Глава 44

Киона Адэала

Доспехи начищены до блеска, мечи, секиры, саи отполированы и заточены, гравировка подкорректирована стараниями гнома-кузнеца и алхимика. Трепет Киры при виде драконов со столь близкого расстояния был неописуем. Сами хранители заглянули к нему в гости и обескуражили его заявлением:

— Мы нуждаемся в ваших услугах.

Несмотря на то, что члены нашего рейда были экипированы полностью, качественно и подготовились ко всему, в моей душе поселилось волнение.

Накануне вечером мое состояние не укрылось от Айрилета. Мы возвращались с ужина, когда син придержал меня и кивком головы призвал следовать за ним. Путь был мне знаком, вел он в медицинский блок.

— Богиня, ты вся искришь, как маленький фейерверк под дождем. Что тебя так тревожит? — спросил он меня мягко.

— В той тьме, куда меня забросило пространство, было очень холодно, — поежилась я.

— Нам ведь уже не привыкать.

— Да, но там что-то есть. У меня плохое предчувствие.

— Прорыв еще не свершился. По расчетам драконов, это произойдет точно к нашему приходу. Аквафор неоднократно проверил ту точку, которую ему указал Альфаир. Пространственный сдвиг между Грассом и Ферританом только начался.

— Я не могу объяснить, — мы остановилась на полпути. — Но мне казалось, что сама тьма дышит и ждет нас. Похоже на ловушку.

— Ты уверена?

— Нет. Это только предчувствие.

— Принцесса, — Айрилет заключил меня в свои объятия и заглянул в мои глаза. — Мы идем в рейд вместе, тебе нечего бояться. Ты будешь не одна.

— Как думаешь, боги и в этот раз помогут нам? — спросила я с надеждой.

— Кто знает. В одном я уверен точно — что бы ни случилось, я буду рядом, и ты сможешь на меня положиться.

— Надеюсь, ты не станешь геройствовать, как в Храме Занны? — в моем голосе проскочила суровые, но отчасти мягкие нотки.

— Все зависит от того, как повернутся обстоятельства, — склонился син к моим губам.

— Корабли лавировали, лавировали… — смотрела я на него зачарованно, не в силах отвести взгляд.

— И приплыли.

Наш поцелуй был сладким, полным нежности, что еще не вспыхивала меж нами ранее. Каждая клеточка в моем теле отреагировала трепетной дрожью и нежданной страстью. Крепкие руки стали надежными, поджарое тело, скрытое светлой формой, желанным. Но удовольствие было столь недолгим, что захотелось скулить.

— Хорошего понемножку, — шепот породил во мне сотни мурашек. — Прости, но я так давно этого хотел. Никогда не думал, что тело станет так предавать меня.

Я отстранилась и смущенно огляделась по сторонам в поисках случайных свидетелей нашей маленькой слабости, после чего облегченно выдохнула.

— Не беспокойся, я не просто так завел тебя в этот коридор, — блеснули в темноте черные глаза. — Медицинский блок уже пуст. Вероятность встретить здесь кого-либо очень мала.

— Лис, — фыркнула я.

— Не в этой жизни, — подал мне руку Айрилет.

Он проводил меня до комнаты, к которой мы шли в полном молчании.

— До завтра, принцесса. Сладких снов.

Несмотря на приятное завершение дня, этой ночью мы все спали очень плохо. Проснувшись среди ночи, я тяжело вздохнула. Припомнив откровение Айрилета, я постаралась почувствовать ту связь, о которой он рассказывал. Нить межу мной и сином стала напоминать довольно прочный канат. Неужели профессор Ляфел прав, рассматривая в теории этот феномен как побочный эффект моего колдовства? Чем чаще я накладываю на него сеть, тем роднее становится наша магия по отношению друг к другу? Может именно благодаря этой связи мы можем делиться своей силой?

«Ты близка к разгадке, но все далеко не так просто», — печальный голос Риданы плавно вплелся в мои мысли.

Богиня парила у окна, словно сидела на подоконнике, едва различимая взглядом и прикрытая от посторонних глаз белоснежным кружевом занавесок. Я убедилась, что Роза крепко спит, после чего задвинула синие шторы за своей спиной.

— Что ты хочешь этим сказать? — решила я вступить с ней в диалог тихим шепотом.

«Я многое хотела бы рассказать всем вам, но не должна вмешиваться в судьбу и опережать время, — богиня перевела взгляд на меня, оторвавшись от созерцания зеркального наста, что сверкал в лунном свете за окном. — Я разделяю твою тревогу, дитя. Хаос достиг своего предела. Представляешь, из-за этого предателя я даже в собственный храм войти не могла!»

— Ты имеешь ввиду Лэндора?

«Кого же еще! — фыркнула она, но быстро успокоилась. — Власть Грасса растет. Если пространство не стабилизировать от нашего мира останется лишь звездная пыль».

— Но ведь вы же боги! У вас есть то, чего нет у нас, смертных.

«Что есть у богов? — Ридана вздернула насмешливо бровь. — Благословение демиурга? И где она сейчас? Нет, Киона. Мы бы без нее лишь бесплотные блуждающие души, которые выполняют минимум возложенных на них обязанностей. Я даю жизни шанс зародиться в женском чреве. Каждого малыша, отмеченного судьбой в этом мире, на свет принимали мои руки. Первой, кого ты видела при появлении на свет, была я».

На глазах богини блеснули слезы. Не берусь утверждать, что счастливые.

«В тот день, день твоего рождения, за моей спиной стоял Адилос. Одно могу сказать, что явился он зря и ушел с пустыми руками, — она выдержала паузу, после чего решила пояснить свои слова: — Мы все работаем слаженно, Адилос решает, кому подарить шанс на перерождение, а кого заключить в адовое пламя до полного очищения. Чистую душу он передает мне, а я подбираю для нее семью. Сатор следит за стабильностью потоков и безмятежным течением Судьбы. Если на Ферритане начинает произрастать зло, он преподносит ему героя. Так вы все и оказались здесь. Охотники, надежда умирающего мира. Теперь ты понимаешь? Мы уже сделали все, что было в наших силах. Мы преподнесли миру вас».

— Такая ответственность… и на наши плечи.

«Если не вы, то кто?»

— Демиург, — пожала я плечами.

«Мы обречены», — горько засмеялась богиня.

— А что если попробовать восстановить Песнь? Ведь мы продолжаем искать старые реликвии, записи, заметки перворожденных.

«К слову о песни — боги петь не умеют. Песня была создана для живых, чтобы они могли просить помощи у высшей силы. Мелодия давала Демиургу силу. Учитывая, что песнь не звучала полторы тысячи лет…»

Конец фразы можно было не озвучивать. Итак понятно, что она мало чем поможет за тот короткий срок, что нам отпущен.

«Киона, — образ Риданы стал медленно таять. — Будь готова ко всему в предстоящем походе. Я надеюсь, что наша беседа не была бессмысленной и в нужный момент ты примешь единственное верное решение».

Немного помедлив и сжав руки в кулаки, я дала ей уверенный ответ:

— Твоя воля услышана.

«Мы будем рядом».

Вернувшись в кровать, я с сожалением осознала, что все-таки имел ввиду дракон, называя нас избранными.

В путь отправились утром на рассвете. Хрупкую фиалку мы вверили Кире. Кто, как не щепетильный алхимик, лучше приглядит за ценным ингредиентом уникального обряда? Поверх формы Охотников адепты и преподаватели накинули меховые накидки с надежными застежками. Весна встретила нас последними морозами и беспощадной вьюгой. Коней брать не стали, а телепортом воспользовались лишь один раз, который сократил наш путь всего наполовину.

Пройдя сквозь пространственный коридор созданный драконами, я на мгновение ошеломленно замерла на месте. Нас ждали. Хранители привели нас к большому лагерю, разбитому в снежной степи явно уже давно. Навстречу сотне адептов выступили профессиональные дипломированные Охотники. Их было довольно много. Альфаир предусмотрел всевозможные последствия и собрал защитников ферритана со всех его концов.

— Господа, — разнесся голос Скайвинда над снежной равниной, приглушая ветер. — Учитывая результаты и последствия предыдущего прорыва, хранители решили не рисковать бесценными людьми. Нам по счастливой случайности удалось перехватить координаты точки грядущего прорыва. Так как этот год преподнес нам новый вид грасской нечисти, а коридоры набирают диаметр и пропускную способность, мы собрали вас в большем количестве, чем обычно. Не исключено, что и в этот раз помимо одного высшего монстра на Ферритан проникнет еще парочка во главе с Верховным чудищем. Если нам удастся отстоять свой мир в этот раз, мы не знаем, повезет ли нам в следующий, и как скоро он наступит. Но мы с вами максимально постараемся продлить нашу жизнь и жизнь целой планеты. Призываю вас выполнить последнюю волю Занны: оправдать звание Охотника, сохранить честь Академии и сберечь ее детище — наш Ферритан.

Бодрое улюкание вооруженной до зубов толпы было ему ответом. Вьюга немного утихла по воле дракона воздуха, но тратить все свои силы на стихию он не собирался, потому хоровод снежинок продолжал осыпать нас по пути.

— Северо-Западные Холмы, — Алвин Ронан решил продолжить уроки Летоисчисления на свежем воздухе, собрав нас на ночном привале вокруг отдельного костра. — Это то самое место, где свершился первый сбой пространственных потоков. Темная аура утратила состояние покоя в день, когда люди впервые подняли восстание против катранцев. Когда-то и на месте холмов была степь идентичная той, что простирается сейчас под нашими ногами. На ней смертные, жаждущие кто свободы действий, кто равноправия, а кто и власти, собрали свой первый отряд после вынесения ультиматума перворожденным. Битва состоялась там же и была напряженной. Подробнее о случившемся знают лишь драконы, но они хранят некоторые детали в тайне во избежание новых потрясений для планеты. Что послужило первым ударом пространства по материку именно в той точке, я не знаю, но предполагаю, что хранители не остались в стороне и решили вмешаться в поднявшийся хаос. Землетрясение было просто чудовищным. Плиты литосферы пришли в движение, так и появились Северо-Западные Холмы, под ними сформировались случайные пещеры, а северный берег раскололся на части, что теперь носят название плавающих островов. Волнения самой мощной и непредсказуемой магии навлекли на все живое хвори и болезни. С религиозной точки зрения, Лэндор поспособствовал такому развитию событий: гули, туманники, полуночницы, слуа… ферританской нечисти не существовало до того времени. Мутация всему бедой и чья-то злая воля.

Мы внимательно слушали, тишину вокруг нас нарушал лишь ветер и треск костра. Потому момент, когда катранец встал со своего места и, поклонившись Алвину Ронану, предпочел уйти под покров ночи подальше от света костра, не упустил никто. Спустя пару мгновений изумления, я вышла из оцепенения и последовала его примеру, оставив товарищей в круге слушателей.

Килиан отошел не так далеко, но смотрелся в снежной степи до боли одиноко. Теплый капюшон снят, белоснежные волосы развиваются на ветру, а кристальный камень серьги мерно раскачивается на цепочке, отражая языки пламени костра.

— Килиан? — подошла я со спины, положив руку ему на плечо. — Все в порядке?

После небольшого промедления, он обернулся и одарил меня обманчиво безмятежным взглядом бледно-голубых глаз.

— Не волнуйся. Просто не хочу дальше слушать о том, что уже итак знаю из рассказов, книг и обрывистых воспоминаний.

— Как бы ни хотелось, нам не удастся отвернуться от прошлого. Рано или поздно память откроет тебе свои секреты, и ты должен будешь их принять.

Килиан тяжело выдохнул и призывно протянул ко мне руку. Я подошла ближе, позволив одинокому перворожденному меня приобнять за плечи.

— Первые мои дни в академии были безликими, все как один. Напуганные адепты обходили меня стороной, травили байки о катранце-людоеде за спиной. Но все изменилось в день, когда ее порог переступила взъерошенная, но целеустремленная синеглазая девчонка, не побоявшаяся морского оборотня при первой встрече. Более того — смело протянувшая мне руку. Можешь быть спокойна, прошлое останется в прошлом, пока твоя добрая улыбка радует нашу компанию.

Слова его были столь теплыми, что согревали куда лучше обычного костра. Осторожное дружеское объятье напомнило мне отеческую ласку, о которой я начинаю забывать. Это невольное осознание поразило тем, что с некоторых пор меня тянет к куда более интересному объекту. Обернувшись назад, я перехватила взгляд сина. Он не выдавал раздражения, скорее просто наблюдал. Аромат костра, покалывание серебристой ауры, горячие прикосновения, вот чего мне все чаще не хватает. Плохой в прошлом парень и юная эльфийка-полукровка. Возможно ли?

— Он ждет тебя, — вдруг произнес Килиан.

— По-моему, он просто слушает лекцию, — расценила я его слова неверно.

— Он ждет тебя каждый день, — катранец слегка улыбнулся. — Может Айрилет не идеальный парень, но за отведенное этому миру время другого такого тебе не найти.

Боги! Неужели мы так выдаем себя окружающим?

— Может я сердце для тебя берегу? — не сдержала я игривого замечания.

Килиан тихо рассмеялся:

— Меня не так просто провести. К тому же меж нами зародились некоторые теплые чувства, но совсем иного рода, и ты это знаешь, принцесса.

— Ладно, — опустила я расслаблено плечи. — Я обдумаю твои намеки, — и буркнула себе под нос: — Что-то больно часто я раздаю обещания.

Сокурсник напрягся, уловив мои слова на грани слышимости.

— Что ты имеешь ввиду?

— Да так. Не бери в голову.

— Ты тоже провела прошлую ночь без сна?

— Не то что бы… — да, каюсь, стараюсь увильнуть от ответа.

— В гости наведались боги?

Я вскинула на оборотня изумленный взгляд, но ответа не получила. Похоже, он и не требуется. Спустя пару безмолвных минут, Килиан едва ощутимо щелкнул меня по носу.

— Не бери в голову. Главное будь рядом.

Мне не осталось ничего, кроме как согласно кивнуть.

— Идем, в эту ночь обязательно нужно отдохнуть.

Сокурсники, полные впечатлений от внеплановой лекции, разбредались по прогретым шатрам. Девушки отдельно от парней. Килиан пожелал мне сладких снов и уступил очередь Айрилету. Син приблизился ко мне достаточно близко, огладил тыльной стороной кисти локон моих смолисто черных волос, выглянувший из под капюшона под натиском холодного ветра. Он коснулся пальцем моих губ, заставив слегка приоткрыть их, и выдохнуть облачко пара, что растаяло в воздухе.

— Отдыхай, моя богиня.

— Доброй ночи, Айри, — ответила я, не в силах отвести взгляд от черных глаз.

И все же за пологом я скрылась первой. Оглядев сокурсниц, готовящихся ко сну, я задержала внимание на Солане Эгентской. За прошедшие сутки она была довольно неприметна. Даже с Рагнадиром не скандалила. Наоборот, все его колкости игнорировала. Поразмыслив немного, я решила подойти к ней. Полагаю, новость о скорой казни Тревора уже не является для нее секретом. Удивительно, как быстро меняются люди, стоит только беде придти в их дом. Раньше она бы устроилась в центре шатра, поближе к костру. А теперь? Предпочла дальний угол в стороне от всех.

— Солана? — обратилась я к ней тихо, не привлекая внимания щебечущих охотниц.

Герцогиня смерила меня пустым взглядом, совершенно неживым.

— Солана, что-то произошло? Как отец?

— Нормально, — обронила она. — Жив и здоров.

— Может ты заболела? Я могу чем-то помочь? — не отступала я.

— Да лучше бы заболела, — с ее щеки скатилась слеза. — Наш род лишили титула…

Вот так новость!

— Подруга, возьми себя в руки! Скоро у тебя будет новый, что принесет больше чести тебе и твоему отцу, — попыталась я встряхнуть ее.

— Если переживу все то, что еще ждет нас впереди, — Солана рухнула на свой походный лежак. — Подруги, ухажеры — все от меня отвернулись. Все до единого.

— Ты перегибаешь, — присела я рядом с ней. — Может ты просто не правильно выбирала друзей? Опиралась на статус, а не на подсказку сердца. Как же твой напарник? Ведь он то и делает, что пытается тебя приободрить целый день.

— Рагнадир? — бывшая первая леди взяла свой меч и извлекла его из ножен, глядя на лезвие со своим тусклым отражением. — Что он подумает обо мне? Стоило мне пасть из князей в грязь, я приду к нему как побитый щенок?

— Зачем? Просто поддерживай с ним привычный уровень общения. Думаю, это его порадует больше, чем твой понурый вид. Как только почувствуешь себя лучше, скажешь ему спасибо.

— Это будет нелегко.

— Прикрывать его спину для тебя тоже поначалу было не просто.

— Ты права, — утерла она влагу с глаз. — Нужно научиться жить иначе, раз уж представился шанс испытать на себе все то, что раньше я считала недостойным своего внимания. Стать обедом для нечисти я всегда успею, слишком уж я себя люблю.

— Рада, что ты этого факта не отрицаешь, — хмыкнула я и протянула руку вперед. — Мир?

— Мир, — пожала ее Солана.

После душевной беседы нам обеим спалось хорошо.