Глава 14. Рутинная работа

Глава 14. Рутинная работа

Утро встретило меня запахом свежезаваренного кофе и тихим, переливчатым детским смехом, который, казалось, был чуждым и лишним в этом мрачном особняке.

Старалась спускаться по лестнице медленно, всё ещё чувствуя в теле отголоски вчерашней битвы. Мышцы ныли, а в висках глухо пульсировало, словно долгого и буйного веселья. В идеале, мне бы вернуться в кровать и поспать ещё часиков пять, но любопытство оказалось сильнее.

В гостиной, у подножия лестницы, я увидела, как Эйсон держал на руках Атанасию.

И кривлялся, корча смешные рожи. Это было так глупо и совершенно не подобающе Жнецу, что я даже замерла на месте, озадаченно смотря на младшего брата. Он вытягивал губы уточкой, таращил глаза, раздувал щёки и издавал какие-то булькающие звуки, от которых любой уважающий себя представитель клана Смерти провалился бы сквозь землю от стыда.

Но Атанасия, наша маленькая сестрёнка, закутанная в чёрное, заливалась звонким смехом. Таким чистым и приятным, словно музыкальные колокольчики, которые разгоняли саму тьму этого дома.

– Ну, давай, Сия! Ещё громче! Покажи брату, кто у нас здесь самый грозный Жнец! – ворковал Эйсон, легонько покачивая её на руках. – Показала всем этим гниющим трупам, кто тут главный, верно? Вот так! А теперь самое страшное лицо Жнеца, смотри!

Он высунул язык, скосил глаза и состроил такую гримасу, что я невольно фыркнула, усмехаясь и привлекая его внимание.

– Сия? – аккуратно переспросила я, опираясь плечом о дверной косяк и скрещивая руки на груди. – Ты уже придумал прозвище нашей младшей сестре?

Эйсон на мгновение отвлёкся от малышки, бросив на меня короткий и слегка смущённый взгляд. Но потом пожал плечами с той самой небрежностью, словно у него всегда и всё под контролем.

– Атанасия – это, конечно, красиво, но слишком длинно и официально. Поэтому я подумал, что нужно что-то короткое. Исключительно для нашей семьи, – пояснил он, вновь поворачиваясь к девочке. – А «Сия»... ну, это созвучно с «сиянием», согласна? Разве не идеально ей подходит? Ты только посмотри на эти зелёные глазки-бусинки. Она буквально светится!

Он легонько коснулся пальцем крошечного носика Атанасии, от чего девочка снова залилась смехом, хватая его за палец. Эйсон не смог сдержать улыбки в ответ, и в этом коротком моменте было что-то настолько чистое и тёплое, что у меня защемило в груди.

Я не стала отвечать.

Просто улыбнулась, признавая его правоту.

– Значит, Сия… – согласна кивнула. – Хорошо. Мне нравится. – в ответ Эйс довольно вкинул подбородок, демонстрируя чувство гордости. – Кстати, Райан проснулся? – спросила я, обводя взглядом гостиную в поисках знакомой фигуры.

Эйсон, не отрываясь от игры с сестрой, мотнул головой.

– Он ушёл. Давно уже, – ответил он, и в его голосе не было ни осуждения, ни удивления. Просто констатация факта. – Сказал, что ему нужно вернуться в свой клан. Какие-то срочные дела или что-то в этом роде. Причину не уточнял. Возможно, на него повлияла встреча с отцом, или встреча с мертвецами, или то и другое… в общем… Но ты, наверное, больше меня знаешь, да?

Я кивнула, ничего не ответив.

Да, я знала.

Знала, что он отправился в свой клан, чтобы просить разрешения на то, что невозможно. Знала, что его решимость не угасла, а только укрепилась после нашего ночного разговора. И знала, что это, скорее всего, принесёт ему только новую боль и разочарование.

Но обсуждать это с Эйсоном сейчас... не было ни сил, ни желания.

Мой взгляд скользнул дальше, в конец помещения, туда, где у высокого стрельчатого окна стояла одинокая фигура.

Динамис.

Он стоял ко мне спиной, недвижимый, словно одна из тех горгулий, которые украшали вход особняка. В руке была чашка с давно остывшим кофе, к которому он, кажется, так и не притронулся. При этом его взгляд был устремлён сквозь стекло, в бескрайнее море надгробий и алых ликорисов, залитых вечным лунным светом. Он не обернулся на звук моих шагов, даже когда я подошла почти вплотную.

– Доброе утро, брат, – произнесла я, стараясь придать голосу лёгкость, которой не чувствовала. – Как ты? Вчера нам так и не удалось нормально поговорить. Выглядишь так, будто всю ночь с призраками беседовал. Хотя… это не совсем удачна шутка… мда…

Тишина.

Дин даже не пошевелился.

Я уже собиралась повторить вопрос, решив, что он слишком глубоко ушёл в свои мысли. Но неожиданно услышала спокойный, ровный, лишённый каких-либо эмоций голос брата, который буквально разрезал тишину:

– Тебе сегодня нужно выйти на патрулирование территории, Никефорос. Также не забывай и о территории Эйсона.

Я моргнула, слегка опешив.

– Ну… Да, я помню. Собственно, я и планировала этим сегодня заняться с самого утра, – ответила я, пытаясь поймать его взгляд, но он упорно смотрел в окно. Его профиль был жёстким, напряжённым. Совсем не таким, как обычно.

Я заставила себя улыбнуться и, понизив голос, добавила шутливым тоном:

– Слушай, Дин... Получается у тебя появилась девушка? – с улыбкой слегка пихнула его локтем. – Можешь не оправдываться, так как вчера женские духи от тебя были слышны на весь особняк. У вас всё серьёзно? Когда познакомишь семью со своей избранницей? Ну или хотя бы скажи, как её зовут?

– Это не твоё дело.

Его голос прозвучал резко, словно удар хлыста. Я замерла, а Дин наконец повернулся ко мне. В его зелёных глазах я увидела не просто раздражение, а ледяную, непробиваемую стену.

– Я не просил тебя лезть в мою личную жизнь, Никефорос, – произнёс он холодно, чеканя каждое слово. – Это тебя не касается. Совершенно.

Я неосознанно отшатнулась на несколько шагов, чувствуя, как внутри всё сжимается. От его тона, от его взгляда… Оно было такое же суровое и отстранённое, как у отца. И веяло от него таким холодом, что все заготовленные шутки застряли в горле.

– Эм… Я... прости, – выдавила я, опуская взгляд. – Не хотела...

– Просто делай свою работу, – перебил он меня, снова отворачиваясь к окну. Давая понять, что разговор окончен. – И не забудь взять рабочий планшет перед выходом.

Я кивнула, хотя он этого не видел. Просто кивнула, сглотнув ком в горле, и тихо отошла от брата.

Что-то с ним происходило.

Что-то тёмное, глубокое, куда он не собирался меня пускать. Он словно вырезал образ отца на своём сердце и отныне собирался ему подражать. И я ничего не могла с этим поделать.

По крайней мере, сейчас.

Возможно, ему просто нужно время…

Я направилась к выходу из особняка. Проходя мимо Оскара, который возник в дверях столовой с подносом, полным свежей выпечки, я коротко бросила:

– Прости, Оскар, но не готовь на меня завтрак сегодня. Я не голодна. Да и работать пора.

Скелет дважды щёлкнул челюстью и исчез в направлении кухни.

У самого порога я поравнялась с Эйсоном, который до сих пор держал Сию на руках. Когда я проходила мимо, парень на мгновение поднял взгляд в мою сторону и одними губами произнёс:

– Дин сегодня злобная задница. Даже не пытайся. Пусть перебесится.

Я усмехнулась, коротко кивнув ему в ответ. Мы поняли друг друга без слов. Как всегда. Похоже Эйс также заметил, что Дин сегодня колючий, словно ёж, поэтому решила не зацикливаться на этом.

Просто накинула на плечи чёрный плащ и вышла за порог, в вечную ночь гиблых земель.

Мгновение и меня окутал тёмно-зелёный дым.

Пора было навестить кое-кого в мире живых.

Без приглашения.

* * *

Улица, на которую я вышла, дышала роскошью и уникальной стариной. Но это был не абы какой район, а именно тот самый, о котором рассказал Дроу. В прошлый раз он рассказал мне лишь о сплетнях, но успел добавить уникальную детали. Банши. А эти бешенные психопатки предпочитают семьи с длинной родовой историей или, я бы даже сказала, с династией. Видите ли, вкус у них такой.

В этом районе не было безликих стеклянных небоскрёбов или шумных магистралей. Не было ярких магазинов или хотя бы ларьков. Никаких цветастых витрин или вульгарных рекламных плакатов. Даже машины проезжали по улице с уникальной редкостью.

Только мощёные брусчаткой дороги, вековые дубы, отбрасывающие густую тень, и особняки передающий дух настоящей архитектурной аристократии, помнившие ещё конную тягу и газовые фонари. И это выглядело одновременно странно, уникально и эстетично в нашем современном времени.

Прогуливаясь по тротуару, я наконец-то становилась напротив одного из домов. Высокие чёрные кованые ворота с вензелями в виде виноградной лозы. За ними можно было увидеть ухоженный сад и трёхэтажный дом из тёмного кирпича. Да, с виду это выглядело, как просто дорогая недвижимость, но...

Спокойно достала рабочий планшет. Экран тут же ожил, запищал, словно испуганная птица, и замигал, указывая на тот самый особняк, перед которым я стояла.

Аномалия.

Причём сильная, густая, пропитавшая, казалось, сам фундамент этого места.

Что же… Сомнений нет.

Я прибыла по нужному адресу.

Осталось только перебраться через забор и уже готовилась к тому, чтобы одним прыжком преодолеть ограду – не в первый раз, в конце концов, – как за моей спиной раздался бархатный и нежный голос, который я хорошо знала:

– Здравствуй, любовь моя.

– Дроу… – тихо вздохнула и обернулась.

В тени старого ветвистого дерева, который рос прямо у тротуара напротив особняка, стоял вампир. Он небрежно опирался спиной о ствол, скрестив руки на груди, и на его губах играла та самая, фирменная, чуть насмешливая улыбка. Безупречный костюм-тройка цвета тёмного шоколада, идеально уложенные тёмные волосы, золотые глаза, сияющие даже в полуденной тени.

Он явно ждал меня.

И ждал с удовольствием.

Стоило нашим взглядам пересечься, как игриво, с лёгким флиртом, помахал мне одними пальцами правой руки.

– И какими судьбами? – нахмурилась я, чувствуя, как внутри борются раздражение и, как ни странно, облегчение. – Нет, серьёзно, что ты тут делаешь? Я думала, что ты должен сейчас искать книгу. Разве нет?

– В процессе, моя дорогая, в процессе, – промурлыкал он, отталкиваясь от дерева и делая несколько шагов в мою сторону. – Но в прошлый раз вы с пернатым так стремительно покинули мой кабинет, что я даже не успел как следует попрощаться. А я, знаешь ли, очень ценю традиции и красивый уход. Ну, знаешь… Драматический, с парой-тройкой пронзительных взглядов, томных вздохов... Вы меня этого лишили. Непорядочно с вашей стороны.

От его слов я лишь закатила глаза, понимая, что вампира в его играх невозодно переиграть, так что лучше не начинать. Дроу же воспользовался моментом и подошёл почти вплотную. Его улыбка стала ещё шире и довольнее, когда он оглянулся по сторонам.

– Кстати, как я вижу, сегодня ты вышла на прогулку без своего пернатого эскорта? В Раю сегодня пасмурно? Или, может, маленькие ангелочки устроили забастовку?

– Очень смешно, – отрезала я, скрещивая руки на груди. – Если у тебя нет для меня информации по Некрономикону, то возвращайся в свою больницу, Дроу. В отличие от некоторых, у меня много работы.

Я уже развернулась к воротам, но вампир не ушёл. Вместо этого он приблизился так близко, что я почувствовала аромат его дорогого одеколона, смешанный с больничным антисептиком. А когда вампир заговорил снова, его голос был тихим, лишённым всякой игривости.

– Ты должна была взять меня с собой, Никефорос.

Я замерла, не оборачиваясь.

– Тогда, в кабинете, – продолжил он, и его дыхание коснулось моего затылка. – Когда ты заметила ворон… Я видел твоё лицо, Ники. Я видел эту панику в твоих глазах. Ты поняла, что твоя семья в опасности, и в ту же секунду исчезла. А я… я ничего не мог сделать. Без приглашения обычному вампиру не проникнуть в ваше междумирье. Я не мог пойти за тобой. Не мог помочь. Не мог, даже если отчаянно этого хотел. Просто стоял там, как последний дурак, и чувствовал себя… беспомощным.

Его тихий голос дрогнул на последнем слове. Однако в нём звучала такая искренняя горечь, что у меня сжалось всё в груди. Он не лгал. Эта его вечна игрива маска была снята… сорвана с лица, под которой он открыто демонстрировал страх.

Я медленно повернулась и встретилась с его золотыми глазами. В них больше не было ни насмешки, ни флирта. Только что-то глубокое, тёмное и уязвимое. Парень не прикасался ко мне. Он был достаточно близко, чтобы я видела каждую ресницу на его глазах или каждую нитку на его одежде, но при этом он не позволял себе касаться меня без разрешения. Словно между нами была незримая тонкая граница и он ждал. Ждал моего приглашения.

– Дроу… – начала я, но он уже взял себя в руки.

Мгновение и та самая обворожительная улыбка вернулась на его губы. Словно по щелчку. И он, отступив на шаг, вдруг указал рукой куда-то мне за спину.

– Впрочем, это всё лирика, – нежным тоном произнёс парень. – Сейчас у нас есть дело поважнее. Поэтому прошу, любовь моя, взгляни в ту сторону.

– Что?.. – протянула я, после чего обернулась.

На территории особняка, прямо посреди идеально подстриженного газона, возвышался огромный старый дуб. Его ветви были такими толстыми и узловатыми, что, казалось, он рос здесь веками, ещё до того, как построили этот дом. Но самое главное не это, а то, что под этим дубом, прижавшись щекой к его шершавому стволу, стояла она.

Банши.

С виду, обычная молодая девушка. Ну, или то, что выглядело девушкой. Сама бледная, как первый снег, с длинными спутанными и нечёсаными волосами, которые серым плащом свисали почти до самой земли. Из одежды на ней имелось лишь длинное старинное платье, которое скорее напоминало старинную сорочку. Местами порванное, местами выцветшее и успело давно потерять блеск свежести. А ноги вообще босые, к тому же испачканные в свежей земле и траве.

Банши стояла, вжавшись в дуб, словно пыталась слиться с ним, стать его частью. Но её взгляд... О да! Этот чёртов взгляд ненасытного преследователя. Или как современные люди говорят – «сталкер». Этот её тоскливый взгляд, полный бесконечной, нечеловеческой скорби, был сейчас устремлён в окна верхнего этажа особняка.

Должно быть именно там сейчас находился представитель человеческого рода, которым покровительствовала Банши.

Если честно, то Банши является также представителем клана Смерти. Она, конечно, не Жнец, но… что-то близкое. Банши для Жнецов, как для людей дальние малознакомые навязанные родственники. Которое вроде как есть, то с ними вообще ничего общего иметь не хочешь. Сколько же из-за этих сумасшедших барышень у меня возникало проблем на работе в прошлом. Особенно, когда я какое-то время работала в Ирландии. Там их очень много.

Банши, в отличие от Жнецов, не заинтересованы в поддержании порядка. Это не их работа. Как по мне, они вообще не работают. Просто влюбляются в какого-то человека и всю жизнь его преследуют, томно вздыхая в дали. При этом изредка помогают этому человеку, стараясь уберечь его от различных катастроф, несчастий, невезений или даже болезней. Тот, кого выбрала Банши, можно сказать, сорвал золотой билет в жизни, а также для своих детей. Человек обязательно разбогатеет, при помощи покровительства Банши, да и его дети бедняками не будут.

Ведь когда человек, которого выбрала та сумасшедшая, умирает в глубокой старости, она мгновенно переключает своё внимание на наследника рода и продолжает любить уже его.

Вроде бы всё неплохо, верно? Столько положительного для людей, которым посчастливилось понравится такому существу, как Банши. Если бы не одно «Но». А именно этот чудовищный и раздражающий крик каждый раз, когда кому-нибудь из рода приходит очередь умирать.

Из-за этого многие люди искренне верят, что не благословлены Банши, а прокляты ею. Ведь стоит им увидеть эту сумасшедшую, а также услышать предупредительный вопль, как спустя несколько дней кто-то в семье умирает.

Возможно, если бы она не выглядела, как маньяк из фильма ужасов, то люди по другому их воспринимали, но тем особам откровенно наплевать на свой вид, плевать на мнение другие, для них главное – человеческий род, которому они посвящают всё своё существование.

Даже сейчас, мы подошли к ней, но она не заметила нас. Она вообще ничего не замечала вокруг. Только вон те дальние окна на верхнем этаже.

Мы приблизились к Банши со спины, практически вплотную. При этом не сказать, что мы передвигались тихо или скрывали своё присутствие. Наоборот, я даже рассчитывала на то, что девушка наконец-то нас заметит. Но она всё так же стояла неподвижно.

В итоге я сделала последний шаг и оказалась прямо за её плечом:

– Эй! – спокойно позвала.

Банши вздрогнула и резко обернулась.

Её лицо было прекрасным и ужасающим одновременно. Фарфоровая кожа, тонкие черты, но глаза… Глаза, полные такой вселенской печали, что даже у меня, существа, привыкшего к смерти, пробежал холодок по спине. Она сфокусировалась на мне и мгновенно поняла, что перед ней стоит Жнец.

В ту же секунду её рот широко распахнулся, жадно набирая воздух полной грудью. Я уже увидела, как её горло начинает вибрировать, готовясь обрушить на мою голову оглушающий вопль, предвещающий смерть.

Но нет… Сегодня я желаю поберечь свои уши.

– Ой, да заткнись ты! – рявкнула на девушку, резко подавшись вперёд и крепко зажимая ладонью её рот. – Я не по работе! Поняла? Я просто хочу поговорить, так что… тихо.

Банши замерла.

Её крик застрял в горле, а расширенные от ужаса глаза уставились на меня, не веря ни единому моему слово.

Пришлось стоять дальше, прижимая ладонь к холодным, как лёд, губам Банши. Чувствовала, как её тело бьёт мелкая дрожь, от потребности кричать. При этом за моей спиной раздался тихий, сдавленный смех Дроу, которого определённо забавляла вся эта ситуация.

– Браво, Никефорос, – прошептал он с едва скрываемым весельем. – Так вот как ты ведёшь переговоры? Ха! Потрясающий дипломат! Напомни мне никогда не злить тебя на официальных приёмах.

– Без проблем, – мгновенно ответила ему, даже не оборачиваясь. – Например сейчас. Напоминаю.

– Туше! – со вздохом протянул он, признавая проигрыш.

Тем временем я снова сосредоточилась на Банши.

– Я сейчас уберу руку, – произнесла медленно, глядя ей прямо в глаза. – А ты не будешь орать. Договорились? Просто кивни.

Банши, всё ещё дрожало, но медленно кивнула.

– Отлично, – тихо произнесла, убирая руку с её лица. – А теперь давай-ка поговорим…