Глава 3

Иван

Я стоял и смотрел, как черный всадник уносит Марью в ночь, и в горле у меня стоял ком из бессильной ярости. Она сидела перед ним, ее светлые волосы развевались на ветру, такая хрупкая на фоне этой темной гротескной фигуры. Он уносил мою Марью! Ту, на которой я женился бы. С которою мы бы объединили два королевства — Солнечный Град и мой Северный Утес. Это было решено еще годами, мы с отцом все продумали! Это была не любовь, а чистый расчет! А сейчас какое-то чудище, порождение кошмаров, рушило все наши планы, крадя мое будущее, как вор крадет кошель!

Я развернулся и влетел в тронный зал, где король стоял бледный, опираясь о спинку своего кресла.

— Почему вы не трубите тревогу?! — выкрикнул я, не скрывая ярости и не выбирая слов. Мой голос гулко отдавался под сводами. — Собирайте дружину! Ее надо спасать, пока они не скрылись в лесу!

Король медленно повернул ко мне лицо. Его взгляд был пустым, отрешенным.

— Спасать? — переспросил он так, словно я говорил о том, чтобы полить цветы в саду, а не о жизни его дочери. Потом он моргнул, и в его глазах что-то прояснилось. — Ах, да! Спасать! — Он произнес это с какой-то странной, запоздалой театральностью, словно только сейчас вспомнил свою роль.

Во мне все закипело.

— Вас заколдовали! — закричал я, обращаясь уже не только к нему, но и к придворным, которые начали сбегаться на шум. Я говорил громко, четко, чтобы каждый услышал. — Короля заворожил Кощей! Он парализовал его волю!

Король покачал головой, и в его взгляде мелькнула бесконечная усталость.

— Никто меня не заколдовал, Иван. Я просто… в шоке. Потерял дочь.

— Ее надо спасать! — повторил я, сжимая кулаки. Мы стояли здесь, болтали, а тот монстр уносил ее все дальше!

— Надо, — безжизненно согласился король. Он обвел взглядом собравшуюся толпу — перепуганных служанок, растерянных стражников, придворных с вытаращенными глазами. — Кто пойдет спасать принцессу? — провозгласил он, и его голос прозвучал слабо, без царственной мощи.

Воцарилась тишина. Все стояли и глазели, переминаясь с ноги на ногу. Никто не рвался в бой. Никто не хватал оружие. Я смотрел на них с презрением. Трусы. Жалкие трусы.

— А что взамен? — раздался чей-то робкий голос из толпы.

Король задумался на мгновение, будто просчитывая выгоду, а не отдавая приказ о спасении собственного ребенка.

— Руку принцессы, — сказал он наконец. — И королевство в придачу. Тот, кто вернет Марью, станет ее мужем и наследником Солнечного Града.

Вот оно. Законный повод. Теперь это был не просто порыв, а официальная миссия.

— Я пойду! — тут же, не раздумывая, отозвался я.

Еще пара парней, молодых дворян, жаждавших приключений и славы, неуверенно вышли вперед.

— И я…

— Я тоже.

Король взглянул на нас, на эту маленькую кучку «добровольцев». Его взгляд скользнул по мне, и в нем я прочитал не надежду, а что-то другое… Сожаление? Нет, показалось.

— Хорошо, — тихо сказал он. — Езжайте.

Я развернулся на каблуках, отшвырнув прочь последние сомнения, и ринулся прочь из тронного зала. Камни под ногами были не просто камнями — это была дорога к моей судьбе. В ушах стоял гул собственной крови, и в его ритме выстукивалось одно: Марья. Кощей. Война.

План складывался в голове сам собой, ясен и жёсток, как отточенный клинок.

«Сначала — гонцы, — мысленно прикидывал я, сбегая по лестнице двумя ступенями за раз. — В Северный Утес. Пусть отец вышлет мне на подмогу «Стальную Гвардию». Не этих размякших придворных щеголей, а настоящих воинов, что дышат сталью и льдом».

Я ворвался в казармы, где мои личные дружинники, человек двадцать, играли в кости.

— Подъем! — рявкнул я, и мои слова, как бич, хлестнули их по спинам. Они вскочили, кости посыпались на пол. — Кощей Бессмертный похитил принцессу Марью. Король обещал ее руку и королевство тому, кто вернет ее. Это будем МЫ!

В глазах у них вспыхнул не страх, а алчный, хищный огонь. Идеально!

— Семён, — я обратился к своему капитану, коренастому верзиле со шрамом через глаз. — Собери отряд. Лучшие. Только лучшие. И найди мне Волкодава. Того самого следопыта.

Семён хмыкнул, вытирая потный лоб:

— Волкодав? Он, княжич, того… с приветом. Говорят, с лешими водится.

— Мне нужен тот, кто найдет след, где другие и дороги не видят! — отрезал я. — Заплачу ему золотом, сколько попросит. Не сомневаюсь, что казна Солнечного Града будет к нашим услугам.

Я уже видел это перед собой: наш отряд, закаленный в северных походах, идущий по следу нечисти. Я видел, как мы находим это логово, этот прогнивший замок на краю света. Я видел, как мы проламываем его ворота, как мои воины рубят этих оживших скелетов, эту пародию на армию.

«Они думают, что он бессмертный? — с презрением думал я. — Нет ничего бессмертного перед сталью и волей. Мы найдем его слабость. Мы вырвем ее. Я верну себе царство».

Я уже стоял в конюшне, сам оседлывая своего вороного жеребца по имени Гром. Он всхрапывал, чувствуя мое возбуждение.

— Спокойно, боевой конь, — прошептал я, затягивая подпругу. — Скоро мы с тобой покроем себя славой.

Я представлял себе ее лицо, когда я ворвусь в ее темницу. Она будет плакать от счастья, бросаться мне в объятия. А я буду стоять, суровый и победоносный, с мечом, окровавленным в бою с самим Кощеем.

— Я верну тебе твое будущее, Марья, — пробормотал я, выводя Грома на плац. — Наше будущее.

И вот мы уже выезжали из ворот Солнечного Града — я, мои дружинники, а впереди, на тощей кляче, восседал тот самый Волкодав, закутанный в звериные шкуры и бурчащий что-то себе под нос. Народ смотрел на нас с надеждой, с восхищением. Они видели героев.

Я оглянулся на уходящий вдаль шпиль королевского замка.

«Жди, король, — мысленно обратился я к нему. — Я верну тебе дочь. И заберу себе твое королевство. Это та цена, которую ты сам назначил. И все увидят… все поймут, кто настоящая сила в этих землях. Не колдуны в своих башнях, не сказочные монстры, а сталь, воля и я».