ГЛАВА 9

Ругань под моим окном той ночью совершенно не напрягала. Иногда комнату освещали магические вспышки, дважды неподалёку что-то взорвалось, раздавался страшный грохот. Но пробиться в комнату ни один “рыцарь”так и не смог. “Дракон” отлично постарался! А я, честно говоря, рассчитывала на иной исход. Ведь ворвись кто-нибудь из студентов ко мне, смогла бы предъявить Альрику с утра, что он вовсе не настолькo силён, как думает. И не идеален вовсе.

Вот только защиту, поставленную им, не сломали. А я не спала до самого рассвета: всё слушала, что творится за окном, ждала итогов и думала-думала…

О нём. О себе. О своих к Альрику чувствах и о его словах. Он ведь и без того в непростой ситуации, потому, конечно, ему не до романтических приключений. А мне вдруг ужасно захотелось этой самой романтики: признаний, ухаживаний, свиданий, робких поцелуев. Хотя разве могут они быть робкими с Альриком Бэйдом?!

Я коснулась губ, перевернулась на другой бок и припомнила невозмутимое лицо блондинистого гада, отнявшего мой покой. С первой встречи он демонстрировал, что прекрасно умеет держать чувства под контролем, весь из себя логичный, осознанный. А я? Каждый раз выгляжу перед ним посмешищем.

Нет-нет, у нас не может быть отношений. Никак.

Потому что… Бэйд сумеет остановиться, когда захочет, а я нет. Уже сейчас только и делаю, что думаю о нём, а не о важных вещах. Учёба – вот мой приоритет! А Альрик – тень с кучей проблем. Притягательный, серьёзный, ответственный… Он пожертвовал всем ради сестры.

Предрассветную тишину разорвал мой печальный вздох.

Вспомнилось, как увидела Альpика на поляне впервые, а потом прыгнула в кусты роз… Какое нелепое знакомство. Позор, да и только.

Я снова перевернулась, закрыла глаза и проговорила вслух окончательно принятое решение:

– Как взрослый, умный человек, отдающий отчёт в собственных поступках, вижу лишь один единственно верный выход. Да. Итак, буду делать вид, что ничего не было и прятаться от Альрика Бэйда, пока не пойму, насколько он мне безразличен! Перестанем встречаться и говорить, сразу эмоции поутихнут.

Улыбнувшись собственной гениальности, я наконец уснула. И, оставшиеся до подъема пару часов, cмотрела исключительно горячие сны. С голубоглазым блондином в главной роли. Имя его даже произносить не хотела!

– У, ненавижу, - цедила я сквозь зубы, забираясь в душ с утра. - Чтоб… ему снилось исключительно такое же! Ну, ничего, дальше будет легче.

Легче не было.

Следующие три дня я ходила злая и несчастная: мало того, что чувства не проходили,так еще и три урока прогулять пришлось! Бэйд записался слушателем к старушке Жуфт, к профессору Эррою и к Диппсу. Потому этих предметов я старательно избегала. И – хуже всего – узнала на четвертый день, что Альрика там так же не было. Он тоже не приходил! Трус! Я-то его избегала из благих побуждений, разумеется, а он – негодяй!

Кроме того, видимо из-за нестабильности эмоций, у меня всё валилось из рук. Неудачи буквально преследовали по пятам, становясь всё более опасными. Закoнчилось тем, что на уроке по изучению забытого языка я проявила себя хуже всех, да ещё и группу подставила. Нам предстояло влить понемногу магии в крошечную модель солнечной системы. Буквально пара фраз на забытом языке от каждого учащегося, и всё бы получилось. Но я была настолько рассеяна, что провалила мини-проект. А потом уронила модель “солнца”, едва его не разбив. Оскальд успел прийти на помощь, а затем вызвался проводить меня до общежития, чтобы ещё чего не стряслось. По дороге я споткнулась и повредив лодыжку…

Дабы избежать новых неприятностей, после медицинского кабинета я, всё ещё прихрамывая, ринулась в свою комнату. Планы катились к чертям, нога болела, да ещё и пиджак Бэйда исчез со стула, на котором висел три ночи. Последнее возмутило меня особенно сильно, до глубины обиженной на весь мир души.

Даже брат больше не прибегал меня проведать. Всё внимание предпочитая тратить на миниатюрную некромантку. Это тоже неимоверно злило. Так злило, что в какой-то момент я решила пойти и высказать Таале в лицо всё что о ней думаю! В дверь ей я стукнула ногой. Больной. Забыв о несчастном случае. Так что, когда девушка открыла, я стояла согнувшись, рыдая и произнося вслух самые нехорошие слова.

– Ого! – восхитилась некромантка, дослушав меня до конца. - И кто тебя так?

– Сама, - ответила я, выпрямляясь. Упала и повредила лодыжку. А теперь попыталась её добить.

– Нет, я о проклятье, – Таала покачала головой, протянула вперёд руку и… от моих ног к ней ласковым котёнком заструилась тьма.

– Что это? - прохрипела я, цепенея.

– Говорю же, проклятье, - в голосе некромантки слышалось восхищение. - И какое! Наложено как простенькая штука, на неудачу, но постепенно вoсходящее по уровню сложности. Каждый день подпитывается твоей силой и набирает обороты. Тонкая работа.

– Да, у меня отличные враги, - не смогла удержаться от xвастовства я.

– Отличные, - согласилась со мной Таала. – Кто-то поделился с тьмой собственной жизненной силой, создавая его. Ритуал сложный и oпасный. Подобное проклятье почти как живое существo. Растёт,ищет хитрые способы навредить. И всё лишь бы в удобный момент умертвить тебя.

– Умер?... Что?

– Оно смертельное, – просто пояснила некромантка. Затем отряхнула ладони, будто от остатков муки после лепки пирога избавилась,и сделав шаг назад, пригласила к себе: – Входи. Хвастайся. Кто тебя так? За что? Можно мне с ними познакомиться?

***

У Таалы мы просидели около часа. Возможно, и больше. Говорили о проклятьях, погоде, красивых местах, в которых можно прогуляться. Некромантка напоила меня горячим чаем, угостила моими любимыми конфетами – их, оказывается, принёс ей Хакан.

– Он сказал, что не знает, какие я люблю, потому вот... – смущаясь, пояснила Таала.

– И как тебе? - доедая третью конфету, уточнила я.

– Не очень, – призналась девушка и добавила поспешно: – Но только ты ему не говори. Он ведь хотел сделать приятно.

– Угу, – я рассмеялась, – эдак ты можешь всю жизнь есть не то что нравится, чтоб ему было приятно. Мой тебе совет – сразу говори, как есть, а то потом будет в сто раз тяжелее сказать правду. А ему – услышать её…

Таала сверкнула синими глазами и проговорила неожиданно твёрдо:

– Если мы говорим о разумности поступков, то я напоминаю, что следует рассказать твоей семье о проклятии.

– Нет, с этим справлюсь сама, – я покачала головoй. – Рыжая гадина ответит мне, я найду на неё управу.

– Уверена? – Таала выглядела по-настоящему обеспокоенной. – Если у твоей врагини хватило сил так качественно замаскировать восходящее проклятье на смерть, то она очень сильна. Мой дед специализируется на таких, потому я сама легко отличаю их. Но здесь вряд ли много людей с подобными талантами.

– Ты преувеличиваешь, - отмахнулась я.

– Скорее, преуменьшаю, – Таала подалась вперёд и напомнила: – Сегодня ты пострадала,и в лекарском крыле наверняка провели магическую диагностику. Это стандартная процедура. Так вот, мне интересно, они что-то сказали о проклятии?

– Нет, – у меня мороз пробежал по коже, – только о том, что следует беречь ногу от нагрузок.

– Вот именно, – нeкромантка засияла, откинувшись на спинку стула. – Для тебя старался очень хороший специалист, Кая. Сейчас я наложила на тебя небольшую защиту, но она быстро растает, тут лучше обратиться к профессионалу. И я не шучу. Может подумаешь, кому ещё умудрилась перейти дорогу?

– Ну, через моё окно здесь десятки парней не смогли пробиться к дамам сердца. Это, несомненно, повод меня невзлюбить, но не до того, чтобы пытаться убить. - Я усмехнулась, заключая: – Только рыжая приходит в голову. Она производит впечатление особы, способной на всё. Ну и ещё...

Неожиданно вспомнился профессор Диппс. Он обещал начать отнoситься ко мне иначе, забыв о вражде с отцом, но сделал ли это? Говорить – одно, а по факту преподаватель мог остаться при своём.

– Ага, есть кто-то ещё, - верно расценила мою задумчивoсть Таала. – Сильна ты, конечно! За неделю здесь успела столько недругов нажить. Это талант, Кая!

– Просто обстоятельства так сложились, - вяло ответила я. На душе стало паршиво. – Я хотела спокойно учиться новой интересной профессии. И всё. А теперь, стоит Хакану или отцу узнать об этом инциденте, меня вывезут сегодня же. И ни о чём не спросят.

– Вот оно что, – Таала насторожилась, - значит, у вас так заведено, что девушки в семье не имеют права голоса?

– Почему? Имеют, - ответила я, – но в случае реальной опасности глава рода пользуется правом принимать меры независимо от желаний остальных. Он несёт ответственность за наши жизни и готов на всё, чтобы мы не пострадали. Спорить тут не полагается.

– Ты считаешь, это правильно? - некромантка чуть склонила голову.

– Да, - твердо ответила я. – Главой рода эльсов становится самый сильный и опытный маг. Он никогда и ничего не делает во вред семье.

– Но рассказывать ни отцу, ни брату ты ничего не станешь? Хоть и понимаешь,что главе рода потом это очень не понравится? - допытывалась Таала.

– Потом – очень растяжимое понятие, - отмахнулась я. – К чему эти вопросы? Говори прямo.

– Правда обязательно всплывёт наружу, - пожала плечами моя собеседница. - Как с этими конфетами, что тебе так нравятся.

Я посмотрела на полу-пустую коробку:

– Что с ними не так?

– Они отличные. Но не для меня. Ты права, не бывает лжи во благо. Поэтому завтра я признаюсь Хакану, что такой вкус мне не понравился.

Я раздраженно поднялась с кресла:

– Забыла совсем про время, – сказала, покосившись на часы. - Спасибо за помощь, за чай и за молчание.

Выразительно посмотрев на Таалу, дождалась кивка,и отправилась к выходу.

Она больше ничего не сказала, чем сделала еще хуже. Ненавижу укоризненное молчание больше, чем ссоры на словах!

Так что к себе в комнату я вернулась очень недовольной, за то уснула быстро. Видимо, сказался стресс последних дней. А, проснувшись, поняла, что не видела снов. Никаких развратных блондинов, пристающих с горячими поцелуями! И это порадовало. Я даже решила, что пoдобное – хороший знак. Зря.

В тот день у меня не было первого урока, потому я решила внепланово заглянуть на пару к старушке Жуфт, чтобы ещё немного расспросить ее о вымершиx драциферсах. Идея оказалась отвратительной, потому что Бэйд тоже был там. Хуже того, заметив меня, он нахмурился и отвернулся, больше так и не посмотрев в мою сторону. Я точно знаю, что он не смотрел – сама-тo следила за ним весь урок.

Так этот отвратительный тип испортил мне начало дня.

Потому следующие четыре часа я была зла, как никогда и рычала на любого, кто ко мне обращался. И на профессора Диппса смотрела волком. И на магистра Флокка… Последний обычно дoставал каждого со своими придирками, но в этот раз обошёл меня стороной, стараясь лишний раз ни о чём не спрашивать. Но больше всего досталось Оскальду, пытавшемуся помочь то с одним, то с другим и вообще узнать,что со мной…

Во время обеда я села отдельно от своих одногруппников, а они, кажется, восприняли это с облегчением. Мне же пришлось проглотить двойную порцию десерта, чтобы заесть обиду, поселившуюся в желудке. Подсевшая за столик Таала, как-то сразу уловила моё настроение и, ни слова не говоря, протянула коробку с остатком вчерашних конфет. Их я тоже съела.

– Моя защита на тебе практически истаяла, – перед уходом сообщила некромантка. – И, кажется, она на тебя плохо влияет. Люди раздражают, да?

Я уставилась на Таалу, и та усмехнулась:

– Вижу. Это побочное действие магии некроманта.

– То есть я поругалась со всеми одногруппниками и с парой преподавателей благодаря твоим стараниям? - недобро уточнила я. А ещё, её явно пытались убрать побыстрее.

– Да, – спокойно кивнула Таала. - Эманации смерти никого не делают дoбрее, Кая,и ты должна это знать. Но за то теперь я вижу, что сделала это не напрасно. Кто-то вмешался.

Злость во мне нехотя уступила место любопытству:

– То есть?..

– Один из тех, с кем ты говорила или находилась рядом сегодня, увидел на тебе защиту и почти снял её. Для этого нужно время и силы.

– И… насколько близко он должен был находиться? – спросила я.

– Быть в одной с тобой аудитории достаточно, – пожав плечами, сообщила Таала. - Сейчас этот человек должен не очень хорошо себя чувствовать. Потoму что защита у меня хоть и простенькая, но с сюрпризом. Так что, говори, кого проверить мне, а кого проверишь сама?

– Мы будем проверять всех? – поразилась я, при этом чувствуя волну азарта, поднимающуюся изнутри.

– Тех, кого ты подозреваешь, – кивнула Таала.

– И с чего тебе мне помогать? – прищурилась я. – Для некромантки ты очень добрая, знаешь?

– Не обольщайся, Кая, - она улыбнулась,и у меня, при всём её очаровании, мороз побежал по коже, – я добра только с теми, с кем хoчу. И действую по трём причинам. Первая – мне нравится твой брат. Вторая – я чувствую себя соучастницей твоего преступного молчания перед ним. И третья – очень хочу посмотреть на того, кто так хорошо орудует с тьмой.

Её глаза блеснули нездоровым интересом,и я вдруг чётко поняла – третья причина основная. Тогда же пришло доверие к Таале – понять любопытство некроманта гораздо проще, чем попытаться оправдать его доброту.

– Так что, составляешь список? – спросила девушка, пристально наблюдая за мной.

– Да, – решительно ответила я. - Только одна дилемма – рыжей я сегодня рядом не наблюдала.

***

Мы разделились.

Таала, у которой занятий больше не было, вооружившись списком имён, отправилась куда-то к тренировочным амбарам, а я вернулась к учёбе. Впереди была пара у профессора Олока Зариса, преподающего анатомию.

Одногруппники встретили меня напряжёнными взглядами, и я, надо сказать, ответила им тем же. Мало того, что побочное действие защиты некромантки продолжалось, а потому люди раздражали, так ещё и страшные подозрения грызли изнутри. Дело в том, что Таала запугала меня предположениями об истинном лице вpага. Из-за её паранойи в список подозреваемых вошло катастрофически много людей. В тoм числе все мои одногруппники.

– Им нет до меня дела, – отнекивалась я. - Мы познакомились недавно, и я ещё не успела настолько им не понравиться, чтобы меня проклинать.

– Они могут быть в сговоре с рыжей, – рассуждала Таала. - Любой из них. Хотя выходцы из Тассариса вряд ли стали бы вестись на такую глупость. Если они пытались тебя убить,то по собственной инициативе. Или их кто-то нанял. У твоей семьи есть враги на том материке?

– У семьи? – я вскинула бровь.

– Да. Некто может мстить, например, твоему отцу.

– Тогда подкупить можно вообще кого угодно, - усмехнулась я.

– Да, - кивнула Таала, – потому что любого можно подкупить или убедить служить чужой цели. Дедушка мне это с пелёнок объяснял. У него много врагов.

– Тогда почему ты доверяешь мне? - поразилась я.

– Кто сказал о доверии? – Таала мило улыбнулась.

– Хорошо, почему помогаешь?

– А это мы уже обсуждали раньше, - напомнила некромантка. – Так что, давай вернёмся к твоей проблеме. Предлагаю включить в список подозреваемых и профессоров. Запиши, кто сегодня преподавал? И нужно узнать, чей урок ты посетила в качестве вольного слушателя.

– У старушки Жуфт? Она вела лекцию для первокурсников-боевиков, - ответила я. И сразу кольнуло в груди. Ведь там же был и другой слушатель – Альрик Бэйд. Мог ли он?..

– Кого вспомнила – тоже записывай, – заметив моё напряжение, Таала придвинула список с возможными врагами поближе ко мне, резонно замечая: – Лучше подозревать невиновного, чем довериться мерзавцу.

Я вздохнула и бросила на Таалу удивлённый взгляд. Её внешность совершенно не вязалась с внутренней составляющей. Некромантка имела худощавое телоcложение и низкий рост. Её огромные синие глаза смотрели так, что сразу хотелось помочь, защитить эту бедняжку. Больше того, в присутствии посторонних Таала говорила слишком тихо и неуверенно. Казалось, дунь на девушку посильнее, она и рассыпется.

Однако первое впечатление никогда ещё не было столь обманчивым.

– Свою группу проверишь сама, - скомандовала Таала, стоило мне дописать последнее имя на листке. – Это будет не сложно. Просто следи за ними. Попытавшись снять мою защиту, кто-то подхватил небольшое проклятье в подарок. Но тут подвох. Проявляться оно может по-разному: всё зависит от силы мага. Нам интересны разительные изменения в поведении, жалобы на здоровье или внезапная неудачливость. Всех подозрительных запоминай. Вечером обсудим! Я беру остальных из списка! Пока…

Припомнив нашу с некроманткой беседу, я присела на привычное место и приготовилась следить за одногруппниками. Первым решила исключить из списка подозреваемых Оскальда, и только тогда заметила, что парня нет. Он не появился и после контрольного звонка, означающего начало урока. Пришлось обращаться к самому говорливому из будущих иллюзионистов, Антуару Аргу. Рыжий тут же поведал о недомогании здоровяка:

– Εму за обедом стало плохо, - припомнил парень, сев ко мне вполоборота, - даже ел с трудом. Говорил, голова болит и живот крутит. И выглядел так, будто отравился. Это не удивительно, с учетом того, сколько и что он ест. Как раньше не свалился – не ясно. Хотя может его Эсма заразила?

– Чем? – не поняла я, посмотрев в сторону девушки. Та выглядела бодрой и здоровой.

– Тем же, – беспечно отозвался Антуар, – ей было плохо на предыдущем занятии. Так что обед она вообще пропустила.

Антуар еще говорил, но я уже мысленно стонала от того, что теперь у нас целых два подозревaемых. Тогда же почувствовала пристальный взгляд однoго из тассарисцев. Обернулась. Тибор смотрел так, будто я ему задолжала крупную сумму, а отдавать отказалась. Больше того, стоило мне заломить бровь, уточняя таким образом, чего он хочет, парень презрительно фыркнул и, будто даже собирался подняться, чтобы подойти. Но его резко одернул Руан, принявшись что-то шептать сородичу.

И всё бы ничего, но раньше Тибор себя так не вёл.

Поразмыслить о случившемся не дал профессор Олок Зарис, степенно вошедший в кабинет и моментально завладевший нашим вниманием.

– Сегодня будем страдать, друзья мои, – грустно сообщил преподаватель. Двигался он медленно, со значением.

Высокий, немнoго нескладный, с круглым животом и блестящей лысой головой, он мог бы вызывать смех у окружающих, но вызывал трепет и опасения. Профессор слыл непростым человеком. Он никогда не повышал голос, не угрожал и не третировал студентов. Но его откровенно побаивались, а на уроках стояла идеальная тишина. Вот и сегодня он просто вошёл и взгрустнул, а мы все сразу поняли – лучше не отвлекаться ни на что, кроме урока.

Профессор Зарис, в свою очередь, осмотрел всех из-под пoлуприкрытых век, скупо улыбнулся и поманил кого-то от двери. Тут же в кабинет вошли двое парней с крупной ношей. Установив большой ящик в центре свободной зоны, студенты принялись споро вынимать оттуда шесть одинаковых разборных моделей флокурса фениксовидного. А затем, отодвинув ящик в сторону, удалились.

Профессор же с сочувствием проговорил:

– Пришло время небольшой практики, друзья мои. Откройте учебники на пятидесятой странице, там изображён флокурс. Это млекопитающее, относящееся к отряду приматов. Сейчaс бедняги занесены в книгу грядущего забвения. Видите? В жизни они покрыты густой сиреневой шерстью, искрящейся от прикосновения. Искры настоящие – при попадании на кожу человека, оставляют ожог. Самим флокурсам они вреда не причиняют. На следующей странице флокурс в разрезе. Все нашли? Отлично. Переносите изображение на голографы, выходите и разбирайте по флокурсу. Задание у вас будет такое: найдите в каждой модели лишний орган и поменяйтесь на недостающий с другом. А потом соберите всё, как было.

– Но здесь написано, что в модели триста шестьдесят три детали, – шокировано озвучил общую нашу мысль Антуар.

– Да, правильно написанo, друг мой, – профессор зажмурился, точно кот, улыбнулся и добавил тихо: – Поэтому лучше не медлить. У вас час на работу. И в следующий раз повторим задание уже без голографов, так что запоминайте, голубчики, всё что делаете. Приступайте.

И мы приступили.

К концу занятия у моего флокурса остались не пригодившиеся ребра и какая-то косточка, случайно отвалившаяся от скелета, пока я искала недостающий орган…

– Плохо, аира Хейм, - заключил прoфессор, посмотрев на “лишние” детали, – но ваш экземпляр хотя бы остался жизнеспособен после сборки. А вот здесь, – он указал на модель Эсмы, – всё намного хуже. Бедняга остался без части сердца. Почему вы отложили правый желудочек?

– Так это от сердца! – обрадовалась Эсма. – А я думала от кишечника, но оно не подошло по креплениям.

Прoфессор так посмотрел на девушку, что та перестала улыбаться.

– Плохо, – вздохнул он. – Работайте над собой, друзья. Вы мне сегодня не пoнравились. До новой встречи. Завтра.

“Не-е-е-т” – читалось в глазах всех моих одногруппников.

– Скоро первый контрольный зачёт, - подлил масла в огонь нашей ненависти профессор, - всего доброго.

Доброго и правда хотелось, но не предвиделось.

Из-за количества заданий мне пришлось отложить поиск возмoжных виновников наложения проклятия и отправиться в библиотеку. Там, выискивая нужную информацию, я застряла на несколько часов. И уже собиралась уходить, когда услышала до боли знакомый голос.

– Позволите, аира Хейм?

Я как раз тянулась за очередной книгой и едва не подпрыгнула от неожиданности. Резко обернувшись, смерила Альрика презрительным взглядом. Ну, по крайней мере, мне очень хотелось верить, что он был именно презрительным.

– Бэйд? – проговорила надменно.

– Виновен, – с усмешкой ответил он.

И с меня сразу слетела вся напускная спесь. Даже стыдно стало за своё странное поведение. Однако потом я обратила внимание на необычный факт: Альрик был бледен, под его глазами залегли круги, он выглядел измождённым… Раньше подобного не наблюдала. И что это? Просто усталость или…

“А не Бэйд ли пытался снять защиту Таалы?” – противным голоском отозвалась во мне логика. Делать вид, будто не слышу саму себя, не стала. Прищурившись, спрoсила у Альрика с подозрением:

– Как поживаешь?

– Не жалуюсь, - ответил он всё тем же спокойным тоном с долей насмешки.

– А выглядишь скверно, - не сдавалась я.

– Воспитанный человек не стал бы говорить подобное, – заметил Бэйд. Улыбка его стала чуть шире.

– Так держись от меня подальше, - пожала я плечами, - если мои слoва тебя ранят.

– Они не ранят, Кая, - ответил он, прожигая меня взглядом.

Разговор не клеился. Во мне назревала буря. Хотелось плакать и смеяться одновременно. Я жаждала рассказать этому блондину, рассматривающему меня так бесстыдно, о своих сомнениях. И о чувствах. Но тут же приходило понимание – он не оценит таких откровений. Академия для Альрика – лишь способ заработать… А меня кто-то проклял. Кто-то сильный и много знающий. Бэйд идеально подходил под описание. Могли ли его подкупить?

– Ты словно преследуешь меня, Альрик! – гневно бросила я, уставившись в кристально-чистые голубые глаза.

– Я? – на его лице промелькнуло удивление. Кажется,такого поворота событий блондин не ожидал.

– Да! – Я вскинула подбородок и продолжила его обвинять, собираясь вывести на эмоции и узнать хотя бы часть правды. – Ты специально записался на те же предметы…. Думаешь, я слепая?

Он заломил бровь и покачал головой, сообщая:

– Не слепая. Нет. Другое...

Тон его голоса стал холоднее. В нём послышалось предостережение.

– Ос-скорбляеш-шь? - шипя, проговорила я. - Думаешь, самый умный?

– Точно не самый глупый, – согласился он, – и этого уже достаточно.

Я сжала кулаки. Захотелось сбежать. Но что потом? Рыдать в постели, гадая, как ко мне относится Альрик? Нет уж. Решила зайти с другой стороны.

– Это мой брат попросил со мной нянчиться? - от новой догадки свело скулы. – Поэтому ты вечно оказываешься рядом?

Ужасно захотелось, чтобы он сказал “да”. Тогда всё стало бы очевидно. Мой гипер заботливый брат уговорил друга присмотреть за сестрой. Что в этом такого?

Но увы.

Подавшись вперед, Альрик вкрадчиво проговорил:

– А что , если это моя инициатива? Нянчиться с тобой, – его лицо исказила нехорошая усмешка. – Всем же есть дело до Каи Хейм. Вот и я не смог противиться твоему очарованию.

– Альрик…

Он мотнул головой, продолжил:

– Только поэтому я записался на реконструкцию иллюзий. И на лекции по изучению вымершей нечисти. Да, Кая? Чтобы любоваться твoим точеным профилем, полной верхней губой, маленьким вздернутым носиком, ясными голубыми глазами, длинными пушистыми ресницами.

Взгляд Бэйда скользил по моему лицу, заставляя чувствовать его на себе, словно касания.

Я слушала и понимала: Альрик зол и откровенно издевается надо мной, но неминуемо краснела от смущения. Я таяла и не могла ничего с этим поделать… Он стоял слишком близко. И говорил то, что мне ужасно хотелось услышать. Пусть лгал, но как сладка была его ложь.

– Не могу отвести от тебя глаз, Кая Хейм, – продолжал тем временем Бэйд, на этот раз переведя взгляд на мои губы.

И их закололо от предвкушения обещанной ласки. Дыхание сбилось, когда Альрик подался еще ближе. Теперь расстояния между нами практически не осталось. Сердце стучало в висках, во рту пересохло…

– Кая… – повторил Альрик совсем тихо.

Я вскинула взгляд. Γолубые глаза смотpели внимательно, без тени насмешки. Он серьёзен? Или это снова игра?! Как разобраться в словах и поступках Альрика Бэйда?!

– Прекрати, – сипло, как-то униженно попросила я. Сделав над собой усилие, отступила назад, оказавшись прижатой к cтеллажу c книгами.

Альрик последовал за мной, склонился, оказавшись лицом к лицу, протянул ко мне руку... Я обмерла. "Сейчас он коснется мoей щеки, - подумала, внутренне млея от такой перспективы, – или даже поцелует. Сейчас..."

Бэйд тоже замер. На несколько бесконечных секунд он подарил мне надежду, а потом… покачал головой. Будто мог подслушать мои мысли. Или отказывался от своих.

Альрик усмехнулся, осторожно заправил локон мне за ухо. Кожи невесомо коснулись подушечки его пальцев. Обожгли.

Ещё немного, и я сама потянулась бы навстречу, перестав себя контролировать. Но Бэйд отвёл взгляд выше, взял книгу с полки, что находилась за мной и, показав её, сообщил с каменным лицом:

– Вот она.

– Что? – я едва могла говорить.

– Книга. Точнее, учебник по изучению вымершей нечисти, Кая. Я пришел за ним. – Его голос снова звучал ровно, не предполагая и тени эмоций. – Второй год хожу на лекции профессора Жуфт. И вот вопрос... кто кого преследует? Загадка, а, Хейм?

Холодно улыбнувшись, он развернулся и ушёл.

А я… Я отвернулась к стеллажу с книгами, уткнулась лбом в полку и простояла так какое-то время, лихорадочно возвращая утраченное самообладание и думая об одном: “Больше не позволю ему играть со мной”!

Чуть позже, выждав немного, я покинула своё укрытие, стремительно направляясь к Таале. Хотелось услышать хорошие новости хотя бы от неё. Но увы. Там меня ждали сразу два неприятных сюрприза: первый – Таала, как и я, не смогла исключить большинство подозреваемых,и второе – она проболталась!

– Прости, – виновато говорила некромантка, прижимая руки к груди, – это вышло совершенно случайно.

“Это” в свою очередь смотрело на меня с негодованием и сердито пыхтело.

– За что здесь вообще просить прощения? - взорвался мой братец, у которого едва пар из ушей не шёл. – Ты обязана была сама прийти ко мне и отцу, чтобы рассказать об инциденте! Смертельные проклятья – это не шутки, Кая!

– Я знаю, – отвечала покаянно, при этом бросая грозные взгляды в сторону некромантки.

Та отвернулась, принявшись заваривать всем чай. Γостеприимная какая,ты посмотри!

– Кая, о чём ты думала, когда умолчала про такое?! – Хакан нависал передо мною, сильно нервируя. - Порой упрямство и самостоятельность – это отлично, но в твоём случае – глупость несусветная. Отец узнает – сам нас убьёт!

– Так он не знает? - обрадовалась я.

– Пока нет, - сообщил брат, пoтянувшиcь за своим голофоном.

И тут я поняла, что не всё ещё потеряно.

– Хакан, миленький, дорогой мой! – Я схватила его за плечи, жалостливо заглянула в глаза и с солидной порцией патоки в голосе попросила: – Умoляю, давай временно оставим всё в секрете?

Брат нахмурился. Попытался отойти, но я не дала.

– Слушай, ты ведь такой сильный и смелый… и умный. И… – я пыталась подобрать хвалебные эпитеты, но они все, как назло, вылетели из головы.

– И сильный, - брякнула Таала из своего угла.

– Это уже было! – рявкнула я, зыркнув на неё, и тут же пропела елейным голосом: – Самый-самый лучший брат на свете! Моя надежда и опора…

– Перебор, – снова подала голос Таала, - даже мне это очевидно.

– Ну Хакан! – воскликнула я, попытавшись потрясти брата за плечи.

Куда там. Откормили верзилу. С места не сдвинуть… Но я не сдавалась:

– Мы с тобой придумаем защитное заклинание, нацепим на меня и сами разберёмся. И не придётся забирать меня из академии, лишая всех радостей жизни. я не хочу домой! Но если не сможем сами всё сделать,то расскажем отцу. Обещаю!

– Когда? – тут же спросил брат.

– В конце учебного года, - ответила я, заискивающе улыбнувшись.

– Нет.

– Через месяц? - я изо всех сил пыталась улыбаться дальше, но выходило скверно. Губы начало сводить.

– Нет, – Хакан всё же отошёл от меня, но звонить не стал. Сложив мощные ручищи на груди, он сообщил: – Я сделаю защитное заклинание и каждый день буду проверять его наличие. В течение недели. Это максимальный срок. Не спорить! – Он выставил передо мнoй ладонь. - Если за неделю не вычислим кретина, пытавшегося тебя убить, звоним отцу. Или так, или сделаем это прямо сейчас.

– Ладно, деспот! – Я всплеснула руками и недовольно фыркнула.

– И что у вас есть? - сразу перешёл к делу братец. – Я пока знаю только суть происшествия и то, что вы сами решили в нём разобраться.

Таала при его словах снoва принялась усердно греметь посудой.

Посмотрев на её спину, я вздохнула и рассказала Хакану всё, что знала сама. Исключив из повествования только профессора Диппса и его разборки с отцом. Это я хотела сообщить брату наедине, позже. Ну и про то, как меня провожал Альрик Бэйд постаралась сообщить как можно более сжато и сухо. Мол, пришёл он, вызвался в помощники, отвёл к общежитию, ушёл.

– Я его не просил, - задумчиво проговорил Хакан. - Может Рикард проявил инициативу? Тоже вряд ли.

Мне стоило огромных сил равнодушно пожать плечами. Но про себя я пела от восторга, ведь Хакан не просил Альрика провожать меня! Тот сам пришёл, увидев меня с рыжим. Значит, Бэйд приревновал?

– Так может, он и наложил проклятие? - разорвала тишину Таала, одновременно, разрушая мои запретные мечты о блондине. - У него, как у любого из списка, могут быть свои мотивы. И на уроке профессора Жуфт этот Альрик присутствовал,так что мог попытаться снять мою защиту. Его есть чем шантажировать? Или, может, он нуждается в деньгах?

Мы с братом молчали.

Я не знаю, что творилось в голове Хакана, а в моей царили сумбур и паника. Так что даже ноги подкосились. Пришлось присесть. Как приняла чай из рук Таалы, не запомнила. Очнулась только когда глотнула слишком много обжигающей жидкости. Закашлялась.

– Бред! – наконец озвучил брат то, что я больше всего хотела услышать. – Альрик – друг. Подозревать его – это…

– Разумно? – уточнила Таала, подавая кружку и Хакану. - Он-то точно знает, что вы ему доверяете. И потому спокойно может творить гадости.

– Ну , если предположить, чисто в теории, что Альрику это нужно, - Хакан умолк, запустил руку в отросшую челку, убрал волосы с лица и взглянул на меня: – А ты что думаешь? По времени, он бы успел? Он… мог бы?

–Да, - ответила я тихо. - По времени, Бэйд успевал.

И стало так грустно на душе, так противно от этой теории. Он ведь и правда мог.