Глава 12

Чеслав. Откидываюсь на спинку кресла и устремляю взгляд в окно. Сереющее, наполненное грузными тучами небо вспарывают голые верхушки деревьев. Они качаются от порывов ветра, походя на костлявые пальцы… Кажется, и во мне что-то рвется… Оболочка, скорлупа, которой я прикрыл себя от живых эмоций. Я все чаще о ней думаю – моей крохотной жене… И даже… Страшно сказать это вслух – скучаю… Вчера она приготовила мясной пирог с картофелем и сладким луком, перегладила мои рубашки, выдраила балкон. Да, с такой задачей могла бы справиться нанятая домработница, но Дана… Она все делает по-особенному… С нескрываемым старанием и любовью. Не за деньги или похвалу. Просто так. Наверное, человек такой… И я разглядываю ее. По-мужски… Вчера у меня даже…привстал ненадолго. Когда она уронила лопатку и наклонилась, чтобы поднять. Она ничего не делает. Не строит мне глазки, не соблазняет. Ничего. Ходит в растянутых, спортивных штанах Ксюхи – на Дане они сидят как лосины, и просторной, линялой футболке. Я каждый день оставляю ей деньги на ведение домашнего хозяйства, но Дана тратит мало… Ничего не купила себе за время нашего совместного проживания. Наверное, стоит взять отгул и поехать по магазинам вместе? Шумно выдыхаю, думая о завтрашнем дне. Мы собирались подать, наконец, заявление в загс и съездить к Зинаиде Андреевне. Да и папа мой телефон оборвал… Я лишь обмолвился, что приеду в следующие выходные в гости с женщиной и… началось! То Лиза его позвонит спросить, как мое здоровье. Начнет издалека, мямлит, про Ксюшу спрашивает, хотя раньше никогда не интересовалась ей… Понимаю, что их раздирает любопытство, но… Черт, я не готов к расспросам. И повышенному вниманию к своей личной жизни… Она не делает ничего. Почему эта мысль не дает мне покоя? Дана не старается выглядеть привлекательной, не красится и не носит особенного белья. Не скрою, я подсмотрел… Когда она поднимала злосчастную лопатку, проследил взглядом, замечая под ее футболкой лямочку неприметного лифчика. Господи, зачем я снова думаю об этом? Сказал ведь, что путь в мою спальню закрыт, так и что теперь пенять на судьбу? Поднимаюсь в квартиру, учуяв потрясающий аромат. Открываю дверь своим ключом и вхожу, напуская на себя строгий вид. – Привет, устал? – встречает она меня в коридоре. Поднимается на носочки и целует в уголок рта, обдавая ароматом ванили, уюта и своим, ставшим привычным запахом. – Есть немного, – кисло протягиваю. – Садись на пуф, – улыбается она. – Зачем? – У меня подарок. – Ну, вот. Сел. Дана присаживается на колени и надевает на мои ноги какие-то вязаные… пинетки сорок пятого размера. Не выдерживаю – широко улыбаюсь, встречая ее полный ворога взгляд. – Класс. Подошли. Чеслав, я нашла в шкафу Леры коробку с пряжей. Ты не злишься? Вот… Связала тебе… – Пинетки? – Чувяки. Моя бабуля именно так их называла. Или следки. Полы холодные, а отопление еще не включили. Откуда она взялась… такая? Сижу, как дурак – в строгой рубашке и следках бордового цвета. И мне так тепло… Давно так не было. – Спасибо, – тянусь к ее щеке и целую сам. Дана краснеет и устремляется в кухню. Гремит посудой и кастрюлями, суетится. – Садись ужинать. Только руки помой. – Петр сделал все необходимое? – Да, он решил перестраховаться и сразу составил иск в суд. Досудебная претензия это… – Это фигня, я согласен, – отвечаю, расстегивая пуговицы рубашки. – Я в душ, буквально пять минут. Устал как собака. Три операции, консилиум. – А я ведь тоже училась в медицинском университете, но… – Как? И ты молчала? Глупышка, как же так? Дана, почему ты бросила учебу? – Влюбилась. Долгая история. За моими плечами четыре года учебы. Так что медсестрой я могу работать. – Тебе обязательно нужно восстановиться. Как ты на это смотришь? – сжимаю ее плечи, сам не понимая, чему радуюсь. Наверное, нашим общим интересам? – Не знаю, Чес… Смогу ли я? – Ну это лучше, чем работать в конторе по продаже камер, ведь так? Дана, у тебя есть опыт работы? – Конечно, небольшой, но… Я проходила практику в отделении реанимации. – Давай мы вернемся к этому разговору позже, ладно? Кстати, завтра мы едем к Зинаиде Андреевне в органы опеки, а потом… Надо же подать заявление в загс, или ты забыла? – добавляю чуть тише. – У меня завтра кое-какие планы, – краснеет Дана. Опускает взгляд, не решаясь рассказать правду. Наверное, речь о салоне красоты? Или она решила прошвырнуться по магазинам без меня? – Хорошо. Планы на весь день? – Чес, я… Давай я позвоню тебе после обеда. – Договорились. Андрюша. – О, мамуля. Наша очередь, – дрожащим шепотом произношу я, завидев наш номер на табло. Сегодня квартира станет маминой, а Левицкий останется с носом. – Идем, сынок. Я вот думаю… Может, продать квартиру и вложить деньги в строительство? Нам хватит на две однушки в центре. А ты поживешь у меня. Как тебе идея? – Мам, я не против. – Любку эту гнать надо… – Не время пока. Давай завершим все с квартирой, а потом и будем планировать. Мама деловито присаживается на свободный стул, а я стою рядом. Не могу сидеть от волнения… Неужели, все у меня получилось? Неделю назад я оформил дарение на квартиру через МФЦ. А сегодня мама получит документы. Станет ее полноправной хозяйкой. – Мамуль, паспорт достань. – Не требуется, – разводит руками регистратор. – Вам отказано в регистрации. Есть обременение, наложенное судом. – К-как? Кхм… Хр… – из моего горла вылетаю нечленораздельные звуки. – Какое еще обременение? Я за коммуналку не заплатил? – Судебное разбирательство о разделе имущества, – пищит девчонка, сканируя экран. – Тут и дата заседания назначена. Андрей Валерьевич, что же вы так… – Квартира моя! Какой раздел имущества? Я ее единоличный собственник. – Отказано в сделке. Заседание через две недели, вам распечатать? Кровь отливает от моего лица. Даже дышать становится больно… Вот тебе и Дана… Наверное, ее дюже умный муж оплатил услуги адвоката? Сама-то она не могла додуматься до такого? Ну, ничего… Не получится у них ничего… Надо будет перебрать все ее документы, чеки, которые моя женушка бережно собирает. И от всего избавиться… Но прежде… – Дана, – звоню ей, загоняя ярость поглубже. – Извини, я, наверное, погорячился. Был неправ… Приезжай завтра за вещами, мы все соберем. Осмотришься, может, тебе еще что-то понадобится? Документы, дипломы. – Ой… Прямо неожиданно, – выдыхает она. – Это удобно? Вы будете дома или на работе? – Нас не будет. Замки я не менял. Можешь приехать в два, удобно будет? – Пожалуй, да. Спасибо, Андрей. Ну, держись, сука… Я тебя порешу. Ты пожалеешь о том, что родилась!