Глава 26

Влад Золотов

Как я жил без Леры?

Как умудрился вычеркнуть девушку с волшебной улыбкой из своей жизни?

Возможно, дело в моем характере. В эмоциях, которые я на корню в себе задушил и стал безэмоциональным роботом.

Жизнь учила держать мысли и реакции под контролем, и привык подчиняться железной логике поступков, вычислять то, что в дальнесрочной перспективе приведет к всеобщему благу, даже если в моменте это решение кажется слишком болезненным и ошибочным.

Я не святой человек, я также ошибаюсь, но, в принципе, все мои решение рано или поздно приносят свои плоды.

С Лерой было также. Я вычеркнул ее. Убрал. Забил ее образ в самый дальний угол своего сознания, потому что на тот момент сумел побороть чувства и отдал приоритет ее свободе, ее жизни и безопасности.

В принципе, исходя из логики, я поступил верно как для нее, так и для себя. Отключил эмоциональную сторону вопроса, но… по факту… я налажал…

Сильно.

Сейчас, когда рассматриваю обнаженную женщину, мирно спящую рядом со мной, в моем сердце будто цунами происходит, чувства выходят из-под контроля, мысли взрывают мозг и я от нее глаз оторвать не могу.

Все рассматриваю. Каждую черточку, каждую ресничку, которую перецеловать хочется…

Так странно, я обладаю фотографической памятью, досконально запоминаю документы, которые читаю, лица и люди также отпечатываются и, в принципе, вполне естественно, что помню в этой девушке все до последней родинки на ее белоснежном теле…

Но все же с ней другое… Женщины были и до Леры, и я воспринимал их тела, как инструмент для разрядки, а вот с Лерой изначально было иначе…

Я рассматриваю женщину, которая сейчас рядом со мной, и вспоминаю ту перепуганную девушку, с которой я заключил контракт, и вижу незначительные изменения.

Грудь стала более налитой, роскошной, бедра более округлыми. Валерия стала сочной красавицей, ушла робость, добавилась сексуальность…

У меня от нее крышу сорвало. Просто напрочь отшибло. Захотел с первой секунды, как увидел, подмять, подчинить, раздвинуть длинные ноги и вбиться в мягкую плоть, чтобы познать нереальное наслаждение, которое я испытывал только с ней…

Реально. С Лерой все иначе. Чувства и эмоции оголяются, словно открытые электрические провода, и меня шпарит не по-детски и при этом хочется залюбить ее, зацеловать, прижать к себе и шептать, что я дико раскаиваюсь, что ее боль… та боль, которую я видел в ее глазах в тот день, стала моим кошмаром в ночи…

Я слишком часто вспоминал ее, непозволительно для себя, и будто одержимый запрещал себе возвращать Леру в свою жизнь.

Потому что казалось, что с ней я размякну, что привычный уклад сломается, а теперь… теперь, глядя на мою красавицу, я понимаю, что был полным идиотом.

Потому что чувства не делают тебя слабым, они делают тебя полноценным…

Эта девочка сохранила моего ребенка, выносила и родила, подарила ему тепло материнского сердца, всю свою любовь отдала…

Там в машине… я наблюдал за общением матери и сына и видел их любовь, видел особую связь, которая есть между сыном и Лерой…

И у меня в груди так болезненно пульсировало сердце от понимания, что я сам лишил себя счастья быть частью их семьи…

Лишил. Я сам обрубил себя от нее, а теперь… смотрю и понимаю, что моя, что не отпущу, что сделаю все, чтобы Лера принадлежала мне вся, целиком.

То, как она отвечала мне в постели, как отдавала себя, как царапалась, подавалась бедрами мне навстречу, дало мне ответы на все вопросы.

Моя чистая нетронутая никем, кроме меня, девочка любила… и ненавидела… была обижена… потому что Валерия гордая женщина. В ней вообще очень много качеств, которые вызывают восхищение, но… в ту секунду, когда она ответила на поцелуй, когда перестала сопротивляться, когда отдалась порыву, я окончательно понял, что — моя.

И утырка того, который к ней клинья подбивал, я нашел. Дал приказ парням из своей личной охраны разъяснительную беседу провести, не калечить, конечно, но все же…

Кто бы со мной такую беседу провел?!

Надо бы позвать на спарринг Глеба, у Соколовского отличный удар слева, а мне хочется помахаться, выпустить пар и хорошенько надавать себе за то, что, исходя из логики, я поступился чувствами…

Лера ворочается во сне и приоткрывает пухлые губки, покрасневшие, искусанные мной и меня торкает. Я хочу ее. И вместе с диким желанием у меня в груди пульсирует тепло.

Я понимаю, что люблю. Вот так вот. Резким щелчком — осознание накрывает.

Полюбил еще тогда. С первого взгляда, как заглянул в ее прозрачные зеленые глаза. Поплыл. Убило и приложило ее чистотой, ее искренностью, верой…