Глава 2

На мгновение кажется, будто я сплю.

Или уже умерла…

Но это состояние быстро проходит, потому что мне снова становится жутко холодно. Мороз пробирает до костей, ещё и за плечо кто-то меня будто тормошит.

– Эй, очнись, – мужской приятный баритон доносится словно сквозь плотную толщу ваты.

Я пытаюсь открыть глаза, которые против воли закрылись снова.

– Алёна… – вырывается на выдохе, и я моментально прихожу в себя, вспомнив, что держу на руках дочку.

Всматриваюсь в маленькое личико вздрагивающей во сне малышки. Отмечаю, что Аля едва заметно причмокивает, успокаиваюсь.

И плевать, что собственного тела почти не чувствую.

– Ты меня слышишь? – не унимается мужчина.

Тормошит с такой силой, что кажется, я сейчас мелкими льдинками расколюсь на части и осыплюсь к его ногам.

Всё тело онемело, замёрзло, буквально закоченело. Я и пошевелиться толком не могу уже. Стучу зубами в попытке что-то ответить. Не выходит.

Надо попросить о помощи незнакомца, но мой язык и губы стали непослушными, словно и вовсе мне не принадлежат.

Мысленно благодарю Бога за этот шанс и прошу только об одном – чтобы незнакомец не оставил нас здесь. Чтобы спас.

Неожиданно сильные руки подхватывают нас вместе с дочкой. Мысленно восхищаюсь силой этого незнакомца, но вслух я по-прежнему не говорю ни слова.

Я снова погружаюсь в туман.

Прихожу ненадолго в себя уже в машине. Огромный внедорожник, на всю работает печка, но я всё равно не могу никак отогреться и только крепче прижимаю к себе дочку.

Не знаю, сколько мы едем. Только отмечаю, что в лицо светят фары встречных машин.

Ну, где они все были, когда нам так нужна была помощь?

Чувствую, как по лицу стекают струйки подтаявшего снега. Дрожащими непослушными, неестественно скрюченными пальцами стягиваю с себя шапку и бросаю на сиденье.

Машина плавно тормозит. Алёна просыпается, садится на моих руках.

– Мя? – смотрит на меня жалобно, вопросительно.

И в голове одна мысль: только бы не заболела дочурка после наших с ней приключений.

Постепенно отогреваюсь.

– Я вызвал скорую помощь, – бросает мне мужчина с переднего сиденья. – Рекс, уймись, – по-доброму журит собаку.

А я ещё понять не могла всю дорогу, что за звук такой странный, а это пёсик поскуливает.

Незнакомец, лица которого я пока не в состоянии разглядеть из-за темноты, помогает нам выбраться их машины.

Принимаю его помощь, даже не задумываясь, какие у мужчины могут быть намерения. Для меня сейчас это не столь важно, главное, чтобы с дочкой всё было хорошо.

– Спасибо вам, – благодарю, едва шевеля замёрзшими губами.

Мы проходим вслед за хозяином в дом. Большой, тёплый и очень светлый.

Мужчина не спешит раздеваться, проводит нас в комнату, усаживает на диван.

– Пока будет ехать скорая, вам бы согреться не помешало. Прямо по коридору ванная, можешь сначала ребёнка согреть, потом сама, – чётко инструктирует, но я даже не смотрю на мужчину.

Всё моё внимание сейчас приковано к дочурке, которая с интересом оглядывается по сторонам.

В какой-то момент начинает казаться, будто всё происходящее – сон. Быть может, мы продолжаем лежать на земле, заносимые снегом.

И никто, никто нас не найдёт.

– Так, надо взять себя в руки, – произношу еле слышно, не узнаю свой голос, такой он слабый и хриплый.

Быстро стягиваю с Алёночки верхнюю одежду, под которой, к счастью, всё сухое.

Чего не скажешь обо мне. Куртка, кажется, насквозь пропиталась снегом, да и джемпер тоже, и джинсы.

Но сейчас мне не до переодеваний, надо заняться ребёнком.

До приезда скорой помощи я успеваю найти ванную комнату и даже искупать дочку в тёплой воде. Радуюсь, что с малышкой всё хорошо, хотя саму трясёт так сильно, что я периодически будто проваливаюсь в темноту.

А потом происходит нечто странное. В момент, когда, кажется, теряю связь с реальностью, рядом вдруг появляется тот, кого априори быть со мной не может.

Ян. Мой бывший, если так можно выразиться. Наш короткий роман был слишком яркий для меня и слишком незначительным для него, раз парень уехал и с лёгкостью оставил меня одну.

Беременную…

– Настюш, отдай ребёнка, – шепчет некогда родной, до боли знакомый голос.

Он так похож на голос нашего спасителя, но это ведь не может быть Ян.

Не замечаю, в какой момент оказываюсь лежащей на диване.

Нас осматривают врачи – понимаю это, когда помещение наполняется посторонними голосами и запахом медикаментов.

Проходит ещё время, сколько – не скажу точно.

– Насть, я должен тебя раздеть, – шепчет незнакомец.

Оглядываюсь.

Я в комнате, но дочки рядом нет, зато есть…

Опускаю взгляд и от шока, кажется, забываю о переохлаждении.

У моих ног, стягивая с меня джинсы, сидит на корточках бывший. Снова это видение. Ян Авдеев.

Я что, опять провалилась в забытье?

Ничего не понимаю…

– Ян? – лепечу непослушными губами.

– Тебе надо согреться, снять мокрую одежду, не сопротивляйся, Насть, – уговаривает.

Это сон. Точно сон.

– Где Алёна? – испуганно бормочу.

– Твоя дочка спит уже, врачи сказали, что с ней всё в порядке, – успокаивает.

Его голос хочется слушать бесконечно. Нет, это точно сон, иначе быть не может.

Не сопротивляюсь больше, пусть раздевает, всё равно ведь он ненастоящий. А всего лишь плод моего воображения.