Глава 13

Спать в палатке и спальном мешке мне доводилось и прежде. Мы редко снимали в городах комнаты. Большая семья требует много денег, приходилось экономить. Но я бы не променяла те ночи с братьями и сестрами даже на самый шикарный номер в гостинице. Да, было тесно, иногда малыши отвратительно себя вели, но было что-то особенное в том, как младшие братья и сестры сначала выпрашивали сказку, а затем по полчаса желали друг другу сладких снов. Им не хотелось засыпать, тогда как я и родители валились с ног. Тем не менее мама почти никогда нам не отказывала. Воспоминания о близких согревали. Я услышала тихий разговор ребят в патруле. Слов было не разобрать, но их голоса успокаивали. Усталость, накопленная за день, взяла свое, и я провалилась в сон.

Когда проснулась, было еще темно. Я выглянула из палатки и поняла, что спала от силы час, может быть, два. А всему виной количество выпитого перед сном чая. Недовольно ворча, я пошла в туалет. На стоянке, слава богам, имелась сколоченная будка. Так что можно было не волноваться, что из темноты тебе на спину прыгнет жалорысь или очередной пьяный заяц.

Быстро закончив все свои дела, я поправила одежду и хотела выйти, но снаружи послышался шум.

– И что, ты действительно пойдешь с ней на свидание?

Это был голос Дана.

– Ника давно мне нравится. Почему бы и нет, – ответил Итан.

– Что-то раньше я этого не замечал.

– Ты с первого курса твердишь, что терпеть не можешь Фейн. Мне казалось правильнее держать свои чувства при себе. – В голосе Итана послышались нотки раздражения.

– Хочешь сказать, ты три года из-за меня не подходил к девушке, которая тебе нравится, а теперь вдруг передумал?

– Раньше я был не готов к чему-то серьезному. Не понимаю, зачем этот допрос? Или, может быть, правы ребята и ты с первого курса влюблен в Фейн?

– Это тебя не касается.

– Как и тебя не касаются мои планы на Нику, – бросил Итан. – Дан, я не хочу с тобой ссориться, но посмотри правде в глаза: Фейн тебе не подходит. Она не станет размениваться по мелочам, как все те девчонки, которые вешались тебе на шею, стоило Амелии отвернуться. Кроме того, я ей нравлюсь. Мы оба это знаем.

– Нравился до недавнего времени.

– Что ты имеешь в виду?

– Скоро узнаешь.

Затем послышались удаляющиеся шаги. Хотелось выскочить из будки, догнать нахала Ваймса и на деле показать, как сильно он мне «нравится»! Боги, я ведь совсем забыла, какое у Дана самомнение. Мы даже не встречаемся, а уже вон пытается метить территорию. Думает, я у него в кармане.

Немного успокоившись, я вышла из будки.

– И как давно ты тут? – спросил Итан.

Он стоял сбоку, и я не сразу его заметила.

– Достаточно. А ты… знал, что я здесь. – Я кивнула на туалет.

– Вообще, я просто ждал, пока будка освободится.

– А, – натянуто сказала я.

Неожиданно Итан улыбнулся:

– Как-то странно у нас проходят с тобой объяснения. Не так я хотел обо всем тебе рассказать.

– Тогда нам лучше отложить это до возвращения в академию, – сказала я. – Здесь все же не самое романтичное место.

– В этом ты права, – кивнул он и, поморщившись, зачесал пальцами назад упавшие на лоб пряди. – Сейчас бы в душ.

– И не говори. Пойду я спать.

– Спокойной ночи.

– Спокойной ночи.

Я была рада сбежать от откровенного разговора с Итаном. Снова. На душе остался осадок от подслушанного разговора.

* * *

Борз поднял всех на рассвете. Я чувствовала себя помятой и невыспавшейся. Всю ночь мне снились кошмары, которые с приходом утра забылись, оставив неприятный осадок. Как ни странно, предчувствие надвигающейся беды снова касалось Хейза. Я подошла к нему, пока он собирал палатку.

– Будь осторожен сегодня.

– Ха, поверь, все, кто полезет к кладкам змеекрылов, будут осторожны как никогда, – усмехнулся он, умело сворачивая плотную ткань. – А что? Ты что-то видела?

Я пыталась подобрать слова, чтобы донести до него мысль и при этом не выставить себя на посмешище.

– Просто не лезь на рожон и не рискуй понапрасну.

Хейз кивнул, но я по глазам видела, что он забудет наш разговор, едва мы двинемся в путь. Вообще этот боевик мне нравился. Он не отвешивал шутки в мой адрес, как все остальные, и настроен был вполне доброжелательно. Мне не хотелось, чтобы он как-то пострадал во время задания.

Палатки и спальные мешки было решено оставить в лагере и забрать на обратном пути.

– Значит так, идем в логово, быстренько проверяем кладки, вешаем на змеенышей маячки и возвращаемся в лагерь. Затем небольшой отдых и выдвигаемся домой. Всем все ясно? – спросил Борз, когда мы доедали простой завтрак из каши и сухофруктов.

Разрозненный хор голосов сказал что-то среднее между «угу» и «да».

Пришло время выдвигаться. Итан поставил над горкой вещей защитный купол, чтобы ни один вольпертингер не додумался в них порыться. Я поправила лямки рюкзака. Он был легким, но после вчерашнего испытания у меня ныла спина, и ноги едва ли успели отойти после непривычно долгого похода.

– Ваймс, ты сегодня возишься с Фейн. Смотри, чтобы ее вольпертингеры в нору не утащили, – усмехнулся Борз.

– Ха, скорее Ваймс сам ее утащит под шумок под ближайший… Что…

Договорить Уолт не успел. Дан, до этого забрасывающий костер землей, поднялся. Я моргнуть не успела, как он оказался рядом с зарвавшимся боевиком. Все произошло очень быстро. Один удар, и Уолт полетел на землю.

– Грох тебя раздери, это ведь всего лишь шутка, – сказал он, потирая челюсть.

– Я тебя предупреждал вчера? Предупреждал. Ты на это наплевал? Наплевал, – сказал Дан без злости и протянул руку, чтобы помочь ему встать.

Тот зло сплюнул на землю и поднялся сам.

– Псих, – буркнул Уолт.

Я в ужасе перевела взгляд с парней на Борза. Драки в академии были категорически запрещены, и нарушение этого правила грозило исключением, но преподаватель только потер бороду, взглянул на небо и выдал:

– Кажись, после обеда быть дождю. – Он цокнул языком. – Итан, ты замыкаешь.

Когда мы двинулись в путь, я поравнялась с Даном и прошипела:

– Ты с ума сошел? Нельзя бить других адептов. Тебя же отчислят!

– С чего бы?

– Драки запрещены. Сейчас Борз не стал разбираться, но, когда вернемся, он вполне может рассказать обо всем ректору.

– Так мы и не дрались. Уолт неудачно пошутил. Я неудачно ответил. Кроме того, ты не знаешь Борза. Он скорее назначит мне дополнительные часы на поле или заставит убираться в раздевалке после занятий, чем привлечет ректора.

– Ну допустим, преподаватель вас прикроет, но Уолт вернется с синяком. Он может пожаловаться…

– Ника, успокойся. То, что происходит на задании, остается на задании. Уолт не станет ябедничать. Иначе выставит себя посмешищем для всего факультета.

Я с сомнением посмотрела на Дана. Складывалось впечатление, что боевики живут по какому-то собственному уставу, который порой противоречит правилам академии.

Мы углубились в лес. Почва стала более каменистой, а лиственные деревья встречались все реже и реже. Приятно пахло хвоей. Вдалеке показался просвет. Мы вышли на опушку, с которой открывался прекрасный вид на небольшое ущелье, заросшее гельдарией обыкновенной – ползучим растением с огромными шипами. Где-то там внизу, среди колючек и темно-зеленых листьев, копошилась жизнь. Змеекрылы использовали гибкие ветки гельдарии для гнезд. Колючки ограждали кладки и детенышей от диких птиц и хищников. В знойные дни листва защищала от палящих лучей солнца, в сезон высиживания яиц сочные ягоды помогали змеекрылам поддерживать силы.

По крутой тропинке мы спустились к подножию ущелья. Среди отвесных скал едва угадывались клубки гнезд. Гельдария и вправду отлично скрывала их от ненужных глаз. Но вот среди листвы и иголок показался змеекрыл. Тонкое вытянутое тельце вылезло из укрытия на поверхность. Тряхнув узкой мордой, ящер расправил плотно сложенные крылья и взмыл ввысь. Он напоминал причудливого воздушного змея с длинным извивающимся хвостом.

– Время охоты, – сказал Борз. – Большая часть особей разлетелась. Тех, что остались в гнездах, придется ненадолго усыпить.

Он достал из своей сумки толстые, с кулак, пучки трав и раздал боевикам.

– Как зайдем в ущелье, поджигайте травы. Окурим дымом гнезда. Только осторожно, – предостерег преподаватель. – Не хватало поджечь заповедник. Углубляемся метров на сто. Не дальше. С северной стороны будет работать еще одна группа. В ущелье говорю только я. Никаких громких звуков и глупых выходок. Работаете по двое. Один лезет в гнездо. Второй страхует. Потом меняетесь. Фейн, ты держишься рядом со мной и молчишь. Понятно?

Все кивнули. Мы прошли в ущелье тихо, почти бесшумно. Приметив скопление гнезд, Борз выбирал боевика и отрывисто указывал в нужном направлении. Без слов двое парней отделялись от группы. Один лез наверх, второй держал пучок травы и магией подгонял вверх белый плотный дымок. Порой в гнездах встречались змеекрылы, но, одурманенные, они едва ли могли сопротивляться.

Один раз из гнезда вывалилась особь и упала к моим ногам, тихо шелестя крыльями, как опавшая листва. Чудом мне удалось сдержать крик. Борз подошел к змеекрылу. Тот слабо извивался на земле и пытался подняться. Это было очень красивое утонченное создание, чешуйки радужно переливались на солнце. Я подметила необычный серебристо-серый раскрас.

– Молодая самочка, – заключил Борз, внимательно ее осмотрев.

Говорил он тихо, едва слышно. Проверив змеекрыла, преподаватель установил над ним барьер. Я удивилась тому, как мягко и заботливо он обращался с животным.

Мы прошли еще немного вглубь ущелья. Затем Борз нашел валун и с удобством на нем разместился. Я нервно мяла в руках листок гельдарии. Время тянулось. Как я поняла, кладок в зарослях было не меньше десятка, и все их предстояло проверить.

Первыми закончили с делом Итан и Дан. Их незащищенные руки и лица были исцарапаны острыми иголками. Как ни в чем не бывало Итан снял рюкзак, достал бутылек и выпил противоядие. Только когда он поднес бутылек к губам, я заметила укус на запястье. Дан не пострадал, если не считать нескольких царапин. Я с облегчением выдохнула, когда заметила, что он не стал брать противоядие и просто пытается вытащить мелкие колючки из кожи.

Я молча подошла к нему и взяла теплую ладонь в свои руки, чтобы достать мелкие иголки. Дан не сопротивлялся. Затем показались и остальные боевики. Вот только Хейз и Том задерживались. Время шло, а оставшиеся два боевика как сквозь землю провалились.

Дан не выдержал и установил вокруг себя и Борза звуконепроницаемый купол. Попала под него и я, так как следовала указаниям преподавателя и держалась как можно ближе.

– Хейза с Томом давно нет.

Видимо, он тоже волновался за друга.

– Кто знает, может, змееныш заполз к одному из парней в штаны, и они не знают, как его достать, – усмехнулся Борз.

Я шутку не оценила, как и Дан.

Борз дал знак боевикам следовать за ним и направился к выходу из ущелья. Том нашелся в одном из неглубоких ответвлений. Он встревоженно смотрел вверх и слабо дергал за веревку, конец которой исчезал над выступом.

– Вы там решили вместо змеекрылов яйца высидеть? – недовольно спросил Борз, поставив еще один звуконепроницаемый купол. – Где Хейз?

– Полез наверх, – ответил Том. Он выглядел бледным и испуганным. – Я давно даю ему условные знаки спускаться, но Хейз не реагирует.

– Ваймс, – позвал Борз, глядя на Дана и подавая ему знак войти под купол. – Возьми у Итана веревку, обвяжись и лезь за Хейзом.

Дан снял рюкзак, молча затянул узел на поясе и полез наверх, ловко цепляясь за небольшие выступы. Он делал это с легкостью и мастерством, которых никто не ожидает от массивного двухметрового парня. Я сцепила руки в замок, с волнением и восхищением следя за каждым движением Дана.

Вдруг на лицо упала первая капля. Я вытерла ее ладонью и посмотрела на влажные кончики пальцев. Начинался дождь. Вроде бы птицы не охотятся во время дождя… А змеекрылы?

– Грох мне в печень, – выругался Борз, подтверждая мои опасения, и бросил вдогонку: – Поторапливайся, принцесса, не хочу потом твоему папаше объяснять, что с тобой произошло.

Конечно, Дан этого не слышал из-за заклятья. Я же поджала губы и едва удержалась от замечания. Меня несказанно злило отношение Борза.

Дан поднялся наверх и скрылся из виду. От волнения я сцепила ладони. Секунды тянулись мучительно долго. Наконец он показался из-за выступа. Дан потряс в воздухе кулаком с оттопыренным мизинцем.

– Хейзу плохо, – заключил Борз.

Затем с края выступа свесились ноги. Они болтались, как у тряпичной куклы, и я поняла, что Хейзу не просто плохо – он без сознания. Медленно, с помощью веревки, закрепленной на амуниции, Дан начал спускать боевика вниз. Я боялась даже дышать. Хейз – крупный парень. Одна ошибка, и они оба полетят со скалы. Итан и Уолт стояли внизу, готовясь в любой момент ловить боевика.

– Змеекрылы возвращаются! – крикнул Том, указав пальцем в небо.

Его голос эхом разнесся по ущелью. Борз тут же втащил боевика под звуконепроницаемый купол и дал подзатыльник. Я подняла взгляд и увидела приближающуюся стаю. Особей двадцать, не меньше. Но еще больше меня напугали высовывающиеся из зарослей гельдарии острые змеиные морды. Шум привлек внимание змеекрылов. Дурман, видимо, выветрился.

– Живо все сюда! – скомандовал Борз, колдуя вокруг защитный барьер. – Уолт, отчитайся, все здесь?

Тот обвел взглядом группу и, когда Итан подтянул к преподавателю Хейза, ответил:

– Все, кроме Ваймса.

Боевики пытались оказать пострадавшему первую помощь. Лицо Хейза опухло. На щеке виднелся след от четырех острых клыков. Нет ничего опаснее укуса в голову, тем более у боевика имелись все признаки аллергии. Очень напоминало реакцию, что я видела несколько лет назад у одного из торговцев. Его укусила пчела, и мы едва успели доставить бедолагу к целителю.

Дан медленно спускался со скалы. Я молилась всем богам, чтобы он не оступился. Пронзительный крик над головой заставил меня посмотреть вверх. Змеекрылы достигли ущелья. Часть из них метнулась к гнездам, но самые крупные особи направились прямо к нам.

– Я подстрахую его, – выпалил Итан.

– Стоять! – рыкнул Борз. – Ни шагу из защитного барьера.

Первого спикировавшего змеекрыла преподаватель сбил оглушающим заклятьем. Монстр не успел напасть. Но за ним последовали остальные. Мы находились в самом сердце логова. Так просто эти твари от нас не отстанут.

Атака змеекрылов повторилась, но теперь их было несколько. Более того, они разделились. Часть из них пыталась пробиться сквозь барьер. Их быстро расчистили. Но одной твари все же удалось добраться до Дана. Он пытался смахнуть змеекрыла, который буквально повис на его предплечье, вцепившись зубами в защитную амуницию. Помочь ему мы ничем не могли. Оглушающее заклятье легко могло попасть в Дана. Он снова махнул рукой и чуть не сорвался вниз.

– Прыгай! – приказал Борз. Купол тишины давно спал, да и не было в нем никакой необходимости. Мы и так наделали много шуму. – Сгруппируйся, как я учил, и прыгай!

– Боги, – выдохнула я и зажала рот ладонями.

Дан бросил отрывистый взгляд вниз. Он все еще находился на высоте не менее трех метров. С его комплекцией то, что предлагал Борз, было безумием. И все же… Дан оттолкнулся от стены, сгруппировался и через кувырок приземлился. Уже на земле он оглушил заклятьем змеекрыла и вбежал под барьер.

– Чисто сработано, – бросил Борз, тут же потеряв к нему интерес.

– Господин Борз… он не пьет, – беспомощно сказал Уолт.

Преподаватель опустился на колени около Хейза. Отобрав у адепта противоядие, Борз осторожно поднес бутылек к губам боевика и заставил выпить. Увы, парню это не помогло. Прозрачная жидкость вылилась из уголка рта.

– Я видела такое раньше. Очень похоже на острый приступ аллергии. У него отекли гортань и язык, он не может проглотить зелье, – сказала я, вцепившись в ремешок на защитной форме, чтобы скрыть дрожь в руках.

– Переносимся в академию, – приказал Борз. – Уолт, ты первый. Как только окажешься на месте, зови на помощь целителей.

Ему не пришлось говорить дважды. Боевик сжал кристалл на шее и исчез. За ним еще два боевика, они должны были встретить на той стороне Хейза и отнести его в лазарет. Борз надел перчатки, взял бесчувственную ладонь Хейза и осторожно заставил его пальцы сжать артефакт. Тот перенесся, не приходя в сознание. Затем последовали остальные. В конце осталась только я, Итан, Борз и Дан.

– Фейн, твой черед.

Я замялась, так как хотела убедиться, что Дан без проблем перенесется в академию. Все в этот день шло кувырком, и слишком велик был шанс, что видение скоро сбудется. Неприятное предчувствие, словно маленькая когтистая лапка, скреблось где-то в подсознании и причиняло зудящую боль.

– Грох тебя побери, – выругался Борз. – Итан, Ваймс, уходите.

Итан сжал артефакт и исчез. Дан смотрел на меня и тоже чего-то ждал.

– Ну?! – нетерпеливо рявкнул Борз. – Барьер вот-вот исчезнет!

Вот только с артефактом Дана было что-то не так. Кристалл замерцал, едва тот его коснулся. Магические потоки яркой вспышкой ослепили глаза.

– Ваймс, отбрось его! – крикнул Борз, но было уже поздно.

Дан превратился в сгусток света. Его лицо выглядело удивленным, он что-то говорил, но всплеск магии оглушил меня. Не знаю, действовала ли я сама или Провидение направило мою руку, но я бросилась в сгусток света и вцепилась в запястье Дана. Он пытался вырваться, оттолкнуть меня, но я чувствовала, что поступаю правильно. Это придало сил. А в следующую секунду мои ноги оторвались от земли. Все растворилось в свете, и единственным, что связывало меня с настоящим, была рука Дана, которая наконец-то перестала сопротивляться.

* * *

Чей-то стон заставил меня прийти в себя. Во рту пересохло, голова раскалывалась, а перед глазами плясали черные вспышки. Я нащупала под собой пластины защитной амуниции. Проверила плечи, шею, голову… Странно, но вместо того чтобы убедиться, что все мои конечности перенеслись вслед за мной, я проверяла Ваймса.

– Дан? – слабо позвала я.

Он не ответил. Тогда я стала ощупывать его грудную клетку. Затем спустилась ниже.

– Фейн, ты меня, что ли, лапаешь?

Я отдернула ладони, поняв, что случайно коснулась не той части тела, которой следовало бы.

– Я проверяла, цел ли ты!

– Тогда я рад, что ты начала с самого ценного.

Судя по способности пошлить, Дан не пострадал.

– Что, грох побери, это было? – спросил он.

– Артефакт переноса, он странно сработал.

Все еще не разбирая ничего перед собой, я пыталась понять, где мы находимся. Неподалеку квакали лягушки и даже щебетали птицы. Пахло прелой травой и тиной. Колени и ладони промокли. Видимо, мы приземлились в лужу.

– Это я помню. – зло бросил Дан. – Зачем ты вцепилась в меня? Тебя на основах магии не учили, что нельзя трогать голыми руками мага во время переноса? Тем более если что-то пошло не так.

– Я знала, что делаю, – упрямо заявила и попыталась слезть, но руки Дана крепко держали меня.

– Боги, откуда?

– Мне подсказал дар! И хватит меня упрекать.

– Где твой артефакт? – строго спросил Дан.

– Переноса? Кажется, еще на мне, а что…

Я не успела договорить. Дан ловко перевернулся, увлекая меня за собой. Неприятная влага коснулась волос и начала затекать за шиворот.

– Что ты делаешь? – возмутилась я, пытаясь вырваться, но Ваймс навалился сверху. – А ну пусти!

Так как перед глазами все еще плясали черные пятна, я стала молотить руками по жестким пластинам защиты, причиняя боль скорее себе, чем боевику. Дан поймал мои ладони и завел их за голову, придерживая рукой. Я готова была лягаться и кусаться, лишь бы он немедленно меня отпустил. Не от страха, а скорее от возмущения.

– Успокойся, Ника, а то на руках останутся синяки, – приказал Дан, но я и не думала слушаться.

Его пальцы коснулись моей щеки и скользнули к шее.

– Нет! Не смей! – выдохнула я, догадавшись, что он собирается сделать.

– Какая же ты упрямая, – произнес Дан мягко и прижался к моим губам.

Мне хотелось больно его укусить, лягнуть, но волна возмущения и злости быстро таяла под нежным требовательным поцелуем. Поначалу мне еще удавалось делать вид, что происходящее совершенно меня не трогает. Сцепив зубы, я молилась, чтобы Дан сдался раньше, чем сила воли окончательно меня покинет.

Ваймс слегка прикусил мою нижнюю губу, я приоткрыла возмущенно рот, и этого оказалось достаточно, чтобы Дан смог углубить поцелуй, а дальше… я ответила. Хотела укусить его. Больно. До крови. Но вместо этого жадно тянулась к его губам и позволяла языку Дана коснуться моего.

Все закончилось неожиданно. В моих ладонях, заведенных вверх, оказался кристалл, и Дан откатился в сторону. Я глотала ртом воздух. Мои пальцы сжимали артефакт, но ничего не произошло.

– Вот грох! – выругался Дан, когда понял, что от меня так просто не отделаться.

Видимо, кристалл вышел из строя. Я услышала, как Дан поднялся, и попыталась сделать то же самое. Голова кружилась. На глаза навернулись слезы. Я чувствовала себя использованной, а еще до ужаса глупой из-за того, что так легко поддалась на уловку Дана. От мысли, что ему удалось вскружить мне голову одним поцелуем, стало совсем тошно. Я вела себя как одна из влюбленных дурочек в академии, которых мог выбить из колеи один взгляд Ваймса.

– Никогда так больше не делай! – зло крикнула я и снова попыталась встать.

– Ника. – Он коснулся моего плеча.

Я неуклюже отбросила его руку.

– Где мы? – спросила я холодно.

– Я откуда знаю? В каком-то болоте. Этого твой дар не предвидел? – Голос Дана сочился сарказмом.

Я проигнорировала выпад.

– Нам нужно выбраться отсюда, – сказал Дан. – Вон там есть просвет в зарослях.

Он сделал несколько шагов, а затем снова остановился.

– Ты идешь?

Я собралась с духом и сказала то, в чем не готова была признаться даже себе:

– Дан, я ничего не вижу. Мне потребуется помощь.