30. Москва

Эти чудесные осенние дни и ночи, которые я провожу рядом с любимым мужчиной, наполняют меня вдохновением.

Игорь каждый день приезжает, чтобы пообедать дома, чтобы пообедать со мной. Конечно, если позволяет моя работа, мы не только обедаем, но и предаёмся плотским утехам.

– Интересно, что станет с нами, когда страсть утихнет? – спрашиваю у него, проводя пальцем по дорожке жёстких волос, сбегающих от пупка ниже. – Когда-то же ты перестанешь хотеть меня?

– Найду себе любовницу помоложе, – смеётся Игорь. – Тем более, что моя любимая женщина занимает лишь половину моей жизни. Уверен, у меня успешно получится совмещать тебя и её.

Его рука ныряет под одеяло и гладит округлость груди. Пальцы скручивают тугой сосок, посылая импульсы по всему моему телу. Трясу головой, чтобы сбросить морок нахлынувшего желания.

– Ну я же серьёзно, Игорь!

– Хорошая моя, маленькая моя, любимая моя, – говорит он севшим голосом, – мне всегда будет мало тебя. Я всегда буду хотеть больше того, что ты готова мне предложить. Такой уж я человек. Ты ещё решаешься на переезд, а я уже планирую нашу свадьбу, рождение детей, большой дом в пригороде и беззаботную старость в окружении внуков. Когда я смотрю в будущее, то вижу там тебя: через год, пять или двадцать лет в моём будущем есть место только для одной женщины. Для тебя, Арина Сергеевна.

– А если ты полюбишь другую? Вот просто так, как меня? Встретишь и полюбишь? В жизни всякое бывает, – пожимаю плечами. – Или я встречу кого-то другого...

– Я никогда просто так не отпущу тебя, Арин, – выдыхает он. – Я никогда не оставлю тебя, я всегда буду любить тебя, но, если ты всерьёз задумываешься, что однажды можешь бросить меня, ты должна знать, что заберёшь моё сердце с собой. Потому что ты и есть моё сердце, Арин. Тебе не о чем волноваться. В тот день, когда это произойдёт, меня перестанет интересовать всё прочее, жизнь лишится красок, а моё сердце навсегда покинет пределы моего тела. Но я никогда не перестану любить тебя и ждать тебя обратно.

Я не замечаю, как начинаю плакать. А он просто стирает поцелуями горячую солёную влагу. Его серьёзные глаза внимательно наблюдают за мной. Я знаю, чувствую, вижу, что он искренне верит в свои слова. Сейчас всё так, я и не сомневаюсь. Но также мне хорошо известно, чего стоят такие обещания спустя годы!

Казалось бы, я отчаянно любила своего мужа. А теперь – я даже вспомнить не могу, что чувствовала, когда он меня впервые поцеловал. Всё стёрлось. Больше десяти лет моей жизни. Я не помню, что чувствовала рядом с бывшим. Знаю, помню каждое событие, но никаких эмоций не испытываю.

Теперь всё, что я знаю: как чувствовался мой первый поцелуй с Игорем, как правильно и цельно я чувствовала себя, когда он впервые наполнил меня собой, как великолепна была наша вторая встреча, когда он пришёл и назвал меня своей. Как восхитительно засыпать в хватке его рук и просыпаться – от его поцелуев.

Как правильно, как безумно правильно всё, что он делает и чего желает! И как я хочу получить это будущее! Хочу выйти за него замуж и родить ему детей, хочу ходить с коляской по улицам города, который успела полюбить так же искренне, как и причину, которая раз за разом возвращает меня сюда.

Я вижу так явственно, как мы встречаем Игоря после работы, как он подхватывает на руки нашего ребёнка, как мы гуляем по городу, забредаем в парк, как поводим время за городом вместе с нашими старшими детьми.

Вижу всё это и рыдаю пуще прежнего. Потому что никогда этого не получу.

Беру крупицы малого. Жадно хватаю своё счастье и держу-держу-держу. Требовательно льну к нему, умоляя о внимании, а когда получаю, эгоистично прошу:

– Не надо, не надо, пожалуйста. Не доставай, сегодня безопасно.

И он, абсолютно полагаясь на мою ответственность, наполняет меня своим семенем, и я взрываюсь и пульсирую вокруг его плоти, давясь слезами. Даже если это произойдёт, никогда не случится. Я никогда не смогу выносить и родить его ребёнка.

Но я эгоистично хочу почувствовать, что будет, когда я буду ждать его ребёнка. Любимого ребёнка от любимого человека. Желанного. Которого я всеми силами хотела бы получить. Но никогда не получу.

А он и не чувствует подвоха. Строит планы. Наполняет меня своим семенем. Улыбается, чувствуя победу. Надеется на долбанное чудо. Притягивает меня ближе. Верит, что у нас есть будущее. И продолжение.

Я плачу, когда он гладит мой живот. Рыдаю взахлёб от несправедливости этого мира. А он успокаивает меня, обещает, что всё сбудется.

– Тебе пора на работу, – улыбаюсь сквозь слёзы.

– Пора, – вздыхает Игорь.

Он одевается, целует меня на прощание, уходит до ужина, обещая, что будет ожидать нашей встречи. А я улыбаюсь в ответ. Я буду ждать, да. С нетерпением.

Буду с нетерпением ждать, когда он вернётся домой. Когда он снова прижмётся ко мне и назовёт своей.

Он приезжает пораньше, везёт меня в торговый центр и побуждает накупить много разных вещей. Помимо одежды и мелочей, что потребуется мне для дома и для прогулок, я покупаю цветы в горшках, пару пледов, интерьерные подушки, ночник и сковороду для блинов. Игорь лишь улыбается, глядя на меня.

Теперь у меня есть несколько комплектов одежды, обувь, нижнее бельё, пара комплектов домашней одежды, пара комплектов – для сна, спортивный костюм с кроссовками, вечернее платье с туфлями.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Мне даже не приходится играть: я счастлива. Я до безумия счастлива. Отталкиваю все непрошеные мысли подальше и наслаждаюсь жизнью. Наслаждаюсь уютной картиной, наблюдая словно со стороны: счастливая семейная пара, разбирающая покупки, мой невозможный мужчина, развешивающий по плечикам мою новую одежду рядом со своей, женщина с горящими глазами, занимающая полки в шкафу, цветы на подоконнике, привнёсшие немного свежести и уюта этой спальне.

Мы неторопливо ужинаем. Сегодня стёрлась очередная грань. Мы оба чувствуем это. Впервые я вижу в глазах мужчины некое подобие спокойствия, до которого мне самой теперь как до луны.

Легко было поддаться искушению, вернуться, придумать ничем не обременительный роман, который вскружил мне голову. Как же всё так быстро вышло из-под моего контроля? Как я допустила всё то, что происходит между нами?

Я застываю. Откладываю вилку. Игорь вопросительно смотрит на меня, но я лишь качаю головой. Я чувствую себя моральным уродом. Циничной и эгоистичной стервой. Последнее время все только и твердили, что я должна или не должна делать. Я настолько срослась со своим собственным «я», что я совершенно не подумала о своём мужчине.

Он не просто поступит как мой муж, когда придёт время узнать правду, он ещё и возненавидит меня. Я бы никогда не простила.

– Извини, Игорь, – выдавливаю улыбку, – я пойду прилягу, что-то внезапно слабость накатила. Наверно, завтра пойдёт дождь.

– Может, врача? – хмурится он.

– Всё в порядке, правда. Голова начинает болеть, это точно на погоду.

– Ступай в кровать, маленькая моя. Я всё уберу и приду к тебе.

Мне нужна небольшая пауза. Сегодня я совсем расклеилась, мне нужно срочно взять себя в руки. Сейчас я не способна соображать. И говорить не способна. Иначе могу сказать. Он сразу возненавидит меня. А с этим я точно не смогу жить.

Когда Игорь ложится под одеяло и прижимается ко мне, я притворяюсь спящей. Знаю, что он не станет меня беспокоить. Чувствую невесомые поцелуи на лице, потом мужчина тихо вздыхает, устраиваясь поудобнее.

– Ну околдовала, Арина Сергеевна! – снова вздыхает он. – Как спать-то теперь? Ни минуты покоя с тобой.

Снова целует осторожно.

– Только не болей, хорошая моя.

Он долго лежит без сна. Как и я. Я старательно не думаю ни о чём. О его мыслях и думать не берусь, лишь знаю, что большинство из них обо мне.

Под утро мне всё же удаётся погрузиться в сон, а просыпаюсь я совсем скоро от его поцелуев.

– Арина Сергеевна, проспишь! – распахиваю глаза. – Уже рабочий день близок, сладкая. Как ты?

– Всё хорошо, – улыбаюсь ему. – Честно. Как огурчик.

– Смотри у меня, – он дерзко улыбается и грозит пальцем. – Непослушных девочек шлёпают по прелестной голой попке.

Игорь уже одет с иголочки. Настроение даже не намекает, что он не спал.

– Бука, – смеётся он и целует. – Любимая моя бука! Я поехал, а ты поднимайся. Завтрак в постель я принёс. На обед обязательно приеду. Не провожай, Арин. Ешь и приступай к работе.

– Спасибо, ты замечательный! – кричу ему вдогонку.

– И?.. – Снова заглядывает в комнату.

– И я люблю тебя, Игорь! – смеюсь в ответ.

– Люблю тебя, Арина Сергеевна.

Я быстро прихожу в себя и включаюсь в работу. Время до обеда проносится незаметно. Я сную между кухней и спальней, то устраиваясь у компьютера, то помешивая свежий суп.

Когда в двери поворачивается ключ, я разговариваю по телефону. Игорь не отвлекает. Слышу только звуки шагов. Заканчиваю разговор и иду искать его.

Но в кухне обнаруживаю вовсе не мужчину.

Подозрительно принюхиваясь к кастрюле с моим супом, с крышкой в руках у плиты стоит пожилая дама.

Она поднимает голову на меня, изумлённо смотрит некоторое время, и я, уверена, смотрю на неё так же, не решаясь начать разговор.

– Обалдеть, – отмирает она первой. – Женщина. Живая. В халате и тапочках!