Глава 13

Николас

Корзина стояла на столе, где я её и оставил. Мешки с картофелем и морковью оттащил в угол.

— О, наш ужин, — оживилась Лаура.

— Надеюсь, ещё и на завтрак останется, — улыбнулся ей.

— Конечно, корзина огромная!

— Но и мы голодные!

— Нет, не настолько голодные.

— Аппетит, как известно, приходит во время еды, так что посмотрим, — подмигнул я девушке.

Она стала споро доставать еду и раскладывать по тарелкам. В запасах нашлись: цыплята, зажаренные на вертеле, пироги с мясом и ягодами, кусок ветчины, десяток варёных яиц, жареная рыба.

— Пир готов! — объявила Лаура, когда достала всё их корзины.

Мы минут десять трапезничали в тишине, чтобы насладиться вкусом еды. Ароматы жареного мяса и ветчины плыли по кухне.

Любые беседы пока были излишними, так как только отвлекали бы от вкуснятины.

Когда же мы оба насытились и настой был заварен, вот тогда и решили побеседовать. Вышло это как-то само собой. Непринуждённо.

— Николас, если честно, то ты совсем не похож на некроманта, — начала Лаура, грея руки о чашку. — Я бы скорее решила, что ты маг воды или воздуха. Глаза такие голубые, что просто не верится.

— Ты почти права. От некроманта во мне одно название и родовой перстень. Когда-то наш род был проклят, но до сего момента не сохранилось записей, отчего это случилось, — я смотрел куда-то вдаль, будто силясь рассмотреть события, происходившие, давным-давно.

— Неужели? Такое проклятие, что дар почти пропал, и никто не знает почему?

— Первоначально-то, наверное, знали, но с течением времени, то ли забылось, то ли стеснялись и уничтожили записи о нём, но проклятие действует. Как снять, неизвестно, так как суть его потеряна, — вздохнул я.

— Ты жалеешь, что не можешь стать сильным некромантом? — осторожно подбирая слова, спросила она.

— Нет, наверное, не знаю, — сам запутался я в своих чувствах. — Просто, знаешь, надоело быть никем, никакие начинания не удаются, денег нет. Я страдаю за что-то, чего не делал, не знаю, как это преодолеть. Устал плыть против течения. Понимаешь?

Я смотрел на Лауру в смятении чувств. Так, давно я не анализировал своих чувств, чаяний или вообще задумывался о далёком будущем. Я не знал, что завтра ждёт меня, где уж размышлять о вечном, но сегодня просто день воспоминаний и размышлений.

— Понимаю, — кивнула она мне, — это действительно ужасно несправедливо, что ты страдаешь за кого-то. Так быть не должно.

— Не то чтобы я мечтал быть некромантом, таким как большинство, мне уже не стать, даже если силы ко мне придут, но было бы приятно знать, что я не магический калека.

— Это понятно. Ничуть тебя не осуждаю. Сама я тоже весьма слабенькая колдунья, поэтому даже представить не могу, каково иметь хотя бы возможность быть сильной.

— Да, раньше, когда я был юношей, мечтал, что внезапно сила рода вернётся. Смогу слуг создать в помощь паре, которая меня растила, уборку дома сделаем, ремонт, сад разобьём. Стану жить прилично, как и положено благородному потомку. Придумаю, как зарабатывать, сам буду услуги оказывать.

— Какие у тебя светлые мечты для тёмного мага, — улыбнулась Лаура.

— А у тебя они тоже весьма нетипичные для леди, — указал я на неё, укоряюще пальцем. — Не хотеть выйти замуж, быть свободной.

— Да, я не спорю, я оригинальна.

— И что же сделало тебя такой интересной особой?

— Примеры и истории знакомых леди, — подняла она на меня свои золотисто-медовые глаза. — Не знаю ни одной счастливой. В лучшем случае равнодушие, в худшем — измены, драки, прозябание в поместьях, чтобы не мешали мужьям развлекаться. Стоит ради такого мечтать о замужестве?

— Ради такого точно нет, — уверил я её.

Я сидел и размышлял, как кто-то в здравом уме может так отнестись к Лауре. Она светлая и добрая девушка. Но она говорит, что жених любит другую, а это плохо. Совсем не хочется, чтобы она была несчастна всю жизнь от светских условностей.

— Чего я не могу понять, почему за тобой дают такое огромное приданое, будто ты больная или уродина? — опять вернулся я к теме, которая мне также не давала покоя.

— Я говорила, чтобы я их чопорное семейство не позорила, чтобы бабушкино наследство мужу отошло, а не мне. Это же скандал, если я самостоятельно буду распоряжаться деньгами. Моя мать в светском обществе следует всем традициям, шагу не может ступить без сплетен и осуждений, мнения окружающих. Я же её вечное разочарование. Так вот, меня решили приструнить, спихнув хоть бы кому, будто я бессловесная тварь, а не живая женщина. Мы с бабулей были две кости в горле нашего семейства, но на неё повлиять родственники не могли, а на мне решили отыграться и не допустить «мещанского брака по любви — это же позор»! Что позорного в любви? Я не понимаю?

Она раскраснелась от этой пламенной речи, пряди волос выбились из причёски и мягко лежали на шее, глаза сверкали. В этот момент она была чудо, как хороша. Такую девушку полюбить несложно, сложно не полюбить. Какому-то дураку отдают сокровище, а ему не надо. А мне надо, но как-то это неправильно пользоваться ситуацией. Чтобы вечно между нами стояло, что я позарился на деньги? Деньги мне нужны — это нельзя отрицать, но почему деньги не могут быть приятным дополнением к прекрасной девушке, а не наоборот?

Вздохнул. Обидно стало. Горечь просто накатывала волками.

Маленькая ручка накрыла мои сжатые кулаки.

— Не расстраивайся, постараюсь помочь, чем могу, — сказала Лаура. — Будем вместе грести против этого противного течения, сколько сможем.

— Обещаешь? — уныло спросил её, цепляясь за крохи.

— Конечно! Наше трио: ты, я и Малыш, способно преодолеть всё!

— Ты ещё леди Розу не забудь, так что у нас квартет.

— Тоже неплохо! Чем больше, тем веселей.

— Если ты так считаешь, то я тебе верю. Всё хватит. Пострадали и будет, а то что-то мы только о плохом. Пойдём, Малышу сказки почитаем, а то нехорошо не держать слово данное ребёнку, — вдруг сказал я.

— Я не против, но не нашли ещё сказки, — ответила Лаура.

— Будут вам сказки, — сказал я. — Идём.

Мы поднялись на спальный этаж, и я заглянул в свою комнату. Книга сказок лежала на моей каминной полке, как напоминание о хороших временах. Иногда я листал её, чтобы не забывать, что когда-то и я был счастлив.

— Вот, — вышел из комнаты и передал сборник девушке, — нашлась.

— Так вот почему мы не могли её найти, — улыбнулась она.

В библиотеке Малыш бродил между полками, ведь он не уставал и не спал.

— Смотри, Малыш, мы нашли книгу! — объявила Лаура.

— Неужели? — скелетик подпрыгнул на месте. — Будем читать?

— Да, прямо сейчас!

— Давайте-ка, я огонь разведу, чтобы было уютно, — сказал я.

— Почему нет? — Лаура уселась в потёртое кресло, Малыш забрался на подлокотник. — Итак, первая сказка о работнике и лесном духе.

Девушка читала сказку с выражением, делала паузы, меняла голоса. Я же тихонько возился с дровами и слушал.

Иногда и сам замирал в интересных моментах, улыбался шуткам. Когда огонь весело затрещал на поленьях, я сел в кресло напротив и прикрыл глаза.

Уютно — самое подходящее слово. Оно отражало всю суть этого вечера.

Мы — два одиночества, встретившиеся в ночи на кладбище, кому расскажи, не поверит.

Золотые искры вспыхивали в глазах Лауры, когда она поглядывала на огонь, будто пламя пыталось доказать, что ярче сияет.

Готов так каждый вечер проводить, подумалось мне, и я напрягся. Нельзя так быстро привязываться к девушке! Или можно?..