Глава 22

Аврелия

Следующие дни от родителей Яра ни слова. Как отрезало. Дома ничто не напоминает о том жутком ужине и семейном конфликте Ремизовых. Зато на работе… напоминает. Но не о конфликте, а о сказанных после словах Ярослава. О здесь и сейчас.

Сначала он просит «выкинуть календарь» и «пуститься во все тяжкие». Второе, разумеется, фигурально. Но все же. Потом, пока стою в пробке, по радио выступает психолог с кучей регалий, которая все полчаса объясняет слушателям, как быстротечна жизнь и что время от времени следует идти на поводу у своих желаний. А затем и девчонки-коллеги поднимают эту тему на обеде, заявляя:

– Жить надо сегодняшним днем!

Как я не взвыла в этот момент, не понимаю. Однако даже не рыпнулась в сторону двери. Удобней устроилась на кожаном диванчике с чашечкой кофе и навострила уши, когда консервативный кадровик Лена заявила:

– Это недальновидно.

– Да кому в наше время нужна эта дальновидность? Пока ты думаешь о будущем, настоящее-то, – стучит по столу эмоциональная бухгалтер Юля, – вот. Вот вам пример: моя кузина Янка! С самого первого курса универа встречалась с парнем, а он все не торопился делать ей предложение. Да, стабильная работа, покладистый нрав. Но в целом десять лет посредственного секса в миссионерской позе и унылая бытовуха.

– А ты прямо свечку держала?

– Нет, но у них даже ребенка никак не получалось заделать! Страсти там ни тютельки не было. Это я вам точно говорю. А всю эту юбилейную десяточку по ней буквально сох Максим – друг ее парня. Экстремал и сорвиголова.

– А она знала? – интересуется Лена.

– Знала, но все воротила нос – мол, ненадежный, неправильно, и все дела. И знаете что?

– Что? – округляет глаза-блюдца Света – молоденькая секретарша нашего главреда.

– Парень Янки оказался редкостный козел! У него была любовница. Все десять лет! И тогда она знаете что? Янка.

– Что? – охает, пихая в рот конфету наша уборщица теть Люба.

– Переспала с Максом. Вот так запросто взяла и трахнула друга бывшего парня. И-и-и знаете что?!

– Что?! – слаженно выдыхает весь коллектив.

– Забеременела!

– Как так?

– Прямо сразу?

– Да так только в кино бывает.

– Это же неправильно…

– Бедный ребенок.

Слышится со всех сторон.

– Чего это он бедный?! – фыркает Юлька. – Макс тут же сделал Янке предложение. Такую свадьбу отгрохал – Кейт и Уильям нервно курят в сторонке! Они уже пять лет в счастливом браке. И у них, на минуточку, трое детей! Она жить без него теперь не может, самое, говорит, лучшее, что случилось в ее жизни. Вот так, девочки.

По кабинету разлетаются вздохи умиления. Кто-то даже шмыгает носом. Полагаю, сентиментальная Светочка. Я нервно кручу в пальцах полупустую чашку.

– Мораль сей басни такова, – продолжает Юля, – что Янка потеряла целых десять лет своей жизни, потому что тупила и цеплялась за надежного, финансово стабильного мудака Костика. А надо было всего лишь быть смелее и дать себе шанс стать счастливой с бунтарем Максом.

– Ну тоже, знаешь, – фыркает Лена-кадровик, – раз на раз не приходится.

– Разумеется. Но от того, что мы осторожничаем и идем на поводу у чужих предрассудков и собственных комплексов, теряем все краски жизни в настоящем. Я это к чему? Я решила – перекрашусь в пепельный блонд и заведу собаку! А лучше сразу две!

Весь коллектив дружно взрывается хохотом. И я в том числе. Такой длинный спич ради цвета волос? Забавно. Благо мне перекрашиваться в блондинку не надо. И без собаки пока обойдусь. Зато снова невольно забредаю мыслями в наши с Ярославом отношения. Вспоминаю его:

Мы просто – вместе. Точка…

И думаю: то ли я дура, то ли велосипед не едет. Его желание и физический интерес ко мне с каждым днем все сложнее игнорировать. Да и я сама… хочу. Давайте будем честными. Я его хочу так сильно, как никого и никогда в своей жизни!

Совершенно четко поняла это после того, как яростно Ремизов отстаивал нас с Димкой перед своей матерью. Поняла, что в этом мужчине бушует такой огонь, что может запросто спалить дотла. И довести до такого умопомрачительного оргазма, что душа запоет.

Каждый вечер на неделе я засыпаю с мыслью о неудовлетворенности и ровно с такой же просыпаюсь. Понимаю, что боюсь. Сблизиться. Дать нам шанс просто доставить друг другу удовольствие. Секс, он ведь ни к чему не обязывает, правда? Просто я трусиха, погрязшая в тех самых комплексах, о которых говорила Юлька. А стоит только представить, каким ярким для нас мог бы быть этот год брака…

Во всяком случае, для меня. Ремизов-то и до брака не был сексом обделен. А вот у меня с этим сильные проволочки. Так, может… почему нет, если желание обоюдное?

Как итог, рабочая неделя проходит в метаниях, а в ночь с субботы на воскресенье я не могу уснуть. Битый час лежу в темноте спальни, глядя в потолок. Провожаю взглядом пляшущие на белом полотне блики от фонарей и кручу в голове:

Выброси на хрен свой календарь!

Мы просто – вместе. Точка.

Давай жить здесь и сейчас.

Повторяю, как заученную мантру.

Тело охватывает дрожь. Где-то на задворках сознания я уже понимаю, зачем я это снова и снова себе повторяю и на что пытаюсь решиться. Что я… хочу… да. Хочу сделать! Но все еще страшно. Поверить и осмелиться.

Когда время переваливает за полночь, я накидываю поверх шелковой пижамы халат и выхожу из своей спальни. Заглядываю к Димке. Сын спит. Плотно закрываю дверь в детскую и зависаю. Практически как путник на распутье. То ли вернуться к себе и продолжить выедать себе мозг в час по чайной ложечке, то ли…

Стискиваю кулаки. Губы кусаю. Сердечко долбит на разрыв. Что я теряю? Ничего. Что я поимею? Как минимум фантастическую ночь с шикарным мужчиной. При условии, что этот мужчина не выставит меня вон.

А он не выставит. Знаю. Уверена. Будто чувствуя мои метания, сегодня за ужином Ремизов бросал на меня такие плотоядные взгляды, что, выстави он меня после такого, я бы решила, что у него вместо сердца айсберг, а в штанах Северный полюс!

Он хочет. Возможно, даже и ждет. Шага. От меня. И я хочу. Так и чего я тогда торможу?

Вдох-выдох…

Я страшно устала от телесного голода и одиночества. И нет, к себе я не вернусь. Во всяком случае, прямо сейчас!

Я позволяю себе побыть сегодня законченной эгоисткой. И, собирая всю свою смелость в кулак, решительно направляюсь в сторону комнаты Ярослава.