*** 19 ***

Когда их вели вниз, Нари увидела в коридоре тело служанки: она пыталась бежать, но ее догнали и сломали шею.

Ида тоже заметила несчастную, и девушки, не сговариваясь, соединили руки, поддерживая друг друга.

Нари вспомнила первую встречу с Керином и разговор, который состоялся между ними. Тогда она обвиняла химер в случившийся войне, утверждала, что они жестоки и коварны, а Керин сказал: «В войне всегда две стороны. Если бы у драконов была возможность разорить наши дома, думаешь, вы бы поступили иначе?» Нари встала на сторону сородичей, но сейчас видела, что Керин оказался прав. А ведь он несколько раз делал шаги навстречу, надеясь навсегда покончить с многовековой враждой.

Зул Вилард и Арен ожидали в гостиной.

Кофточка, которую она вязала для Дари, валялась на полу, истоптанная, измызганная в грязи, и Нари почудилось, что и по ее душе вот так же прошлись грязными ногами. Уютная, теплая гостиная, в которой совсем недавно было столько света, покоя и любви, казалась умершей, разоренной. Камин погас, скатерть сброшена со стола, осколки мешались с остатками еды.

Нари все время смотрела на пол, потому что знала — когда она увидит лицо Арена, которого ненавидит всей душой, прошедшие несколько месяцев, наполненные счастьем, покажутся мимолетным, прекрасным сном. А еще она боялась увидеть маму. Если ей сделали больно? Одели ошейник? Вдруг она плачет?

Они с Идой сжали пальцы друг друга и распрямили плечи. Нари первым делом посмотрела на маму. Маргарита не плакала, но была очень бледна. По щеке виднелась глубокая царапина и текла струйка крови. Мать с дочерью обменялись взглядами, но что они могли сказать друг другу? Только: «Держись, родная, я рядом».

— Как трогательно, — произнес король, с улыбкой разглядывая переплетенные пальцы Иды и Нари. — Какая нежная дружба между драконом и химерой.

И было в этой улыбке что-то настолько зловещее, что Нари поняла — надежды нет.

Арен молчал, будто бы небрежно очищая кончиком ногтя перстень на правой руке. Его пальцы, как обычно, были унизаны магическими артефактами, которые не расплавлялись при обороте. Нари вдруг поняла, что именно этот перстень оставил след на щеке Маргариты.

— Слабые женщины и младенец — самые подходящие соперники для тебя, да, муженек? — бросила Нари, понимая, что терять больше нечего. Но не так страшно умирать, показав напоследок зубы.

Арен быстро взглянул на отца, но промолчал. Видно, между ними существовал какой-то уговор и время Арена еще не пришло.

— Неблагодарная девка, — сухо процедил Зул Вилард. — Я хотел возвысить тебя, сделать королевой. Мы приняли тебя в семью даже после того, как ты стала химерской подстилкой!

Стражники, стоящие за спинами пленниц так плотно, что невозможно было отодвинуться ни на шаг, загудели, зашипели и чья-то крепкая рука толкнула Нари в плечо, заставляя еще на шаг придвинуться к королю.

Нари подумала, что в глазах драконов она действительно кажется неблагодарной. Даже если бы она захотела объяснить, кто же станет слушать? Изменила жениху с химерой, а после сбежала от своего счастья. Нари вдруг ощутила себя такой беспомощной, такой уязвимой. Наверное, Нерит чувствовал что-то похожее, когда его обвиняли в убийстве жены, а он не мог защититься.

— Впрочем, это уже неинтересно. Осталось решить один невыясненный вопрос, а после мы улетим.

Нари, не понимая, смотрела на короля: улетят? Просто улетят и оставят их в покое?

Именно после этих слов вперед вышел Арен.

— Подайте мне корзину, — бросил он.

Корзину с Даром Нари крепко держала за ручку. На чердаке один из стражников пытался забрать ее, но не сумел расцепить пальцы матери. Нари все время хотела достать малыша и прижать к груди, но боялась привлечь к нему лишнее внимание. Еще надеясь на что-то… Наивная.

Когда Арен вспомнил о ребенке, в голове Нари пронесся ураган мыслей. Она может бороться не на жизнь, а на смерть, но Дара отнимут все равно. А такое яростное сопротивление невольно натолкнет Арена на мысль, что ребенка не просто так хотят от него спрятать. Сейчас Дар выглядит, как обычный младенец. Так же, как выглядят и драконы после рождения. Только истинные драконицы обладают способностью видеть химер и замечают изумрудную, сияющую зелень их глаз. Арен этого не увидит. Нельзя, чтобы он понял, что Дар — сын Керина.

Нари, дрожа, сама протянула корзину с ребенком одному из стражей. В груди словно что-то оборвалось, но она заставила себя стоять прямо и не дрожать.

Арен откинул одеяльце и вытащил сонного Пирожка. Взял его под мышки и поднес к лицу, рассматривая. Дари задергал ножками и радостно гукнул: его взяли на ручки, он уже давно хотел на ручки. У Нари от взгляда на крошечные ножки сына все внутри перевернулось. Какой он маленький, какой беззащитный ее малыш.

— Это твой ребенок, — твердо сказала она.

Ида смотрела в пол и молчала. Она разгадала план Нари и боялась даже взглядом выдать ее. Маргарита задержала дыхание.

— Мой? Действительно? — с издевкой уточнил Арен. — А по виду так не похож. Может, ты хочешь мне всучить химерское отродье? Я не чувствую его сердца. Почему бы?

Нари знала, что на ответ у нее секунда — чуть помедлит и подпишет Дари смертный приговор.

Она посмотрела на Зула Виларда, как бы за поддержкой, пожала плечами и сказала:

— Может быть, ты был слишком далеко? Твой отец знал, что родится дракон.

— Ошибаться свойственно даже королям, — усмехнулся Арен. — К счастью, есть способ проверить. Ты, вероятно, думаешь, что легко сможешь облапошить муженька — ведь драконы после рождения меняют ипостась только спустя год. Но…

Арен небрежно держал в руках крошечное тельце и Дари, который не привык к такому обращению, захныкал. Он сжимал маленькие кулачки и вертелся, пытаясь выскользнуть из жестких пальцев. Нари хотелось крикнуть: «Держи крепче, не урони!», но она закусила губу и заставила себя молчать.

— Ты слышала, что если ребенка дракона сбросить с высоты, то сработает инстинкт, который спасет ему жизнь? Он сменит ипостась. Удивительно устроена природа, правда?

Нари показалось, что она ослышалась. Ведь он не сделает этого, правда?

— Не смейте! Иначе я не заряжу больше ни одного кинжала, — властный голос Маргариты, казалось, поколебал решимость принца, но только на мгновение.

— Куда ты денешься, — просто сказал он.

«Нет, нет, нет, умоляю не надо!» — мысленно шептала Нари, глядя на любимого маленького Пирожка со смешным хохолком на голове. На ножках у него носочки, которые утром одел Керин. Утром, когда жизнь казалось такой прекрасной…

Арен поднял Дари высоко над головой и разжал пальцы.

Нари беззвучно осела на пол, закрыл лицо руками. Все вокруг кричали, слов не разобрать. «Я не стану смотреть. Я не могу смотреть. Мой маленький. Мой родной…»

Ида сжала ее запястье.

— Нари, открой глаза, — требовательно сказала она.

В ее голосе отчего-то не было ужаса, только безграничное удивление.

Нари заставила себя посмотреть. На полу, неуверенно покачиваясь на тонких лапах, стоял маленький дракон стального цвета. Стальной дракон с зелеными химерскими глазами.

На лице Арена появилось безграничное изумление.

— Вот как? — пробормотал он. — Что же… Ты мастью, я смотрю, в деда своего, не в меня.

Нари никак не могла продышаться. Ее колотила дрожь. Ида и Маргарита боялись встречаться взглядами, чтобы не выдать своего удивления.

Зул Вилард вышел вперед. Вел себя так, будто ничего необычного не произошло.

- Это выяснили. Я рад тому, что у меня внук, а у Арена наследник. Воспитаем его достойно. Маргарита, можешь попрощаться с дочерью. Мы улетаем.

— Попрощаться? — повторила Маргарита. — Она остается?

— Агнара так хотела получить свободу. Она ее получит.

— Если хоть один волос упадет с головы моей дочери!..

- У вас минута! Время пошло. Прощайтесь! — оборвал король.

Маргарита и Нари упали в объятия друг друга. Ри смотрела на свою маленькую девочку так, будто хотела навсегда унести частицу ее с собой. Гладила по волосам, по щекам.

— Мама, присмотри за Дари, — прошептала Нари.

Они обе понимали, что теперь у Вилардов есть рычаг давления на Маргариту — ее внук. И обе понимали, что Нари им теперь не нужна.