Глава 16

Чеслав. Меня будит монотонный звонок будильника. Рывком вынимаю смартфон из-под подушки и отключаю – не хочу, чтобы Дана проснулась… Лениво потягиваюсь и тянусь к ней рукой, но… Даны нет, и лежу я в холодной постели. Странно, ведь уснули мы вместе… Ласкали друг друга исступленно и долго, стонали, что-то шептали, а потом, обнявшись, затихли… Не думал, что, вообще, на такое способен. Так гореть и желать женщину… Наслаждаться, отдавать и брать, растворяться, разделять… Воспоминания о собственных словах вызывают ухмылку. «Моя спальня закрыта от тебя», или «У меня не стоит – так яснее?». Кажется, и сейчас, стоит… От одних мыслей о ее упругом, гибком теле, высоких грудях с острыми, покрасневшими от моих ласк сосками, пухлых губах и шелковистых волосах… Она разбудила меня, мое тело… А вместе с желанием и новую волну ослепительно-жгучей вины перед женой. Я ведь обещал ей… И жил я без всех этих страстей хорошо – спокойно и размеренно. А теперь есть Дана… И ужасное чувство стыда. Словно я изменяю. Или украл что-то… Желание, вина и стыд, страх… Вот, что я чувствую. И коктейль, прямо скажу, ужасающий. Через полоску в плотных шторах настойчиво льется солнечный свет. Нехотя поднимаюсь с кровати и распахиваю окно. Постель смятая, я голый… Стягиваю с кровати белье и сую в машинку. Быстро принимаю душ и коротко благодарю отца, просматривая сообщения. «Ксюшу покормили, Лиза отвезла ее в школу. Чеслав, сынок, у вас там все нормально? Как твоя девушка, не сильно пострадала?», – пишет он сообщение. «Пап, все нормально. Я врач и оказал ей помощь». Ага, представляю, если бы все врачи такую помощь оказывали всем своим пациентам… Тихонько пробираюсь в кухню, удивленно поднимая брови при виде сидящей у окна Даны. – Привет, а ты… Ты давно не спишь? – выдыхаю, не решаясь взглянуть ей в глаза. Вина – будь она неладна. – Я и не слышал ничего, на цыпочках ходил. – Давно… – улыбается она, без стеснения смотря в мое лицо. – А почему убежала? – подхожу ближе, вскидывая ладони и опуская их на ее плечи. Напряженные. Словно каменные, как если бы на них лежала бетонная плита. Лицо при этом расслабленное, довольное. Лицо удовлетворенной, залюбленной женщины. – Не знаю, – вздыхает она. – Мы же не обсуждали это… Секс без обязательств не предполагает совместного сна и… И тут я вижу презервативы на столе. Кроме них там громоздится куча с продуктами – молоко, батон, яйца, докторская колбаса. – А это что? Ты все же решила предохраняться? – спрашиваю, подхватив коробку. – Не совсем. Я… У нас нет обязательств друг перед другом, ведь так? – с улыбкой на лице произносит она. – Ну… И ты… – тупо мычу я. – Если ты захочешь так же классно трахнуть коллегу, например? Я не против, нет… Просто не хочу потом обращаться к гинекологу. Да и я, – добавляет она, рванувшись к сковороде. Спешно вываливает на тарелку омлет с ветчиной и ставит на стол. – Что… ты? – Я ведь тоже никакими обязательствами не связана. Так ведь? Я хотела поблагодарить тебя, Чеслав. Ты тоже меня разбудил, не только я тебя… Я не думала, что могу… так! – Дана, наверное, я тупой. Объясни, пожалуйста, – усаживаясь за стол, спрашиваю я. – Я обещаю, что буду предохраняться, если возникнет такая ситуация и… – Погоди, разве у тебя кто-то есть? – хмурюсь я. Разговор идиотский, а я… Я мудак, не иначе. Обидел я ее… И очень сильно… Наверное, ни одна женщина не желает такого услышать – если только она не проститутка, а я – не чертов клиент. Но я ведь честен перед ней. И был честен всегда. Резал правду-матку так, чтобы Дана ничего себе не надумывала… А она влюбилась… Наверное, уже пожалела о своих поспешных словах? Плохая была идея переступать черту… И все остальное тоже… Я не вынесу новой боли, вот и вся правда. Не хочу больше любить так, как любил жену. Думал, мои мотивы понятны? Странно, что Дана, стоящая передо мной со следами пощечин на лице – мелкими кровоподтёками и ссадинами, снова хочет нырять с головой в отношения. Все-таки, женщины – удивительный народ… – Можно и так сказать. Меня пригласил в ресторан Пётр. – Адвокат наш… твой, прости. Нет у нас общего – нашего… И она ясно дала мне это понять. – Может, ты не так его поняла? – глупо возражаю я. – Наверное, ему нужны подробности вчерашнего нападения? Кстати, а тебе звонил следователь? Андрюше твоему светит пятнадцать суток за хулиганство. – Я правильно его поняла, Чес. Разве ты против? Петр знает, что мы заключим фиктивный брак. Он не против подождать, пока ты решишь свои проблемы с опекой. А потом… – И что ты… Ты будешь с ним спать? – Да. Это ведь мое дело, ведь так? Я же сказала, что буду пользоваться защитой. И тебе советую делать то же самое, – певуче добавляет она, клюнув меня в щеку. Идиот… Я гребаный козел, вот, кто я! Дана ушла, а я шагу ступить не могу – пытаюсь понять, что сейчас чувствую – облегчение или ревность? Все же так, как я хотел – свобода и секс без обязательств, тогда почему так больно печет в груди? Мучительно… – Забери пачку, пока Ксюша не вернулась домой и не увидела! – кричит Дана из своей комнаты. – Послушай, Дана, я… – захлебываюсь словами, наблюдая за ней. Поздно… В них нет того, что я видел вчера – блеска, огня, любви… «Я люблю тебя, Чес… Я влюбилась, это плохо?» – Это ты меня послушай. Я не хочу усложнять свою жизнь. И твою. Ты безумно любишь свою жену, ведь так? – Ну, да… – Странно, что ты еще о ней не вспомнил. Обычно утро начинается с рассказов о Лере. Так и люби ее, Чес! На здоровье. – Я и люблю, Лера она… – Я хочу накраситься и переодеться. Кстати, какой комплект лучше будет на мне смотреться? – равнодушно бросает Дана, показывая мне нижнее белье на плечиках. Бордовое на паутинку похоже – почти ничего не скрывает, а вот черное вполне пристойное, как по мне. – Черное, однозначно, – твердо отвечаю я. – Тогда надену бордовое. Потратила премию с предыдущего места работы. Заказала белье и платье… – Ты сегодня идешь в ресторан? Ночевать придешь? – Не знаю. Беги на работу, Чес, опоздаешь.