Глава 53

Парк встретил нас гомоном голосов, детским смехом и радостными криками, которые доносились со всех сторон и создавали атмосферу настоящего праздника. Заснеженные деревья стояли как застывшие стражи, укутанные в белые шапки и шали, а дорожки были утоптаны сотнями ног и превратились в блестящий лед, по которому то и дело кто-то проезжал на санках или просто скользил, держась за руки и хохоча.

В центре парка возвышалась горка - огромная, сверкающая на зимнем солнце как гигантский хрустальный замок, и от одного вида этого сооружения захватывало дух.

- Ого! - выдохнула Алиса, спрыгивая с санок и задирая голову. - Она огромная! Прямо как башня дракона!

Тимми стоял рядом, открыв рот от изумления.

- Можно я первый прокачусь? - спросил он робко.

- Конечно, – я улыбнулась. - Только держись крепче.

Северин взял санки и повел детей к началу очереди. Я шла следом, стараясь не показывать, что меня опять начало знобить. «Держись, Светулечка, еще немного, дети должны покататься».

Мы встали в очередь за семейством, где папаша пытался усадить на одни санки трех упирающихся детей и толстую тетушку, которая причитала, что «не влезет, не влезет, я же не воздушный шарик».

- Влезете, тетя Марта, просто втяните живот! - командовал мужчина.

- Какой живот, охальник?! Я в корсете! - возмущалась тетушка.

Северин наклонился ко мне и прошептал на ухо:

- Ставлю один золотой, что санки не выдержат.

- Два, что выдержат, - я усмехнулась. - Видела я такие санки, они хоть слона выдержат.

- Принято.

Мы наблюдали с интересом, как семейство наконец разместилось на санках - тетушка впереди, трое детей вокруг нее, папаша сзади. Кто-то толкнул их, и санки покатились вниз.

Проехали метров пять. И развалились. Все участники покатились по снегу в разные стороны, как кегли, а тетушка Марта кричала что-то про «бесстыжие санки» и «позор семьи».

Я расхохоталась, а Северин торжествующе протянул руку:

- Жду свои две монеты.

- Подожди до конца дня, - отмахнулась, хихикая. - Еще не вечер.

Наконец подошла наша очередь. Алиса и Тимми уже запрыгали от нетерпения.

- Я хочу первой! - заявила Алиса.

- Нет, я! – возразил Тимми.

- Давайте вместе, - предложил Северин разумно.

Дети уселись на санки, прижавшись друг к другу. Северин встал сзади, готовясь толкнуть.

- Эй! – возмутилась я. - А я?

Он посмотрел на меня с усмешкой.

- Ты хочешь тоже?

- Конечно хочу!

- Тогда давай, – он кивнул на санки. - Только места мало.

Я присмотрелась. Действительно, дети заняли почти всю поверхность санок.

- Ничего, влезу, – я решительно втиснулась между Алисой и краем санок. - Видишь? Поместилась!

- Еле-еле, – заметил Северин. - Ты вся на краю висишь.

- Зато я еду!

Он покачал головой, но улыбнулся.

- Упрямая.

Встал сзади, обхватил нас всех руками, чтобы держать крепче.

- Готовы?

- Готовы! – хором крикнули мы.

Он оттолкнулся, и санки сорвались с места.

Первые секунды были потрясающими - ветер в лицо, скорость, визг детей, смех. Но потом я почувствовала, что соскальзываю в сторону.

- Ой! Северин! Я падаю!

- Держись!

- Не могу! Я лечу-у-у!

Я вывалилась из санок и покатилась кубарем по снегу рядом с ними, крутясь как колобок и собирая на себя полтонны снега. Санки благополучно докатились до конца, а я остановилась где-то посередине склона, лежа на спине и глядя в небо.

Северин подбежал ко мне первым, нагнулся и посмотрел с плохо скрываемой усмешкой.

- Жива?

- Еле-еле, – простонала я театрально. - Кажется, я сломала всё, что можно.

- Не похоже, – он протянул руку. – Давай, помогу встать.

- Не могу. Парализована.

- Иветта...

- Серьезно! Ноги не чувствую!

Он вздохнул, наклонился и одним движением поднял меня на руки.

- Эй! – возмутилась. - Я же пошутила!

- Знаю, - Северин сверкнул на меня глазами. - Но раз уж я поднял, понесу до конца.

И понес меня вниз по склону, пока дети хохотали и показывали на нас пальцами, а прохожие оборачивались и улыбались.

- Северин, опусти меня, все смотрят!

- Пусть смотрят.

- Мне неловко!

- А мне нет.

Я сдалась и обхватила его шею руками, прижавшись ближе. Он пах холодным воздухом, снегом, корицей и можжевельником, от этого запаха кружилась голова сильнее, чем от болезни. Герцог нес меня до конца склона и усадил на санки. 

- Как ты? - спросил тихо, всматриваясь в мое лицо.

- Хорошо, - соврала.

Он прищурился.

- Ты дрожишь.

- Это от эмоций.

- Или ты замерзла.

- Это от эмоций! – упрямо повторила.

Он посмотрел на меня долго, потом вздохнул и обнял, прижимая к себе.

- Упрямая как мул.

- Спасибо, очень приятно.

- Очень красивая и упрямая как мул, - поправился он, и я почувствовала, как его губы коснулись моих волос.

Дети подбежали к нам, все еще хихикая.

- Вета, ты так смешно каталась! – Алиса держалась за живот. - Прямо как шарик!

- Рада, что развеселила, - я закатила глаза.

- Еще разок! – попросил Тимми. - Можно еще?

- Можно, – согласился Северин. - Но в этот раз Вета едет со мной. На одних санках. Чтобы я мог ее удержать.

Он посмотрел на меня со значением.

- Если, конечно, она не против.

Я почувствовала, как все внутри меня загорелось.

– Не против.

Мы снова поднялись на горку - на этот раз дети на одних санках, мы с Северином на других, здесь можно было взять напрокат снаряжение, если у кого не было. Я села впереди, он сзади, обхватив меня руками и прижимая к себе так, что я чувствовала каждый сантиметр его тела.

- Тепло? - спросил он в самое ухо, и от его дыхания по коже побежали мурашки.

- Очень, - выдохнула.

- Держись крепче.

- За что?

- За меня.

Я положила руки на ладони, которые обхватывали мою талию, и переплела пальцы с его пальцами. Северин оттолкнулся, и мы понеслись вниз.

Это было совсем не то, что в первый раз. Это было... интимно. Близко. Я чувствовала, как он держит меня, как напрягаются его мышцы, управляя санками. Ветер свистел в ушах, снег летел в лицо, но мне было все равно, потому что я была с ним, в его объятиях, и это было лучшее ощущение за сегодняшний день. Мы докатились до конца и остановились, но Северин не отпустил меня сразу, продолжая обнимать.

- Иветта, - прошептал он хрипло.

- Да?

- Если бы не дети... - он замолчал.

- Что?

- Я бы сейчас поцеловал тебя.

У меня перехватило дыхание.

- Тогда поцелуй потом. Когда детей не будет.

Он широко улыбнулся.

- Обязательно.

Мы провели в парке еще какое-то время - катались, играли в снежки (я попала Северину в лицо, он отомстил, защекотав меня до дикого хохота), лепили снежную бабу (которая получилась кривая и страшная, но дети были в восторге). К тому моменту, как часы показали два по полудни, я уже еле стояла на ногах, но была счастлива. По-настоящему счастлива.

Мы собрались и пошли к воротам парка, где нас ждала карета. Дети болтали без умолку, Северин нес санки, я шла рядом, держась за его руку. Надо только дойти до кареты, только до кареты и все. Ничего, что ноги трясутся… просто устала.

Мы дошли, и Северин помог детям забраться внутрь, потом протянул руку мне. Я взялась за нее, делая шаг на подножку.

И тут мир накренился. Ноги подкосились, в глазах потемнело, и я начала падать. Северин подхватил меня, прижав к себе.

- Иветта! – его голос встревоженный. - Тьма, я так и знал!

Попыталась что-то сказать, но язык не слушался, и я провалилась в темноту.