Глава 24. Света

Семён начинает всё первым, и это очень кстати. Слишком уж волнительно мне с ним сейчас быть, сама бы вряд ли решилась...

Но вот мы уже стоим голые под душем и целуемся. Неспешно и глубоко, смакуя каждое движение и соприкосновение. Жмусь к нему крепче, не сразу поняв, что ещё и трусь о стояк.

— Какая ты... — шепчет Семён, переходя губами мне на щеку, потом на висок, оттуда к ушку. — Самая-самая... Как для меня создана.

Цепляюсь ему в плечи, дыша тяжелее. Ещё ночью меня напрягали его слова, намекающие, что всё серьёзно. А сейчас... Они слишком приятны.

Как и всё, что Семён делает со мной.

— Тебе надо согреться, — только и лепечу дурацкое.

— Мне жарко, — Боже, как Семён говорит это... Таким горячим голосом, что я и сама плавлюсь.

А потом его губы снова накрывают мои. С тягучей, обволакивающей нежностью целуют, неторопливо скользя языком.

Его кончиком Семён мягко ведёт по контуру моих губ, словно пробуя на вкус. Задерживается между ними, ведя там несколько раз, прежде чем надавить и проникнуть внутрь. Как же горячо... Когда мы соприкасаемся языками, я даже близка к тому, чтобы застонать ему в губы.

Тёплая вода из душа продолжает поливать нас, усиливая и без того острые ощущения. Ещё и Семён, погладив мне спину вдоль позвоночника, сильнее прижимает к себе. И при этом продолжает целовать. Жадно и в то же время чувственно.

Он умело ведёт в поцелуе, распаляя, лишая контроля. И во мне неожиданно вспыхивает азарт, своеобразная непокорность. Подчиняться Семёну во всём в сексе — хорошо, возбуждающе и кайфово по итогу. Но... Хочу, чтобы я влияла на него не меньше, чем он на меня. Сам это во мне пробудил! Словно вынул из меня настоящую долгое время подавляемую Свету.

Чуть толкаю его, направляя к бортику ванной. Приподнимает брови, разорвав поцелуй. Но поддаётся... И даже от такого простого жеста мне ещё жарче между ног. Возбуждение просто зашкаливает.

— Хочу кое-что попробовать, — чуть ли не мурлычу, двигая ноготками по линии его шеи.

— Всё, что угодно, — заворожённо хрипит Семён в ответ.

И смотрит так, что вот даже не сомневаюсь — реально буквально всё готов мне позволить. И уже от этого окрыляет какой-то особенной властью над ним — мягкой, не всегда заметной, не самой буквально и прямой; но безусловной.

Сама накрываю ему губы поцелуем. Нужно, чтобы решиться окончательно. Двигаю языком у него во рту: глубоко, напористо, и в то же время ласково. Прямо-таки нежность непонятно откуда взявшуюся переполняющую в это вкладываю. Семён жарко отвечает, зарываясь пальцами мне в волосы.

Но я не задерживаюсь губами на губах, мажу своими уже по шее, чуть прикусывая. И посасываю кожу там — так же, как делал и Семён мне. Слышу, как сбивается его дыхание.

Опускаюсь губами ещё ниже. Пробую языком и ладонями твёрдость мышц торса. Семён как раз сейчас напряжён... А ещё очень горячий. И чувствую, как быстро бьётся его сердце.

Поднимаю взгляд на Семёна... Боже, какие тёмные у него сейчас глаза, неотрывно следящие за мной. Даже смущают слегка.

Но я всё равно не разрываю зрительного контакта, когда обхватываю член пальцами. Горячий, твёрдый...

— Хочешь взять в ротик, да? — в низком голосе чувствуется улыбка.

Семён что, почувствовал моё смущение и усложняет мне задачу прямыми словами? Что ж, вызов принят. Сам будет сейчас дезориентирован, не я. Уверена в этом даже притом, что у меня нет опыта. По каждой его реакции на любые мои прикосновения чувствую...

Не отвечаю. Просто касаюсь губами члена, вожу ими по стволу, а потом подключаю язык. Слышу тихий сдавленный выдох сверху. Мммм, как это заряжает.

Беру головку в рот, при этом ведя по ней языком. Семён дышит ещё более шумно, позволяя мне продолжать свои эксперименты.

Втягиваю щёки, создавая вакуум. Судя по всему, и это Семёну заходит. Тяжело дышит, чуть мычит, когда я сжимаю губы плотнее. Начинаю чуть двигаться.

Действую ещё и рукой. Двигаюсь так же, как ртом, хотя наверняка сбиваю темп. Но Семён всё равно слишком явно кайфует, выражая это и шумным дыханием, и лёгкими движениями мне навстречу. А потом так вообще кончает...

Неожиданно. Удивительно, что я в свой первый раз смогла довести его до этого. Сглатываю скорее машинально, толком не ощутив вкуса. Чуть солоновато... Так спонтанно всё произошло. Облизываю губы, поднимая на Семёна взгляд.

Смотрит в ответ. Так жадно, довольно... влюблённо.

— Теперь твоя очередь, — сипло говорит, кивая на бортик ванной. — Хочу отлизать тебе.

Боже... Всё-таки его прямые слова и смущают, и возбуждают одновременно. И что-то мне подсказывает, что Семён прекрасно это понимает. Ладно, признаю, из нас двоих более дезориентирована всем сразу я. Но теперь как будто и не против.

— Х-хорошо, — только и выдавливаю, поднимаясь на подгибающихся ногах.

Семён садит меня на тот же бортик, где сидел недавно сам. Каждое его действие сквозит уверенностью и предвкушением, и они обволакивают меня. Волнение отступает... Я заражаюсь его желанием, сразу разведя ноги.

Он опускается передо мной на колени, попутно обжигая взглядом. А уж когда обдаёт горячим дыханием у меня между ног, так этот жар, кажется, сразу каждую клеточку тела пронизывает. Прикусываю губы. Семён ещё не коснулся меня там, лишь смотрит, а меня уже мурашит.

А потому сразу вскрикиваю, когда его язык с напором проходит по самым чувствительным точкам, да ещё и останавливаясь кончиком на клиторе.

Закрываю глаза. Ныряю в ощущения, стараясь не думать о смысле действий Семёна, а то это всё-таки ещё смущает. Впрочем, скорее на задворках подсознания, потому что ощущения быстро берут своё.

Его язык, который то гладит, то увлажняет, то напирает. Его губы, которые посасывают и мягко обхватывают. Всё ещё горячее дыхание, от которого подкашиваются пальчики на ногах. Всё это — настолько запредельный кайф, что меня вот-вот вырубить может.

Дрожу всем телом, цепляясь Семёну в плечи. Постанываю, на что он только ускоряется. Потом ещё и палец добавляет,неспешно погружая его тв меня. Я уже и не представляю, на чём сконцентрироваться, меня словно разрывает на несколько частей.

Ужасно влажно, горячо и ярко. Те самые приятнейшие спазмы довольно быстро накрывают, причём не собираются прекращаться, лишь усиливаясь. Как и действия Семёна, который меняет язык и палец местам: теперь клитор массирует пальцем, а внутри... Буквально трахает меня языком.

Кажется, я вот-вот просто расплачусь от удовольствия, потому что выдерживать такой острый каф просто невозможно. И стонов явно недостаточно, чтобы выплеснуть хоть немного из переполняющих эмоций.

Они не заканчивается, даже когда подступает словно взрывная волна оргазма. И даже когда Семён, слизывая языком мою смазку, отстраняется — я всё ещё чувствую его действия, мне по-прежнему запредельно хорошо.

Даже удивительно, что меня в итоге не вырубает вовсе.

​

*****

​

​

Под сериал я всё-таки засыпаю. Предварительно выпив чашку чая и съев почти все принесённые Семёном роллы.

Было вкусно. А ничего из сериала я так и не поняла. И вряд ли смогу, задремав у Семёна на плече. Мне так спокойно и уютно, что раскаты грома и не слышу. Хотя они вообще не прекращаются.

— Надо тебя нормально уложить, — слышу мягкую усмешку в его голосе. — Накрыть одеялом, сгрести в охапку к себе.

Мммм, звучит заманчиво. Но я вряд ли способна сейчас хотя бы пошевелиться.

— Мне и здесь хорошо, — только и бормочу сонно.

На это меня крепче обнимают, поудобнее укладывая на плече.

— Вот уснёшь — тогда и перенесу, — шепчет Семён.

Ласково... Тепло его голоса и тела буквально обволакивает. И я позволяю этому чувству взять верх.

Всё так проще становится... И даже эта пугавшая меня неоднократно погода за окном.

А ещё... Пугающие меня чувства тоже. Зачем им сопротивляться? Слишком скоро после Вани?

Так это даже хорошо. Тем более что теперь я знаю наверняка, что могу доверять. С Семёном мы уже прошли основные проблемы. Да много чего преодолели... Уже как только ни проверили и ни узнали друг друга.

Не пора ли расслабиться?

— Ты говорил что-то про озеро, — бормочу, обнимая руками его руки, которые держат меня.

Семён как будто замирает на мои действия, но недолго. Мягко усмехается.

— Завтра обязательно его навестим, — обозначает как факт.

Ещё и целует в висок. А я поворачиваю голову в его сторону, и вот мы уже встречаемся губами. Такой сонный, чуть ленивый и тягучий кайфовый поцелуй...

— А как твоя работа?

Хм... Может, всё-таки запретная тема? Учитывая, какая она у Семёна была как минимум на момент «знакомства» со мной.

— Я теперь работаю онлайн, — уверенно заявляет он как о теме, нисколько не беспокоящей его. — Подался в айти. Даже получается, хотя пока не на такие суммы, на которые рассчитываю выйти.

Интересно... Можно считать то чувство, которое разливается в груди после его слов, за гордость за него? Если да, то... А впрочем, ладно. Пускай.

Неважно, что будет потом — сейчас мне слишком хорошо, чтобы этому сопротивляться.