11

— Во-первых, — он начал сразу, как только я уселась на стул, — тебе нужно приобрести для себя и для брата нормальную одежду. — Гурам меня оглядел и поморщился. — Я не хочу, чтобы люди считали, что я поселил у себя двух попрошаек.

На эти слова я ничуть не обиделась. Понимала прекрасно, что он прав совершенно. В своих потрепанных джинсах и старом растянутом свитере я правда выгляжу, как девочка без крыши над головой. А он человек наверняка известный в определенных кругах делового общения, и дорожит своей репутацией. Пока я об этом раздумывала, Гурам продолжал:

— Этим тебе надо заняться сегодня. Я дам тебе карту. Ноутбук, как я вижу, ты уже освоила, — он усмехнулся, а я вновь покраснела.

— Да, извините. Я просто телефон в доме тетки оставила. А выход в интернет нужен был, чтобы работу найти.

— Нашла? — поднял он бровь.

Я потупилась.

— Без опыта никуда не берут.

— Хорошо.

— Хорошо? — вскинулась я.

— Хорошо. О работе забудь. Тебе восемнадцать. В этом возрасте принято думать об учебе. Но тебе нужно будет заниматься воспитанием брата. Я предлагаю найти дистанционное обучение. Сейчас таких полно.

Я два раза сморгнула, прикидывая не послышалось ли мне это сейчас. По всему выходило, что нет, не послышалось.

— А на какую… профессию?

— На какую хочешь, — был получен безразличный ответ. — Во-вторых, ты здесь не кухарка, и не домработница. Это понятно?

— Понятно… — но на самом деле ничего не понятно. Это значит, что готовить мне больше нельзя?

— И в третьих, ты можешь выбрать для брата любую комнату. Я пошлю людей, они оборудуют ее под детскую. Но, есть один запрет. Закрытая дверь на втором этаже. Туда вход воспрещен. И тебе, и брату, и кому бы то ни было.

— А что там? — сорвалось с языка прежде, чем я успела подумать.

В ответ Гурам взглянул так, что я поняла — лучше б молчала.

— Ну а… домработнице? Домработнице туда входить можно?

И снова этот тяжелый, пугающий взгляд. Прикусила язык. Понятно, понятно. О той комнате лучше вопросов не задавать. И все же… Очень интересно, что там находится. Может быть, он из тех извращенцев, что окрашивают стены в красный цвет боли, а потом обвешивает их плетками? А что? Я современный кинематограф люблю. Всякое видела.

— И последнее, — его глаза потемнели, — сплетни все равно поползут. И никому потом не докажешь, что я просто поселил у себя в доме постороннюю девушку. Так что будешь считаться моей… невестой. — На последнем слове он сам поперхнулся, а у меня вообще выбило весь воздух из легких.

Невестой? Я?

— И это значит, — я с трудом подбирала слова. — Что мне… Нам… Нам все-таки придется… Я должна буду?…

— Нет, — сухо отрезал. — Прибереги свою девственность для того, кто это оценит, — с насмешкой ответил.

Да и пожалуйста! Я с облегчением выдохнула. И все же, что-то внутри зацепило. Но разве я не должна ощущать только радость от такого решения?

Я спрятала странные эмоции, решив не разбирать их по полочкам. Серьезно кивнула.

— Тогда и у меня будут условия, — деловито сказала.

Брови Гурама удивленно взметнулись. Но лицо приняло заинтересованное выражение.

— Мой брат, он очень хочет пойти в детский сад. И возраст уже позволяет. Я сама могу найти ему садик. Государственный. Но вы же понимаете, что деньги все равно будут требоваться. Но водить я его сама могу, вы не подумайте…

И снова это насмешка на красивых губах.

— Придумаем что-нибудь, — потеряв интерес, отозвался Гурам.

Наш разговор окончился так же быстро, как и начался. Он просто встал, и не прощаясь покинул кухню.

Я закончила готовку, до блеска вымыла за собой всю испачканную посуду, полностью проигнорировав посудомоечную машину, и поднялась на второй этаж.

Проходя мимо той самой запретной двери, остановилась. Любопытство сжирало. Какие секреты прячет этот странный мужчина?

Уму непостижимо. Какой сумасшедший согласится взять девочку почти с улицы, помочь ей в такой сложном деле, поселить у себя вместе с братом, да еще и невестой назвать.

Но ведь он согласился. Может, преследует свой интерес? А вот мне не понятно, зачем ему могло это понадобиться.

Я взялась за ручку двери, и толкнула ее. Ничего не изменилось. Дверь по-прежнему заперта.

Тихо хмыкнув и пожав плечами, отправилась открывать другие двери поочереди. Комнату для Маркуши выбрала быстро. Ту, которая рядом со мной. Большую и светлую.

А еще через четверть часа Гурам, как и обещал, принес карту, напомнив, что мне следует приобрести.

— А… бюджет? — я зачем-то виновато опустила глаза.

— Любой. Вряд ли ты потратишь больше, чем там есть.

Пожала плечом. Любой так любой.

— И телефон себе закажи. Теперь ты всегда должна быть на связи. А еще подумай о том, где бы хотела учиться. Я надеюсь, что ты оценишь шанс, который тебе предоставлен, и не станешь пинать балду круглыми сутками.

Конечно, он был прав в своих выражениях. Но почему-то стало обидно. Я что, похожа на идиотку, которая только и мечтает о платьях да туфлях, а еще лежать на диване и плевать в потолок?

Однако, я не стала доказывать. Пусть увидит на деле. Я обязательно учиться начну. И готовить продолжу, не потому что считаю, что так нужно. А просто потому что мне нравится.

Разве невесты богатых людей не готовят? Чем это повредит его репутации?

— Спасибо, Гурам, — вежливо поблагодарила мужчину, забирая из его рук маленькую золотистую карточку.

— Пожалуйста, Яся, — ответил серьезно, но глаза лучились чем-то теплым, и совсем не опасным.