Сосочки острыми вершинками проступили под платьем. Я раздосадовано пожирал её глазами. Не мог отогнать от себя навязчивые образы того, какой бы «нижней» она могла быть для меня, если бы заняла то место на сцене. Эта девочка была просто рождена для подчинения.

- Тебе понравилось то, что ты увидела, - я не спрашиваю, я утверждаю.

Но девчонка, конечно же, начинает всё отрицать, неосознанно пытается свести ноги, чтобы скрыть своё возбуждение. Зачем она так делает? Ведь знает же, как меня бесит, когда она врёт.

- Ксения, - предостерегающе начинаю я. - Хватит притворяться. Твоё желание очевидно.

- Константин Евгениевич, - лепечет она в ответ, - я правда не зна...

- Давай проведём научный эксперимент? - перебиваю её я. - Я накажу тебя, а ты подробно и честно опишешь мне свои ощущения.

- Что? - взвизгивает она и начинает пятиться.

Я чувствую уже не совсем профессиональный азарт, начинаю наступать на неё.

- Только не говори, что не фантазировала об этом, пока смотрела.

Её глаза влажно блестят. Я вижу в них испуг и что-то ещё. Стыд? Ей стыдно за желание.

- Знаешь, Ксюша, почему культура бдсм так популярна среди женщин?

- Нет, - она мотает головой.

- Потому что она даёт вам иллюзию свободы от принятия решений. Женщины подсознательно перекладывают ответственность за удовольствие на партнёра и тем самым раскрепощаются.

- А в чём удовольствие мужчин? - тихо интересуется она.

Я быстро смотрю на неё. Сжавшуюся, застывшую в ожидании нападения.

- А это пока секрет, Ксюш. Попробуй догадаться сама. Ты же умная девочка.