Глава 50

Дана. Разлепляю глаза и жмурюсь от льющегося в окно яркого света. За окном на удивление солнечно, тяжелые капли падают на подоконник, с тихим стуком на землю шлепаются снежные шапки с верхушек деревьев. На соседней койке, сложив на груди руки, спит Чес. Бедный мой… Отказался уходить домой. Побоялся оставлять под наблюдением врача. Все ему надо самому контролировать… Улыбаюсь и потихоньку поднимаюсь. Мой мужчина… Взъерошенный с темной щетиной, проступившей на щеках и подбородке, длинными, подрагивающими во сне ресницами… – Как же сильно я тебя люблю… Спасибо богу за тебя, – шепчу во Вселенную, наблюдая за мужем. Теперь все закончилось… Я могу жить и не оглядываться по сторонам. Воспитывать дочь и ждать нашего с Чесом первенца. – Я тоже очень тебя люблю, Дюймовочка, – шепчет он, хитро улыбаясь. – Я не сплю, Данка. Дремлю. Там в коридоре все… Папа с Лизой и другие родственники. Как бы помягче сказать… – Яна и Игорь, так? – хмурюсь я. – Пока ты не накрутила себя, перескажу их версию событий. Это они вызвали скорую и сунули дежурной бригаде денег. Назвали адрес больницы и мою фамилию. В тот день дежурила другая больница. Но бригада закрыла глаза на это мелкое нарушение и привезла тебя сюда. Прямо в мои руки… – Почему они не признавались? Надо было сразу рассказать правду. Петя столько сил потратил, чтобы… – Боялись они. Яна ведь искренне думала, что она наехала на тебя, лежащую без чувств в подворотне. Знаешь, почему они не признавались? – И почему же? – складываю на груди руки. – Они тоже решили усыновить ребенка. Участие в судебном заседании подмочило бы их репутацию и свело на нет усилия. – Ладно, Чеслав. Не хочу я больше ковыряться в этом. Устала от всего. Последние месяцы наша жизнь больше напоминает борьбу. Незавершенным остался один вопрос… – Два. Но Андрей не станет чинить препятствий. Я бы мог уговорить тебя не судиться с ним, но… – Я отвоюю свою часть квартиры, это дело принципа. Врач проводит необходимое мне обследование и отпускает домой. Озираюсь по сторонам, боясь увидеть провинившихся родственников, и с облегчением выдыхаю, когда не обнаруживаю их… Однако радость остается недолгой. Яна с Игорем ждут нас на улице. Стоит нам с Чесом спуститься по ступенькам крыльца, они выскакивают из припаркованной неподалеку машины и летят к нам. – Даночка! Чеслав! Господи! Прости нас, детка, – канючит Яна, прижимая к груди руки. – Я попробую все объяснить, если позволишь. Мы не бросили тебя, что бы ты ни думала. Вызвали скорую и дожидались ее в ближайшем сквере. – Я знаю, Яна Яковлевна. Попробую понять вас, но… позже, ладно? Хорошо, что виноваты не вы. Я рада, что настоящий преступник ответил за свои грехи. – Хорошо, детка. Увидимся позже. Чеслав, отец с Лизой ждут вас в гости. – Приедем, тетя Яна. А пока мы домой. Дома мама и Ксюша. Старичок Лесси, виляющий хвостом при виде нас. Пахнущий ванилином и корицей воздух, старый, уютный пуф и вязаные «пинетки» Чеса. – Доченька моя… Я так скучала. Обнимаю Ксюху и глажу по волосам. Мы все преодолели, с удочерением тоже справимся. Я уверена в этом на все сто. – Мамуля, как там мой братик? – плачет она, цепляясь за меня как за спасительную соломинку. – Мам, знаешь, а он же мне приснился… Я его так видела… Как наяву. Такой толстенький, с синими как у папы глазами. У нас округляются глаза. Ну, ничего себе! Улыбаюсь и смотрю на довольного собой папашу. – И как мы его звали? Он был на меня похож? Точно? Расскажи, Ксюша, – оживляется Чеслав. – Говорю же – на тебя. И волосы черные, как у мамы. Такой… Видно, что будет высоченным парнем. Короче, вылитый ты, папуль. – И как мы его звали во сне? Я предлагаю назвать Михаилом. Или Максимом. – Нет, ну что это за имя, зятек? – качает головой мама, раскладывая посуду на столе. – Давайте уже Сашей назовем, как твой отец. И мой, кстати. – У меня будет девочка, – выдыхаю я. – Я чувствую, что родится именно она. И назову я ее… – С таким витиеватым отчеством будет сложно подобрать имя, – закатывает глаза Чес. – Чеславовна. Чем мои родители думали, не понимаю? – Ева. Я так ее назову. – Блин… Я хотела брата, но Еве тоже буду рада. Мамуль, ты прям уверена? Когда вы уже меня удочерите? Дядя Петя – наш волшебник на голубом вертолете, поможет? А то кто будет вашу Еву Чеславовну нянчить? – Поможет. Дело уже сформировано. На следующей неделе мы с ним идем к многоуважаемой Зинаиде Андреевне. Вывалим ей всю фактуру как на духу. Она не отвертится. Захочет сесть – откажет нам в удочерении. Идемте есть, что ли? – потирает руки Чеслав. – Садись, зятек. А знаете, что я хочу? Чес, Дана, вы же собирались менять квартиру на дом, так? – раскладывает горячие бутерброды по тарелкам мама. – Я вот тоже хочу… к вам поближе. – Элеонора Александровна, мама… Да зачем ближе? Мы купим дом с летним домиком на участке. Квартиру продадим, возьмем ипотеку. Даночка, как ты на это смотришь? – Отлично смотрю. Ребята, я есть хочу. Готова слона съесть. Чес, скоро я выйду на работу, тогда и подадим заявку на ипотеку. Уверена, нам одобрят ее. А дом купим…ммм… – Ой, чур я тоже буду выбирать! – кричит Ксюня и бросается в комнату к ноутбуку. – Родители, на каком сайте выбирать? Да ну вас… Я сама сейчас все найду. И дом, и машину новую… И куртка мне нужна к весне. Розовая, с отделкой из голубого меха.