Глава 15. Пустой сосуд

Глава 15. Пустой сосуд

Банши не кричала.

И это само по себе уже было маленьким чудом.

Она стояла, прижавшись спиной к стволу старого дуба, и смотрела на меня своими бездонными заплаканными глазами. В них отчётливо читался страх. Но нет, не передо мной. А перед чем-то другим, что не должно было произойти, но всё же произошло. Перед тем, что мучило её задолго до нашего с Дроу появления.

– Что же… – вздохнула я, замечая, как девушка нервно теребит кончики своих длинных серых лохматых волос. Её пальцы мертвецки бледные, а под ногтями отчётливо видна грязь, но по всей видимости это не смущало Банши. – Я хочу знать только одно, – начала ровным голосом, делая шаг назад, чтобы хотя бы немного увеличить расстояние между нами. – В этот дом возвращался кто-то из тех, кого не должно быть в мире живых, верно? И ты, по всей видимости, видела его. Отвечай.

Банши слегка дрогнула. Едва заметно, словно от резкой смены температуры, но я всё же уловила это лёгкое движение пальцев, судорожно сжавших собственный подол. Словно она неосознанно искала в своей одежде спасение. Взгляд скользнул в сторону, к воротам особняка, потом вниз, к земле.

Куда угодно, только не на меня.

– Я не буду отвечать на этот вопрос, – произнесла она, продолжая избегать моего взгляда. Голос у девушки был тихий и слегка неловким, словно она разучилась разговаривать и теперь каждое слово ей давалось с трудом. Более того, я заметила, как нахмурились её брови, что говорило о её внутренней борьбе. – Это… У меня нет права на то, чтобы говорить об этом. Я не предаю тех, о ком забочусь.

– Никто не просит тебя предавать род, которому служишь, – возразила я, шагнув ближе. – Я спрашиваю о другом. О том, что в мир живых недавно вернулся усопший. Он выглядит, как человек, говорит, как человек, но… он лишь пустая оболочка.

Банши снова задрожала, но на этот раз сильнее.

– Это… – начала она и осеклась. – Я не понимаю о чём ты…

– Ох, да! – злобно усмехнулась. – Не держи меня за идиотку, кузина. Ты – Банши. И чувствуешь смерть даже лучше, чем кто-либо ещё из нашего клана. Ты поёшь Плач тем, кто должен уйти. Так скажи мне: ты пела ему? Верно? Пела тому, кто давно покинул этот мир, но неожиданно вернулся?

Банши слегка пошатнулась, словно от незримого удара и наконец-то посмотрела в мою сторону. Теперь в её глазах отражалась боль и обида.

– Да... – наконец-то ответила она, и её голос сорвался на шёпот. – Я пела ему. Много лет назад. Я оплакала его, как положено и лично проводила его душу в загробный мир. Сама Смерть приняла мой дар. Всё было... правильно. Он был таким сияющим… Его душа сияла, подобно звёздам на ночном небе. Его невозможно было не полюбит. Всех их из данного рода…

– Та душа, которую ты любила, и то, что вернулось – совершенно разные сущности, – настаивала я, понизив голос. – Ты ведь и сама это прекрасно знаешь…

Возникла тишина, которая буквально физически давила нам на плечи.

Ветер качнул ветви над нашими головами, и несколько листьев медленно опустились на землю. Банши смотрела на них, словно пытаясь найти в их падении ответ на вопрос, который мучил её уже давно. Но ответа не было.

Вернее, он был, но признавать его девушке так сильно не хотелось. В итоге Банши зажмурилась, и по её щекам покатились слёзы. Не прозрачные, как у людей, а мутные, серые, похожие на дождевую воду, смешанную с пеплом.

– Я… – наконец-то заговорила она, и её голос дрожал. – Я не понимала, что с ним не так. Сначала. Он вернулся, и я почувствовала его. Здесь. В этом доме, где он вырос и жил. Он вошёл в двери, как ни в чём не бывало. Он выглядел точно так же, как в последний день его жизни. Те же глаза, тот же голос, те же жесты… Даже привычка поправлять воротник левой рукой, он делал это точно так же, как раньше! Точь-в-точь!.. – она замолчала, моргнув и нервно поджав губы.

Я не торопила её. Дроу за моей спиной тоже молчал, предпочитая не влезать в разговор, но я буквально кожей чувствовала его напряжение. Он также внимательно слушал каждое слово Банши.

– Я не знаю, как себя вести с ним, – прошептала она. – Моя главная задача оберегать этот род, избегая беды, несчастья и предупреждая о смерти. Но как мне оберегать того, кто уже мёртв? Как мне петь Плач тому, кто не умирал во второй раз? Я… я запуталась. Я впервые за столетия не знаю, что мне делать. И поэтому я просто… прячусь. Здесь, у дуба. Смотрю на его окна. И жду. Сама не знаю, чего.

Выходит, это не просто какой-то глупый мертвец. Он обладает разумом, а также сохранил привычки и воспоминания своего бывшего владельца. Это обнадёживает. Возможно нам даже удастся пообщаться и получить больше информации. Если нет, то… вход всегда можно пустить Косу Смерти.

– Ты сказала, что он вернулся в этот дом, – продолжила я, смотря на девушку. – А где остальные? Где живые представители рода, которые сейчас владеют особняком? Они убежали или уже?..

Мне хотелось спросить, живы ли они вообще, но под пристальным и пронзающим взглядом Банши, решила не завершать вопрос. Её губы сжались в тонкую линию, и на мгновение мне показалось, что она снова уйдёт в молчание. А может просто закричит от злости и обиды. Всё же, когда речь заходит о тех, о ком заботятся Банши, им буквально срывает крышу.

Но потом она лишь выдохнула, словно сбрасывая с плеч невидимый груз личной тайны.

– Я… увела их, – призналась девушка. – Тайно и незаметно. Не могла рисковать теми, кто ещё жив. Поэтому сделала так, чтобы у них возникли срочные дела в другом городе. Подстроила несколько «случайностей» с документами, с бизнесом, с планами… Они уехали три дня назад. Вся семья. И даже не знают, что их предок вернулся и теперь хозяйничает у них в особняке. И, надеюсь, что не узнают. Я хочу их уберечь.

– Разумно, – сказала я, и, немного помолчав, добавила: – Ты поступила правильно.

Банши снова посмотрела на меня, и я заметила, что в её глазах что-то дрогнуло. В них впервые отразилось тепло. Возможно признательность или благодарность. Но всё равно, это были лишь на короткий миг.

– Ты пришла за ним? – тихо спросила она. – За этим?.. я даже не знаю, какое у него сейчас название.

– «Мертвец», – коротко ответила я. – Их называют «мертвецами». И да, я пришла за ним. Ты ведь понимаешь, что если внутри окажется то, что нарушает баланс в человеческом мире, я поступлю так, как и подобает Жнецу?

Долгая пауза.

Банши смотрела на меня, так словно я физически причиняла ей невыносимую боль, но уже через секунду её взгляд скользнул на особняк. Все инстинкты кричали в ней защитить того человека, или кем бы оно ни было. Эти видно по тому, как сильно напряглись её мышцы, а ледяные пальцы сжались в тугие кулаки. Что-то в ней боролось.

Но в итоге она лишь молча кивнула, с некой обречённостью опуская взгляд. С такой тихой, неизбывной грустью, что даже у меня что-то кольнуло в груди. А ведь я занимаюсь этой работой уже далеко не первый год.

Неожиданно Банши указала на особняк.

– Парадная дверь заперта изнутри, – тихо произнесла она. – Он всегда запирает её, когда не хочет, чтобы его тревожили. У него сохранились старые привычки. Поэтому я точно знаю, что со стороны заднего двора... там никогда не запирают дверь, ведущую на кухню. Вы сможете войти незаметно. Он не услышит. Когда он... погружён в свои мысли, он почти ничего не замечает вокруг. Я имею в виду, что тот человек, которого он изображает, раньше был таким… То есть… Это…

– Хорошо, – остановила ей, бросив короткий кивок головой кивнула, после чего направилась в сторону особняка. – Жди здесь.

Банши в последний раз взглянула на окна верхнего этажа, и её губы беззвучно прошептали что-то. Может быть, прощание, может быть, благословение. А потом она снова прижалась щекой к стволу дуба, словно ища у него утешения, и замерла.

* * *

Я и Дроу обогнули особняк, не встретив на своём пути ни малейшего препятствия. Задний двор встретил нас запахом прелых листьев и влажной земли. Кое-где валялся брошенный и забытый садовый инвентарь. Но несмотря на то, что хозяин отсутствует уже некоторое время, особняк выглядел в весьма приличном состоянии.

К тому же задняя дверь и правда оказалась незапертой.

Петли даже не скрипнули, что говорило об их ухоженности, ну или как минимум недавно тщательно смазывали. Мы с Дроу проскользнули внутрь бесшумно, как тени. Я ожидала, что хотя бы пол будет скрипеть под ногами, но нет. Ни скрипа, ни шороха.

Внутри витала странная смесь запахав. Например, запах старинной затхлостью самого здания и горьковата примесь современной электронной техники, которую ни с чем не спутать. Но помимо этого, был ещё один запах, который заставил меня наморщить нос и мысленно выругаться. Запах до тошноты знакомым. Запахом гниения, прикрытым слоем дорогих духов, словно кто-то щедро вылил целый флакон, пытаясь замаскировать то, что замаскировать невозможно.

Запах… Нет, это настоящая вонь.

Вонь смерти в доме живых.

Я бросила взгляд на Дроу. Он уже не улыбался. Его золотые глаза сузились, а ноздри чуть расширились. Вампирские инстинкты сработали без всяких команд. Он коротко кивнул, указывая взглядом наверх.

Лестница.

Ну, конечно… Где ещё мог быть мертвец? Не в подвале же, верно?

Мы поднимались медленно, прижимаясь к стене, там, где ступени не скрипели. Возможно, лестница бы нас также не подвела, но рисковать не хотелось. Я давно научилась двигаться почти бесшумно, а также почти не оставляя следов. Дроу же… Хм, тут надо отдать ему должное. Он был не хуже. Парень двигался с той особой вампирской плавностью и грациозностью, какую не купишь ни за какие деньги. Это только опыт. Исключительный опыт.

В моей руке из привычного облака чёрно-зелёного дыма материализовалась оружие Смерти.

Краем глаза я заметила, как Дроу достал из внутреннего кармана скальпель. Хирургический, блестящий, без лишних украшений, но при этом удивительно острый. Он держал его так, как держит хирург скальпель перед операцией: спокойно, привычно, с полным пониманием того, куда и как ударить, чтобы убить мгновенно.

Но всё-таки…

– Ты это серьёзно? Скальпель?! – одними губами произнесла я, всплеснув руками.

– Я всё-таки доктор, любовь моя, – также тихо произнёс вампир, после чего игриво подмигнул мне. – Если не учитывать клыки, то это мой профессиональный инструмент. И он ни разу меня не подводил.

– Как скажешь… – вздохнула я, продолжая идти дальше.

Наше внимание привлекла приоткрытая дверь в конце коридора. Сквозь щель пробивался тёплый солнечный свет, а также доносился странный, ритмичный, навязчивый звук. Грубое и звонкое чавканье, удар столовых приборов о посуду, а также что-то тяжёлое скользит по деревянному полу.

Подойдя к дверям, я и Дроу заглянули внутрь.

Картина, которая предстала перед нами была одновременно и сюрреалистичной, и тошнотворной. В центре комнаты имелся стол, который был полностью завален разнообразной едой.

Нет, это слабо сказано.

Он был буквально погребен под едой: блюда с запечённым мясом, фрукты, сыры, хлеб, графины с вином, тарелки с десертами. Всего было так много, что хватило бы на дюжину гостей. Несколько пустых бутылок уже деликатно откатились к стене комнаты.

Но посреди этого хаоса сидел только один человек, если его ещё можно так назвать…

Высокий, широкоплечий мужчина, с сединой на висках, а также грубыми, но благородными чертами лица. Его старинная одежда была перепачкана жиром и соусами. Он и всё это время мужчина жрал, как обезумевший.

Хватал еду руками, запихивал в рот, давился, глотал, почти не жуя… Ещё, ещё и ещё, не зная меры. Жадно, торопливо, словно боялся, что еду отнимут. Но через каждые несколько движений останавливался. Опустил вилку. И смотрел перед собой пустым, стеклянным взглядом.

– Не то, – пробормотал он. – Снова не то…

В его голосе не было злости. Только растерянность. Такая детская, потерянная растерянность человека, который все делает правильно, но что-то необъяснимым образом не получается.

Но уже в следующую секунду с яростным воплем швырял тарелку в стену, и она разбивалась на сотни осколков.

– Не то! – рычал он, и его голос был полон отчаяния и злобы. – Всё не то! Почему я ничего не чувствую?! Это ведь мой любимый мясной пирог! Я помню его вкус! Я помню, как он таял на языке! Но сейчас... сейчас это просто грязь! Пластик! Пепел! А-а-а!!!

Мужчина резко встал и яростно перевернул стол вместе со всем содержимым. Тарелки с оглушительным грохотом разбились вдребезги, еда разлетелась по полу, оставляя жирные следы. Мужчина пару секунд смотрел на этот погром, но потом успокаивался и медленно опустился на колени, начиная собирать еду с пола.

Нет, не для того, чтобы убрать весь мусор.

Он снова ел.

Снова отчаянно впихивал в свой рот еду, желая хоть что-то почувствовать, но… он уже мёртв.

А мертвецы ничего не чувствуют.

– Не чувствую… – бормотал он, параллельно запихивая в свой рот еду, с осколками разбитой посуды. – Ничего не чувствую… Не чувствую…

Быстро переглянувшись с Дроу, мы вошли в комнату. Вот только мужчина быт так отчаянно погружён в свои мысли, что даже не заметил нас. Он не услышал ни наших шагов, ни хруст стекла под моей подошвой.

Только когда холодное лезвие косы коснулось его шеи сзади, он замер. Медленно, с механической покорностью существа, у которого не осталось инстинкта самосохранения, он поднял руки и повернул голову.

Глаза мертвеца были мутные, серые, с застывшей в них откликом былой смерти. Они уставились на меня не с ужасом, не со злобой, а с каким-то мрачным, усталым узнаванием.

– Смерть… – произнес он, сразу осознавая то, кто перед ним. Голос был глубоким, ёмким, поставленным. Тот самый голос, который при прошлой жизни привык говорить весомо и по делу. Но это был лишь отпечаток былого сознания, былой жизни. – Ты пришла за мной… Я знаю… Рано или поздно ты должна была явиться за мной.

– Неужели? – холодно спросила я, не убирая лезвие. – Вот только для меня твоё появление в мире живых, откровенно говоря, сюрприз. Весьма неудачный сюрприз.

Мужчина медленно опустил руки. Украдкой посмотрел в сторону Дроу, который стоял рядом, до сих пор сжимающий скальпель в руках. Дроу усмехнулся и в лучах солнца сверкнули кончики его клыков, от чего мертвец растерянно сгорбился и опустил голову. Словно внутри у него что-то надломилось.

– Я не этого хотел… – тихо произнёс он. – Я не… Меня обманули… Это не я… Просто…

– Говори внятнее, – приказала я, на что мертвец согласно кивнул.

– Не знаю, как, но они нашли меня. В мире мёртвых, – тараторил мужчина. – Сейчас в голове всё смутно… Не могу вспомнить детали. Помни только, что когда они пришли ко мне… когда они предложили мне второй шанс… Я думал, что будет иначе. Их предложение было таким притягательным. Я думал, что вернусь домой… Что снова увижу тех, кого любил… Что смогу обнять их, заговорить с ними, услышать их голоса… Кто бы не согласился на такое предложение?

– В этом мире нет ничего бесплатного, – заметил Дроу. – Как ты заплатил за исполнения своего желания?

– Исполнения желания?! – ахнул мертвец. – Посмотри на меня! Дом, который я помнил –исчез. Моих родных и близких давно нет в живых. Мои потомки даже не знают моего имени! Всё, что я любил, превратилось в пыль и воспоминания. А я… я словно жалкая тень, ничего не чувствую. Понимаешь? Ни-че-го! Моя любимая еда – как картон. Солнце не греет мою кожу. Музыка, которая когда-то трогала меня до слёз, теперь просто звук. Я не могу спать, е могу есть, не могу любить, не могу даже общаться с другими людьми. Они в ужасе бегут от меня! Я словно пустая оболочка, застрявшая между жизнью и смертью! И это ты называешь «исполнением желания»? Они обманули меня! Я не желал быть… таким.

– Кто они?

Мертвец обречённо покачал головой, выражая искреннее и неподдельное отчаяние.

– Я не знаю… Я правда не знаю, кто это! – произнёс он, подняв голову и смотря мне в глаза. – Я не знаю ни их имён, ни то, кто они такие. Они просто… просто пришли ко мне. Там, в темноте. Даже сейчас вспоминая наш разговор, всё кажется каким-то сном. Помню, они сказали, что у меня есть шанс вернуться обратно. Что помогут мне вернуться в мир живых… И я поверил. Я хотел им верить.

– Очень интересно! – усмехнулся Дроу. – Так вернёмся к первоначальному вопросу, что ты должен был сделать, ради возвращения в мир живых?

– Я… – растерялся он, посмотрев в сторону, словно пытался связать воедино свои воспоминания. – В качестве платы... Да… Верно… В качестве платы я должен был что-то вынести из мира мёртвых… Ничего особенного. Всего лишь пустяк.

– О нет! Так не пойдёт, – протянул Дроу, наклонившись к мертвецу поближе. – Пустяк это или нет, будем решать уже мы. Что именно ты вынес из загробного мира?

– Отвечай, – потребовала я, строгим голосом.

– Это была… всего лишь одна книга. И всё, – отозвался мертвец, смотря на нас невинным взглядом, искренне веря, что он не сделал ничего особенного.

Вот только я мгновенно почувствовала, как внутри всё похолодело.

– Что это за книга? – продолжал допрос вампир. – Как она выглядела?

– Я не знаю, о чём книга. Она была тяжёлой. Обложка полностью из железа. Так ещё и холодная. Но прочитать её невозможно. Она была покрыта разными знаками и символами, которые я никогда в жизни не видел. Да и текст внутри… Словно на выдуманном языке, так как в мире людей его просто не существует. В прошлой жизни я был полиглотом. Если бы язык был реальным, я бы определённо узнал его. Поэтому я ничего не читал, а только нёс.

Дроу, выпрямился, неслышно переступая с ноги на ногу.

– Допустим, – нервно бросил он. Я видела, как его скулы нервно напряглись, но при этом вампир стирался держать голос ровным. – Как выглядели те, кто тебе это предложил? Это был мужчина? Женщина? Молодой? Старый? Дай любую деталь.

– Я не знаю… Не могу вспомнить! – произнёс мертвец, и в его голосе прозвучала искренняя растерянность. – Это правда. Я не вру. Стоило мне пересечь границу, как все воспоминания о загробном мире… они словно утекают, подобно воде сквозь пальцы.

– Хорошо, но ты же должен помнить тех, кто встретил тебя уже в мире живых, верно? – настаивал Дроу, нервно схватив мужчину за воротник и потянув его. – Только не говори, что ты и их забыл!

– Я не… – начал мертвец, но Дроу тут же перебил его.

– Подойдёт любая деталь. Вообще, любая.

Мужчина помолчал, задумчиво смотря куда-то в пустоту.

Потом медленно нахмурил брови и поджал губы, словно ему приходилось приложить огромную силу, дабы вспомнить хотя бы что-то. И так ясно, что мужчине промыли мозги, чтобы оборвать все связи. Это обычная практика над смертными людьми, чтобы весь сверхъестественный мир оставался для них лишь сказкой. По идее, каждый человек в своей жизни десятки раз сталкивается со всем необычным и сверхъестественным, но в итоге быстро забывает об этом, словно то был сон. Почему?

Да потому, что так мы защищаем себя и, в первую очередь, защищаем самих людей.

Но, чтобы кто-то использовал эти чары на уже мёртвом трупе?

Уникальный случай.

– Я… – начал он неуверенно. – Я помню только тени. Они были в тёмных одеждах, с расплывчатыми лицами. Я не мог разглядеть их… Но… – его взгляд неожиданно прояснился. – Подождите! Было кое-что! Когда они забирали у меня книгу, то один из них неосторожно дёрнул рукой. И с его запястья слетела небольшая деталь. Я вначале подумал, что это пуговица с рубашки. Такая маленькая… Они даже не обратили внимание на то, что потеряли. А я заметил и наклонился, чтобы подобрать упавший предмет с земли. А когда поднял, то… – мертвец сунул руку в нагрудный карман и достал на свет подобранный предмет, который был в среднем с верхнюю фалангу указательного пальца. – Я не совсем понимаю, что это… Похоже на украшение, сделанное из слоновой кости. Раньше я уже видал такие, и хотел вернуть владельцам, но… когда выпрямился их уже нигде не было.

Мертвец раскрыл ладонь и показал нам найденный им небольшой предмет. С первого взгляда показалось, что это деталь сломанной серёжки или небольшой кулон ромбической формы. Такие часто можно увидеть на дешёвых бижутериях или даже браслетах.

Я молча взяла предмет в руку и начала вертеть его, рассматривая со всех сторон. По правде сказать, первая мысль была простой, что это обычный мусор. И хотелось уже откинуть его в сторону, если бы не одна деталь, которая перевернула всё происходящее с головы до ног.

На плоской стороне фигурки выгравированный символ, от взгляда на который всё внутри сжалось в тугой комок. Это были меч, объятый алым пламенем.

– Клан Войны?.. – прошептали одни мои губы, так как голос неожиданно пропал.

Неосознанно посмотрела в сторону вампира, словно бы надеялась, что он переубедит меня и заверит, что мои собственные глаза меня подводят. Но нет. Дроу также видел этот знак, недовольно и обеспокоенно хмурясь.

– Однако… – тихо произнёс вампир, натянуто улыбаясь. – Что же… Вот и первая улика, верно?

Я сжала кулон в кулаке, чувствуя, как предмет холодит ладонь. В моей голове вихрем проносились мысли, которые никак не состыковывались друг с другом, порождая новые вопросы.

Клан Войны – один из четырёх великих кланов Земли. Те, кто питается человеческими конфликтами, азартом, соперничеством, доблестью и отвагой. Те, кто должен поддерживать баланс мира, воспитывая новых героев и чемпионов, а не вносить разрушение.

Не понимаю… Почему они затеяли это? Нападение на Атанасию и на меня… Неужели именно они стоят за возвращением некромантии в мир людей? Это же безумие! Зачем?

Мертвец всё это время смотрел на меня всё тем же усталым, пустым взглядом. В его лице не было страха. Только бесконечное, безнадёжное смирение человека, который уже давно понял, что его обвели вокруг пальца и он проиграл, даже не начав играть.

– Ты знаешь кто это? – тихо спросил он.

– Знаю, – ответила, переводя на него взгляд. – Даже лучше, чем хотелось бы, но по всей видимости, этого недостаточно, чтобы понять их мотивы…

– Вот как… – медленно произнёс он. – Но, что теперь будет со мной? Ты ведь убьёшь меня, верно?

– Верно, – ответила я, крепче сжимая косу в своих руках. – Твоё бренное тело без души, поэтому просто превратится в прах. А сознание, если оно всё же сохранится, вернётся туда, где ему и положено быть.

– Значит, я просто исчезну… – произнес он, при этом без горечи или хотя бы обиды. Просто сухая констатация факта. – Я думал, что иду домой… А оказалось, что я просто… шел. Я так хотел снова обнять их. Тех, кого любил. Просто обнять. Хотя бы один раз…

Я не ответила.

Что тут скажешь?

Он поднял на меня взгляд.

– Делай, что должна, Жнец. Я готов, – произнёс мертвец, после чего с достоинством, которое ещё осталось в нём от прежней жизни, он поправил одежду и склонил голову.

Без лишних слов я сделала шаг вперёд.

* * *

Когда мы вышли через заднюю дверь, над городом уже сгущались сумерки. В воздухе пахло скошенной травой и озоном, что говорило о надвигающимся дожде.

Банши всё также неподвижно стояла у дуба, но в этот раз она не смотрела на нас. Опустив руки, она продолжала смотреть на особняк, который отныне был лишь пустым зданием. Однако всё же в том, как она стояла, было что-то очень похожее на прощание.

Наверное, мне стоило подойти к ней. Сказать хотя бы пару слов. Но что тут сказать? Что я выполняю свою работу и делаю это хорошо? Что за глупость…

Нет, я просто пошла дальше, обходя особняк и направляясь к воротам, через которые мы и вошли на территорию. Однако неожиданно в мою спину подул лёгкий ветер, который принёс едва уловимый женский шёпот:

– Спасибо…

Я резко обернулась, прекрасно понимая, что это был голос Банши, но её уже не было около дума.

Своеобразное прощание, после которого любые слова будут лишними.

Когда я и Дроу вновь перепрыгнули через ворота, то молча направились в сторону выхода из местного квартала. Вампир следовал за мной, но в его золотых глазах бушевало что-то серьёзное и расчётливое.

– Значит, клан Войны? – наконец-то произнёс парень, когда мы отошли достаточно далеко от особняка.

В эту секунду я вновь достала кулон с изображением герба клана Войны, который слабо поблескивал на коже в угасающем свете. Ромб был идеально отполированный, вот только гравировка сделана далеко не на слоновой кости, а на человеческой. Представители клана Войны обычно хранили у себя кусочек самого отважного и лидирующего воина, который успел проявить себя в тех или иных битвах.

Сейчас они подобным не занимаются. Ну… Я надеюсь, на это. Однако в прошлом у каждого представителя клана Войны была своя коллекция подобных фигур, которыми они очень дорожили.

Значит этой кости как минимум несколько сотен лет.

И всё-таки…

– Клан Войны… – повторила я вполголоса, чувствуя прилив злости. – Да, как это возможно? Что за безумие? Этот клан сам черпает силу из отважных героев. Какой им смысл заниматься истреблением человечества?

– Почему бы нам не спросить у них на прямую? – неожиданно предложил Дроу. – Я знаю одно интересное местечко, где они частенько опрокидывают по рюмочке крепкого.

– Это может быть опасно.

– Не беспокойся, – подмигнул Дроу. – Я буду рядом и смогла защитить даму своего сердца.

– Я вообще-то о тебе и говорила, – парировала в ответ, на что вампир растерянно захлопал глазами. – Но раз ты так уверен в себе…

– Отлично! Наше первое официальное свидание! – довольно протянул вампир, протягивая в мою сторону локоть, чтобы я за него взялась.

– Это не свидание…

– Разумеется свидание, – парировал он, бережно прижимая к себе мою руку, когда я всё же взяла его за локоть. – Пусть оно мрачное, переполненное сверхъестественным и врагами со всех сторон, но… в нашей жизни иначе не бывает. И всё же, – продолжил Дроу. – У меня возникает весьма любопытный вопрос: что клан Войны делает в истории, которая начиналась как история о некромантах?

– Ничего хорошего, – ответила я, пряча кулон с гербом Войны обратно в свой карман. – В чём я точно уверена, так в том, что это никогда не сулит ничего хорошего.