54. Москва

Мне не верится, что всё это происходит на самом деле. Что Игорь Аркадьевич Щедрин снова ворвался в мою жизнь со своей напористостью и твёрдой убеждённостью в собственной правоте.

Как же мне этого не хватало! Как же мне не доставало простого заверения, что всё будет хорошо. Даже если я знаю, что это совсем, совсем не так!

В мою новую палату входят Катя и Полина. И пока я обнимаю свою дочь, моя сестра выставляет на подоконник косметику.

– Какой у тебя теперь шикарный вид! – улыбается Поля. – Неужели твой Игорь так и будет тебе оплачивать эту палату?..

Она торопливо проглатывает окончание фразы и отводит взгляд.

Я понимаю, что она имеет в виду.

Пока всё не закончится.

И, да, я уверена, что будет.

Он будет рядом, пока я смогу быть.

Мы все взвинчены до предела. Каждое утро начинается с переклички: я отправляю слова приветствия всем своим близким, чтобы их не терзало незнание. Полагаю, когда сообщения прекратятся, все сразу поймут, что это значит.

Больше всего мне жаль мою внезапно повзрослевшую дочь. Катюша вынужденно стала самостоятельной, серьёзной и собранной. Не каждый день ты узнаёшь, что самый близкий тебе человек умирает. Это невозможно принять.

– Мам, ты не злишься, что я рассказала Никите? – спрашивает она.

– Нет, конечно. Катюша, ты поступила очень правильно. Ты была такой сильной, мудрой! Я очень горжусь тобой. И я благодарна тебе, мышка.

– Когда тебя выпишут, мы уедем жить к дяде Игорю?

– Он будет настаивать, но мы не должны подчиняться. – заставляю себя сказать, чтобы не говорить правду. – Если ты захочешь, мы останемся жить дома.

– Нет, мам, – быстро говорит дочь. – Будет правильно, если ты будешь жить с ним. Главное, поправляйся быстрее. А я... могу жить, где угодно.

С кем бы я не говорила, всегда происходит следующее: фразы повисают в воздухе, никто не решается озвучить пугающую мысль.

И даже я сама предпочитаю ничего не говорить. В моей тумбочке лежат письма, в которых я произношу эти последние слова. Моё последнее напутствие для дочери, родителей, сестры, для бывшего мужа и даже для Игоря.

Его письмо я написала первым. И теперь я точно знаю, что он никогда его не прочитает. В нём больше нет смысла. Он единственный не избегает говорить о будущем, хотя и не принимает его таким, каким оно вырисовывается.

Но пройдёт совсем немного времени, и Игорь всё поймёт. И я точно знаю, что даже тогда он не откажется от меня.

Он будет рядом до самого последнего вздоха.

А пока я готовлюсь к собственной свадьбе. И мандражирую, словно всё это происходит взаправду. Словно сейчас я проснусь от этого кошмара, а на дворе весна, суббота, и я собираюсь в загс.

Я совру, если скажу, что не мечтала об этом. Мечтала однажды проснуться, долго собираться, надеть роскошное платье и стать женой Игоря.

Даже, зная, что этого никогда не будет, мечтала.

И вот, мечты сбываются.

Тихий стук в дверь отвлекает меня от сборов.

– Можно? – спрашивает Артур, и я осекаюсь на Катюшу.

– Папочка! – улыбается Катюша. – Ты пришёл! А мама замуж выходит!

– Здорово, мышка, это отличная новость. Можно мы с мамочкой поболтаем немного?

Девочки уходят, а Артур мнётся в стороне.

– Я ненадолго, Арин, не переживай. Твой мужчина очень убедителен, – он усмехается разбитыми губами. – Извини за всё. Я был хреновым мужем, да и человеком оказался фиговым.

– Это всё уже неважно. Всё идёт так, как должно быть.

– Наверно, – он пожимает плечами. – Надеюсь, ещё свидимся. Не переживай за Катюшу. Я всегда буду рядом.

– Спасибо. И я прощаю тебя, Артур. Всё хорошо.

– Ну пока, Арин. У меня не так много времени, – он снова усмехается. – Иначе, твой снова...

Я смеюсь.

– Да, в таком случае, тебе действительно лучше идти. Пока, Артур. Спасибо тебе за дочь.

Он смотрит на меня с печалью в глазах, но всё правильно – для этой истории тупик наступил уже давно.

А сейчас время другой истории. Пусть и слишком короткой, но такой счастливой.

Скоро палата наполняется людьми: сначала возвращаются Катя и Полина. С ними заходит Никита. Потом появляются родители.

И совсем неожиданно врываются Глафира Романовна с Мариной.

Все участвуют в подготовке к моей свадьбе, потому что теперь у меня не хватает сил сделать это самостоятельно.

А когда в сопровождении целой делегации в палате появляется Игорь, мне совсем нет дела ни до чего больше.

Я волнуюсь. Это нормально. Игорь ослепительно хорош, а я... Несмотря на сарафан и косметику, я всё та же умирающая женщина.

Которая неожиданно становится чьей-то женой.

Для меня слишком много этого дня. Я уже не могу выдерживать долгое время бодрствования. Мне тяжело. И я даже рада, когда мы остаёмся в палате вдвоём.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Игорь ложится рядом. И я наконец устраиваюсь на его груди и засыпаю.

Я не знаю, сколько нам отведено времени, поэтому радуюсь каждой секунде рядом с ним. Быть его женой – блаженство. В чистом виде. Как же он заботлив и терпелив.

В ожидании осуществления планов Игоря, мы много разговариваем. Мне нравится слушать о будущем, каким его видит он. Полное радужных перспектив, оно наполняет меня энергией и силой. А может, всё дело в мужчине рядом со мной.

Теперь я знаю, что значит «быть замужем». За мужем. Теперь это моё любимое место.

День ото дня я чувствую прилив бодрости. Становлюсь сильнее, а боли отступают. Я словно становлюсь здоровее. И Игорь радуется этим переменам.

Я не говорю ему, что это, напротив, очень плохой знак. То, что я слышала об этом эффекте много раз за прошедшие три месяца в длинных больничных коридорах. То, что в моём случае облегчение – это окончание пути.

Тело устало бороться с опухолью и готовится к покою.

В день, когда я чувствую себя просто великолепно, я отпускаю все тревоги.

– Игорь, – улыбаюсь мужу. – Мне нужно тебе сказать что-то важное.

– Я весь внимание, любовь моя.

– Скоро всё закончится, Игорь, – тихо говорю ему, и на его лице вспыхивает негодование. – Не злись на меня, ладно? Ты подарил мне такое счастье, что мне не обидно умирать. Мне очень нравится быть твоей женой, Игорь. Это моё самое любимое занятие. И мне жаль, что я не решилась сразу, как ты предложил. Я очень сильно люблю тебя. Помни это, ладно? Помни и будь счастлив. Когда будешь готов, иди дальше не оглядываясь. Я больше всего на свете хочу, чтобы ты был счастлив, когда меня не будет рядом.

– Я никогда не отпущу тебя, Арина Сергеевна, – он опускается на пол, на колени, рядом со мной. – Никогда. Мне никто не нужен. Только ты. И я буду счастлив, потому что ты будешь со мной, хорошая моя. Всегда.

– Мне очень жаль, Игорь, – я всхлипываю, – я буду оберегать тебя. Я верю, что моя душа никогда не покинет тебя... А тело... Оно просто устало, понимаешь?

Я перехожу на еле слышный шёпот. Игорь стискивает меня в своих объятиях.

– Ты должна быть со мной! Я не отпущу тебя! Ты должна бороться! Ты не бросишь меня!

– Иногда решает судьба. – возражаю ему. – Ты должен отпустить меня. Я устала...

– Тебе придётся потерпеть, Арина Сергеевна! Потому что я не могу потерять тебя... – Для верности он качает головой, – и не потеряю.

Какой же он упрямый! Мне бы хоть каплю его твердолобости! Уверена, я не оказалась бы в этом месте.

Игорь быстро поднимается и устраивается на койке. Притягивает меня к себе на руки. Смотрит долгим пронзительным взглядом. Медленно целует. Так, что я ощущаю всю его боль.

А потом он просто держит меня.

Тьма, сгущаясь вокруг меня, кажется мне непреодолимой. Но я счастлива. И улыбаюсь.

Несмотря на тяжесть момента, я не захотела бы пожелать другого конца.

Умирать в руках любимого человека – это почти счастье.