Глава 19

Наш дипломатический шаттл нёсся сквозь верхние слои атмосферы Люминоса, и даже бывалые пилоты, которые, казалось, повидали уже сотни миров, не могли скрыть своего детского восторга, прилипнув к обзорным экранам, я тоже бросила взгляд. Ну да, не поспоришь, красиво. Планета под нами вся светилась и переливалась, будто кто-то рассыпал по чёрному бархату горсть драгоценных камней. Голографические снимки из брифинга не передавали и десятой доли этого сияющего великолепия.

— Вероятность того, что эта ослепительная красота является высокоэффективной визуальной ловушкой для незваных гостей, составляет двенадцать целых и три десятых процента, — прожужжал у меня в ухе Майзер через скрытый передатчик. — Рекомендую сохранять здоровый скептицизм.

«Спасибо, мой ворчливый друг, я и не собиралась расслабляться», — мысленно ответила я.

Мы приземлились на площадке, которая сама по себе была произведением искусства. Она была вырезана из цельного куска материала, похожего на перламутр, и мягко светилась изнутри. Нас встречал не город в привычном понимании этого слова. Перед нами раскинулся лес. Лес из гигантских, уходящих в небо деревьев, которые были одновременно и домами. Их стволы, гладкие и белые, как полированная кость, были пронизаны светящимися окнами и витиеватыми балконами. Между этими башнями-деревьями были перекинуты изящные мосты из живых, плетёных лиан, по которым, словно капли света, сновали огоньки. Выглядело красиво, но, на мой инженерный взгляд, довольно хлипко.

Воздух был тёплым, влажным и напоённым густым, сладким ароматом неизвестных мне цветов, почти как в корабельной оранжерее у флориан. В нём медленно парили существа, похожие на медуз из чистого света, оставляя за собой мерцающий след.

— Внимание, Аска, — монотонно сообщил Майзер прямо в мой слуховой имплант. — Предварительный анализ атмосферы завершён. Кислород, азот, стандартный набор. Однако концентрация активных нанитов класса «Эхо» превышает безопасную норму в семнадцать целых и четыре десятых раза. Я бы настоятельно не советовал вам делать глубокий вдох. Существует вероятность в восемьдесят три процента, что они начнут «улучшать» вашу дыхательную систему без спроса, последствия непредсказуемы.

«Отлично, теперь ещё и дышать с опаской», — подумала я, делая самый маленький и незаметный вдох, на который была способна.

Делегация во главе с капитаном Валериусом и Максом, чеканя шаг, сошла по трапу, настоящие имперские офицеры, сама важность. Я поплелась за ними, чувствуя себя пятым колесом в телеге. Моя официальная роль — «технический консультант», а по факту — просто не отсвечивать и ждать своего часа. Но мой модифицированный визор уже вовсю работал, сканируя всё, до чего мог дотянуться, от состава воздуха до энергетического фона ближайшего светящегося дерева.

Нас встречала группа люминиан в длинных, струящихся одеждах серебристого цвета. Но в центре неё стоял он, Лорд Каэлан.

Вживую он оказался ещё более… идеальным, чем на голографических снимках, до тошноты. Высокий, стройный, с такой осанкой, будто аршин проглотил. Его волосы, цвета расплавленного серебра, были собраны в сложную причёску, а на точёных скулах, словно россыпь драгоценных камней, мерцали сапфирово-синие веснушки. Когда мы подошли ближе, они на мгновение вспыхнули чуть ярче. Наверное, так он выражает своё любопытство.

— Капитан Валериус, лейтенант Вест, — его голос был мелодичным и ровным, как музыка в дорогом лифте — приятно, но совершенно бездушно. — Дом Верус и весь сияющий народ Люминоса приветствует вас на нашей планете. Мы польщены, что Империя наконец-то обратила свой взор на голоса разума и прибыла для переговоров.

Он вежливо, но с едва заметной ленцой, пожал руки капитану и Максу. Движение было отточенным, но ленивым, словно он делал им огромное одолжение. Затем его взгляд скользнул по мне, это был даже не взгляд, а так, мимолётное касание. Он не увидел во мне ни инженера, ни консультанта, ни даже женщину. Он посмотрел сквозь меня, как будто я была помехой на фоне, частью интерьера, не заслуживающей личного внимания, и тут же отвернулся.

«Высокомерный павлин», — мысленно констатировала я, чувствуя, как во мне закипает раздражение. Так и хотелось подойти и растрепать его идеальную причёску.

— Вероятность успешного саботажа его причёски с вашей текущей позиции — ноль целых, ноль одна сотая процента, — встрял Майзер. — Кроме того, это может спровоцировать дипломатический конфликт с вероятностью в девяносто девять и восемь десятых процента.

«Спасибо, Майзер, я как-нибудь сама разберусь», — мысленно огрызнулась я.

— Прошу следовать за мной, — произнёс Лорд Каэлан, разворачиваясь и грациозно направляясь к самому большому и сияющему дереву.

Его дворец, разумеется, а как иначе? Внутри всё было ещё более поразительно. Стены, казалось, были живыми, по ним бежали световые узоры, а вместо светильников под потолком висели шары из чистого света, которые парили в воздухе, реагируя на движение. Я невольно задумалась, какая же тут нагрузка на энергосеть.

Главный зал был огромен. Высокий купол, похожий на свод пещеры, был усыпан тысячами светящихся кристаллов, имитирующих звёздное небо. В центре зала, на возвышении, в мягком сиянии левитационного поля, парил он, наша цель.

Октаэдр Предтеч.

Он был идеален. Восьмигранник из неизвестного, переливающегося материала, который, казалось, вобрал в себя все цвета радуги. Он медленно вращался вокруг своей оси, и его грани то вспыхивали ярким светом, то погружались в глубокую, бархатную тьму. От него исходила ощутимая аура силы и древности. Даже я, человек, далёкий от мистики, почувствовала, как по коже пробежали мурашки.

— Зафиксировано мощное, стабильное гравитационное поле неизвестной природы, — пробубнил Майзер. — Источник питания не определяется стандартными сканерами. Энергетическая сигнатура не соответствует ни одной известной технологии. Уровень опасности: неопределённый. Рекомендую не приближаться.

«Как будто у меня есть выбор», — подумала я, незаметно делая вид, что поправляю брошь на воротнике своей униформы, пальцы активировали скрытый сканер. На внутреннем интерфейсе моего виза тут же замелькали строчки данных. Чёрт. Энергетическое поле вокруг Октаэдра было невероятно плотным и сложным. Это была не грубая сила, а изящная, многослойная паутина, сплетённая из чистой энергии, настоящее произведение искусства, которое мне предстояло как-то взломать.

Лорд Каэлан остановился перед артефактом, скрестив руки на груди. Он смотрел на него с гордостью и обожанием, как художник смотрит на своё лучшее творение.

— Впечатляет, не правда ли, господа? — спросил он, не оборачиваясь. В его голосе сквозило откровенное издевательство. — Наследие Предтеч, и наша самая большая драгоценность. Вы проделали долгий путь, чтобы увидеть его. Что ж, теперь вы его видите. Смотрите, наслаждайтесь.

Он сделал театральную паузу, давая нам «насладиться». Затем медленно обернулся, окинув нас всех ледяным взглядом.

— А теперь, когда культурная программа окончена, давайте поговорим о том, почему вы, представители Империи, вообще считаете, что достойны им обладать.

***

В огромном тронном зале, где мог бы запросто припарковаться наш крейсер, повисла звенящая тишина. Нарушал её только тихий, мелодичный гул левитирующего в центре Октаэдра. Рядом со мной тихонько жужжал Майзер, моя летающая головная боль.

— Анализирую акустику помещения, — прошептал он своим фирменным монотонным голосом. — Эхо здесь будет великолепным. Рекомендую крикнуть что-нибудь неприличное для проверки.

Я мысленно посоветовала ему перейти в спящий режим, пока я не разобрала его на запчасти.

Капитан Валериус, наш главный дипломат и сама серьёзность, выступил вперёд. Вид у него был такой, будто он собирался произнести самую важную речь в своей жизни, и он её произнёс. Говорил он долго и красиво, прямо как по учебнику: про «Космическую Ржу», которая вот-вот сожрёт всю галактику, про наш общий долг перед будущими поколениями, про то, как важно собрать все семь артефактов… В общем, стандартный набор лозунгов для вербовки упрямых союзников.

Лорд Каэлан, местный правитель и, по-моему, самый самовлюблённый павлин во всей известной вселенной, слушал его с вежливой, едва скрываемой скукой. Он медленно обходил парящий артефакт, любуясь им, словно новой игрушкой в своей коллекции. Его знаменитые сапфировые веснушки на скулах красиво мерцали, но глаза выдавали его с головой — ему было откровенно скучно.

Когда капитан наконец закончил свою пламенную тираду, Каэлан остановился и повернулся к нам.

— Спасение галактики… — протянул он так сладко, что у меня чуть зубы не свело. — Это, безусловно, очень благородная и трогательная цель, капитан. Но, как вы знаете, Дом Верус — это не только древняя история и сила, но и бесценные ресурсы. Ресурсы, которые, к слову, поддерживают мощь всей вашей Империи. Мы не можем просто так, из чистого альтруизма, отдать величайшую реликвию Предтеч. Нужно сперва убедиться, что она попадёт в достойные руки. И, что ещё важнее, в достойные… умы.

Он сделал эффектную паузу и окинул нас оценивающим взглядом. Сначала он посмотрел на Макса, а затем его взгляд задержался на мне — на долю секунды дольше, чем требовалось. Я прямо почувствовала, как он мысленно скривился, разглядывая мою простую инженерную форму. Наверное, решил, что таким, как я, место в машинном отделении, а не в сияющих тронных залах.

— Вероятность того, что он оценивает вас по социальному статусу, отражённому в одежде, составляет сто процентов, — констатировал Майзер у моего уха.

— Спасибо, Капитан Очевидность, — мысленно съязвила я.

— Мы готовы передать вам артефакт, — продолжил лорд, и я почти услышала, как на мостике нашего корабля все разом перестали дышать. — Но взамен мы просим вас оказать нам одну небольшую услугу.

Я почувствовала, как рядом напрягся Макс, я это видела по его спине и тому, как сжались его кулаки. «Маленькая услуга» от такого высокомерного типа, как Каэлан, никогда не бывает маленькой.

— Как вам известно, — начал объяснять лорд, — благополучие Империи напрямую зависит от наших поставок нанитов. Но недавно в нашем главном генераторе произошла… неприятность. Вышел из строя один крошечный, но ключевой элемент. Кристалл-катализатор, без которого невозможен финальный этап синтеза.

Он изящно взмахнул рукой, и перед нами появилась голограмма. На ней был изображён кристалл неправильной формы, весь покрытый внутренними трещинами, которые, казалось, светились какой-то тёмной, больной энергией.

— Резонансный кристалл с планеты Грейвмайр, — пояснил Каэлан. — Единственное место в галактике, где он встречается. К сожалению, наши запасы иссякли, а новый нам необходим как можно скорее.

— Грейвмайр? — переспросил капитан Валериус, нахмурившись. — Насколько я помню, эта планета находится в неисследованном секторе. Дикий, болотистый мир.

— Совершенно верно, — кивнул Каэлан, и его веснушки на мгновение вспыхнули ярче, выдавая плохо скрытое раздражение. — Дикий и населённый дикарями. Примитивные аборигены, которые по какой-то нелепой причине ненавидят нас, люминиан. Они считают эти кристаллы священными и наотрез отказываются от любых контактов.

Он брезгливо поморщился, словно говорил о каких-то неприятных насекомых.

— Сами понимаете, мы, люминиане, — народ утончённый. Вести переговоры с подобными… отбросами — ниже нашего достоинства. Да и наши прошлые попытки «убедить» их силой не увенчались успехом. Они оказались на удивление живучими.

Ага, теперь всё стало на свои места, этот расфуфыренный принц просто хотел, чтобы Империя сделала за него всю грязную работу.

— Классическая схема перекладывания ответственности на менее привилегированных индивидов, — прокомментировал Майзер. — Вероятность успеха при силовом вмешательстве, предпринятом предыдущей командой, составляла менее девятнадцати процентов. Они были идиотами.

— Мы хотим, чтобы вы, используя свои ресурсы и, скажем так, более прямые методы убеждения, добыли для нас этот кристалл, — закончил он, расплываясь в своей самой обаятельной и самой фальшивой улыбке. — Это будет прекрасным доказательством вашей практичности и преданности нашему союзу. Как только кристалл будет у нас, считайте, что Октаэдр — ваш. Подарок от Дома Верус во имя спасения галактики.

Он улыбался, а мне хотелось ему врезать. Сделка была унизительной, но гениальной в своём высокомерии. Он ставил Империю в положение наёмников, которые должны были отправиться на дикую планету и силой отобрать у туземцев их святыню, чтобы решить его, Каэлана, производственные проблемы.

Капитан Валериус и Макс обменялись быстрыми, тяжёлыми взглядами. Отказаться — означало потерять артефакт и провалить миссию. Согласиться — означало ввязаться в сомнительную авантюру на враждебной планете ради этого павлина.

Я молча стояла позади, но мой мозг уже работал на полную мощность. Дикая планета, враждебные аборигены. Нестандартная задача, которую не решить дипломатией и вежливыми разговорами.

— Оценка рисков: высокая. Вероятность враждебного контакта: 99,8 %. Рекомендуемая тактика: избегание, — пробубнил Майзер.

Но я его уже не слушала. Наконец-то хоть что-то интересное! Это была работа как раз для меня. И, судя по тому, как Макс незаметно бросил в мою сторону быстрый взгляд, он думал о том же самом.