Глава 19

Виола

Наши отношения с новым издателем вот-вот выйдут на новый уровень – мы готовы подписать контракт.

Наш поверенный уже одобрил документ, но в последний момент все-таки внес несколько правок. «Для собственного спокойствия», – объяснил он. Сегодня Хью заберет финальную версию, поэтому немного опоздает на практическое занятие в кабинете профессора.

Как гора с плеч, не меньше. Если Безликая улыбнется мне, то к концу недели я сменю издателя. Даже думать страшно: вдруг спугну удачу. Новые темы, новый формат рассказов. Столько кровавых подробностей, сколько захочу!

Я невольно зажмурилась в предвкушении. Наконец что-то хорошее, а то казалось, меня приследуют одни лишь неудачи: сначала проблемы с издательством, потом история с Итаном. О личной жизни и говорить не хочется.

Хью обещал опоздать максимум минут на тридцать. Если повезет, впереди меня ожидают целых полчаса наедине с Моим Незнакомцем. Я стояла перед дверью кабинета, собираясь с силами, чтобы постучать. Подняла руку, коснулась гладкой поверхности, но замерла.

А если он подумает, что эта встреча подстроена? Пришлось все-таки постучаться. Иначе бы трусость взяла верх.

Из-за двери послышалось приглашение войти. Кабинет выглядел как и вчера. Единственное отличие – вещи на полках снова стояли на своих местах. Что же, господин Прокурор, я смогла вас капельку взбодрить.

– Профессор Норт, – поздоровалась я, скрывая улыбку. Забавно, как быстро он заметил неправильно стоящие безделушки и поправил их.

Мой Незнакомец сидел за столом, окруженный стопками бумаг. Он молниеносно просматривал документ за документом, делал пометки и откладывал их в одну из стопок.

– Мисс Барнс, – он оторвался от бумаг и коротко кивнул. Увидев, что я пришла одна, спросил: – Мистер Барнс сегодня не присоединится к вам?

– Присоединится, но позднее. У него встреча с поверенным, они обсуждают контракт с новым издателем.

Мой Незнакомец ничего не ответил, сосредоточившись на бумагах.

Я оглядела стопку толстых учетных книг в потертых тканевых переплетах и подтянула к себе первую попавшуюся. Распахнула ее – в нос резко ударил запах сырости. Так пахнут лишь те издания, что годами пролежали в холодных и влажных помещениях.

Чернила, которыми записывали имена постояльцев, выцвели, и разобрать их было не так уж и просто. Я настолько углубилась в чтение, что не сразу заметила, как Мой Незнакомец заговорил:

– Виола, ты забыла у меня в кабинете одежду. Пожалуйста, забери ее сегодня. Она вызывает лишние вопросы.

– У кого?

– Неважно. Просто забери. – Он встал и подошел к кофейнику. Звякнула посуда и по кабинету поплыл запах свежезаваренного кофе.

Тысячи игл ревности пронзили мое сердце, но я сдержалась. Почему-то я была уверена – заметила ее именно женщина. Мужчина не обратит внимание на кусок ткани, забытый в углу.

Молча подошла к стулу, на котором аккуратной стопкой лежали сложенные юбка и простыня. Попыталась запихнуть их в сумку – безуспешно. Не раздумывая, бросила простыню в корзину для бумаг, и юбка сразу легко вошла в отделение для учебников.

Пока я возилась с юбкой, профессор поставил передо мной кофе и вернулся за свой стол. Взяв в руки какой-то документ, он принялся читать, время от времени делая глоток из своей чашки и продолжая держать ее на весу.

Удивительно, но уходить он не собирался.

Мой Незнакомец поднял глаза от бумаг, и наши взгляды встретились. Я сразу же уставилась в учетную книгу, в которой не могла сейчас разобрать ни строчки.

Вдруг на столе профессора закружился темный вихрь – срочный вызов. Он коснулся воронки и застыл с закрытыми глазами на несколько мгновений, слушая сообщение. Затем убрал руку и сразу поднялся.

– Убийство в деловой части города. Боюсь, нам придется отложить работу с документами. Я не могу оставить вас одну в Академии. – Стоя у двери, он уже успел накинуть пальто.

Офис поверенного находился в деловом центре Хоршема. Я похолодела. Здесь всегда много народа, и вероятность того, что с братом что-то случилось, невелика, но щупальца волнения уже сжимали меня, перекрывая кислород. В первую очередь ко мне всегда приходят самые темные мысли.

– Известно имя жертвы?

Профессор замешкался, отчего из легких вышибло последний воздух. Он заметил мое состояние и торопливо ответил:

– Убит поверенный, мистер Льюис. Его нашел ваш брат.

Струна волнения лопнула. Хвала Безликой. Не Хью.

– Я с вами. – Я поднялась со своего места и торопливо подошла к двери. Чего-то не хватает. Сумка! Метнулась обратно к столу и через мгновение снова стояла рядом с господином Прокурором.

– Виола, это место преступления.

– Там мой брат! Я волнуюсь. – Мне пришлось чуть запрокинуть голову, чтобы посмотреть ему в глаза. – Если спросят, скажем, что я пришла успокоить его.

– Вы считаете, что кто-то этому поверит? – Господин Прокурор скептически посмотрел на меня.

– Попрошу Хьюго устроить истерику, тогда поверят.

– Темные боги, вы сумасшедшая, – произнес он. Мне показалось или в его голосе мелькнули нотки восхищения? Он открыл портал и жестом указал на него:

– Прошу, после вас. Пока я не передумал.

Не веря до конца в свою удачу, я вошла в портал.

* * *

В офисе поверенного я сразу же подбежала к Хью и крепко обняла его. Он та еще ехидна, но от мыслей, что с ним могло что-то случиться, у меня все внутри сжалось.

– Ви, ты чего? – Брат попытался выбраться из моих объятий.

– Сделай вид, что я тебя успокаиваю. Тогда мне позволят остаться, – прошептала я ему на ухо.

– Ты в своем уме?

– Делай, как говорю. Я обещала профессору, – прошипела я сквозь зубы, крепче сжимая брата в объятиях.

– Будешь мне должна, – ответил Хьюго в ответ и вдруг начал порывисто дышать.

– Хью, присядь. Все в порядке. – Мой громкий голос невозможно было не услышать. Головы повернули даже Дознаватели, стоящие в дальней части офиса поверенного.

Хью закрыл лицо ладонями. А он хорош – по нему явно плачет актерская карьера.

– Дыши. Вдох – выдох. Еще раз. Вдох… выдох… Вот так. Молодец.

Украдкой я осмотрелась, продолжая гладить брата по спине. В приемной царил странно домашний уют, будто время здесь остановилось. Два кожаных кресла заманчиво стояли у стены – солидные, но издающие предательски смешные звуки, стоит в них только опуститься. Повсюду теснились орхидеи и другие экзотические растения, названия которых я не знала. В дальнем углу гигантская пальма расправила широкие глянцевые листья.

Здесь было тепло и влажно, словно в оранжерее: слишком живой фон для комнаты, где за дверью лежал труп.

Мы расположились рядом с кабинетом поверенного, где сейчас сновали Дознаватели.

Среди них стоял господин Прокурор. Собранный и серьезный, но словно чуточку более человечный, он внимательно слушал доклад Главного Дознавателя, а в какой-то момент даже рассмеялся. Шутить рядом с трупом – цинично. Или просто привычка тех, кто часто смотрит в лицо смерти.

Я не узнавала его. Передо мной был не преподаватель. Сыщик, бросающийся в омут расследования с головой. По-мальчишески влюбленный во взрослые игры в Дознавателей и преступников. Таким он мне нравился еще больше.

Пока длился доклад, он пару раз взглянул на нас с Хью. Быстро, оценивающе. Убедился, что мое присутствие не вызывает вопросов, а брат хорошо отыгрывает свою роль. Так он и ушел в одну из комнат офиса, куда его увлек Главный Дознаватель.

Мы остались одни. Видимо, все решили дать свидетелю время прийти в себя. Шепотом я спросила:

– Расскажи, что произошло. В двух словах.

– Я пришел за контрактом, в приемной никого не было. – Брат наконец-то выпутался из моих цепких объятий, повел плечами, разминая их, и заговорил: – Постучался в кабинет, никто не ответил. Я толкнул дверь, а она оказалась не заперта. За столом сидел мистер Льюис. Расслабленно откинулся на спинку кресла, руки на подлокотниках. Сначала я подумал, что он уснул, таким умиротворенным он выглядел.

– Как его убили? – задала я следующий вопрос, не повышая голоса. Мой взгляд следил за господином Прокурором. Они с Дознавателями вернулись в приемную и что-то оживленно обсуждали.

– Тут уже самое интересное. Его закололи… – Хью сделал эффектную паузу, – пишущим пером. Тем, которое лежало у него на столе на специальной подставке. Для особых случаев.

– Вот особый случай и подвернулся.

Хьюго не удержался и фыркнул, чем привлек внимание господина Прокурора. Он подошел к нам.

– Мистер Барнс, вам лучше?

– Да, спасибо, что разрешили Виоле присутствовать. Сейчас ее поддержка для меня просто неоценима. – Брат склонил голову и прикрыл лицо ладонью. Безликая Богиня, да у него талант! Такая драма из-за покойника. Будто это не он рядом с трупами все детство провел. Разве что не обедал на прозекторском столе. И то не факт.

Вероятно, господин Прокурор подумал нечто подобное, отчего сказал:

– Если вам лучше, то Дознаватели желают побеседовать с вами. Вам, мисс Барнс, придется подождать.

Хью выбрался из низкого кресла и направился к Главному Дознавателю.

– Без проблем, посижу здесь. – Со стоическим видом я откинулась на спинку кресла, которое стояло прямо напротив входа в кабинет убитого. Отличный вид. Неторопливо расправила юбку, достала из сумки учебник и раскрыла его, словно действительно собиралась читать.

– Вверх ногами.

– Что, простите?

– Вы держите книгу вверх ногами.

– О, это специально. – Румянец пополз по лицу, выдавая меня, но голос был спокоен: – Тренируюсь читать вверх ногами. Крайне полезный навык для будущего Дознавателя, вы так не считаете?

– Несомненно. Тренируйтесь. – Господин Прокурор бросил на меня насмешливый взгляд и отошел.

Пока брат давал показания, я украдкой косилась в сторону кабинета. Дознаватели ходили туда-сюда, мелькали служащие, вот-вот должен был приехать патолог. Труп еще не унесли, и мне до жути хотелось на него взглянуть.

Я несколько раз изменила позу, делая вид, что пытаюсь удобнее ухватить тяжеленный учебник – естественно, перевернула его обратно, как только господин Прокурор отошел. Бесполезно. Из моего угла кабинет не разглядеть.

Но что мне, сдаться? Ни за что. Если место преступления не видно, значит, пора сменить точку обзора.

Пожалуй, разомну ноги. Я встала и медленно прошлась по приемной. Остановилась у пальмы, потрогала ее твердые глянцевые листья. Всем своим видом я демонстрировала, как мне скучно и что я пытаюсь хотя бы немного развлечься.

Покачалась с мыска на пятку, пару раз поправила волосы, дотронулась до сережки.

Невзначай направилась к кабинету мистера Льюиса. Ну, просто так, для разнообразия. Никто даже не заметил. У дверей кабинета я снова дотронулась до сережки. И тут замок расстегнулся, и она улетела за дверь. Какая неудача!

Сережка покатилась по дуге, замедляясь и останавливаясь у картотечного шкафа. Я не торопилась поднимать ее. Вместо этого зашла в кабинет и направилась к столу, но не напрямую, а вдоль стены, как будто ищу что-то маленькое.

Пока мне везло: никто не обращал внимания на мою прогулку.

Так я нашла место, откуда отлично просматривался письменный стол поверенного.

Как и говорил Хью, убитый сидел в кресле, чуть повернувшись к окну. От двери ранения видно не было, поэтому сразу и не скажешь, что перед тобой труп. Однако стоило сделать еще шаг, и сомнений не оставалось. Редко встретишь живого человека с пишущим пером, вонзенным в глаз.

Льюиса я помнила смутно: пара встреч мельком да визитка на толстом картоне. Я сглотнула – странно видеть знакомого человека мертвым, но не более. Только легкий холод где-то в груди, и то скорее от ощущения тонкости грани между жизнью и смертью. Смерть Илли ударила по мне сильнее.

Убитый действительно выглядел умиротворенным. На его расслабленном лице резко выделялся след от струйки крови, слезой сбежавшей вниз к подбородку.

Никаких следов борьбы. Бумаги на столе лежали в относительном порядке. Чернильница из тонкого стекла стояла открытой прямо перед убитым. Странно. Почему он не сопротивлялся?

Пора уходить, иначе меня кто-нибудь заметит. Я двинулась было к сережке, когда один из младших Дознавателей сурово окликнул меня:

– Женщина, что вы делаете на месте преступления? Немедленно покиньте помещение.

Что этот тухлый гоблин себе позволяет?! «Женщину» он нашел! Но я сдержалась, нацепив маску человека, впервые столкнувшегося не только с убийством, но и с безжалостной машиной правосудия. Волнение и испуг. Широко распахнув глаза и приложив руку к груди, я принялась объяснять:

– Понимаете, мой брат, он нашел убитого. У него… – я замялась, подбирая слова, – чуть не случился срыв. Я здесь, чтобы поддержать его. Сейчас он вроде пришел в себя и беседует с кем-то из ваших. Жду его уже полчаса, это все так долго. – Недовольный вздох, и глаза обращенные к небу. – Решила пройтись, и, как назло, у меня выпала сережка. Золотая, между прочим. Вот пытаюсь ее найти.

Дознаватель оглядел пол кабинета, сразу заметил блеснувшее золотом ювелирное украшение и поднял его.

– Докажите, что она ваша.

Смущенно улыбнувшись, я повернула голову так, чтобы было видно вторую сережку, вдетую в мочку уха.

– Изящная вещица. Застегните ее как следует, – неожиданно улыбнулся в ответ Дознаватель.

Я протянула открытую ладонь, и он вложил в нее сережку. Похоже, джентльмен из него лучше, чем Дознаватель. Кто в здравом уме отдаст потенциальную улику какой-то незнакомке? Но мне его безалаберность на руку.

Он тем временем достал свой рабочий блокнот, черкнул что-то и вырвал лист. Сложив его пополам, он передал его мне.

– По пятницам я обычно бываю в «Сове». Живая музыка, неплохая выпивка. Хорошая компания.

Потом он подмигнул. Надеюсь, мне показалось.

Поблагодарив его, я попятилась к двери. Еще раз оглядела кабинет, запоминая все детали: окно было закрыто, шторы задернуты, а на краю стола стояли три полупустые чашки.

Засмотревшись на них, в дверях я врезалась во что-то спиной. Ощущение, будто со всей силы впечаталась в стену.

Но это была не стена, а господин Прокурор. Я повернулась к нему лицом, но он смотрел не на меня, а на младшего Дознавателя, так некстати подмигнувшего мне. Один взгляд – и Дознаватель метнулся обратно к трупу. Очевидно, что между мертвым поверенным и живым господином Прокурором он выберет первого.

– Мисс Барнс, вы закончили?

В приемной открылся портал, куда сразу же шагнул Хью. Я вдела сережку в мочку, посмотрела на господина Прокурора и ответила:

– Еще даже не начинала.