*** 21 ***

— Мой ребенок! Там остался мой ребенок! — истошно вопил женский голос.

Кричала гномиха. Она вцепилась в косяк двери, в то время как длиннобородый муж в расстегнутом кафтане, пытался затолкать жену в дом. За подол женщины цеплялись малыши — мальчик и девочка, испуганные настолько, что даже не могли плакать.

— Я приведу его! Прячьтесь!

Но серая волна, что катилась по улицам Апрохрона уже вплотную подобралась к тому месту, где на дороге стоял маленький гном — от растерянности он застыл неподвижно. Он не понимал, что происходит. Почему мама вдруг начала кричать, глядя на небо? Почему тетка Урма, такая обычно приветливая и добрая, принялась ругаться некрасивыми словами, за которые мама непременно вымыла с мылом рот своим детям, вздумай им повторить услышанное. Но маленький Янси все равно повторил, глядя на приближающихся крылатых существ: «Твари! Король вам задаст жару!»

Янси не понимал, почему Урма назвала существ «тварями». Они были красивые, мощные, с огромными лапами. Серые крылья сложены за спиной. Он засмотрелся и не сразу понял, что улица опустела — все попрятались по домам. И только мама стояла на пороге и кричала, звала его.

— Янси, Янси!

На Янси хлынула серая волна. Казалось, она сейчас смоет, растворит в себе маленького гнома. Гномиха ахнула, зажмурилась. Но когда открыла глаза, всплеснула руками и расплакалась от счастья.

Химеры плавно обходили маленького гнома, не причиняя ему вреда. Река разделилась на два рукава, обтекая Янси. А один из львов притормозил, поднял Янси за капюшон и опустил его у порога дома. Сверкнул янтарными глазами и ушел.

Химеры шли по городу, не причиняя вреда жителям. Они стремились ко дворцу Апрохрона. Однако, каждый гном, гоблин и упырь, живущий в столице Небесных Утесов, понимал, что отряды химер не просто так прошли по улицам — они предупреждали: «Это война». Жители быстро сообразили, что нужно сидеть тихо. Двери запирались на засовы, закрывались ставни.

— На то, чтобы защитить нас от химер, есть королевские стражники! — говорили жители друг другу. — Мы исправно платим подати в казну. И мы не воины!

Другие — те, что посмелее, добрались до королевского парка, окружающего дворец, чтобы хотя бы одним глазком посмотреть, что там происходит.

— Бьются на смерть! — рассказывали они потом родным, округляя глаза. — Там пекло!

Они замирали, пытаясь подобрать слова, чтобы описать сражение над башнями дворца. Десятки драконов и химер словно сплетались в невероятном, чудовищном танце — сходились и расходились, после чего некоторые изломанные тела падали на землю, чтобы никогда уже не подняться. Потоки крови заливали стены. От рыка драконов закладывало уши.

— Нам показалось, что мы видели среди химер нашу будущую королеву — Агнару Ньорд, — добавляли некоторые. — И… Кажется, она на стороне химер.

Через несколько часов стало ясно, что защитники отступили, сердце Апрохрона — его цитадель — пала. Химеры, которые все пребывали, могли беспрепятственно проникать сквозь выбитые окна и проломы в стенах. Позже кто-то открыл ворота.

Звуки битвы стихли. Наступила ночь, но жители не ложились спать. Они тряслись от страха, не зная, как встретит их новый день. О химерах ходили самые невероятные слухи: они едят детей. Что если утром правитель химер потребует привести ко дворцу по ребенку от каждой семьи, чтобы съесть его на завтрак?

— Король обязательно спасет нас! — успокаивали отцы семейств своих перепуганных домочадцев. — Он пока отступил, но это обманный маневр! Он укрылся в центре дворца, за неприступными стенами. Ждут, пока из подземных городов прибудет подмога!

+++

В бывших апартаментах короля разбили штаб. Скай, Керин и несколько предводителей отрядов решали, как лучше поступить: попытаться пробиться сквозь стены или идти кружным путем — через подземные переходы прямиком в убежище.

— Через тоннели нельзя. Времени с начала наступления прошло достаточно, чтобы подоспела подмога из подземных городов! Пространство там узкое — мы попадем в ловушку! Лишимся многих воинов! — убежденно говорил пожилой мужчина с гривой седых волос — один из предводителей. — Надо ломать стены!

— Нельзя ломать стены!

Скай обращался не к химере, он смотрел в глаза Керина, и тот ответил прямым, открытым взглядом, в котором, однако, читалось: «Я должен все взвесить!» Спор шел по кругу уже не в первый раз, каждый настаивал на своей правоте. На плечи Керина ложилось тяжелое бремя выбора.

— Нельзя, — тихо повторил Скай. — Мы упустим возможность застать их врасплох! За то время, пока будем прорываться, Виларды поймут, что терять им нечего и убьют Маргариту! Керин, да что с тобой! У них твой сын!

Керин резко поднялся, сверкнув глазами. Невольно потер перевязанное плечо — в битве он вел за собой подданных, находился в гуще сражения и только чудом серьезно не пострадал, но без укусов и порезов не обошлось.

— Предлагаю всем немного остыть, — бросил он.

Предводители и Скай остались в малом зале для приемов, расселись по местам, перекидываясь острыми взглядами, а Керин вышел на балкон.

Приблизился к Нари, что стояла, облокотившись о резные перила: она сбежала на балкон, чтобы немного отдохнуть от жаркого спора, развернувшего между отцом и химерами. Керин обнял ее, зарылся в волосы и, кажется, впервые за вечер вдохнул полной грудью. Они молчали, глядя на город, что распростерся у их ног.

Нари вспоминала, как стояла здесь в последний раз. Зул Вилард указывал на огни домов и фонарей, светящиеся внизу, и говорил о том, что однажды Апрохрон станет принадлежать ей. Сейчас город точно вымер — редкие огоньки мерцали у самых окраин, тишина и тревога разлилась в воздухе.

И сам дворец казался мертвым. Когда Нари шла по опустевшим коридорам, она думала о том, что сейчас Апрохрон напоминает тот заброшенный город в «Тишине» — она заглядывала в темные комнаты, где сквозь разбитые окна проникал ветер, шевеля занавески, похожие на призраки, и ей казалось, что из теней вот-вот соткутся Видящие, пойдут навстречу.

Видящие. Нари вздохнула и еще сильнее прильнула к Керину, наслаждаясь его теплом…

Керин сказал, что она была мертва. Возможно ли такое? Нари в ответ на его слова хотела улыбнуться: «Снова твои шуточки?» Но по лицу Керина текли слезы, а папа обнял их обоих, насколько хватало рук, и дышал так тяжело, словно только сейчас вынырнул из глубокого омута.

— Я думала, что спала, — прошептала она. — Я сидела на берегу ручья в «Тишине» и знала, что Видящие где-то рядом. Но мне было совсем нестрашно, потому что я все время знала, что и ты где-то рядом, Кер.

А вот теперь они здесь, стоят в королевских апартаментах, а город принадлежит им. «Но зачем он мне? — думала Нари, не ощущая ни торжества, ни восторга, только усталость. — Все, что я хочу — обнять Дари и маму». Она погладила Керина по руке, повернулась и поцеловала в щеку.

— Кер, я верю, ты примешь правильное решение.

Он усмехнулся краешком рта грустно и иронично.

— Не уверен. Одну битву я уже проиграл.

Нари, не понимая, вскинула глаза, а после улыбнулась, догадавшись, о какой битве говорит муж: она заставила Керина и отца взять ее с собой. Как они ни старались отговорить, убеждая остаться в безопасности, Нари была непреклонна. «Дари испуган, он хочет к маме. Он голоден — не знаю, чем они его кормят. Утешают ли, когда плачет… Мой маленький… Я должна первая взять его на руки!»

Керин сдался на том условии, что Нари станет наблюдать за сражением с безопасного расстояния. Иду с собой не взяли — ранение оказалось серьезнее, чем она думала, и бедная девушка едва держалась на ногах. Керин оставил ее под присмотром служанок.

Нари набрала в грудь воздуха, сжала перила для решительности и сказала:

— Доверься моему отцу. Твои помощники умны и знают толк в битвах, они правы в том, что отряды могут угодить в ловушку. Но они не знают, как устроены Небесные Утесы, а отец вырос здесь, он управлял горой Ньорд. Возможно, он знает что-то, что другие упускают из вида.

Керин на секунду прикрыл глаза.

— Хорошо, — сказал он.

Прежде чем открыть ворота, что вели к подземным переходам, Керин оглядел свое войско. Химеры явились на зов правителя, они не могли отказаться, а сейчас он, возможно, отправляет их на смерть. Но теперь поздно сомневаться — решение принято! Война в любом случае была неизбежна.

— За мной! — крикнул он.

Ворота распахнулись, открывая черный зев каменных тоннелей. Химеры, тихо ступая на мягких лапах, осторожно влились в проход. Их чуткие уши ловили каждый звук, глаза, что отлично видели в кромешной темноте, пристально смотрели вперед.

Керин был готов ко всему. Химер могли ожидать отряды гномов, ощетинившиеся топорами. Упыри, с их тонкими, изящными алебардами. Гоблины, вооруженные кинжалами.

В подземных переходах не было ни души.

— Я говорил тебе, — улыбнулся Скай — сменив ипостась на человеческую. — Я уже сталкивался с подобным много лет назад. Народы, что столетия жили под защитой лордов, просто разучились воевать. Они не придут. А теперь идите за мной, я поведу!

Окованные железом ворота, ведущие в укрытие, высадили за минуты. С немногочисленной стражей расправились быстро — кого-то убили, кого-то обездвижили. Среди химер тоже оказались раненые, но совсем не так много, как боялись предводители отрядов. Оставалась последняя преграда, ведущая в убежище.

Керин, Скай и Нари застыли бок о бок. Керин на мгновение сжал ладонь жены:

— Держись позади!

Она кивнула, не сводя глаз с двери. Мама и Дари совсем рядом! Буквально в нескольких метрах от нее! Но от Зула Виларда и Арена можно ожидать чего угодно. Уйти они не успеют, но напоследок могут выместить зло на беззащитной женщине.

— Действуем быстро! — крикнул Керин, подавая сигнал к атаке.

Нари с трепетом наблюдала, как распахнулись под натиском могучих тел крепкие двери, дождалась, когда последняя химера отряда проникнет в убежище и двинулась следом.

Нари никогда прежде не бывала в убежище и не знала, как оно устроено. Почему-то представляла себе широкий зал, выдолбленный в скале. Оказалось, что укрытие обустроено даже с некоторой роскошью — просторный коридор, устланный коврами, вазы в каменных нишах, магические шары — светильники и несколько комнат, чтобы королевское семейство в случае необходимости могло устроиться с удобством.

Сейчас здесь, кроме королевской семьи и стражи, находились приближенные аристократы, занимающие высокие посты при дворце, и, конечно, слуги.

Нари шла мимо распахнутых дверей, наблюдая, что лорды из древних родов сдаются почти без сопротивления. Они даже не пытались сменить ипостась и вступить в битву. Ложились на ковер и оставались под охраной химер.

Чем дальше по коридору, тем богаче становились комнаты. Нари чувствовала, что дрожит и невольно замедляет шаг. Успел ли Керин добраться до Зула Виларда раньше, чем тот сделал что-нибудь непоправимое?

Нари увидела, что в коридор выволокли одного из младших братьев Арена, уложили ничком. Молодой парень — химера, уселся сверху, насвистывая веселую песенку. Лицо у него было таким довольным, точно он сейчас переживал один из самых счастливых моментов. Уже сейчас молодой воин представлял, как станет рассказывать своим детям и внукам о том, как поймал самого принца — дракона. Пусть не наследного, но это мелочи.

Элиген Вилард лежал смирно, однако прошипел с презрением:

— Убить все равно не убьете. Светочи в пещерах погаснут, если перестанут биться сердца рода Вилард.

— Да плевать на них! — весело откликнулся парень. — Жители могут в человеческие города переселится. Не так уж там и плохо!

Нари обошла Элигена. Тот заметил ее и плюнул вслед. За что немедленно получил по физиономии.

— На королеву нашу смотреть с почтением, понял, гад чешуйчатый?

Нари наконец добралась до последней комнаты и с трепетом заглянула. И едва не разревелась от облегчения: в центре стояла растрепанная мама, а у ее ног корчился Зул Вилард, придавленный к полу. Скайгард наклонялся над ним, сжимая в руках ошейник. Увидел Нари и распрямился, протянул артефакт.

— Хочешь надеть?

Она кивнула и сделала шаг навстречу. Потом покачала головой, оглядываясь по сторонам. Происходящее казалось нереальным. Неужели, правда, все? Они победили?

— Где Дари?! — крикнула она, вдруг сообразив, что не видит сына.

Маргарита кинулась к дочери, крепко обняла.

— Арен успел унести малыша! Не волнуйся. Керин сразу бросился в погоню. Он вернет Дари!

Нари всхлипнула, поцеловала маму и вырвалась из объятий.

— Стой, Нари! Куда ты?

— Я должна быть рядом!

Оказывается, здесь коридор не заканчивался — через узкую, неприметную дверь он вел к кухне, комнатам слуг и кладовым.

Нари бежала, не чуя под собой ног. Арен, проклятый Арен! Он снова на шаг впереди! Керин сделает все возможное, но у него связаны руки — он боится навредить сыну. Арен, вероятно, не будет столь щепетилен.

Она услышала впереди голоса и притормозила, пошла на цыпочках, стараясь ничем себя не выдать.

Арен оказался в тупике — выхода из кладовой не было.

— Все кончено, — сказал Керин. — Отдавай ребенка.

— Попробуй забрать! Да я лучше собственноручно сверну голову мальцу, хоть это мой сын, чтобы он не достался вам, тварям.

Нари осторожно подобралась и встала рядом с мужем. За секунду успела увидеть все, что нужно.

Арен прижался спиной к стене узкой кладовки, где на полках хранились сыры и соления — ничего опасного, что могло бы выручить в битве.

Арен, всегда выглядевший безупречно, Арен, который всегда казался безразличным и холодным, сейчас растерял всю свою сдержанность. Нари отметила его сбившуюся одежду, растрепавшуюся прическу и… ошейник! Значит, прежде чем он вырвался, унося Дари, его успели обезвредить.

Но сейчас, загнанный в угол, он еще опаснее и не остановится ни перед чем! Единственная защита, которая теперь осталась у Арена — крошечный младенец, которого он прижимал к груди, выставив перед собой, словно щит.

Сердце у Нари заколотилось как бешеное, когда она увидела своего маленького сына. Дари был в одной тоненькой кофточке, что задралась сейчас под твердой рукой Арена, жесткие пальцы сжимали толстенький животик. Дари еще не плакал, перебирая ножками, но по растерянному личику сына Нари догадалась, что тот вот-вот разразится слезами.

Она глубоко вздохнула, чтобы не закричать. Керин понял состояние жены, нашел ее ладонь и пожал: «Держись, родная!»

Нари и сама понимала, что жизнь Дари висит на волоске.

«Что же делать? Что же делать?» — судорожно думала она.

— Зачем тебе убивать ребенка, Арен? Ведь это ничего не изменит — ты в ловушке, — Керин старался говорить убедительно и спокойно, но Нари чувствовала, как дрожат его пальцы.

Он изо всех сил старался не выдать, что Дари — его сын, и он с ума сходит от тревоги за него.

— Зато его избавлю от необходимости видеть ваши рожи! — нервно усмехнулся Арен. — С женой дело не довел до конца, как теперь вижу, но тут справлюсь!

Принц положил свободную руку на маленькую голову, сдавил — еще не сильно, но Нари знала, что времени совсем не осталось.

— Он не твой сын! — крикнула она. — Понятно? Ты никогда не был мне мужем! Я не твоя! Ребенок не твой! Даже моя жизнь не в твоей власти! Ты просто пшик, Арен! Пустое место!

— Что? — лицо Арена исказилось.

Сразу несколько эмоций отразились на нем. Неверие. Обида, точно он был маленьким мальчиком, у которого отняли любимые игрушки. Растерянность — как с ним, наследником трона, вообще может происходить подобное!

В запасе было всего несколько секунд, чтобы принять решение.

— Ты врешь! — крикнул Арен. — Это мой ребенок! У него ипостась дракона!

Нари обернулась к Керину.

— Позови его, — горячо прошептала Нари. — Позови сына!

План, который она придумала, был ненадежный и опасный. Если ошиблась — Дари умрет!

В глазах Керина только на мгновение мелькнуло непонимание, а потом он догадался.

Огромный серый лев едва уместился в узком проходе между каменных стен. А потом Керин издал тот самый рык — зов, на который должны откликаться все химеры.

Все. Даже если им нет и месяца от роду.

Ида говорила, что младенцы могут сменить ипостась не раньше, чем в три месяца, но если химера сильный, то…

«Ты сильный, мой мальчик! Ты самый сильный у меня!» — мысленно молилась она.

— Иди к маме!

Младенец извернулся в руках Арена, выгнулся. И вот уже наследный принц держит не ребенка, а маленького химеру.

Дар разинул пасть, издал сиплый, но грозный писк, изо всей силы вонзил зубы в плечо дракона, отчего тот завопил от неожиданности и боли. Арен выронил Дара, и он мягко приземлился на все четыре лапы. Еще раз мявкнул, на этот раз радостно, и потрусил к маме и папе, по которым успел ужасно соскучиться.