Глава 12

— Мы не можем тебя отпустить! — наконец–то подал голос Честер, пока Оленька с утра пораньше вертелась перед зеркалом, вспоминая, что нужно еще взять.

— Это не ваше дело, мальчики!

Два громилы зависли в проходе с явным намерением не пустить ее на дачу. И пусть вчера они как побитые щенки сидели по углам, с лихвой изведав на себе, что значит женский гнев, то сегодня явно вспомнили, что они «в семье» мужчины.

— Никуда ты без нас не поедешь! — рявкнул Дэн, сгребая в охапку ключи от машины.

Ах та-ак! Не привыкла, ох не привыкла Оленька, чтобы ее в чем-то ограничивали, а уж в таком святом деле, как поездка на дачу в субботу — тем более! Откуда им знать, этим прынцам расфуфыренным, какие интересы есть у современной русской женщины? А рассада перерастает, ее срочно высаживать надо! Они же понятия не имеют, какое это удовольствие — корпеть сначала над пакетиками с семенами, бережно высаживать их в почву. Всей душой радоваться на показательную всхожесть, подкармливать и удобрять! А потом со слезами умиления высаживать ровными рядочками на даче! Это ж как ребенка проводить в первый класс! Отправить, так сказать, в самостоятельную жизнь, а потом холить и лелеять до самого выпускного, то бишь до урожая...

— Мало вы вчера мне натворили! — Оленька уперла руки в боки, бросая суровый взгляд в сторону парней. — Хоть из квартиры теперь не выходи! Сидите дома! Или возвращайтесь в эту, как ее... откуда вы? Домой, короче!

— Ты не понимаешь! Инквизиция...

— Это вы не понимаете! Рассада! — Оленька притопнула ногой. — Плевать я хотела на вашу инквизицию, ясно тебе, Чип? Сиди нос лечи, который тебе вчера Барсик разукрасил, пока Дэйл будет инквизиторов гонять. А ты, — она шагнула ко второму, — немедленно отдай ключи!

Честер потупился и отвернул свою красивую физиономию, которую теперь действительно щедро украшали кошачьи царапины, Дэн же со свойственной ему ироничной усмешкой бросил ключи в карман комбеза.

— Достань сама, — хитро улыбнулся он, и Оленькины нервы сдали. Она им не девочка-припевочка, чтобы эти шуточки терпеть!

— Разве супруга не ваша госпожа? — пошла она с козырей.

Парни потупили носы.

— Госпоже положено перечить?

Дэн молча вытащил ключи и переложил их в ее руку.

Совсем другое дело!

Преполненная восхищением самой собой, Оленька повернулась к зеркалу. Уму непостижимо! Два суровых альфы повинуются ей как дрессированные псы! Два исключительных секс-символа с обложки готовы выполнять любые ее прихоти! М-да... Жаль, что сейчас они больше похожи на подростков-обормотов, с которыми ее попросили посидеть, пока их мамочка в командировке. Именно так она их и воспринимала.

— Еды в холодильнике полно. Если захотите — магазин напротив, только ходить по одному. Не забывайте, что «племянник» у меня один! — наставляла Оленька, подкрашивая губы красной помадой. — Котов не гонять! Клеопатру Леонардовну обходить по километровой дуге!

Довольная, полюбовалась на себя и закрутила тюбик. Богиня! Невольно в мыслях всплыли слова Влада. Красное кожаное платье и корсет. Черные волосы. Бледная кожа. Дерзкие стрелки и алая помада. Наверняка она смотрелась супер-секси! Оленька заочно была в восторге от себя.

Влад, конечно, негодяй, но нельзя не признать, что с хорошим вкусом. Что бы он там ни говорил, но ей приятно назвать его «бывшим». Да, это ее бывший — ну здорово ж звучит! И даже к лучшему, что она не помнит, как там оно было...

М-да, корсет это, конечно, сексуально, но увы, для дачи не годится. С сожалением вздохнув, Оленька накинула вязаную кофту и аккуратно взяла в руки ящик с помидорами. Трепетно вдохнула носом аромат. Сегодня, мои деточки, я вас выпущу на волю!

Окинула взглядом недовольно сопящих близнецов. На всякий случай погрозила пальцем. Парни совсем расстроились, Оленьке даже стало их жалко. Ничего, пусть посидят наказанные, а завтра она приедет и проверит, как они усвоили урок и сколько наловили инквизиторов.

Запутавшись в пакетах и озабоченная только тем, чтобы не сломать рассаду, Оленька вывалилась за дверь подъезда и остановилась как вкопанная, уперевшись носом в дорогущее черное пальто.

Мужчина вежливо поддержал ее за ящик с помидорами.

— Прошу прощения, леди, а какая у вас квартира, не подскажете?

Оленька несмело подняла глаза и тут же опустила. Ну сколько можно?! За последние три дня количество умопомрачительных мужчин на одну конкретную душу населения явно вышло за пределы разумной статистики!

Высокий лоб, брови вразлет и смоляные волосы. Идеально ровный нос и светло-карие глаза с золотой лукавой чертовщинкой. И, главное, возраст наконец-то подходящий! Оленька непроизвольно покосилась на его ухоженные руки. Без кольца! Фантастика какая-то...

Вот только Оленьку на мякине не проведешь. Плавали — знаем. Накушались. Довольно.

— Двухкомнатная, — бросила она совсем невежливо, обходя мужчину по дуге.

— Вы Ольга Сергеевна? — в спину прилетел вопрос, заставив ее вздрогнуть. — А я вас узнал сразу.

— Эмм... умм... А я вас нет... — буркнула намеренно грубо в надежде, что он наконец-то поймет, что она не расположена к знакомству.

Перевалив всю ношу в одну руку и стараясь не оглядываться, Оленька не без труда нашарила ключи. Пиликнула сигнализация авто. Багажник Весты приглашающе открылся.

Но мужчина, вальяжно развернувшись, внезапно подошел к нему и уверенно захлопнул.

— Не торопитесь, милая. У нас другие планы.

Снова «пилик» сигнализации, и Оленька едва не утеряла вожделенную рассаду, увидев, как сверкнул фарами поцарапанный Честером черный внедорожник.

Боги милостивые, так это же хозяин!

Судорожно сглотнув, Оленька ощутила, как противно засосало под ложечкой, и сразу же сменила гнев на милость.

— Ох, простите, это вы... А я... Вы только не подумайте ничего плохого... — проблеяла она, переводя затравленный взгляд с умопомрачительного брюнета на брутальное авто с говорящим номером 666 регион 06. — Послушайте, произошло недоразумение. Надеюсь, машина застрахована?

— Надеюсь, вы понимаете, сколько будет стоить ремонт автомобиля этой марки? — в тон ей спросил он и так чарующе улыбнулся, что Оленька поняла — ей вовек не расплатиться. — Но вы не переживайте, — мужчина аккуратно забрал у нее из рук рассаду и установил ее на заднее сиденье своего авто. Потом пригласительно распахнул переднюю дверцу. — Мы договоримся...

На ватных ногах Оленька подошла к машине, а куда деваться? Нет, можно, конечно, убежать, навести панику, заорать «пожар», но весомый аргумент в виде ее прелести на заднем сиденье говорил сам за себя. Нет, она не бросит свое детище! И потом, что бы сказала ей на это Людка? Очаровательный мужчина любезно предлагает подвезти... Можно подумать, ей есть чего терять.

Авто летело по трассе как на крыльях. Мимо мелькали зеленые кроны деревьев и стаи бестолковых мыслей. Чем дальше они удалялись от города, тем больше становилось последних.

Куда он ее везет? Он же даже не спросил, где у нее дача! Что значит — договоримся, если он ничего не говорит? Сейчас завезет куда-нибудь в лесок и... изнасилует, в конце концов!

Оленька вспыхнула, стыдливо запахнула кофту и покосилась на мужчину. Какой точеный профиль! Как у античной статуи! Кожа смуглая, словно покрытая южным загаром. А глаза... так и мечут золотые искры. Причем ироничные, лукавые. Оленька знала по опыту — мужчине с таким взглядом априори не стоит доверять.

Брюнет мягко улыбался, глядя на дорогу, и молчал, но исходящая от него аура чувственности и тонкого шарма захлестывала с головой, мешая Оленьке дышать, а внутренний голос подсказывал, что такому, как он, нет нужды тырить сорокалетних тетенек среди бела дня, чтобы надругаться над ними в леске, равно как и нет интереса взыскивать с нее долг «натурой».

Не без досады осознав этот факт, неуверенно поерзала на сиденье. Так в чем же дело? Что ему надо?

Она несколько раз пыталась начать разговор, но он словно обволакивал ее сознание. Вот вроде бы только что вопрос крутился на языке, и вот он бесследно исчез, осталась только необъяснимое и томное умиротворение.

Очнулась Оленька у ворот своей дачи, когда незнакомец услужливо открыл ей дверь авто. Он помог ей выйти, все так же молча и лаская взглядом достал ее сокровище с рассадой и аккуратно, словно грудное дитя, вложил его в руки обескураженной хозяйки.

Оленька вдруг с досадой поняла, что он не собирается продолжать знакомство, в связи с чем ощутила глубокую тревогу. Его непременно надо удержать!

— А как же... машина... Я должна вам возместить, — наконец–то произнесла она, разочарованно наблюдая, как он открывает водительскую дверь.

Мужчина остановил на ней свой взгляд и вдруг хитро подмигнул.

— Всенепременно. Я заеду вечером. На чай. И мы с вами все обсудим.

Авто запылило по грунтовке, а Оленька еще десять минут смотрела ему вслед. С ума сойти, какой мужчина! Мало того, что, похоже, красивейший из всех, так еще само искушение, интрига! Минимум слов, максимум чувственных жестов. Он даже не сказал, как его зовут!

Весь день потрясенная Оленька провела в раздумьях. Хотела расслабиться и отдохнуть, но новый знакомец не вылезал у нее из головы. Она уже пятнадцать раз причесалась, семь раз перемыла все чашки, заварила два заварочника с чабрецом и мятой, не говоря уже о том, что переодеться в одежду для сада даже не пришло ей в голову. Еще чего, а вдруг судьба — а я в калошах? Помидоры пришлось сажать в нарядном кардигане, каждые пятнадцать минут выглядывая за ворота, чтобы гость, не приведи господь, не застал ее с грязными руками!

Зато когда дело было сделано, она позволила себе расслабиться. Открытая веранда второго этажа, выстроенная на подпорках по типу балкона, выходила на закат, и что немаловажно — на грядку с помидорами! Сидя за столиком, застеленном ажурной скатертью, Оленька попивала чай с вареньем, с вожделением любуясь на эту красоту (и мы сейчас не про закат). Кустики рассады распустили перышки, кое-где желтели пуговки бутонов. На яблоне, что росла вплотную к веранде, запиликал соловей, и в сердце Оленьки разлилась мелодия любви и умиротворения... Не хватало только ЕГО — того, кому эту мелодию можно посвятить...

И ОН ее услышал. Едва она пришла к мысли, что сегодняшний знакомый вполне себе подходящая для этого кандидатура, как чуткий слух уловил мерное урчание авто.

С замершим сердцем Оленька слетела по ступеням, и чуть не утеряла здравомыслие, уткнувшись носом в букет огромных алых роз...

Теперь все было как в хорошей сказке. Предзакатное солнце облизывало последними лучами кроны прибрежных берез, в которых заливались соловьи. В чашечках дымился ароматный чай, благоухали чарующие розы, а он — прекрасный принц, хотя нет, пожалуй, больше похож на короля — сидел напротив, лаская ее взглядом с поволокой.

Оленька прихлебнула чай и кокетливо поправила прическу.

— Простите, эм-м, не знаю ваше имя... — она метнула на него свой самый пленительный взгляд.

— Ах да... — он словно выплыл из нирваны, очнулся, будто его выдернули из самых томных грез. — Да-да... Прошу прощения, просто при виде вас я все на свете забываю...

Оленькино сердце затопило упоение. Даже если это просто хитрая уловка, но приятно до щекотки в животе! Восхитительный мужчина! Чуткий, романтичный и, кажется, немного нерешительный.

Оленька облизала его взглядом и кокетливо закусила нижнюю губу, не смея поверить в такую удачу. Это намного лучше, чем неумолкающие болтуны и приставалы! Здесь можно все взять в свои руки...

Руки Оленьки сразу зачесались. Это же особый вид удовольствия — раскрепостить такого робкого аристократичного красавца. Молчаливо-загадочного, таинственного, скромного...

Почувствовав себя пантерой на охоте, которая зажала в угол дичь, Оленька уже было собиралась совершить решающий прыжок. А именно — пересесть к нему поближе, когда небо накрыла темная тень.

Потом раздался душераздирающий рев, и прежде чем Оленька успела понять, что вообще случилось, сноп огня обрушился с небес прямо на голову ее восхитительного гостя. Вспыхнула ажурная скатерть, а деревянная ограда балкончика просто превратилась в пепел и разлетелась по ветру вместе с креслом, в котором сидел ее герой.

Вот только сам он, кажется, совсем не пострадал, и когда фонтан пламени рассеялся, обескураженная Оленька увидела ТАКОЕ...

Стряхнув с себя остатки тлеющей одежды, мужчина оголил шикарный торс, а его глаза сверкнули алым. Он медленно поднялся и с хрустом расправил плечи, выпуская наружу громадные перепончатые крылья с острыми когтями на концах. А над головой Оленька явственно увидела... рога! Настоящие, витые!

— С..ка, — совсем неромантично сквозь зубы выругался он, и флер таинственности растаял без следа. Устремил глаза в алеющее небо и рявкнул в высоту: — Рэнгольф, ты меня и здесь достал. Какого дьявола?!

Оленьке на секунду показалось, что от солнца оторвался кусок плазмы и приземлился прямо на ее веранду. Сияющий золотой дракон, отчаянно хлопая крыльями, запутался в ветвях близстоящей яблони, но успел зацепиться когтями за ограждение, и только поэтому не полетел кубарем в крыжовник. Прямо на глазах изумленной Оленьки с него сползла золотая чешуя, и на веранде застыл сногсшибательный блондин — мускулистый, с синими глазами и золотыми волосами, а еще с выражением дикой злобы на лице.

«Хоспаде, это ж Ахиллес из фильма, истинно!» — едва выдохнула Оленька, поперхнувшись чабрецом.

— Какого дьявола ты, Самаэль, снова трешься около моей невесты? — рявкнул золотой красавец, да так, что Оленька вздрогнула и едва не выронила чашку.

И это вместо «здрасьте»?

— Ты хотел сказать — моей! — в тон дракону рыкнул демон, возвышаясь во весь свой гренадерский рост над столом. — Мне казалось, мы с тобой этот вопрос уже решили! Я выиграл ее в честном бою!

— Каком, нахрен, честном? — задохнулся возмущением дракон. — Ты обманул меня, лукавый! И сейчас я, Рэнгольф Великий, генерал драконов и повелитель Золотых песков, вызываю тебя, хитрая нечисть, на настоящий поединок!

— А справишься? — усмехнулся демон, хрустнув пальцами, и вокруг него зловеще заклубился черный дым, окутывая его плотной аурой. Глаза стали красными, пальцы вытянулись, выпуская серповидные когтищи. — Ты вроде бы ящер, а надоел как таракан!

Блондин сплюнул и начал покрываться чешуей.

— Защищайся, Сэм. На этот раз тебе конец!

Золотые крылья взметнулись в воздух, раздался оглушительный рев. Ему ответил другой — очень похожий. Черное и золотое схлестнулись прямо на балконе, с такой силой, что деревянные подборки подкосились, а с яблони посыпалась листва. Еще удар — балкон затрещал и покривился, со столика посыпалась посуда, а сам он плавно поехал под откос, вместе со стулом, на котором бетонным изваянием замерла хозяйка.

Внезапно оказавшись в самом центре эпичной разборки, Оленька оцепенела. Все, что она могла делать сейчас — это глупое хлоп-хлоп глазами и как можно крепче держаться за чашку. Два крылатых взмыли над участком и сцепились в небе черно-золотым клубком. Сгустки зловещего дыма смешались с потоками пламени, в которых скрылось солнце.

Поджав ноги под себя, Оленька замерла на стуле, боясь даже вдохнуть, ибо балконная конструкция держалась лишь на честном слове, грозя вот-вот рухнуть в крыжовник, а прямо перед ней разгоралась эпичная битва.

В голове — пустота, вместо мыслей — хор сверчков. Потому что это даже не сон, а что-то совершенно нереальное!

Мозг отказывался адекватно реагировать, поэтому она могла только молча наблюдать. Единственное, что крутилось в голове — как объяснить это соседям?

Драчуны тем временем, увлекшись дракой, потеряли высоту, дракон задел крылом линию электропередач, посыпались искры, обрывки проводов упали на траву. Демон, воспользовавшись замешательством, заломал крыло дракону, но золотой извернулся, вцепившись когтями в его спину. Потеряв равновесие, они упали в крону яблони, запутались в ветвях и рычащим клубком рухнули вниз — прямо в грядку с помидорами...