Глава 3

Повелитель не смотрел на неё — только давящая аура в воздухе становилась все более материальной.

— Какое тебе дело до наших внутренних проблем, Эрайш? Сейчас это никак не касается твоих обязательств по отношению к моей дочери. И, к слову — откуда ты вообще об этом узнал?

Айнирё выглядел совершенно спокойным и собранным, и только зло блеснувшие глаза Князя давали понять, что это спокойствие мнимое. Уязвлен тем, что его отчитывает посторонний? Да ещё и заявившийся сюда настолько наглым образом? Князь покачал головой, оскалившись.

Эрайш на мгновение замер. В какой-то момент показалось, что он просто развернется и уйдет, исчезнув либо в своем портале, либо в зеркале. Слишком много проблем с одной единственной девчонкой. Странно, действительно, что он сюда пришел. Зачем? Высказать недовольство тем, что его дар попытался прибрать к рукам другой? Только теперь Айна поймала себя на том, что так и замерла, стоя в двух шагах от кресла и судорожно цепляясь пальцами за ткань пояса. Она неловко переступила с ноги на ногу, раздался шелест, тихий скрип — и фэйри резко обернулся, глядя теперь прямо на неё. Раскосые темные глаза мерцали, зрачок, словно в такт неслышимым ударам сердца то расширялся, то сужался, становясь узкой ниточкой. Как настоящий… Невероятно достоверная иллюзия. Интересно, кто её делал? Хаос побери, что она за дура, если в такой момент голова полна всякого мусора?

Она дернулась снова, сделав машинально шаг назад. Крылья носа фэйри хищно раздулись, и он медленно и плавно перетек ближе, словно огромная змея перед броском. Сердце бешено застучало, хотя до этого билось едва-едва. Страх? Возбуждение? Восхищение чужой силой? Она замерла, не дыша и не отводя взгляда от затягивающих в омут глаз Повелителя. Все окружающее вдруг поблекло, стало мелким и неважным. И странная почти помолвка, и собственный страх перед будущим, и неуверенность в себе, и боязнь ошибиться. Казалось, что пока этот мужчина так смотрит на неё — она может все.

Ещё шаг. Он уже совсем близко, так, что можно разглядеть яркие точки тьмы в мшистой зелени глаз. Длинные сильные пальцы, увенчанные острыми когтями, вдруг касаются щеки — и он выглядит таким удивленным, словно сам не понимает, что с ним происходит. Это наверняка никому не понравится… Но ей надоело всю жизнь быть тихой невзрачной дурочкой. Неужели у неё не может быть ничего своего? Неужели это сон, иллюзия, когда её так тянет к нему? Когда кажется — нет никого дороже?!

— Fae… anarat… — лицо напротив искажено то ли болью, то ли борьбой с самим собой.

И она шагает — как в пропасть — вперед, крепко обнимая фэйри, обхватывая неловко руками, цепляясь за спину. Жесткая ткань камзола натирает щеку, но она не обращает внимания — только медленно вдыхает чужой запах — леса, теплого камня и тягучего меда. Для неё он пахнет именно так. И капризная вампирская суть внутри внезапно успокаивается, ластясь и мурлыча большой наглой кошкой. Сильная ладонь, дрогнув, крепко обнимает в ответ, вжимая её в мужчину все сильнее. Так, словно он хочет спаять их в единое целое, так, что слышно, как сильно бьется чужое сердце, то и дело сбиваясь с привычного ритма.

— Она приняла тебя. Я не волен препятствовать, да и не стану. Хотя не скажу, что мне приятно одобрить именно этот выбор. Слишком хорошо я знаю тебя, Эрайш, — негромкий голос отца едва доходит до сознания, — слишком много проблем ещё грядет впереди.

— Я в состоянии решить любые проблемы, Айн, — голос Повелителя звучал прохладно и равнодушно — словно это не он сейчас так крепко её обнимал, — вот только я сам ещё ничего не решил.

Негромкий, но весьма отчетливый смешок прозвучал достаточно издевательски.

— Ты все ещё думаешь, что можешь что-то решать? Спорить с судьбой?

— Возможно все не настолько…

Он не успел договорить. Айна смогла отстраниться, мягко улыбнувшись в ответ. Через силу, себе-то можно не врать. Опьянение чужим запахом. Слишком острый отклик на чужую заботу. Только и всего, пройдет. Может, она и дочь вампирского Князя, да вот только кроме отца её ни один вампир больше не признает. Мамочка, судя по всему, знатно здесь развлекалась в свое время. Оставила по себе недобрую память… Незаконнорожденная не пара правителю Темного Двора. Особенно, учитывая, какая неспокойная сейчас вокруг обстановка.

— Прошу простить меня за столь… необдуманные действия, Повелитель, — Айна низко склонила голову, пряча заблестевшие глаза. — Я не хотела оскорбить вас или навязаться, и я никоим образом не претендую на вас.

Сама изумилась тому, как ровно прозвучал голос, когда больше всего хотелось постыдно расплакаться. Разреветься, зарывшись носом в подушку.

— Ваш визит оказался для нас очень неожиданным, — она старательно воскрешала в памяти заученные речи матери, с каждым разом, каждым толчком пробужденной крови вспоминая прошлое все отчетливее, — но думаю, что мы с отцом действительно справимся. Мой милый жених, — она, наконец, вскинула голову, расправив плечи и стараясь гордо смотреть перед собой. Надо сказать, при воспоминании о Коичи на губы сама собой наползла неприятная усмешка, — ещё просто не знает, с кем связался. Он от меня откажется, но лишь потому, что мне не подходит. Никто не будет мной управлять, а тот, кто думает иначе, — она сама не заметила, как зазвенел голос на той особой частоте, от которой тонко задребезжали оставшиеся стекла, — может… ошибиться. Я не беспомощная кукла. Не деревенская дура. Если вы думали, что я тихая и скромная домашняя девочка… — она на самом деле старалась не смотреть на обоих мужчин.

Забылась. Вышла из себя. Впервые за годы сбросила личину, показывая себя настоящую. Как бы теперь за это не поплатиться. Люди не любят, когда кто-то не соответствует их ожиданиям.

— Я совсем иная, мои даны.

Она замерла, готовая услышать все что угодно, от презрительного приказа не лезть со своими откровениями, до усмешек. Даже старалась смотреть куда-то мимо, было стыдно за случившийся срыв. Князь был прав, инициация сильно влияет на характер. Она так задумалась, уйдя в себя, что вздрогнула, когда ощутила рядом знакомый аромат стали и крови.

— Наконец-то ты показала свой характер, птенчик. Я уж боялся, что Анарэт совсем тебя забила. Иди-ка в свою комнату, я уже вызвал твою охрану, и мелочь-пикси тоже здесь. Отдохните немного. А мы пока поговорим.

Выразительный взгляд на застывшего изваянием Повелителя. Последнее, что она услышала, когда её все-таки настойчиво подпихнули в сторону двери, был насмешливый голос отца.

— Тебе все-таки пора определиться, чего ты хочешь, Раш. Иначе ведь и другие могут решить за тебя…