Глава тридцать первая

Айрис казалось, что время вокруг вновь замедлилось, почти остановилось. Она уже ощущала это прежде, когда проваливалась, раненная, в собственное прошлое, но сейчас ощущения были совершенно другими. Мир наполнился яркими мазками красок, и Айрис чувствовала, как добровольно тонула в бесконечном буйстве незнакомых цветов. Вспышками отображалась чужая сила.

Наверное, Себастьян тоже мог так видеть, и дедушка, и каждый некромант, обладающий мало-мальски приличной силой. Но Айрис никто не учил сравнивать чужую энергетику, и она ориентировалась только на вспышки, на ощущения, порой обманчивые, но порой способные сказать очень много правды.

Дара сияла изнутри зелёным. Яркая, могущественная магия, впрочем, существовала словно отдельно от неё, закованная в прозрачный сосуд, и сила в руки горной ведьме текла тонкой струйкой — это было всё, что могла использовать горная ведьма. Себастьян сиял синим. Его магия напоминала настоящую бурю, неуёмная, она кружилась в его теле с жуткой скоростью, билась о контуры тела, пытаясь вырваться на свободу, тянулась к мыслям, бежала вместе с кровью по сосудам…

В зеркале Айрис увидела и собственное отражение. Та же синева, немного спокойнее, испуганнее, но — похоже.

А потом посмотрела на Хильду. В ней сила едва билась. Она была красновато-розовой, слабой, растекалась по всему телу тонкой плёнкой. Собираясь в искры вокруг рук, магия вынуждена была уходить из всего остального тела.

Этого было бы недостаточно. Айрис с неожиданной ясностью осознала, что, какой бы ни была плохой Хильда, всё то, в чём они её обвиняли, вряд ли было девушке под силу. То ли книга обладала энергетикой, способной дурманить чужие умы, то ли Хильду кто-то заколдовал и передавал ей магию маленькими капельками, а иногда — и сильным потоком, но, так или иначе, она не смогла бы сделать всё сама.

Айрис понимала, что поздно кричать Себастьяну, чтобы он остановился. Огненная сфера уже сорвалась с его пальцев и теперь неумолимо приближалась к заметавшейся в ужасе Хильде.

Но Дален почти что на физическом уровне ощутила: Хильда не настолько виновна, как хотелось бы думать. Эти безобидные приворотные зелья, её глупые уловки, всё, что происходит…

Айрис невольно потянулась к огню. Сфера замедлилась, встречая сопротивление, и Айрис почувствовала, как становится вязким и тяжёлым пространство. Она не помнила, как выкрикнула что-то — наверное, пыталась остановить Себастьяна, — но зато в воспоминаниях чётко отпечатался миг, когда девушка бросилась наперерез огненному шару и остановилась перед Хильдой, защищая её. В голове упрямо звенела мысль, что она, некромантка, от этого не умрёт, даже если очень сильно пострадает. Девушка зажмурилась, готовясь к страшному жжению, которое должно было настигнуть её после соприкосновения с пламенем… Но ничего не случилось.

Она осторожно открыла глаза.

Сфера дёрнулась и застыла в миллиметре от Айрис. Себастьян смотрел на неё всё теми же злыми, пылающими от гнева глазами, но постепенно успокаивался, отыскав в глубине души хоть какое-то пояснение действиям девушки. Он потянул сферу на себя, разумеется, мысленно, и та нехотя поползла к мужчине и втянулась в его руку.

— Это не я! — запричитала Хильда. — Я ничего такого не делала! Это всё она, она! — девушка ткнула пальцем в Айрис. — Она отдала мне эту книгу. У неё вообще кинжал лежал в саквояже, — Бастиан прекрасно помнил о кинжале, тот в день их первого знакомства едва не свалился ему прямо на голову. — А теперь что, дрянь, взыграла совесть?

— Айрис, — ледяным тоном распорядился Себастьян, — отойди в сторону. Мне на отборе не нужна убийца.

— Не отойду, — твёрдо произнесла Айрис. — Отпусти её. Она не могла сделать этого сама. И точно не по доброй воле.

— Что, стыдно признаться? — всхлипнула Хильда, медленно сползая по стене на пол. — Стыдно, да? Скрывала от нас свою магию, а сама только и ждала, чтобы убить некроманта! Почему вы, лорд Брайнер, верите ей, а не мне? Почему?!

Себастьян открыл было рот, чтобы объяснить, почему у него больше доверия к девушке, обладающей тем же даром, что он сам, но умолк. Он точно знал, что некроманты не способны творить магию, настолько сильно сопротивляющуюся подобной энергии их коллег, потому даже и не думал подозревать Айрис. Лорд Брайнер с удовольствием бы обвинил во всём горную ведьму, но она, исполняя долг, вряд ли имела в распоряжении достаточную силу.

Хильда… Хильда казалась идеальным вариантом. Ведьма, с самого начала вела себя очень странно, прибрала к рукам книгу, придумывала какие-то планы… Тем не менее, Себастьян чувствовал, что что-то не так. Он не мог знать этого наверняка, но чувствовал подвох.

— Что ж, — напряжённо промолвил лорд Брайнер. — Полагаю, мне будет куда проще отправить одну из конкурсанток домой, чем рассказывать о причинах принятых решений. Я открою портал. Айрис, — он посмотрел на девушку, — этот вариант тебя устроит?

Айри невольно сжалась.

— Смотря кто через этот портал покинет замок.

— А разве могут быть сомнения?

Айрис беспомощно посмотрела на Дараэллу, потом — на Хильду, словно показывая Себастьяну, что у неё действительно есть повод задавать такие вопросы, и коротко кивнула.

— Да, — произнесла она, — сомнения есть всегда. Увы, но они — неотъемлемая часть жизни. Я сейчас не могу быть уверенной ни в чём.

— Можешь, — твёрдо ответил Себастьян. — Ты можешь. Хильда, надеюсь, стандартного столичного портала будет достаточно?

Хильда вжалась в стену. Она не смела возразить мужчине, хотя, вероятно, сейчас боялась любой магии как таковой. Но стоило ему только сделать шаг к девушке и протянуть к ней руку — завизжала не хуже Луизы.

— Я здесь ни при чём! — запричитала она. — Я ничего не делала! Я не… — она затихла в тот миг, когда наконец-то встретилась взглядом с Себастьяном.

Лорд Брайнер, казалось, сейчас излучал холод. Когда он посмотрел на Айрис, та и сама едва не отпрянула, хотя прекрасно понимала, что Бастиан ни в чём не будет её винить.

Он осторожно взял её за руку, словно сдерживался, чтобы не применить случайно свою силу, сжал девичью ладонь чуть крепче, словно напоминая о том, что нельзя так легко выпадать из реальности, а потом едва заметно улыбнулся. В этой улыбке было что-то странное, почти демоническое, и от прежнего Себастьяна в этом строгом и даже злом некроманте не осталось ни следа.

— Не стоит волноваться лишний раз, — мягко произнёс он, но в голосе чувствовалась плохо скрытая угроза. — Айрис, Дараэлла, подождите меня за дверью. Это не займёт много времени.

— Не смей, — с нажимом промолвила Айрис, — ничего с нею делать. Она не смогла бы сама…

— Мне надо увидеть следы, — оборвал девушку Себастьян. — Это не причинит ей вреда. Возможно, после она несколько дней не сможет колдовать.

— И только?

— И только.

Хильда не слышала их голоса, она забилась в угол и тихонько поскуливала.

— Я не буду применять к ней магию, — с нажимом повторил Себастьян. — Клянусь. Если я это сделаю…

— То вечно будешь один.

— То вечно буду один, — подчинился Бастиан. — Идите к себе. Я зайду к вам, как только всё будет решено. И не стоит волноваться за… конкурентку, — он с трудом подобрал это слово. — Нам просто надо выяснить некоторые волнующие вопросы.

Айрис знала, что он подбирал очень ласковые, вкрадчивые формулировки для того, что следовало назвать допросом. Но что-то в тоне Себастьяна подсказывало ей, что бояться и вправду нечего. Хильда будет жива, возможно, немного напугана, несколько обезврежена, но не более того. Бастиан не причинит ей вреда. Даже в самом грозном его обличии Айрис всё равно угадывала черты доброго, никому не желающего зла мужчины. Их дар не был приговором, не означал, что его обладатель обязательно имеет чёрную, как ночь, душу. Возможно, было много людей, подтверждающих, что не стоит так легко доверять некромантам, но любая сила — это соблазн, и они просто поддались этому соблазну.

— Пойдём, — решилась наконец-то Айрис. — Дара, пойдём. Всё будет хорошо.

Дараэлла кивнула. Только сейчас Айри поняла, насколько слабой себя чувствовала горная ведьма — ведь её сила, спрятанная, заблокированная от собственной хозяйки, ничем не могла помочь девушке. Пожелай Дара воспротивиться, восстать против некроманта — и какого бы она добилась результата? Могла бы только пострадать, защищая даже не свои, а чужие интересы.

Она первой вышла из комнаты, следом выскочила Айрис, спешно закрывшая за собой дверь. Ей ничего не хотелось видеть, ничего не хотелось слышать — любое действие, совершённое Себастьяном, сейчас всё равно было бы воспринято в штыки.

Дара поймала её за руки, стоило только Айрис отступить на несколько метров от комнаты Хельги. Они стояли очень близко друг к другу, и в полумраке коридора было видно, насколько побледнела Дараэлла, словно кто-то большими глотками пил её магию, нарочно изматывая девушку.

— Что случилось? — поражённо спросила Айрис. — Тебе плохо?

— Он пытается найти ключ к правде. Не перебивай, — спешно зашептала Дара. — Если это сделала не Хильда, значит, совершил кто-то из нас. Не ты. Сегодня могут раскрыться секреты, которые мне бы не хотелось озвучивать, думаю, не только мне одной. Что бы ни случилось, ты должна помнить — я на твоей стороне. И, — Дара едва заметно скривилась, — на его тоже. Просто для каждой правды нужно своё время.

— Дара…

— Верь мне, — твёрдо повторила горная ведьма. — Если б я хотела сделать что-то плохое, я бы уже сделала это. Я бы начала со своей главной конкурентки.

Айрис кивнула. Она верила. Дара не лгала. Что б и стояло за этой историей — а в ней было куда больше, чем просто судьба одного некроманта, — Айрис пообещала себе верить до самого конца.

Дверь открылась. Дара вздрогнула и подняла ясные синие глаза на Себастьяна. За его спиной угасал телепорт, и можно было увидеть, как убегала по длинной улице Хильда.

— Сегодня состоится последнее испытание. Там, куда вам было запрещено заходить, — промолвил лорд Брайнер. — Я предупрежу Сюзетт сам. А после испытания мы отправимся ко двору Его Величества.

Дара вздрогнула, словно эти слова предназначались именно для неё. Себастьян прошёл мимо них — направлялся к комнате Сюзетт, — и словно случайно задел Айрис. Она вздрогнула, ощутив случайное прикосновение его руки, обернулась и поймала короткий, но уверенный кивок, слово мужчина пытался убедить её в том, что бояться нечего. Айрис хотелось бы верить.

— Поднимайтесь на верхний этаж, — распорядился он уже немного мягче, хотя Айрис всё ещё чувствовала внутреннее напряжение, отображавшееся в каждом движении мужчины.

Он уже остановился у двери Сюзетт, постучал. Айрис не хотелось слушать, что он скажет маркизе де Ожелл. Почему-то Дален была уверена в том, что не услышит ничего нового или интересного. Ведь Сюзетт не в чем подозревать. У неё-то дара нет.

— Пойдём, — Дара первой повернула к ступенькам. Айрис показалось, что Себастьян оглянулся, чтобы проводить их взглядом, но она сама не стала оборачиваться, дабы убедиться в этом, словно предчувствовала — нельзя.

По ступенькам они тоже шли молча. Дара расправила плечи и медленно поднималась наверх.

Над их головами сгущалась тьма. Айрис всегда была уверена в том, что здесь находится всего лишь спальня Себастьяна или, может быть, какая-то библиотека, но когда толкнула дверь, которой заканчивалась лестница, то оказалась в одном цельном помещении, без единого окна. Айрис даже не видела, она ощущала, что стены — очень далеко, и мало просто протянуть руку, чтобы почувствовать, что тут есть что-нибудь.

Она сделала несколько неуверенных, несмелых шагов и обернулась. Дара уже закрыла за собой дверь, и теперь тьма сомкнулась за их спинами.

— Что это? — во тьме спросила Айрис. — Где мы?

— В доме правды, — загадочно отозвалась Дараэлла. — Не бойся. Тебе ведь нечего скрывать, правда?

Айрис поймала себя на мысли, что сюда и вправду нельзя было подниматься. Не просто так. Не только потому, что Себастьян изъявил подобное желание. Нет, причина была в другом, пряталась намного глубже, даже если Айрис о ней прежде не догадывалась.

Она втянула носом воздух, пытаясь по запаху определить, насколько старо это место, но не почувствовала ровным счётом ничего.

Хлопнула вторая дверь, с другой стороны, и Айрис услышала несмелый голос Сюзетт:

— Эй? Есть кто-нибудь?

— Мы тут! — отозвалась Айрис. — Ты что-нибудь видишь?

— Тут темно, как… — Сюзетт не договорила. — Что тут вообще происходит? Лорд Брайнер сказал мне, что отослал Хильду. Она что-то натворила… я даже толком не поняла, что именно. Зачем мы здесь? Что за испытания? Брат говорил, что ничего такого не будет! Зачем он вообще отправил меня к некроманту, если не был уверен в результате?

Сюзетт капризничала, как и всегда. Продвигаясь в темноте наощупь, она ни на мгновение не умолкала, рассказывая о своём отвратительном брате, о том, как он, сбежав с этой своей Лорейн, испоганил ей жизнь.

— Это ведь надо — затолкать свою сестру на отбор, а потом сбежать с её конкуренткой! — фыркнула Сюзетт. На сей раз голос прозвучал совсем близко, и Айрис поняла, что, только протянув руку, сможет дотянуться до Сюзетт. — Надо же! И что за человек такой? А Хильду за что выбросили, не знаете? Мне лорд Себастьян сказал, что она во всём этом виновата. В чём?

— Глупая просто, — ответила Дараэлла, коротким жестом приказывая Айрис молчать. Впрочем, Дален и так не собиралась раскрывать рот — что-то подсказывало ей, что с Сюзетт надо быть предельно осторожной.

— Как вы думаете, — с опаской спросила Сюзетт, — а что будет? Интересно ведь…

— Интересно, — эхом отозвалась Айрис. — Не знаю.

Дверь хлопнула ещё раз. Хотя в зале всё ещё царила темнота, Айрис невольно оглянулась на звук и была готова поклясться, что и Сюзетт, и Дараэлла сделали то же самое.

Она не сдержалась и сделала шаг вперёд.

— Лорд Брайнер? — позвала Айрис. — Вы здесь?

В кромешной тьме зала голос Себастьяна прозвучал как-то по-другому.

— Леди Дален, — произнёс он, — вы можете подойти ко мне. Думаю, нет смысла проводить последнее испытание для вас.

— Она вылетит? — дрожащим голосом поинтересовалась Сюзетт. — Мы останемся? Ведь…

Айрис, отгоняя прочь мысль об уходе, медленно двинулась к Себастьяну. Она не знала, где сейчас находится мужчина, шла на звук — и вздрогнула от ужаса, когда его руки легли ей на талию.

— Я здесь, — прошептал он на ухо Айрис. — Ничего не бойся. Ты помнишь? Ты — моя победительница… Леди Дален, — эти слова прозвучали уже громче, а Айрис увидела, как вокруг них с Себастяьном вспыхнул синеватый магический круг, — поедет со мной во дворец. Но Его Величество желает видеть меня там с двумя девушками. И сегодняшний отбор должен определить, кто из вас там будет.

— Тут ещё стоит выбор? — фыркнула Сюзетт.

Дараэлла упрямо молчала.

— Леди, — проронил Себастьян, — пришло время говорить правду.

В зале вспыхнул яркий, магический свет.