Эпилог

Три года спустя…

Из просторной гостиной огромного дома доносился визг, крики и топот. Основным источником шума были племянники Алисы, но заводилой и основным источником кипиша, как всегда, являлся Семён Тимурович Любимов.

В свои два с небольшим Сёма разговаривал мало, неохотно и только по делу, и Алиса неизменно ворчала, что он наверняка переплюнет в педантизме своего папочку. То есть меня…

Наш головастый крепыш с тёмно-серыми, как и у меня, глазами умел выражать все свои эмоции лишь многозначительным взглядом и даже плакал только в исключительных случаях, убегая в эти моменты подальше, чтобы кто-нибудь не заметил его минутную слабость. И тогда я смеялся и замечал, что характер-то у нас в мамочку.

Впервые взяв сына на руки, на многие вещи я взглянул совсем иначе. Прочувствовал и, кажется, впервые понял, почему мама сохраняла брак ценой несбывшейся мечты. Отца она любила, в этом я не сомневался, и до определённого момента считал отношения родителей идеальными.

Жизнь – сложная штука, но… Мне определённо повезло. Добившись любимую женщину и став отцом, я считал себя абсолютным везунчиком. Не всем суждено встретить свою половинку, а кто-то проживает жизнь, так и не познав настоящих чувств, граничащих с одержимостью.

Мы поженились тихо. Без свидетелей, шикарного платья, толпы друзей и пышного банкета. Узнав о скором пополнении, я больше не желал откладывать момент, и вскоре Алиса стала Любимовой. Стала моей не только на словах, хотя мы до сих пор не уставали доказывать друг другу, что не ошиблись в своём выборе.

Вернувшись, отец Алисы почти полностью отошёл от дел, оставив меня на должности директора. Управляя его компанией, я наотрез отказался принимать долю и параллельно развивал свой бизнес. И в этом деле Алиса выбрала мою сторону, объяснив это тем, что хочет строить наш успех с нуля, а не пользоваться готовыми достижениями.

Управляя магазином матери и моим новорождённым бизнесом, всю беременность она не просто порхала. Фонтанируя идеями, моя жена вовсе не походила на измотанную гормонами женщину.

Готовясь стать матерью, Алиса буквально сияла, а её энергичность, упорство и почти детский азарт казались неисчерпаемыми. Словно она вынашивала не нашего ребёнка, а мощную батарейку.

Ещё до рождения первенца мы переехали в дом, подаренный отцом Алисы, а родителям уступили нашу квартиру. Несмотря на опасения, большое пространство вовсе не пустовало. Моя мама приезжала почти ежедневно и, пытаясь сблизиться с Алисой, помогала ей во всём.

Две самые любимые и родные для меня женщины поладили не сразу и не так легко, как хотелось бы, но появление Семёна многое изменило. Воркуя над пухлым малышом, Алиса и мама быстро нашли общие темы, а вскоре от прежней холодности не осталось и следа.

Разделив бремя управление семейным магазином со своей сестрой, Алиса работала из дома, а спустя полгода решила выйти на полный рабочий день, и вопрос с поиском няни отпал сам собой. Моя мама тут же заявила, что никому не доверит внука, и мы не стали возражать.

Вопреки желанию, я дал Алисе свободу выбора, и ничуть не жалел. До недавнего времени…

– Пора расширить штат сотрудников, – выдёргивая меня из приятных размышлений, заметил тесть и, листая документы, вскинул брови и удивлённо добавил: – Темпы роста поражают, и всё это благодаря тебе. Уверен, что не хочешь долю?

– А зачем? – отозвался я и, пожав плечами, кивнул в сторону гостиной: – Уже подрастает замена, к тому же я планирую нанять управляющего в свою фирму. Сам не успеваю, а отнимать время у семьи не хочу.

– Вот и правильно, – с пониманием поддержал тесть и, скривившись от пронзительного визга, тихо рассмеялся: – Надеюсь, успею передать свой опыт и бизнес внукам, и когда-нибудь…

– Конечно, успеете, – перебив, заверил я и, оглянувшись на приоткрытую дверь террасы, добавил: – А я помогу. Да и Алиса тоже.

– Даже не сомневаюсь. Деловая стала, – усмехнулся тесть и, покачав головой, пробормотал: – Не ожидал, что она своей упёртостью будет сносить любые преграды.

– Она ничуть не изменилась, – возразил я и, посмотрев на сад, улыбнулся и добавил: – Только теперь она сворачивает горы не только ради себя.

Словно в подтверждение моих слов на террасу ворвался маленький, пухлый и косолапый вихрь и, подбежав, ловко взобрался ко мне на колени, прижимая к груди игрушку, честно отвоёванную у двоюродных братьев.

Обделённые мальчишки примчались следом и, сообразив, что хитрый Сёма притёк ко мне за поддержкой и покровительством, замерли в нерешительности. Позади них тут же появилась моя мама и, оценив обстановку, скрестила руки на груди и покачала головой.

– Игрушка ведь не твоя, – пытаясь пристыдить сына, произнёс я строго и, взывая к его незрелой совести, осторожно намекнул: – Может, отдадим? Ты же нежадный?

– Шшжадный. Моё! – выжимая из себя правильное произношение, отчеканил Любимов младший, а мы с тестем переглянулись, старательно пряча улыбки.

– Как же я тебя понимаю, – усмехнулся я и, чмокнув пушистую макушку, прошептал: – Я тоже жадный и начинаю звереть, когда твоя мама задерживается.

Будто в ответ на моё ворчание в глубине дома хлопнула дверь, потом раздался цокот каблучков, и в гостиной появилась Алиса. Бросив на диван свой жакет и сумку, она потёрла шею и, глянув в сторону террасы, устало улыбнулась.

Сёма спрыгнул с моих коленей и, отбросив наскучившую игрушку, помчался встречать маму. И тут же был пойман на подлёте и щедро зацелован. Встав с плетённого кресла, я пошёл навстречу и, заключив моё двойное счастье в крепкие объятия, поцеловал Алису в губы.

– Опаздываешь, – проворчал с укором, а она отпустила сына на пол и вздохнула.

– Не опаздываю, а задерживаюсь, – улыбнувшись, поправила она и, плюхнувшись на диван, пожаловалась: – Большую поставку товара принимали. Сезон… Устала, сил нет.

– Пора бы делегировать, – приближаясь к нам, осторожно намекнул тесть, а Алиса отмахнулась.

– Знаю, пап. Но кому я могу доверить магазин? Карине пока не до этого.

– А Сёма сегодня одевался сам, – похвалилась моя мама и, присев в одно из кресел, вкрадчиво намекнула: – Никому не дал помочь. Как и ты, доверяет только маме или себе.

– Давай я помогу с подбором грамотного управленца, – предложил я и, заметив, что Алиса напряглась, немного надавил: – Сёма растёт, ему нужна мама. И мне тоже…

– Начинается, – закатив глаза, простонала Алиса и, потерев виски, заворчала: – Семейные ценности и всё такое. Помню и понимаю, но… Пока я всё успеваю, работаю, сама готовлю и веду дом. Дай мне время, и я всё решу.

– Ты молодец. Готовишь очень вкусно, – гася назревающий конфликт, мама поспешила сменить тему и, переглянувшись со мной, улыбнулась: – Не думала открыть сеть семейных ресторанов? Я бы тоже поучаствовала.

– Возможно, – смутившись от комплимента, отозвалась Алиса и, положив руку на живот, виновато улыбнулась: – Но не сейчас. Года через два… может, три…

Её жест объяснил всё, что не давало мне покоя последние пару недель. Усталость, сонливость, ворчливость, повышенное либидо, тяга к нежностям, плаксивость, нервозность и отменный аппетит жены намекали на новое чудо, но я боялся поверить.

– Когда ты узнала? – подсев к Алисе, уточнил я и, взяв её за руку, улыбнулся: – Почему молчала?

– Только что от врача, – созналась она и, пожав плечами, добавила: – Я подозревала, но не была уверена. Решила проверить и вот…

Недоговорив, Алиса положила мою руку себе на живот, накрыла своей и, покраснев, расплылась в широкой улыбке. Хохотнув в голос, её отец захлопал в ладоши, а я тихо рассмеялся.

– Постойте-ка… – запоздало сообразив, охнула мама и, всплеснув руками, заплакала: – Неужели я и второго внука дождалась.

– Я же обещал, – улыбнувшись, кивнул я и, встав, подхватил Алису на руки и понёс к лестнице, на ходу бросив через плечо: – За мальчишками присмотрите.

Зайдя в спальню, я бережно положил жену на кровать и, устроившись рядом, оплёл её руками и ногами.

– Хватит работы. Не пущу. Слышишь? – прорычал притворно строго, а Алиса толкнула меня в плечо и, перекатив на спину, устроилась на моей груди.

– Патриархат в деле? – поиграв бровями, промурлыкала жена и, поправляя цепочку с кулоном, висящим у меня на шее, насупилась.

– Как хочешь, так и думай, – снисходительно позволил я и, сдвинув брови на переносице, отчеканил: – Наигралась в бизнес. Хватит с тебя. Отныне ты живёшь только для меня и для наших детей. Мы жадные.

– Любимов, да ты, оказывается, тот ещё тиран, – хихикнув, передразнила Алиса и, прерывисто выдохнув, положила голову мне на грудь и прошептала: – Наконец-то…

– На то они и семейные ценности, – ухмыльнулся я и, перебирая волосы Алисы пальцами, хрипло добавил: – Люблю тебя.

– А я тебя…