11

Рома

Клуб, как всегда, переполнен. Здесь даже летом народу столько, что негде встать, а с наступлением холодов люди вообще отсюда не вылезают.

У нас с Никитой здесь своя вип-комната. Если есть деньги, то с арендой нет проблем. Мы редко кого сюда приводим, но если нужно оторваться, то это отличное место для разгула.

Когда я прихожу, Ник уже меня ждет. И рядом с ним расфуфыренная Вика. Примчалась, стоило мне только намекнуть.

Идеально. Наконец-то мы можем с ней остаться вдвоем.

Киваю другу, и он понимающе поднимается с дивана, а затем под предлогом вроде «потрещать со знакомым» покидает помещение.

Я вижу, как напрягается Вика, но продолжает мило улыбаться. А я хочу, чтобы она провалилась сквозь пол и больше никогда не появлялась в моей жизни. Но Вика может и ох*енная телка, только вот мысли читать так и не научилась.

— Вик, у нас ничего не будет, — я надеюсь, что она поймет меня с первого слова и мне не придется тратить много времени, да и вообще тратить время. — Не нужно меня больше преследовать.

— В смысле? Преследовать? — Вика распахивает свои кукольные глаза, стараясь при этом не выдать своего изумления. Но я вижу, как нервно подергиваются ее губы. — Я думала, что мы можем попробовать начать сначала… Ведь ты же приглашал меня к себе… И у нас все было… Ром?

Жаль, а я так надеялся на быстрое окончание этого цирка.

Когда я уезжал из Москвы, сразу после того, как выписался из больницы, я просто сказал Вике, что не хочу ни видеть, ни слышать ее. Да и она сама, увидев мое лицо, взяла перерыв в отношениях. Мне казалось, что и так понятно, что я вряд ли захочу видеть ее после того, как застукал со своим лучшим другом, а потом еще и узнал, что она собиралась за меня замуж, чтобы я мог обеспечить им безбедное будущее. Мне кажется, тут дураку понятно, что это конец, но Вика спустя полтора года решила, что можно попробовать еще раз.

— Вика, бл*ть, ничего у нас не было! И не будет!

— Ты хотел меня… Мы с тобой спали… Ты же сказал, что не держишь на меня зла… Что простил… — ее глаза блестят от подступивших слез, но я не чувствую ничего.

— Простил, Вик, — выдыхаю устало, — но не приму обратно. Никогда.

— Почему? — теперь дрожат не только ее губы, но и ее руки, которыми она вцепилась в подол своего короткого платья.

— Потому что я не люблю тебя. И это никогда не изменится.

Не понимаю, почему я сюсюкаю с Викой.

Помню, в ту адскую ночь я сначала заливал в себя дешевый вискарь в первом попавшемся гадюшнике, а потом гнал на максимуме, мечтая, задушить эту тварь. А сегодня ничего не хочу. Перегорело.

Пусть просто оставит меня в покое.

— Рооом! Ты же все не так понял… У меня ничего не было с Вовкой… У меня всегда был только ты…, - еще одна слеза театрально катится по щеке моей бывшей девушки.

Слезы Сафроновой меня не трогают. Скорее немного подбешивают. И весь этот фарс, а я уверен, что это фарс, мне порядком поднадоел.

— Вииик! У меня после аварии ребра были сломаны и рука, лицо в лохмотья, но амнезии не было! Я помню все, что было тем вечером! И как ты обещала Вовке, что я уже на крючке и скоро мир брошу к твоим ногам, и как после встречи со мной поехала к нему! Я застукал тебя с ним! Ты самозабвенно скакала на моем друге, и я уверен, что это было не от безумной любви ко мне.

Вика бледнеет.

— Я думала… Что… Ну, раз мы с тобой… Ты меня не прогнал, Ром, и я решила…

— Что я идиот и второй раз поведусь на тебя?

— Нет! Ром, ты любишь меня! Я знаю! У нас тобой отличный секс!

Я не хочу ее унижать. Я не хочу вообще выводить ее на какие-то чувства. Но видимо, Вика не хочет принимать тот факт, что нас больше нет.

— Нет. Это был секс, чтобы отмстить тебе, чтобы еще раз убедиться, что ты больше ничего не значишь для меня. И я больше не хочу тебя, Вик. Никак. Ноль. Пустота. Поэтому не трать ни свое, ни мое время и уходи. Это неплохой город, здесь неплохой универ, и ты можешь остаться здесь, найти себя парня, просто пойти по рукам… Только прошу, не трогай меня… Не подходи ко мне… Не смотри на меня… В противном случае я сделаю так, что ты пожалеешь о том, что ты не услышала меня!

Вика сидит прямо, гордо задрав подбородок вверх. Отведя глаза в сторону, она довольно долго изучает стену, раскрашенную в черной-белой свет, а потом все же спрашивает сиплым голосом:

— Это все из-за нее? Той девчонки, которая сидела у тебя в машине утром?

А вот это уже меня интригует и еще раз доказывает, что Викуля та еще актриса. Она была готова на все, чтобы я отвез ее домой. А ей оказывается надо было совсем не домой. Ей нужно было узнать, действительно ли у нее появилась соперница.

— Откуда ты знаешь? Ты следишь за мной?

Нормально так! Живу себе спокойно, а девчонки наперебой устраивают за мной слежку!

— Нет! — она вскидывает на меня опечаленный взгляд. — Просто слышала, что кто-то видел, как ты затащил левую девчонку в свою машину!

— Забудь! Это к тебе никак не относится. Я тебя не приму не потому, что у меня кто-то появился! Я не приму тебя — потому, что поставил точку. У меня нет к тебе чувств. И, сейчас, ты зря теряешь время.

Вика снова смотрит на стену. Ее губы подрагивают, но все же она берет себя в руки. Медленно поднимается, хватает клатч со стола и бормочет:

— Ты ошибаешься Авдеев… Очень сильно ошибаешься… И я тебе это докажу!

— Я все сказал. Всего хорошего, Вик, — я окинул еще раз ее взглядом, отметив, что все-таки она красивая. Но у меня уже нигде не екает.

А Сафронова тем временем, снова задирает нос кверху и, поджав недовольно губы, уходит.

На меня накатывает волна облегчения. Как же меня тяготило это общение. Надо было сразу слать ее к херам, но я должен был закрыть эту главу в своей жизни. И я ее закрыл. Как смог.

Налив себе порцию виски, залпом делаю сразу несколько глотков, а потом откидываюсь на диван и закрываю глаза. Жду, когда на меня накатят воспоминания о прошлой жизни, но вместо них вижу малиновые губы и эти долбаные кружева на бедрах Тони Семеновой. По телу прокатывается волна возбуждения. Трусы сразу же становятся тесными и мне до жути хочется еще раз ощутить то, что было сегодня в моей машине.

Хочу еще раз поцеловать Тоню. Хочу залезть к ней в трусики. И трахнуть хочу. На своей кровати. Чтоб не впопыхах. Хочу еще раз увидеть ее оргазм и стоны ее услышать.

Открываю глаза и снова наливаю виски. Надо как-то отвлечься, а то ведь так недолго и рукоблудием заняться.

Вспоминаю имена всех русских репперов, и когда немного отпускает, собираюсь звонить Нику, но он опережает меня на несколько секунд, появляясь в дверях и ведя за собой гостя.

— Ромыч, знакомься! Кирилл Туманов. Кирилл! Это Роман Авдеев.