Глава 8

Перемена в нашем статусе была настолько головокружительной, что я едва устояла на ногах. Какой-то час назад нас чуть ли не пинками гнали из системы за «несоответствие облика», а теперь… теперь мы были почётными гостями. И слово «почётные» на Люминосе понимали с таким размахом, что у меня, простой девчонки-инженера, перехватывало дыхание.

Нас доставили в апартаменты, которые, казалось, занимали целый этаж в одной из сверкающих башен-деревьев. Это была не просто комната, а целая миниатюрная экосистема. Одна стена оказалась живым ковром из мягкого, фосфоресцирующего мха, по которому, тихо журча, струились тонкие ручейки кристально чистой воды. Пол из тёмного, отполированного до зеркального блеска дерева приятно согревал ступни. А потолок… о, этот потолок был точной копией ночного неба, где медленно проплывали туманности и вспыхивали далёкие звёзды. Прямо в центре комнаты росло настоящее дерево с серебристыми листьями, а его могучие нижние ветви поддерживали огромную, парящую в воздухе кровать.

— Ладно, так и быть, признаю, это чуточку круче, чем тот вонючий мотель на N-3, — протянул Кайден, с недоверием осматривая наше новое жилище. Он подошёл к живой стене и с опаской ткнул в неё пальцем. — Готов поспорить, здешний звуковой душ не вызывает аллергическую сыпь и желание содрать с себя кожу.

Я не выдержала и рассмеялась. Подойдя к нему сзади, я крепко обняла его за талию и устроила голову у него на спине. Такой тёплый и родной.

— Что, пират, уже привыкаешь к роскошной жизни, а, Лорд Викант? — поддразнила я его, специально выделяя титул. — Можешь не обольщаться, я всё равно заставлю тебя в следующий раз чинить гипердвигатель. Нечего аристократическим ручкам прохлаждаться и скучать.

Он плавно развернулся в моих объятиях, и на его лице появилась та самая тёплая, ленивая усмешка, от которой у меня каждый раз подкашивались колени.

— Боюсь, после «такого» ты уже не сможешь выгнать меня спать в грузовой отсек, ссылаясь на необходимость экономии энергии для обогрева. Аргумент будет слабоват и неуместен.

— Это мы ещё посмотрим, — хитро прищурилась я и, встав на цыпочки, потянулась, чтобы его поцеловать.

Этот момент абсолютного, почти нереального спокойствия был для нас роскошью похлеще любого дворца. Мы были в безопасности. Мы были вместе. И впервые за очень долгое время могли просто дышать, не ожидая, что в следующую секунду придётся отстреливаться, бежать и готовить корабль к гиперпрыжку.

***

Обед с Лордом Каэланом проходил в куда более камерной и уютной обстановке — в небольшом саду на самой вершине башни, под куполом из живых, светящихся лиан. Всё его напускное высокомерие слетело, как осенняя листва. Теперь перед нами сидел не ледяной и надменный правитель, а человек, который нашёл призрак из своего далёкого прошлого. Его взгляд, обращённый на Кайдена, был полон такого тепла и застарелой боли, что у меня защемило сердце.

— Как ты выжил? — наконец спросил он, когда подали десерт, похожий на россыпь светящихся изнутри драгоценных камней. — Как тебе удалось спастись в ту ночь, во время штурма? Мы все были уверены, что никто из твоего рода не выжил. Твоё тело не нашли, но нам было сложно поверить, что маленький пятилетний мальчик смог уйти от имперских штурмовиков. Наши люди неделю перекапывали все завалы, в каждую щель заглянули, — лорд на момент застыл, подбирая слова. — В усыпальнице семь надгробий… и одно пустое.

В столовой повисла неловкая тишина.

Лицо Кая на мгновение окаменело. Было видно, каких усилий ему стоит не отгородиться и не замкнуться в себе. Он явно не хотел ворошить эти страшные воспоминания, но понимал, что этот вопрос был неизбежен.

— Верные слуги, — коротко и глухо ответил он, вертя в руках бокал с искрящимся напитком. — Моя няня спрятала меня в вентиляционной шахте. Я просидел там два дня, потом выбрался на поверхность, через каналы. Меня подобрал патруль. Они были не штурмовиками, скорей всего проверяли, кто еще остался. Капитан прятал меня в своей каюте. Он понял кто я, но у него рука не поднялась сдать меня коменданту. А затем меня высадили в космопорту, на Чиване. Остальное… остальное — это очень долгая и не самая приятная история, Лорд Каэлан. Не думаю, что она подходит для такого прекрасного ужина.

Каэлан понимающе кивнул, не став давить. Он видел, что рана всё ещё кровоточит.

— Хорошо, — он сменил тему, и его лицо снова стало серьёзным и деловым. — Тогда давай перейдём к настоящему. Сразу после нашего… разговора в тронном зале, я получил зашифрованное сообщение. От капитана Валериуса с «Неукротимого».

Я тут же напряглась, отодвигая свой десерт. Вот оно. Начинается.

— Он просил организовать на Люминосе тайную встречу, — продолжал Каэлан, глядя то на меня, то на Кайдена. — Нейтральная территория, максимальный уровень безопасности. Он хочет провести экстренное совещание, чтобы выработать дальнейшую стратегию. Он знает, что вы здесь, и его шаттл уже летит к нам. Если я правильно понимаю, вы главные свидетели в предательстве лейтенанта, и он хочет предложить вам сделку.

Кайден обменялся со мной быстрым и тяжёлым взглядом. Всё складывалось даже лучше, чем мы могли мечтать. Наш хрупкий союз обретал реальную форму и силу.

— Мы будем готовы, — твёрдо, как и подобает лорду, произнёс Кайден.

***

Когда мы вернулись в свои невероятные апартаменты, воздух между нами буквально искрился от предвкушения. Мы стояли у огромного, от пола до потолка, окна, глядя на сияющий огнями город внизу.

— Капитан Валериус, Лорд Каэлан и Лорд Викант, — задумчиво произнесла я, перечисляя титулы. — Звучит как начало очень влиятельной команды. Или как завязка очень плохого анекдота, где все в конце передрались.

Кай усмехнулся и притянул меня к себе, заключая в тёплые, надёжные объятия.

— С тобой в команде — определённо второе, — прошептал он мне в волосы, и я почувствовала, как он улыбается.

Я уже приготовилась съязвить в ответ что-нибудь едкое, но в этот момент по комнате разнёсся тихий, мелодичный звон. Голос, вежливый и абсолютно бесстрастный, прозвучал, казалось, из самого воздуха.

— Лорд Викант, инженер Редфорд. Шаттл с имперской делегацией только что совершил посадку. Лорд Каэлан ожидает вас в главном зале для совещаний.

Мы нехотя отстранились друг от друга. Передышка окончена. Игра переходила на новый, куда более серьёзный уровень. Кайден подмигнул мне, и в его голубых глазах плясали озорные огоньки.

— Ну что, рыжая? Готова показать важным имперским шишкам, как на самом деле решаются проблемы?

— Они ещё не представляют, с кем связались, — улыбнулась я в ответ, с вызовом поправляя свою инженерную куртку, которую мы купили на N-3, поверх одолженного шёлкового платья.

Пора было и поработать.

***

Главный зал для совещаний был до того стерильным, что, казалось, здесь проводили не переговоры, а вскрытие. Никакой позолоты, никаких кричащих произведений искусства, как в тронном зале, — только холодная, выверенная до миллиметра функциональность. В центре комнаты застыл исполинский круглый стол из материала, такого тёмного, что он, казалось, всасывал в себя свет и тишину. Стены, оказавшиеся голографическими панелями, беззвучно транслировали медленно вращающуюся карту галактики. Мы с Кайденом и нашим надменным хозяином, Лордом Каэланом, стояли в молчании, которое было настолько плотным, что я боялась, как бы оно не сконденсировалось и не выпало осадками.

Наконец, идеально подогнанные двери бесшумно скользнули в стороны, и в зал шагнули двое. Первым, разумеется, был капитан Валериус. Высокий, седовласый, в парадной форме, что сидела на нём как вторая кожа, он был живым монументом имперской власти. Его лицо, словно высеченное из гранита, не выражало ничего, а взгляд был острым и цепким. Именно таким я его и запомнила — легенда флота, человек, чья воля была прочнее брони любого дредноута.

А вот второй гость… Второй гость заставил меня усомниться в исправности собственных глаз.

Следом за капитаном, переминаясь с лапы на лапу с грацией астероида в антикварной лавке, в зал ввалился Грамм. Мой Грамм. Огромного механика-урсида умудрились втиснуть в парадную форму старшего командного состава, и это было зрелище, достойное отдельной комедийной постановки. Белоснежный китель, сшитый, очевидно, по спецзаказу, всё равно обтягивал его торс так, будто собирался с громким треском сдаться в любую секунду. Жёсткий воротничок впился в его могучую шею, а идеально отглаженные брюки на его массивных ногах смотрелись как нелепые лосины. Он был похож на дикого пещерного медведя, которого насильно нарядили в балетную пачку и вытолкали на сцену. На его огромном медвежьем лице застыло выражение вселенской муки и отчаянного желания оказаться где угодно, но только не здесь.

Он растерянно оглядел зал, его маленькие умные глазки метнулись к Каэлану, скользнули по непроницаемому лицу Кайдена, а потом… потом они нашли меня.

И в этот самый миг вся вселенная для него схлопнулась до одной точки.

Вся его напускная официальность, весь дискомфорт и тоска испарились без следа. Суровое лицо старого механика расползлось в такой широченной, счастливой и абсолютно искренней улыбке, что, казалось, она сейчас дойдёт до самых ушей.

— ДЕВЧОНКА! — взревел он так, что голографическая карта на стене пошла рябью. Его голос, привыкший перекрывать рёв плазменных двигателей, в этой стерильной тишине прозвучал как сигнал тревоги о разгерметизации.

Забыв про капитана, про лорда, про субординацию и вообще про всё на свете, он распахнул свои гигантские, похожие на ковши экскаватора, лапы и ломанулся прямо ко мне. Я и пискнуть не успела, как меня сгребли, оторвали от пола и прижали к широченной, пахнущей машинным маслом, груди. Мои ноги болтались где-то в метре от пола, а кости, как мне показалось, издали жалобный стон под напором этой медвежьей нежности.

— Грамм… — просипела я, отчаянно пытаясь втянуть в лёгкие хоть каплю воздуха. — Я тоже… рада…, но рёбра… вещь полезная…

Он услышал не сразу. Сначала он ещё пару раз как следует стиснул меня, словно проверяя на прочность, а потом наконец-то опустил на пол, но своих огромных лап с моих плеч не убрал.

— Будешь у меня знать, как заставлять старого медведя седеть раньше времени! — пророкотал он, легонько встряхивая меня. В его маленьких глазках блестели непрошеные слёзы, которые он тут же попытался скрыть за привычной ворчливой суровостью.

Я стояла, пытаясь восстановить дыхание, и улыбалась как последняя дурочка. В этот момент мне было глубоко наплевать на всех лордов, капитанов и приличия вместе взятые. Мой старый, ворчливый наставник был здесь. Живой, здоровый и такой же невыносимо заботливый.

Я украдкой огляделась. Лорд Каэлан смотрел на эту сцену с таким выражением, будто у него на глазах только что столкнулись две галактики, нарушив все мыслимые законы эстетики и порядка. Его сапфировые веснушки тревожно мерцали. Кайден, стоявший рядом, прикрыл рот ладонью, но его плечи мелко подрагивали от сдерживаемого смеха. А капитан Валериус… на его лице по-прежнему не дрогнул ни один мускул, но в самых уголках глаз я заметила тёплую, понимающую усмешку.

— Рад видеть вас, инженер Редфорд, в полном здравии! — отчеканил капитан Валериус и одарил меня самой милой улыбкой, на какую только был способен имперский офицер.

Кажется, наше сверхважное совещание началось с грубейшего нарушения всех протоколов. И мне это чертовски нравилось.