45. Это еще не всё!

В зале Оси миров сегодня было шумно. Шутка ли – свадьбы в Фарнском дворце не играли уже лет сорок. И пусть подготовка длилась несколько месяцев, для многих это событие все равно ощущалось как нечто необычное.

Особенно для меня. Ведь это я сейчас стояла плечом к плечу с Дамианом перед жрецом богини любви Элизии, который должен был сочетать нас браком.

Седой благообразный мужчина прокашлялся. Гул голосов за нашими спинами моментально стих.

- Дамиан эн-Драгонис, король Алавира, потомок бога-дракона Андремакса, – заговорил жрец, – готов ли ты взять в жены девицу Марину Дубровскую, чтобы стать с ней единым целым, хранить ей верность, заботиться о ней и разделять все ее радости и горести, как предписывает закон богини?

Я украдкой глянула на Дамиана. У меня не было сомнений в его ответе, просто хотелось еще раз полюбоваться женихом до того, как он станет мужем. Первым и единственным в моей жизни.

Даже на собственной свадьбе он не изменил привычному стилю и оделся в черное с серебром. На лбу, приминая темные волосы, блестела алмазами корона, но синие глаза сверкали еще ярче. В них не было и намека на туман смерти, заволакивающий взгляд Дамиана в начале лета. И улыбка появлялась на губах моего жениха теперь гораздо чаще, чем раньше.

- Да, – ответил он и, заметив, как я за ним наблюдаю, улыбнулся краем рта.

- А ты, Марина Дубровская, внучка бога Эхира, готова ли взять в мужья Дамиана эн-Драгониса, чтобы стать с ним единым целым, хранить ему верность, разделять его цели и устремления и воспитывать его потомство?

- Да, – бодро сказала я.

- Тогда поклянитесь в этом на Оси миров, и пусть все боги будут свидетелями вашего обета. А если вы нарушите клятву, отвечать вам придется перед всеми мирами, – строго произнес жрец.

Он отошел в сторону, чтобы мы могли приблизиться к Оси миров, положить на нее руки и повторить клятвы. В зале как будто бы стало еще тише.

Все знали, с какими неприятными воспоминаниями у меня связан чертов камень. Это и похищение из родного мира, и вмешательство в мой разум дьярхов, и путешествие по тропам междумирья, чуть не закончившееся гибелью. А еще у меня был дар привратницы, и на днях острые языки среди особо наглых придворных шутили на тему того, не сбежит ли невеста прямо в день свадьбы из-под носа у гостей.

Вот только я ничего подобного делать не собиралась, даже если бы могла. Изначально меня здесь удерживали силой, но сегодня я по собственной воле соединяла свою жизнь с демоном-драконом. А потому пересилила дрожь, которую вызывал возвышавшийся надо мной менгир, твердо шагнула вперед и коснулась его ладонью вместе с Дамианом, громко произнося слова брачного обета.

Камень мягко засиял. По символам на его поверхности прошла волна света – словно они принимали нашу клятву. Публика восторженно ахнула, а нам с женихом озорно подмигнул Микки, стоявший недалеко от жреца.

На самом деле менгир больше не мог ни светиться, ни открывать порталы. Его запечатали сразу после нападения дьярхов, сделав так, чтобы врата нельзя было «взломать» снаружи или активировать изнутри с помощью шпиона.

Меры были временными. Дракон Андремакс, вернувшийся в день последней вражеской атаки, остался удручен тем, что увидел. При встрече с Дамианом он объяснил, что понятия не имел о происходящем и опечален гибелью своих потомков. Теперь же бог-дракон намеревался отомстить за них и заодно убедиться, что дьярхи не навредят больше никому.

Честно говоря, я не слишком верила во всю эту болтовню, однако не увидела ничего плохого в том, что Андремакс собрал других богов и ушел на священную войну с дьярхами. Лишь бы алавирцев больше ни во что не втягивали. Ну а если боги победят и можно будет снова пользоваться тропами Оси миров, то так даже лучше. Меня все еще глодала совесть за то, что в прошлый раз я переполошила лучшую подругу и снова исчезла. Оставить бы там весточку, что я жива, нашла свое счастье в другом месте, возвращаться домой не хочу, – и быть спокойной.

Да и зачем бы мне рваться обратно? Серую мышку без связей, пусть и отличницу, вряд ли ждало что-нибудь лучшее, чем сомнительная карьера секретарши или переводчицы в бюро. Здесь я могла принести гораздо больше пользы.

Валяясь в постели и выздоравливая после чуть не забравшего у меня жизнь заклинания, я освоила и обычный алавирский язык, и магический алфавит. В волшебном искусстве мне еще многому предстояло научиться, но колдовала я уже на сносном уровне, удивляя своих учителей. Дамиан шутил, что внучкам богов вообще все дается легко. Ага, ведь это кто-то другой по десять-двенадцать часов в день проводил за книгами и тренировками!

Это была не просто прихоть. Тлен отступал, Алавир потихоньку воскресал, подобно своему королю. Однако иссушенные земли, заброшенные и разрушенные поселения не могли восстановиться сами собой. Простым людям требовалась помощь магов, и Дамиан с охотой шел им навстречу, а вместе с ним и я. Ведь отныне это был и мой дом.

Стихли последние слова клятвы. Микки сделал едва заметный жест, снимая с менгира свечение. В зале продолжала стоять тишина – обряд еще не был завершен.

Перед нами снова появился старик-жрец.

- Объявляю этот союз заключенным в соответствии с данным нам свыше законом и благословленным богами. Возрадуйтесь и будьте счастливы!

Тут маги запустили «спецэффекты» – иллюзорных поющих птиц и свечение вокруг нас с Дамианом. Вот теперь зал грохнул криками и аплодисментами. Сюда поместилось не так уж много гостей – только самые важные, и я застыла на миг, опешив от шума. И еще кто, блин, создал над нами эту глупую радугу? Я же просила этого не делать!

Из-за смятения я не успела ни возмутиться, ни вообще хоть как-нибудь отреагировать. Дамиан настолько неожиданно развернул меня, прижал к себе и примкнул своими губами к моим, что я в первую секунду лишь растерянно взмахнула руками.

Алавирские традиции не предусматривали ни вуали на лице невесты, ни поцелуя, поэтому для меня все это стало сюрпризом. Но уже в следующий миг я подалась к Дамиану, отвечая на его порыв.

Его губы были горячими и настойчивыми. Он не позволял мне отстраниться, пока не начало заканчиваться дыхание, заставляя меня все больше и больше краснеть от смущения. Все-таки на нас смотрит столько важных гостей…

Мы, конечно, не удержались и стали ночевать вместе еще до свадьбы. Честно говоря, я побаивалась, что на этом интерес Дамиана плавно испарится. Чем его может удивить неопытная девчонка, которая и целуется-то далеко не мастерски, куда там до изощренных постельных игр?

Ох, как я ошибалась! За долгие годы вынужденного воздержания в Дамиане накопилось столько страсти, любви и нежности, что нам должно было хватить на всю оставшуюся жизнь. Каждые объятия, каждый поцелуй был как первый. Ну а я не оставалась в долгу.

Когда муж оторвался от меня, его глаза счастливо сверкали, а сам он смеялся от радости. Я, как рыба, хватала ртом воздух, но тоже не удержалась от глупой улыбки.

Мы оба живы и мы вместе! Уже одно это заставляло сердце биться чаще.

Публика приняла наше проявление чувств с восторгом. Когда мы наконец-то развернулись к гостям, хлопали в ладоши и улыбались все без исключения. Кроме людей с самыми разными оттенками кожи, здесь были эльфы – темные и светлые, король гномов, пара дриад, ради нашей свадьбы покинувших густые южные леса, наги и оборотни. Скользнувший по залу взгляд выхватил румяную Дарью рядом с черноволосым мужем-волколаком, который не отходил от нее ни на шаг.

А за их спинами я вдруг заметила странно знакомое лицо – миловидную блондинку в белом платье. Ее не было в списке приглашенных, и, пока я судорожно вспоминала, кто же это, богиня успела исчезнуть, подмигнув мне напоследок. Наверное, догадывалась, что я тут же побегу к Микки рассказывать, что его любимая богиня Вириника прячется среди гостей. Рыжий парень чуть с ума от зависти не сошел, узнав, что я встретила ее в родном мире и что именно она помогла нам вернуться домой.

Микки спокойно перенес то, что его статус с жениха номер один изменился на просто друга. Кажется, он вообще никогда всерьез не воспринимал меня как невесту. Зато был невероятно благодарен за то, что я нашла способ, как сохранить жизнь Дамиану.

Рядом с рыжим стояли и другие мои несостоявшиеся женихи. Всего шестеро – не хватало лишь Эла. И снова, как всегда, воспоминание о нем отозвалось в сердце болью.

Он выжил при нападении дьярхов, хотя и был сильно ранен. Маги очистили его разум от чужого влияния и разрешили нам встретиться – на всякий случай под строгой охраной.

Эл не помнил ровным счетом ничего. Провалы в памяти начали мучить его много лет назад, но он считал, что это наследственное – такие же были у его отца-привратника, прошедшего войну с дьярхами. Выяснилось, что Эл и в Алавир-то никогда не стремился попасть, не говоря уже о том, чтобы рваться в женихи к избранной. Эту новость он выслушал с ужасом на ангельском лице и долго, витиевато рассыпался в извинениях.

И он не умел вырезать фигурки из дерева. Когда я показала зайца с незаконченной мордочкой, сделанного его собственными руками, Эл удивился и сказал, что никогда ничем подобным не занимался.

Слушая его, я никак не могла избавиться от немного жутковатого ощущения. Передо мной сидел все тот же Эл, который проводил со мной целые сутки на протяжении полутора месяцев, и в то же время это была совершенно иная личность. Нынешний Элтаниэль разговаривал по-другому, вел себя манернее и слегка презирал людей. А может, даже и не слегка. Говоря о возможности стать моим мужем, он делал такое лицо, будто ему предлагали жениться на осле.

С одной стороны, я испытала облегчение. Я сблизилась с этим мужчиной сильнее, чем с остальными женихами. Было бы сложно объясняться с ним на тему того, что я предпочла ему Дамиана. Теперь необходимость в этом отпала. С другой стороны, я чувствовала себя обманутой. Ведь я чуть не влюбилась в Эла, а оказывается, все это время его место занимало чудовище, желавшее мне гибели.

Бывший господин Эла – Намерадиэль, с которым я когда-то столкнулась в саду Академии мужей, – из-за этой ситуации был насмерть перепуган и лишился изрядной части своего высокомерия. В том, что мир балансировал на грани очередного завоевания дьярхами, отчасти была его вина. Это же он привез в Алавир шпиона и позволил ему встретиться со мной.

Дамиан воспользовался ситуацией с умом и добился от эльфов заключения выгодных Алавиру договоров. Также нас клятвенно заверили, что будут присматривать за Элом и обязательно найдут его отца, который распустил заразу. Правда, миновало три месяца, а об этом все еще не было новостей…

Другие женихи не стали пропускать свадьбу. Особенно ее ждал проказник Мэйрис, который тоже ничуть не огорчился потере престижного статуса. Не больно-то ему и хотелось жениться, зато теперь он стал другом королевы, а это, по его мнению, куда лучше скучной семейной жизни. Помахивая хвостом и чуть не подпрыгивая на месте, Мэйрис ждал, когда же мы уже перейдем в пиршественный зал и начнем настоящее празднество. Я даже не стала спрашивать, что он собирается делать потом. Котяра был неудержим в своем стремлении к веселью.

Арис, как обычно, в темно-синем костюме выглядел строго и, пожалуй, даже чересчур сдержанно для свадьбы. Как ни странно, известие о наших с Дамианом отношениях он воспринял с облегчением. Ему больше не требовалось становиться королем, можно было спокойно заниматься любимым делом, а то, что у нас с ним все складывалось не очень, стало ясно задолго до оживления демона-дракона. Если подумать, Арис одним из первых, еще при встрече во Дворцовом саду, догадался, что я неравнодушна к Дамиану. Ну а я никак не могла забыть, что безродная иномирянка для него была бы нежеланной женой. Тогда же никто не знал и тем более не мог заподозрить, что я внучка Эхира, покровителя темных эльфов.

Мезальянс Арису больше не грозил, и не только потому, что у нас с ним не срослось. После возрождения Дамиана он уехал на окраину страны, где старшие эн-Сандрисы занимались исследованиями тлена и возможности остановить его распространение. Как мы думали, Арис разочарован мной и другими моими женихами, среди которых оказался контрабандист. Однако там он познакомился с молодой магиней, ассистенткой своей матери, к тому же благородного происхождения. А вскоре после этого он принял приглашение на нашу с Дамианом свадьбу, прозрачно намекнув, что нужно еще одно – на женское имя.

Разве мы могли отказать?

И вот теперь Арис с задумчивым видом постоянно оглядывался назад, где среди гостей стояла его новая знакомая, и невпопад отвечал на обращенные к нему реплики товарищей. Я искренне надеялась, что эти чувства взаимны и скоро будет сыграна вторая свадьба.

Кажется, лишь один из моих женихов действительно огорчился тому, что я выбрала Дамиана. Причем это был тот, от кого я подобного ожидала меньше всего. Он же был всегда такой здравомыслящий, твердо стоящий на земле, пусть и предпочитал корабельную палубу… Когда я очнулась после пребывания на Границе, откуда меня вытащил Дамиан, Сокол несколько раз приходил и спрашивал, не передумала ли я насчет него. Ему, Хьоколю, разумеется, далеко до потомка бога и по совместительству алавирского короля, но вдруг…

В какой-то момент мне даже показалось, что это очередная проверка «на вшивость». В конце концов, Сокол долгое время успешно шпионил для Дамиана, следя за всеми, кто участвовал в маленьком заговоре. В пользу этой догадки играло то, что от печали «норвежец» освободился как-то уж очень быстро и продолжил ходить в рейды на пиратов, каждый раз возвращаясь громко смеющимся, с победами и богатой добычей.

С Фаудо они примирились. Ну, относительно. Стоило им появиться рядом, как гремели перепалки с изощренными ругательствами в адрес друг друга, но любой, кто их неплохо знал, понимал, что это притворство. А встречались они в последнее время часто. Дамиан помог «испанцу» оплатить семейные долги в Ровире, и в один прекрасный день контрабандист по имени Танцор бесследно исчез. Фаудо же перевез семью в Фарн, нанялся на службу к Дамиану и ходил вместе с Соколом в рейды, прославившись еще больше, чем раньше.

На лихого усача, разодетого по последней моде, поглядывала половина дам в зале. Судя по разбрасываемым им взглядам, своего Фаудо сегодня упускать не собирался.

Ну а Хейс… Темный эльф улыбался с хитрым прищуром, посматривая на нас. После нападения дьярхов он стал героем, ведь именно Хейс благодаря своим предсказаниям оба раза перехватывал управлявшего моим телом дьярха у самой Оси и предотвращал вражеские вторжения. В мгновение ока мелкий шулер с татуированным лицом стал одной из самых уважаемых личностей Алавира и получил в награду целое поместье.

Однако было непохоже, что он возгордился или что он вообще стремился к обогащению. На церемонию эльф надел все тот же невзрачный темный наряд, который позволял ему сливаться с тенями, и постоянно вертел в руках все те же игральные кости. В своем поместье он был единственный раз, предпочитая проводить время в тавернах и на постоялых дворах, где творились разнообразные подозрительные дела.

С момента возвращения с Границы у меня не пропадало ощущение, что Хейс все знал заранее и умело подталкивал нашу компанию к правильному пути. Изредка он ночевал во дворце, и, разыскивая его как-то раз, я обнаружила эльфа играющим в кости с широкоплечим мужчиной. Его голос очень походил на голос бога по имени Рейанд, который откликнулся на зов Дамиана и появился на крыше общежития, но понять, он это или нет, я не успела. Хейс заболтал меня, увлек в коридор, и больше я уже того человека не видела.

Хотя, может, это было просто совпадение. Или эльф познакомился с Рейандом уже после того, как Дамиан призвал богов. Я не знала. В чем я не сомневалась, так это в том, что в один прекрасный день Хейс снова исчезнет, чтобы продолжить свои приключения.

Когда я оглядывала этих шестерых мужчин, на ум невольно приходила мысль, что даже в первом, искаженном виде пророчество было не таким уж ошибочным. Я в самом деле полюбила их – просто не как женихов, а как друзей. Лишь седьмой – Дамиан – стал для меня чем-то большим. А я – для него.

Рукоплескания и радостные возгласы в зале стихали лишь для того, чтобы громко зазвучать снова, от других гостей. Мы должны были пройти по дорожке к выходу и выслушать каждого, кто хотел нам что-нибудь сказать. А высокопоставленных приглашенных, кого допустили в зал смотреть на самую главную часть церемонии, хватало. Мы еще даже не добрались до дверей, а у меня уже гудела голова.

Впрочем, я слушала всех вполуха, а сама думала о другом. За моей спиной как будто оставался не просто зал с гостями, а целый жизненный этап. Я «переехала» жить в другой мир, помогла оживить потомка богов да и сама изменилась. Хотелось бы думать, что в лучшую сторону, ведь раньше я не думала ни о чем, кроме самой себя, а теперь на мне лежала забота о королевстве и в первую очередь – о Дамиане и его будущих детях.

Когда наконец замолчал последний из желающих нас поздравить, я улучила минутку и прошептала Дамиану:

- Надеюсь, это всё.

Я подразумевала, что прекратилось то беспокойное время, когда наши жизни были в опасности, а миру угрожали дьярхи. Дамиан, кажется, понял мои слова неправильно, потому что синие глаза с удивлением посмотрели на меня.

- Нам еще выходить к следующим гостям. Если помнишь, в зал не смогли попасть делегации кентавров и русалок. Первые ждут во дворе, вторые – в бассейне, и нужно проследить, чтобы и те, и те попали в пиршественный зал. И нужно хотя бы какое-то время провести там. А потом, – он подмигнул, – нас ждет первая официальная брачная ночь.

Не удержавшись, я хмыкнула. Уж этого он точно ждал сильнее, чем все остальное.

- Я имела в виду, что все, закончились наши дикие приключения. Можно жить спокойно.

Дамиан покачал головой.

- Нет, девочка моя. Ты просто еще не общалась с делегацией кентавров – вот где настоящие приключения. И не пыталась помирить подвыпивших дипломатов от светлых эльфов с такими же пьяными дипломатами от темных. Между прочим, первую брачную ночь я тоже рассчитываю провести с размахом. А потом тебе придется помогать мне в воспитании наших детей. Когда дети драконьего племени учатся летать, у родителей начинается сущий ад. Так что гарантирую тебе, – он рассмеялся. – Это еще далеко не всё!

Коnец