Глава 34

Виола

Я плыву в тягучей непроницаемой тьме, словно в нефти. Не чувствую ни тепла, ни холода. Нет боли, нет страданий, нет радости. Вокруг меня ничто.

Сквозь плотную завесу, отделяющую меня от мира, иногда доносится эхо далеких разговоров, но я не могу разобрать ни слова.

Время то идет, то замирает. Может, мне это только кажется. Здесь невозможно отличить сон от реальности.

Но разговоры становятся все громче, ближе. Порой слышится мое имя. Почти невесомое дуновение ветра скользит по ладоням, и я уверена – кто-то держит меня за руку.

В такие моменты трещины расползаются по полотну пустоты. Сквозь них проглядывается мир: знакомый и ослепительно яркий. Я не знаю, смогу ли вернуться назад. И хочу ли я этого?

Там одни лишь страдания, а здесь – безмятежность.

Но любовь и надежда не принадлежат этому миру.

Трещины, изгибаясь причудливыми узорами, разбегаются все дальше, а шум извне нарастает. Не хватает только света.

Кажется, я надолго здесь задержалась.

И темнота рассыпается на тысячу осколков.

* * *

Я очнулась в своей комнате. Кто-то принес сюда огромное кресло из гостиной и поставил прямо напротив моей кровати. Зачем?

Посмотрела за окно, чтобы понять, какое сейчас время суток. Снаружи солнце и зелень. Когда магнолия уже успела отцвести?

В спальне никого не было. Кто-то оставил дверь открытой. Где-то внизу слышалась оживленная беседа, почти спор. Я попыталась позвать брата, но не смогла произнести ни слова. Воздух просто покинул легкие с едва слышным хрипом.

Силы кончились. Я закрыла глаза и провалилась в темноту, которая почти сразу же сменилась сновидениями.

* * *

В следующий раз я проснулась, когда уже наступили сумерки. Мягкий свет ночника окутывал комнату, и за это я была безмерно благодарна. Достаточно с меня темноты.

В кресле сидел человек.

Мой Незнакомец спал.

Его лицо осунулось, между бровей залегла глубокая морщина, которой раньше не было. Волосы растрепаны. Он укрылся блейзером, из кармана которого торчал галстук Магической Академии Кольера. Тот самый, что узнала на мне читатательница из Ворсинга.

От промелькнувших воспоминаний я невольно улыбнулась. Зря. Кожа на нижней губе мгновенно лопнула, и по ней пробежала теплая капля крови. Но меня это не волновало.

Теперь я знала самое главное – Дэниэл жив.

Счастливая, я снова провалилась в целебный сон.

* * *

На следующее утро я проснулась и смогла поднять руку.

Вдохновленная успехом, попыталась взять стакан воды с тумбочки, но переоценила свои силы. Он выскользнул из пальцев, с глухим стуком упал и покатился по деревянному полу.

Через пару секунд в комнату ворвался Хью. Замерев у двери на мгновение, он посмотрел на меня, будто не веря в происходящее. Я слабо улыбнулась ему, и он с подозрительным всхлипом кинулся меня обнимать.

– Сестренка, как же ты нас напугала. – Он прижался лбом к моему лбу. – Ты не представляешь, как мы все за тебя волновались!

Все, что я смогла, – это моргнуть в ответ. Надеюсь, он понял, как я безумно скучала по нему.

– Что ты хочешь? Воды? – Я кивнула. – Понял-понял, сейчас принесу. Только не засыпай, пожалуйста, только не засыпай, – пробормотал он и убежал.

Он вернулся вместе с миссис Хиггинс. Она выглядела как всегда суровой, но глаза ее светились радостью. В руках она держала поднос с моей любимой чашкой – той, что со щербинкой.

– Проснулась, наша голубушка. Уж как мы ждали! Жалко, ваша матушка вышла в магазин. Мистер Хьюго, быстрее дайте мисс Виоле попить.

Он поднес чашку к моим приоткрытым губам, и я сделала глоток. Язык, будто прилипший к небу, снова стал послушным.

– Милая, теперь нужно съесть ложку бульона. Только одну. – Увидев, как я поморщилась, она добавила: – Пожалей старую миссис Хиггинс. Я варила его каждый день, чтобы, когда ты проснешься, у нас был свежий теплый бульон для восстановления сил.

Разумеется, я не могла отказать. Миссис Хиггинс бережно поднесла ложку с теплым бульоном к моим губам, чуть наклонила, и мне пришлось сделать первый глоток. Затем, не дав мне опомниться, зачерпнула еще. Эй, мы так не договаривались!

Видимо, недовольство ясно читалось на моем лице, отчего брат весело рассмеялся:

– Миссис Хиггинс, с Ви все будет в порядке! Не прошло и десяти минут, как она очнулась после месяца беспамятства, а уже показывает характер! Жду не дождусь, когда смогу рассказать об этом Дэну с Моргом.

Дэну с Моргом? Кажется, я что-то пропустила. Постойте. Месяц?!

– Ви, я знаю, у тебя много вопросов. Но господа Прокуроры-Дознаватели взяли с меня слово, что я не стану тревожить тебя, пока ты не окрепнешь. Потом они сами все расскажут. Да и, признаться, я знаю далеко не все.

В голове закружился рой вопросов, но силы окончательно покинули меня. Похоже, мой организм решил, что сейчас пищеварение важнее мыслительного процесса. Я снова заснула.

* * *

Следующие несколько дней мама, Хью и миссис Хиггинс устроили надо мной круглосуточное наблюдение, никого не подпуская. Когда, по мнению мамы, я, достаточно окрепла, мне разрешили принимать гостей.

В честь этого меня причесали, облачили в новую пижаму и накинули халат звездочета. Мама соорудила целый трон из подушек, чтобы мне было удобно сидеть в кровати.

Наконец-то я услышала стук в дверь. Сердце зашлось в радостном предвкушении. Я так соскучилась!

Первой в комнату влетела Джо. Она уже собиралась броситься мне на шею, но, перехватив предостерегающий взгляд Хью, лишь осторожно сжала мои плечи и расцеловала в обе щеки. Следом вошел господин Дознаватель – с привычной чуть нахальной улыбкой. А последним… последним был Мой Незнакомец. Сердце пропустило удар.

Они тепло поприветствовали меня, но под бдительным взглядом мамы обнять не осмелились. Тогда я первая протянула руку, и они, смущенно улыбаясь, по очереди ее пожали.

Морган – с искренней сердечной радостью.

Дэниэл – с тысячей невысказанных слов в глазах.

Когда все расселись на разномастные стулья, подготовленные специально для моих гостей, места в комнате не осталось. Все пришли меня проведать. Даже Барбара впорхнула в комнату и устроилась на корзинке со скорпионами.

Пока миссис Хиггинс разливала чай, мама с Хью наперебой делились новостями о моем выздоровлении. Я лишь молча улыбалась – говорить было больно, и я берегла силы для действительно важных вопросов. Их у меня накопилось немало.

Разговор постепенно сошел на нет, и в комнате повисла тишина. Я глубоко вздохнула, собрала силы и, наконец, заговорила:

– Спасибо, что пришли. Я так рада видеть вас всех… – Моя улыбка дрожала от переполнявших меня чувств. Хотелось сказать так много, но сил на слова почти не осталось. Едва слышно я прошептала, скользя взглядом по лицам собравшихся: – Расскажите мне все.

В комнате стало тихо. Единственный шум исходил от Хью, что дул на слишком горячий чай. Все посмотрели на него, и он сразу же поставил чашку на подоконник и сел, сложив руки на коленях. Дэниэл начал рассказ:

– Как только мы вышли из камеры, я отправил Моргану сообщение через зов крови. В подземелье магическая изоляция блокировала каналы Дознавателей, но в коридоре защита ослабела.

– Получив сообщение от Дэна, я сразу понял, что дело серьезное, – подхватил с энтузиазмом Морган. – Собрал всех, кто был в здании Юстиции или поблизости: Дознавателей и Патрульных. Мы переместились к особняку Дитрихов и попытались войти.

Морган передал свою чашку Хью, закинул руку за спинку стула и продолжил:

– Особняк старинный и был защищен невероятно мощной магией – нам такую не пробить. Я вспомнил о бывшей жене профессора. Патрульные быстро ее нашли и уговорили помочь. Как выяснилось, родовая магия не знает такого понятия, как «развод», – усмехнулся он. – Мы ворвались в тот момент, когда Дитрих выпустил Черное пламя. Времени оставалось в обрез. Виолу задело, но Дэн успел закрыть ее щитом, отсекая от основного потока огня. На защиту себя у него сил уже не хватило.

Морган указал на руку Моего Незнакомца. Только сейчас я заметила, что она была сплошь покрыта ожогами. Безликая, как же так…

– Мы пытались оттеснить Дитриха и вывести пострадавших, но он был готов сражаться до последнего. Уже начал тасовать свою проклятую колоду так, что аж искры летели. Некро-Таро были готовы воссоздать что-то особенно мерзкое. В воздухе чувствовался привкус гнилой магии.

Но его бывшая очень отважная девушка: она бросилась за нами в особняк. Один взгляд на нее, и Дитрих сдался. Дохлый гоблин, как же он смотрел на нее. – Морган присвистнул. – Сразу понятно, что он свихнулся на ней.

Все, что мы успели потом, – это вытащить тебя и Дэна из комнаты. Дитрих вышел сам. Нужно было срочно уходить, ведь пламя никто не сдерживал.

В последний момент меня посетило смутное предчувствие. Я оглянулся… и увидел за диваном, почти у камина, парня, что лежал без сознания.

– Ты спас Мартину жизнь, – прошептала я, и на глаза навернулись слезы. Джо, сидящая рядом, тоже зашмыгала носом.

Морган закашлялся и жестом попросил Хью подать ему чашку с подоконника, чтобы сделать глоток. Спасение Мартина и свое геройство он оставил без комментариев. Пока он неспешно допивал чай, Хью произнес:

– Мы ездили к этому особняку, когда искали способ тебя вылечить. Он сгорел дотла. Оказалось, Черное пламя невозможно потушить – оно затухает само, только когда насытится.

Морган молча передал чашку Хью, облокотился локтями на колени и, немного помедлив, продолжил свой отчет:

– Дитрих во всем признался. Не сразу, конечно, – только после того, как в допросную привели его бывшую жену. К ее чести, она не сказала ни слова. Просто вошла, все выслушала и ушла. Позже, правда, призналась, что едва сдержалась. Все-таки он был ее мужем, хоть и бывшим. Не хотел бы я оказаться на ее месте. – Морган помолчал. – Его показаний хватило, чтобы отправить самого себя на виселицу.

Что чувствовала Бекка, прожив годы рядом с сумасшедшим и будущим убийцей, я не могла даже представить. В конце концов, она нашла свое счастье с Мартином, и это главное.

– А теперь самое интересное – мотив. Мисс Барнс, нужно отдать вам должное: вы безошибочно определили связь между убийствами. Преклоняюсь перед вашим талантом. – Морган изобразил жест, словно снимает шляпу, и слегка поклонился. Я кивнула в ответ, широко улыбнувшись. Первое в жизни признание моих дознавательских способностей!

– Дитрихом двигала жажда мести всем, кто причастен к уходу его жены. Финальной жертвой должен был стать Мартин.

Мартин встретил Бекку на работе. Обычно Дитрихи пользовались услугами другой аптеки, но ее мужу понадобился какой-то редкий ингредиент, и он заказал его у отца Мартина.

Бекка опоздала и пришла после закрытия, но так умоляла выдать ей заказ, что Мартин просто не смог отказать такой миловидной клиентке.

Наутро Бекка принесла ему свежие крендельки из кофейни Илли. Позже они случайно там встретились, разговорились – час пролетел незаметно. Встречи вошли в привычку: раз в неделю, затем два, потом почти каждый день.

Так прошел почти год. Вскоре чувства перестали быть только платоническими, и «Гусиные потроха» – гостиница в двадцати минутах конной езды через лес от дома Дитрихов – стала частым пристанищем влюбленных.

Спустя два года Бекка решилась на развод. Ей помог мистер Абрахам Льюис, поверенный.

После развода у Дитриха появилась навязчивая идея мести. С помощью какого-то ритуала, о котором он напрочь отказывался говорить, он заполучил Некро-Таро. Теперь у него появилась достаточная магическая сила, чтобы начать планировать преступления.

Он долго следил за своими жертвами. Стал постоянным посетителем кофейни Илли. Частенько засиживался там подолгу, наблюдая за работой мастера кофе. Ему не составило труда узнать, когда Илли останется один в кофейне.

Оказывал мелкую медицинскую помощь хозяину гостиницы. Именно поэтому вторая жертва без колебаний вошла с «лекарем» в комнату, где и встретила свой конец. После Дитрих умчался в свой особняк на лошади – точь-в-точь как некогда Бекка. Ночной лес надежно скрыл его от чужих глаз.

С поверенным оказалось еще проще: Дитрих назначил встречу и потребовал, чтобы в конторе никого не было – мол, вопрос слишком деликатный. Поверенный по какой-то неведомой причине согласился, возможно, из-за чувства вины.

С Рольфом все вышло сложнее.

После этих слов Моргана Джо всхлипнула и прижала платок к губам. Хью обнял ее, и, когда она немного успокоилась, Морган продолжил:

– Дитриха предупредил Итан. Он выкрал заметки Виолы об убийствах, и там уже было указано: «У ректора есть подозреваемый – узнать, кто это». Поэтому, когда Рольф пришел к Дитриху с вопросами о кофейне Илли, «Гусиных потрохах» и поверенном Льюисе, стало понятно, кого именно подозревал ректор.

Дитрих был готов к этому разговору. Ему ничего не стоило на минуту отлучиться, взять в своем кабинете флакон с подходящим ядом и вернуться. Просто выпить чаю с ректором. Ничего сложного.

Джо отпустили сразу после признания профессора.

Морган замолчал. Безликая, неужели я виновата в смерти ректора?.. Дыхание перехватило. Нет, Виола! Они оба, и Дитрих и Итан, просто сумасшедшие.

В этот момент Барбара решила размять крылья и начала кружить по комнате. Сначала опустилась на руку Моего Незнакомца – он поднес ее к лицу, внимательно рассматривая. Но долго на одном месте она не задержалась. Вспорхнув, вскоре уже устроилась на коленке Джо, лениво раскрывая и складывая нарядные крылья.

Не будь она бабочкой, я бы подумала, что она кокетничает, демонстрируя себя во всей красе.

Хью рассказал мне, что после всего произошедшего в доме профессора Дитриха нас с Дэниэлом и Мартином перенесли в особняк Нортов, куда незамедлительно прибыл их семейный лекарь. На следующий день приехали родители.

Черное пламя опасно не только ожогами – оно выжигает душу. Если раны можно залечить мазями, настоями и постоянным вливанием магии, то с душой так не получится. Оставалось только ждать.

Первым очнулся Мартин. Он находился дальше остальных от эпицентра Черного пламени и пострадал меньше всех. Скорее, он больше надышался дыма.

Через неделю пришел в себя Дэниэл.

Я же все не просыпалась. Еще через неделю мои родители настояли, чтобы меня перевезли домой. «Дома и стены лечат», – повторяла снова и снова мама.

Прошло три недели. Месяц. Я все еще была без сознания. Никто не понимал, что делать и как мне помочь. Потом я просто проснулась сама.

После рассказа господина Дознавателя у меня остался один важный вопрос, без которого полная картина произошедшего никак не хотела складываться:

– Что с Итаном?

– Пропал без вести, – тихо ответил Дэниэл вместо брата. – Мы полагаем, что он погиб в Черном пламени, но его останков так и не нашли.

Я молча кивнула. Мне на мгновение стало его жаль, как бывает, когда узнаешь о смерти знакомого. Но лучше так, чем если бы он завладел Некро-Таро.

Безликая, спасибо, я в долгу перед тобой. Я жива, вокруг меня мои близкие, и теперь мне ничто не угрожает. Облегченно я откинулась на подушки.

– Спасибо. – Перед глазами все расплывалось от слез. – Спасибо, что спасли меня.