*** 22 ***

Путь к «Тишине» в этот раз занял гораздо меньше времени: в основном передвигались по воздуху, подвесив Вилардов, лишенных второй ипостаси и запеленатых в сети, вверх ногами. Спустились к корням горы, а там уже тролли помогли добраться до пещеры.

На время своего отсутствия Керин оставил командовать Агаста Мартисса — того самого грозного предводителя, что спорил со Скайгардом.

К Видящим отправились с маленьким отрядом — Керин захватил с собой дюжину воинов, решив, что больше ни к чему — лучше не злить Видящих, пока неизвестно, что у них на уме.

Маргарита уговорила дочь оставить Дара во дворце, под ее присмотром. Она пыталась и Нари удержать, уверяя, что мужчины справятся сами.

— Нет, мама, — покачала головой Нари. — Я знаю, что должна быть там!

И Ри вздохнула, смиряясь — даже отец не смог остановить дочь, когда она стремилась в Апрохрон, куда уж ей. Она чувствовала, что Нари уже не та беззаботная девочка. Хоть дочь с виду по-прежнему оставалась нежной и мягкой, было ясно, что теперь никому не под силу сломать ее или согнуть.

Нари взяла на руки малыша, поцеловала пушистые темные волосики. «Как же он похож на Керина!» — с нежностью подумала она. Поцеловала и тут же передала матери, понимая, что еще секунда и не сможет уйти.

— Ничего, мама, скоро все закончится! — сказала он на прощание. — Так или иначе.

Скай, Керин и Нари замерли у магической завесы «Тишины», тягучей и блестящей, как ртуть. Переглянулись. Они не доверяли Видящим, но те слишком могущественны и все равно добьются желаемого — лучше сделать, как они просят.

Скайгард разрезал сеть на Зуле Виларде и заставил подняться на ноги.

— Ты еще пожалеешь, Скайгард Ньорд, — процедил тот.

— Уже жалею, — отозвался Скай. — Жалею, что помог в прошлый раз остановить войну. Жалею, что моя жена заряжала кинжалы, укрепляя твою власть. Жалею, что сразу не придушил твоего гаденыша, когда он сватался к моей дочери…

Скай не стал продолжать, скривился от омерзения.

— Иди!

Он подтолкнул бывшего правителя в сторону завесы — ноги Зулу Виларду развязали, но руки по-прежнему были стянуты за спиной. Король сопротивлялся, но быстро сдался.

Керин ножом разрезал сеть на Арене, дождался пока тот неуклюже поднимется на ноги. Указал подбородком в сторону завесы: «Шагай!»

Нари стояла чуть позади, разглядывая Арена. Удивительно, но весь ее страх вдруг куда-то подевался. Тот, кого она так ненавидела и боялась, представлял собой жалкое зрелище — в грязной одежде, помятый, осунувшийся, он вдруг лишился всей своей спеси.

— Что вы собираетесь делать? — спросил Арен.

Думал, наверное, что выглядит в этот момент гордо, но вопрос прозвучал испуганно. Арен обратился к Керину и, не дождавшись ответа, перевел взгляд на Нари, будто надеялся на помощь. Она едва не расхохоталась: «Серьезно? Думаешь, я хоть пальцем пошевелю ради тебя?»

— Остаетесь снаружи, — объяснил Керин стражникам. — Если вдруг… Если пленники попытаются выйти одни, без нас — убить! Ясно?

По довольным улыбкам химер легко можно было догадаться, что они прекрасно все поняли.

Керин толкнул Арена в спину, оба растворились в магической завесе. Нари зажмурилась и скользнула за ними.

В «Тишине» ничего не изменилось за месяцы, что прошли с того дня, когда Керин и Нари провели самую незабываемую ночь в своей жизни.

Теперь их здесь было пятеро. Младших принцев решили не брать с собой и привести позже, в случае необходимости.

— Мы пришли! — негромко сказал Керин, после того как они прождали некоторое время, разглядывая вихри, что кружили по улицам заброшенного городка пыль и мусор.

Ничего не происходило.

— Не страшно, — успокоил Скайгард дочь, посмотрев на ее обеспокоенное лицо. — Если Видящие не появятся, мы просто убьем Вилардов.

— Не посмеете! Светочи… — начало было бывший король, но встретился с презрительным взглядом лорда Ньорд.

— Посмеем, — просто ответил Скай. — Может быть, оставим в живых кого-то из младших принцев. Пока не решили.

Он говорил в полный голос, но Видящие так и не объявились.

— Пойдемте к ручью, подождем еще немного, — предложила Нари.

Она с удивлением поняла, что разочарована. Почему Видящие приложили столько усилий, чтобы привести их в «Тишину», а теперь снова бросили на произвол судьбы? Или надо подождать год-другой, пока они соизволят явиться?

Скай и Керин переглянулись и согласились с тем, что уходить сразу было бы неправильно.

Они вышли на берег озерца. Зула и Арена заставили сесть, Керин и Скай возвышались рядом. Нари решила прогуляться по кромке воды и отошла на несколько шагов.

— Хм, дальше что? — с деланной веселостью поинтересовался Зул Вилард. — Поплаваем или…

В эту секунду светоч под сводами пещеры погас. Внезапно и резко, так, словно его никогда и не существовало.

И если бы Нари могла заглянуть в другие подземные города, она бы испугалась, поняв, что в один миг потухли все огненные шары, что дарили жителям свет и тепло.

Снаружи горы Апрохрон царила ночь. И внутри, впервые за долгие столетия, ее тоже заполняла тьма.

+++

— Керин! Папа!

Нари протянула руки и сделала несколько осторожных шагов. Она не должна была уйти далеко, однако, ей никто не ответил, а пальцы ощутили лишь пустоту.

— Где вы?

— Мы здесь, — произнес голос.

Хотя нет, не было слышно ни звука, казалось, что слова сами собой возникли сразу в голове. После них оставалось легкое прохладное послевкусие, как от осеннего ветра на вершине гор или как от листочков мяты, которую Нари любила жевать в детстве.

«Видящие», — подумала она, и, как оказалось, голос откликался даже на мысли.

— Да, вы зовете нас так.

Нари не переставала оглядываться, хотя понимала, что все равно никого не увидит в этой тьме.

— Чего вы хотите?

— Покоя.

— Но… но… Я не понимаю. Вы сами попросили привести Вилардов, — Нари растерялась: что если они с Керином что-то поняли не так, нарушив покой могущественных существ.

— Да, Агнара Ньорд, потомок древнего рода Краунранд, ты все сделала верно. Мы завершим то, что начато. И обретем покой…

Нари даже почудилось что-то человеческое в прохладном, лишенном эмоций голосе. Невидимый собеседник словно вздохнул с облегчением.

— Мы будем судить. А ты вынесешь приговор.

— Я?

Ей никто не ответил, но темнота посерела, постепенно обретая краски.

— Однажды жили два брата…

Нари сама без запинки могла бы рассказать эту историю Видящим. Она даже хотела остановить их, как когда-то дедушку: «Я все знаю!», но вовремя прикусила язык. Потому что оказалась в центре событий — она была и старшим братом, и младшим: видела их глазами, чувствовала все, что чувствуют они. Нари прожила их жизни, которые не закончились тогда, когда завершилась сказка. Она заглянула дальше, узнав, что младший брат отныне мог принимать только ипостась химеры, зато старший стал драконом. И хотя не было между ними уже того тесного доверия и любви, но все же братья оставались друзьями до конца жизни.

А потом Нари заглянула дальше и увидела поколения химер и драконов, которые продолжали жить в мире. Более того, сражались бок о бок с созданиями, не знавшими сострадания и жалости. Это были элементали. Нари видела их огненные тела, почти неуязвимые для обычного оружия. Война продолжалась столетия, но в конце концов победу одержали химеры и драконы, выступившие в союзе.

Нари вспомнила, как все прославляли Эремеуса Краунранда и Нер-Рит-Вара, его названного сына, благодаря которым в землях Ахрона наконец наступил мир.

А потом…

— Нет, я не хочу! — прошептала Нари.

Она попыталась зажмуриться, но даже с закрытыми глазами продолжала видеть Нерита и Эйлин. Их первый танец, после того как свадебный обряд свершился. Влюбленные смотрели друг на друга, и в их глазах светилась нежность.

— Не нужно, я знаю, что будет дальше! — крикнула Нари, но Видящие были неумолимы.

— Мы хотели вернуть то, что забрали. В мире многое изменилось по нашей воле, но это никогда не лишало нас покоя. Но разделив древнюю расу на две, мы навсегда потеряли тишину.

Нари вздрогнула, услышав знакомое слово. «Тишина» — именно этого всего искали Видящие и не находили, потому что…

— Потому что не могли исправить то, что сделали, — ее мысли снова подслушали. — Но появилась возможность все изменить, когда…

Нари снова увидела Эйлин. Эйлин с хорошеньким круглым животиком, и Нерита, что обнимал ее.

— Почему от химер всегда рождаются только химеры? — спросила Эйлин.

Она не знала, что носила в себе не химеру, не дракона, а того, кто снова объединит в себе обе расы.

Но ему не суждено было родиться… Мерис Вилард спутал планы Видящих, убив будущего короля вместе с матерью, погрузив мир на долгие столетия в пучину братоубийственной войны.

— Мы ждали. Мы умеем ждать, — снова заговорил голос. — И однажды дождались.

И Нари со стороны увидела себя и Керина, входящими в пещеру.

— Когда-нибудь это должно было случиться. Химера и дракон, которые любят друг друга.

— Вы… Вы!.. — Нари задохнулась от негодования. — Как вы посмели распоряжаться нашими жизнями! Мы для вас мухи? Жуки, за которыми интересно наблюдать? А еще интереснее отрывать крылышки?

Нари в эту секунду было наплевать на то, что Видящие действительно могут раздавить их как жуков. Ее захлестнула обида. Им с Керином столько пришлось вынести! Она и жива-то осталась лишь чудом! Чудом…

— Это вы? — прошептала она, растеряв сразу всю злость. — Вы меня вернули?

— Отчасти. Помогли немного. Но это сделал он — своей любовью и готовностью умереть ради тебя… Всем известно, что мы холодны, бесчувственный и безразличны ко всему, что происходит в мире и ничто не может тронуть наши сердца, — в голосе неожиданно появилась ирония, почти сразу сменившаяся удивлением, будто невидимый собеседник Нари сам не верил тому, что говорит. — Но мы наблюдали за вами и вдруг… Спустя столько лет… Сколько прошло лет с момента смерти Эйлин?

— Вы хотите сказать — веков? — смутилась Нари.

— Веков?… Да… Вы хрупки и недолговечны… Спустя столько веков мы вспомнили, что значит любить, сострадать, быть готовым умереть ради того, кто дорог… Спасибо. Это было… Громко!

«Громко», — мысленно повторила Нари: «Неверное, сильные чувства действительно могут оглушить тех, кто привык к безразличию».

— Но теперь нам пора уходить, — продолжил голос.

— Уходить? — воскликнула Нари. — А как же Виларды? Как же Апрохрон? Как же все мы? Почему погасли светила? Без них жители подземных городов погибнут, а я совсем этого не хочу!..

— Тихо, тихо, тихо… — оборвали ее сразу несколько голосов. — Тихо… Ты ведь поняла, кем станет твой ребенок?

— Дар? Причем здесь он? — Нари, как любая мать немедленно захотела спрятать любимого малыша от излишне любопытных глаз. — Он здесь ни при чем!

Ответом стал тихий смех, точно ветер прошелестел по песку.

— Дар. Подходящее имя для будущего короля, того, кто объединит два мира. А мы, наконец, сможем обрести тишину…

— Нет! Он такой маленький! Как он будет править?

— Рядом с ним те, кто поможет — лучшие представители своего народа. Химера, который изменил мир. И мудрый дракон, который готов меняться вместе с миром.

— Керин… Папа… Но как же Виларды? Вы их убьете?

— Мы заберем их с собой. После того как приговор будет оглашен.

Нари зажмурилась от яркого света. Словно молнии ее прошивали воспоминания тех, кого она никогда не видела и не знала. Сотни жизней, погубленных Вилардами, начиная с Мериса Виларда.

Первой Нари увидела Эйлин с ребенком на руках, а рядом с ней Нерита. Эйлин печально посмотрела на Нари и отступила во тьму, освобождая место другим. Особенно мучительно было видеть девушек, приговоренных к смерти. Нари вдруг поняла, что именно по приказу Вилардов драконы стали брать в жены человечек, обрекая их на смерть.

Нари видела мать Арена, совсем юную. Она умоляла быть с ней помягче, ведь она носит в себе ребенка — дракона и все равно умрет через несколько месяцев. Нари видела Зула Виларда: «Я возвысил тебя, глупая человечка, оказал великую честь стать матерью наследного принца».

Она хотела крикнуть: «Хватит!», но решила, что несчастные заслуживают хотя бы того, чтобы она помнила о них.

А потом Нари увидела себя. Она готовилась к первым к своей жизни смотринам и беспрерывно смеялась, скакала, бегала на кухню, чтобы снять пробу с блюд, целовала папу, обнимала маму, убеждала служанок не смущаться, когда прилетят женихи. Все невольно улыбались, глядя на нее, даже дедушка, обычно хмурый и суровый. И Нари из будущего тоже грустно улыбнулась, глядя на эту беззаботную, наивную девочку. Неужели это она? Где же ты теперь, маленькая Нари Ньорд?

Нари смахнула слезы и расправила плечи.

— Боюсь, жители Апрохрона решат, что мы узурпировали власть. Химер и так не любят. Не хочу, чтобы мой сын стал заложником обстоятельств. Никто добровольно не склонит голову перед новым королем.

- Верь нам, — последовал короткий ответ.

В луче света появился Арен. Нари решила было, что это очередное видение, но Арен, стоявший на коленях, тоже ее заметил и крикнул:

— Агнара! Не позволяй им сделать это! Ты моя жена! Я обещаю измениться!

— Жена? Вот как? — холодная усмешка тронула губы Нари. — Ты никогда не был мне мужем. И, даже если считать, что нас связал свадебный обряд, ты потерял все права в тот момент, когда убил меня. Пока смерть не разлучит нас. Помнишь?

— Агнара! Нари! Пощади!

Нари подошла ближе, глядя сверху вниз на поверженного врага. На секунду в душе что-то дрогнуло — бывший наследный принц выглядел таким жалким, раздавленным, что доброе сердце юной девочки, которой она когда-то была, откликнулось, готовое помиловать. Вот только, увы, той беззаботной пташки больше не существовало — Арен убил ее.

— Виновен, — тихо, но твердо сказала Нари.

И следом тысячи голосов повторили это слово. Тысячи свидетелей, незримо присутствующих на судебном процессе. Нари только сейчас поняла — то, что она видела, наблюдали все жители горы Апрохрон. Страдали вместе с ней, вместе с ней любили и ненавидели, вместе с ней умирали и воскресали.

Арен завопил от ужаса, пытаясь подняться на ноги, а когда ему это не удалось, упал и пополз, извиваясь, в сторону Нари, стремясь дотянуться до ее ног. Он полз, осыпаясь клочками пепла, рассыпаясь в прах, пока не исчез совсем. Ветер слизал с земли последние крупицы серой пыли, бывшей когда-то Ареном.

— Вы говорили, что не убьете его.

Нари чувствовала разочарование — такая легкая смерть!

— Арен не мертв. Он и его отец растворились в тишине. Они проживут тысячи жизней за всех, кого погубили. И умрут тысячами смертей.

Нари содрогнулась, но взяла себя в руки.

— И что теперь?

— Теперь? Свет новой жизни!

После этих слов под сводами пещеры вспыхнул яркий огненный шар. Казалось, он горит еще жарче прежнего, заполняя все вокруг ровным светом.

— Чье это сердце? — крикнула Нари, чувствуя, как вместе с темной уходят, растворяются тени.

— Сердце твоего сына, — ответил едва слышный шепот.

Нари обнаружила себя стоящей у кромки воды. Чуть поодаль замерли Керин и Скайгард. Увидев Нари, они бросились к ней. Скайгард хотел стиснуть дочь в объятиях, но посмотрел на Керина и уступил ему это право.

Ни Арена, ни Зула Виларда не оказалось на берегу. Нари знала, что больше их никогда не увидит.