Глава 7

Никита

С первой минуты брака все в моей жизни пошло наперекосяк. И чем больше проходило времени — тем сильнее усугублялось.

Впрочем, жаловаться не стоило. Ради Леры я вспомнил, как это — сбегать с важных переговоров, которых ждал две недели. Именно Лера заставляла сейчас улыбаться и ощущать себя полным идиотом.

Дурацкое ощущение. Как ни странно, приятное.

Думал, за три дня меня отпустит. Терапия работой от чего только ни спасала. Даже в холодный душ ходить перестал. А сейчас... посадил девчонку рядом, вспомнил нашу переписку перед рейсом — все вернулось. И желание сжимать ее, и целовать, и все остальное, о чем моя красавица-жена, небось, даже и не слышала.

Нужно было все же везти Леру в отель. Для ее же безопасности! После разбора полетов, который я устроил акционерам и руководителям департаментов на последнем собрании, вряд ли у кого-то могло хватить времени на шпионаж.

Скорее всего, сейчас вся эта шайка-лейка рыла землю, пытаясь подальше спрятать награбленное. Не до нашего брака им было! И уж точно не до того, одна в кровати Лера или со мной.

Но машина уже подъехала к дому, и никакого желания свернуть в сторону отеля не возникло.

— Я думала, что ты живешь в квартире. — Лера нервно заерзала на сиденье, когда мы остановились.

— Я один из тех зануд, которые терпеть не могут соседей. Никаких. Даже самых тихих. — Я окинул взглядом свою двухэтажную махину. — После аварии думал его продать. Хотел найти что-нибудь поближе к работе. Но через месяц жизни в многоэтажке вернулся и расторг договор с риелтором.

— Переезд не помог забыть жену?

Лера с такой силой натянула ремешок своей сумочки, что, казалось, порвет.

— Нет. Чувствовал себя как на работе. Везде толпы. Везде крики. Забитый паркинг и видеокамеры в каждом углу, будто не дом, а тюремная камера класса «люкс».

— А тебе нужна свобода? — Взгляд моей девчонки потеплел, но настороженность до конца так и не ушла.

— В настоящий момент я жутко хочу есть. А еще хочу поскорее снять с себя эту удавку, — я показал на галстук, — и заставить одну любопытную даму покраснеть.

Словно последнее было приказом, щеки Леры тут же вспыхнули. Вопросы резко закончились. И мой маленький клубок оголенных нервов, не дожидаясь помощи, сам выскочил из машины.

* * *

Нагнал я свою пугливую пташку только возле крыльца. За минуту, пока доставал вещи, румянец стал только ярче.

Глядя на такую красоту, я с трудом удержался от поцелуя у порога. Зажал девчонку сразу за ним.

Толкнул дверь.

Бросил на полку ключи.

И сгреб Леру в охапку, пока она не устроила какой-нибудь забег по дому.

Откликнулась она сразу. У меня чуть ноги не подкосились, когда почувствовал ее ладони на своей шее и услышал сдавленный стон.

Дальше было сладко, нежно и адски трудно.

То ли целибат и правда плохо повлиял на мое терпение, то ли Лера научилась лучше целоваться — оторваться от ее губ оказалось чертовски сложно.

Все мышцы в теле задеревенели от напряжения, а руки совсем перестали слушаться. Ума не приложу, как смог выпустить Леру из объятий и развернуть к себе спиной.

— М-да... хозяин из меня так себе. — Шлепком направил сладкую гостью в сторону лестницы. — Экскурсию, пожалуй, пока предлагать не буду. Там на втором этаже две спальни, до библиотеки можем не дойти.

— Так ты ради библиотеки просил, чтобы я приехала?

Эта бессердечная мучительница дрожала, как испуганный зайчонок, но все же нашла где-то храбрость ну шутки.

— Именно так! Давно никому не показывал свою библиотеку.

Пока кое-кто не спросил, разрешу ли я потрогать «книги», пришлось повторно дать напутственный шлепок. Звонкий. Такой, что в паху все сразу откликнулось.

— Тебе не говорили, что гостей обычно встречают как-то иначе? — прыгнув на первую ступеньку, с напускной обидой произнесла Лера.

— Мы потом переделаем. Хоть это. — Я указал на первую дверь на втором этаже. — А пока тебе туда. Чемодан сейчас принесу. Сможешь принять душ и переодеться после дороги.

Голос у меня, как назло, охрип. Приглашение в душ прозвучало словно приглашение в кровать. Но, хвала всем богам, моя чистая и правильная жена восприняла слова, как нужно.

Без третьего «напутствия» она быстро взбежала по лестнице. Не удивилась, когда я втолкнул чемодан в ее комнату. Не заходя! И тут же начала пытку. Древнюю. Женскую. Ожиданием.

В течение двадцати минут я старался не думать, чем Лера занята за дверью. Тоже принял душ. По новой семейной традиции — холодный. Переоделся. Не зная, чем еще себя занять, соскоблил с лица всю лишнюю растительность. А потом еще двадцать минут убил на выбор ресторана, из которого можно было заказать еду.

Несмотря на голод, есть не хотелось совсем. Все желания сосредоточились на закрытой двери, за которой находилась моя жена... Возможно, стояла сейчас под душем. Возможно, примеряла что-то особенное — только для этого вечера. И скоро могла стать моей.

О последнем мы не разговаривали и никак не намекали друг другу. Я, Лера... Нас без слов буквально примагничивало, стоило только оказаться рядом. Никакие мои прежние доводы, рассказы себе о фиктивном браке и об ответственности не помогали больше сдерживаться.

А молиться о терпении я так и не научился.

Наверное, зря.

* * *

Лера вышла из комнаты, как раз когда я уже думал идти ее спасать. С мокрыми волосами, в домашнем платье и без косметики она выглядела не старше восемнадцати.

Я казался себе древним стариком в сравнении с ней. Но первый же вопрос Леры заставил забыть и о разнице в возрасте, и о планах.

— У тебя есть что-нибудь обезболивающее?

На ее лице отобразилась такая мука, что я чуть за сердце не схватился.

— Ты порезалась, где-нибудь болит?

Как ошпаренный, взлетел на второй этаж и, не дожидаясь ответа, сам стал осматривать Леру.

Покрутил обе ладони, скользнул взглядом по шее, заглянул в глаза. Ничего страшного не обнаружилось.

— Нет... — Лера закусила губу. — У меня по-женски. Живот болел еще в самолете, но я думала, что это... — Совсем поникнув, она махнула рукой. — Наверное, на нервах цикл сбился.

— Цикл. Живот... — Я тормозил, как не тормозил еще никогда. Фантазия «радовала» дюжиной диагнозов, от аппендицита до внутреннего кровотечения.

— Да. Нужны таблетки. Хоть одна.

— Если так сильно болит, может, в больницу? — От волнения я готов был прямо сейчас подхватить Леру на руки, донести до машины и отвезти к доктору.

В дополнение к диагнозам в голове тут же вспыхнул адрес клиники, в которой наблюдалась Алина. Моя секретарша в свое время неделю потратила, чтобы найти лучший медицинский центр. Придиралась ко всему, словно для себя искала.

— Нет. — Лера как-то странно всхлипнула и подняла на меня взгляд. — Болит не до такой степени. Я... — запнулась, — я просто дурой себя ощущаю.

— Дурой?

— Да... Вот... — Отодвинув ворот, она показала бретельку бюстгальтера. Красивую, черную, из тонкого, как паутина кружева. — Собиралась произвести впечатление, а оказалось...

Словно ей стало трудно говорить, Лера жадно схватила ртом воздух и нервно, держась за живот, рассмеялась.

Причина смеха до меня дошла, наверное, секунд через пять. Никакой опыт работы юристом не помогал. Логика выстраивалась криво, а шестеренки в голове скрипели от напряжения.

Вначале я понял, что ни к какому доктору не нужно.

Потом облегченно выдохнул, вспомнив, что с обезболивающим в доме полный порядок.

Лишь после этого кривая логики увязала разочарование на лице Леры и бретельку.

От неожиданного открытия по черепушке словно веслом ударили. Второй раз после свадьбы! Как контуженный, я уставился на смеющуюся Леру. Медленно сглотнул. И, словно внутри прорвало невидимую плотину, сам разразился хохотом.

Мой собственный план дать Лере время, позволить ей хоть немного узнать меня реализовывался наперекор моим же желаниям. Никогда не верил во всякую ерунду про материализацию фантазий, но эта странная штука сейчас сработала как часы.

На островах я против воли сам остановил Леру. Здесь ей пришлось остудить меня. Оба уже не хотели ждать, но судьба следовала моему первоначальному плану, как суровая надзирательница.

* * *

Не знаю, лечится ли «женская» боль смехом, но спустя сколько минут Лера забыла и про таблетки, и про живот. Мы, как двое подростков, долго сидели возле лестницы. Смеясь, украдкой поглядывали друг на друга. Обнимались. И, если бы не урчание моего пустого желудка, я бы точно поцеловал эту нереальную девчонку.

Живот вклинился в самый неподходящий момент. Громко и долго.

— Ты же голодный?! — Лера вырвалась из моих объятий и вопросительно глянула в сторону кухни.

— Это не самая моя большая проблема, да и решается она одним звонком. — Я достал из кармана телефон. Повернул экраном к Лере. — Какую кухню предпочитаешь? Японскую, итальянскую?..

Будто произнес какую-то глупость, моя фантастическая жена гордо вздернула нос.

— Ресторан у меня сегодня уже был. Если в твоем холодильнике есть хоть что-то, я могу сама приготовить нам ужин.

— Ты точно настоящая?

Немного подумав, я решил, что не буду пока вставать на ноги. С таким количеством сюрпризов, что сегодня обрушивались на мою голову, в сидячем положении на полу было безопаснее всего.

— Реальнее не бывает. В свидетельство о браке загляни!

Пружинящей походкой Лера спустилась на первый этаж. Сама, как настоящая хозяйка, заглянула в холодильник и в два ближайших шкафа. Довольно хмыкнула себе под нос.

— Обещаю, с голода ты не умрешь, — вынесла она вердикт, присмотревшись к плите.

— Не помню, когда последний раз ел домашнюю еду.

Живот заурчал еще громче. Оставалось порадоваться, что у меня нет таланта чревовещания. Вряд ли Лере стоило знать, что последний раз домашнюю еду я ел в доме родителей. Алина во время беременности готовить не могла. Ее мутило от любых запахов. А до беременности мы оба так много работали, что некогда было заниматься готовкой. Да никто особо и не стремился стоять у плиты.

Решительности Лере хватило ненадолго. Выставив продукты на столешницу, она обернулась ко мне и скомканно улыбнулась:

— Если не понравится, можно будет заказать что-нибудь в ресторане.

— Я знаю, как еще можно решить эту проблему. Без ресторана.

Смотреть издалека, как красивая женщина суетится на кухне, было приятно. Какая-то дикая, варварская часть меня впала в блаженный транс от этой картины, но отвлечься все же пришлось.

— И как же? — Будто белье мешало ей, Лера осторожно поправила бретельку.

— Хм... — Я осмотрелся. — Берешь вот эту штуку, — указал на большую поварешку. — И по голове. Лучше несколько раз, до четкого «Вкусно».

— А так можно? Живого человека и по голове... — Лера снова прыснула.

— Ну, я ж не какой-то посторонний живой человек. У тебя есть свидетельство о браке. Сама напомнила! Можешь ни в чем себе не отказывать.

— Боюсь, общественность мне не простит. — Лера сделала шаг назад. Прижалась спиной к холодильнику. — Никита Лаевский, ты все-таки известная личность. Один из лучших адвокатов страны.

— И это делает меня неприкасаемым для собственной жены? — Как в танце, я повторил за Лерой шаг и грудью еще сильнее впечатал ее в холодильник.

Желудок все еще порыкивал, но приоткрытые подпухшие губы оказались важнее. Устоять перед ними я не мог. Вспоминал вкус наших поцелуев и шизел.

— Не знаю... — Серые глаза вспыхнули, и ресницы дрогнули.

— А ты проверь!

Я сам положил руки Леры себе на плечи. Сам убрал с ее лица выбившуюся прядь волос. Ей оставалось только дотянуться до моих губ и поцеловать. Первой. Не дожидаясь моей инициативы.

Нужно было лишь чуть-чуть смелости и доверия. Того же, что в первую очередь необходимо было в постели.

— Имею право, да? — Взгляд Леры остановился на моих губах.

Словно не она флиртовала со мной сегодня, не она наряжалась в красивое белье, девчонка взволнованно вздрогнула. И лишь когда мое терпение готово было взорваться, качнулась вперед.

Как в омут. Закрыв глаза. Ныряя в мои объятия, как в кокон.

Робкая совсем. Не балованная. Такая, ради которой стоило все же зайти в церковь. Купить там самую большую свечку и поставить возле самой старой иконы за то, что высшие силы не дали наломать сегодня дров.