10

Рома

Заехав во двор шикарного особняка, я сразу же выхожу из машины. Не хочу зависнуть в ней с анализом своих приключений с немного чудной Тоней Семеновой. Не сейчас точно.

В доме иду сразу на кухню. Я голодный как волк. Так часто бывает со мной после хорошего секса.

Ага! Как же! Не анализировать? Это же не про меня! Я еще ни хрена не понял, что произошло, но уже определился с тем, что у меня был хороший секс.

Я ведь совсем недавно хотел стать главным аналитиком в компании отца. И свои проекты по инвестированию раскрутил только потому, что слишком много думаю и анализирую.

На кухне я застаю свою сестру Настю.

— Привет, страшила, — сестренка, как всегда беспощадна. Но ей можно. У нее большое доброе сердце и она меня очень любит. — Похавать? Или все-таки соскучился?

В городе у меня своя квартира. Но, когда я не хочу оставаться наедине со своими мыслями, я всегда еду сюда. Настя и Данька всегда мне рады. Вообще, они единственные, кто поддержал меня после аварии. Они приняли мое решение без осуждения и навязывания своих взглядов на жизнь.

Это то, что мне нужно было. И полтора года назад я сбежал от своей семьи. В этот город.

Сначала было непросто. Но ничего, время лечит. Да и Настя с Данькой с меня не слазили, пока не поняли, что я в порядке.

— Конечно, похавать, — вру я безбожно, — где мелкий?

Лева — мой почти трехлетний племянник. И еще один человечище, который занимает особое место в моем сердце.

— Дуй руки мыть. К столу не подпущу, — Настя бьет меня по рукам, когда я уже почти схватил бутерброд с рыбой со стола. — Уехал с Даней к родителям. Парни решили дать мне немного времени на отдых.

— И ты решила отпустить домработницу и наготовить кучу еды для своих троглодитов. Отличный отдых, сестренка!

Настя сидит в декрете с Левой, занимается его воспитанием без нянь и бабушек, даже домработницу приглашает всего два раза в неделю, хотя Яроцкие могут себе позволить целый штат прислуги.

Даня год назад открыл свою фирму и резко взлетел в заработке. Правда и пашет, как проклятый, но зато ни его жена, ни его ребенок ни в чем не нуждаются.

Моя сестра счастлива, и я за нее очень рад.

— Ты же знаешь, что мне это нравится, — улыбается Настя, а я все же иду мыть руки.

Когда возвращаюсь, сестричка уже соорудила мне целое блюдо из бутеров, кусков курицы и овощей. Она знает, что я люблю отсидеться в комнате за компом и при этом вкусно перекусить.

Захватив приготовленную еду, и на ходу поблагодарив Настю, я поднимаюсь в комнату, и пока загружается компьютер, принимаюсь поглощать еду.

Не хочу думать о Тоне.

Не хочу думать о сексе с ней. Мне нужно поработать. Но знаю, что не сдвинусь ни на шаг, пока не расставлю все по местам.

Я не хотел ее целовать. Да, она мне приглянулась. Ее чулки мне приглянулись еще больше. Но я хотел только поговорить. Выяснить причины ее слежки за мной.

А вместо этого я начал пялиться на ее губы. В меру полноватые, манящего малинового цвета. Она, как все девчонки, избегала моего взгляда, а мне хотелось ее поцеловать. Попробовать на вкус, не более. Что я и сделал.

Я хотел потешить свое самолюбие. И совсем не ожидал, что она откликнется. Так, что у меня мушки замелькают перед глазами.

Какая-то несмелая и жадная. Она хотела моих поцелуев и ласк. По-настоящему. Я все ждал, когда она включит актрису и начнет театрально изображать вселенский кайф. Но она даже не планировала. Нет, кайф она словила. И от меня и даже от себя. От своих эмоций. Она просто отключилась от всего. Смотрела на меня затуманенным взглядом и не видела. Ей нравилось то, что происходит, и плевать она хотела на все остальное.

Я такое видел впервые. И мне снесло башню конкретно. Я готов был кончить только от того, что просто смотрел на нее.

И да, черт, меня заводили ее чулки, раздвинутые ноги и влажные складки между бедер, но голову мне сносило от ее искусанных губ и стонов, которые она почему-то сдерживала. Словно стеснялась.

Это был хороший секс. Эмоциональный и расслабляющий. Я тоже словил кайф. А потом захотел поцеловать Тоню. Нежно и никуда не торопясь.

Последний раз, когда я это делал, я был влюбленным дураком. И меня предали. Это было больно и неприятно. Поэтому я выскочил из машины, как ужаленный.

Целовать незнакомку после секса?

Да у меня в жизни такого не было. У меня и поцелуев-то в жизни было не очень много. А с Тоней мы целовались долго и вкусно. И это было не очень хорошо.

Дальше размышлять не получилось.

К машине подошла моя любимая бывшая девушка. С нежной улыбкой и покорным взглядом. Вот по ком театр плакал! Я смотрел на эту идеальную красотку и не понимал, неужели она до сих пор верит в наше будущее? Ходит за мной, как хвостик и не желает понимать, что я больше не у ее ног.

Ее непроходимая уверенность в своей правоте мне начала надоедать. Ее внимание было мне уже поперек горла. И выхода, как избавиться от нее, кроме как в открытую послать ее на все четыре стороны я не видел. Но все не мог подобрать момента. Она терлась около меня только в присутствии толпы, зная, что я в жизни не покажу никому, как хреново мне когда-то было.

И вот теперь был идеальный момент. Можно даже было показать Вике полураздетую и оттраханную мной Тоню, которая едва соображала после двух оргазмов. Но вопреки своей задумки вдруг во чтобы то ни стало решил избавить Вику от этого зрелища.

Это было только для меня.

А вот Вика охренела в конец и решила, что я могу ее отвезти домой. Она рвалась в мою машину так, словно это было вопросом жизни и смерти. Либо знала о присутствии Тони в ней.

В общем мне пришлось приложить немало усилий, чтобы отправить ее восвояси. Я даже пригласил ее сегодня вечером в клуб и сыграл необузданное желание остаться наедине.

Кажется, театр плакал и по мне.

А после у меня не было времени на то, чтобы проанализировать то, что произошло. Испуганные глаза Семеновой и ее нежелание выходить из машины вообще мне запудрили мозг. Я сначала думал, что так она хочет ко мне подкатить, но она довольно сурово отбрила меня. Чтобы доказать себе, что мне показалось то, что я хочу ее целовать и прятать от чужих глаз, я тоже не был джентльменом.

А потом минут десять наблюдал, как дрожит ее подбородок. И ведь думал, что на остановке она разревется, но так и не дождался.

Странная она — эта Тоня Семенова.

Горячая, как огонь, скромная и развратная одновременно, не побоялась изменить своему парню в его доме и струсила выйти у всех на глазах из моей машины.

Я что-то упускал в своем анализе, но что не мог понять.

Наверное, все же стоило выяснить зачем она за мной следила. Но сначала, узнать о ней немного побольше.

— Ник, устрой мне сегодня в клубе встречу с Тумановым. Сможешь?

— Не вопрос, — сразу же согласился друг.

Зачем мне это нужно?

Да у меня тысяча причин. И слежка, и Туманов мутный, и правду про эту парочку хотелось узнать.

А еще, как бы я не сопротивлялся себе, но трахаться с этой девчонкой мне понравилось. И я хотел еще. Может даже не один раз.

Но только без грязных игр, в которые я уже наигрался вдоволь…