Глава 5

Повозка тряслась по ухабистой дороге, медленно поднимаясь в гору. Лошади недовольно фыркали, возничий нередко что-то выкрикивал, заставляя меня то и дело вздрагивать. По приказу Реймира вход не стали закрывать полотном, что мне показалось немного непредусмотрительным с его стороны. Пользуясь случаем, я лежала на колючей соломенной подстилке, подставив лицо ласковым солнечным лучам, и наслаждалась их теплом. Вдоволь наплакавшись, Аника устроилась у меня под боком и уснула.

Прошло не менее двух часов, прежде чем кавалькада остановилась. По всей видимости, мы приближались к границе и Реймиру требовалось мое присутствие. Однако вместо того, чтобы самому явиться за мной, он послал Доната. И это меня сильно разозлило. Поскольку повозка находилась в середине колонны, а возглавлявший ее Тагир, естественно, в начале, я вынуждена была пройти пару сотен метров под пристальными взглядами иларгов. В любой другой день это расстояние показалось бы мне смехотворным, ведь в поисках добычи порой приходилось отмахать не километр и не два. Но сегодня оно далось мне с трудом. Поскольку маг из меня никудышный, я так и не успела полностью излечиться. Однако не это вызвало мое негодование. Я уже успела понять, что не так Реймир и заботлив, как казалось на первый взгляд. Он всегда делал что-то, только исходя из собственной выгоды. И причиной гнева стали вовсе не доносящиеся в спину смешки воинов, от которых явно не укрылось, что цвет камней на брачном браслете сменился с молочного на розовый, а то, каким образом Тагир решил указать мне место. Он даже не смотрел в мою сторону, пока я в сопровождении Доната неспешно приближалась к нему, а отдавал какие-то указания Карвину. Его резкий и леденящий душу голос рассекал воздух подобно острому лезвию меча.

Одно Светило знало, сколько мне понадобилось сил, чтобы не высказать все, что вертелось у меня на языке, когда я подошла к вороному скакуну. Проигнорировав протянутую руку Реймира, взялась за седло и стала приноравливаться, не зная, как лучше взобраться на коня. Устав наблюдать за моими безуспешными попытками, мужчина молниеносно нагнулся ко мне и ухватился за запястье. Я даже опомниться не успела, как взлетела вверх и приземлилась на спину бьющего копытом скакуна впереди иларга. Тагир тихо присвистнул, и мы понеслись по устланной сосновыми иглами дороге.

Я потихоньку отодвигалась вперед, чтобы создать между нами безопасную дистанцию, надеясь, что мои действия останутся незамеченными, но не тут-то было.

— Сиди спокойно! Иначе напугаешь коня.

С этими словами он положил мне на живот ладонь и прижал к себе, однако руку так и не убрал, а продолжил обнимать и держать в кулаке поводья, другую же устроил на моем колене, всецело заявляя на меня права.

Близость и легкое поглаживание его пальцев напомнили о яркой вспышке чувств, которую я испытала, когда мы вместе достигли вершины блаженства. Но это уже в прошлом. Не желая в сотый раз переосмысливать произошедшее между мной и Реймиром, начала вертеть головой по сторонам.

Лес постепенно менялся, становился более редким. Среди знакомых деревьев появлялись и те, которые я не встречала раньше. Сперва старалась как можно лучше рассмотреть их, однако вскоре мне это занятие наскучило, к тому же затекла спина, и я откинулась на мускулистую грудь мага. Мощная рука еще сильнее прижала меня к его телу. Убаюканная мерной скачкой, я закрыла глаза и погрузилась в дрему.

Мне вновь приснился тот самый загадочный сон, что и на рассвете. Едва плотные облака закрыли собой серебристый круг и все вокруг погрузилось в кромешную тьму, я сильно встрепенулась и непременно свалилась бы с коня, если бы не завидная реакция Реймира, предотвратившего мое падение.

— Спасибо, — тихонько проговорила я, однако так и не услышала ответа.

Меня совершенно не заботил молчаливый иларг, а вот сновидение никак не отпускало. Что-то в нем было не то… Чем больше я думала над увиденным, тем отчетливее понимала, что неверно истолковала полученный ранним утром от Светила знак. Тогда мне казалось, что оно подталкивало меня дать согласие на предложение иларга, а сейчас — что предупреждало об опасности. Стоило еще раз прокрутить в памяти сон, как холодок страха вновь пробежал вдоль позвоночника. Хорошенько поразмыслив, пришла к выводу, что я — солнце, Реймир — луна. А кто тогда тучи и кромешная тьма? От кого исходила угроза?

Головоломка не желала складываться в единую картинку. То ли мне не хватало деталей, то ли я попросту их не видела. А местность тем временем шла под уклон. И это мне совершенно не нравилось. На дне узкого скалистого ущелья, куда вела дорога, мы окажемся в ловушке. Вот только сложилось ощущение, что помимо меня никто не видел в этом ничего плохого.

Близость родных земель заметно преобразила иларгов. Молчаливые и угрюмые воины начали делиться между собой планами на будущее, обмениваться вполголоса глупыми шутками, за которыми следовал оглушительный хохот. Хоть их служба подошла к концу, Реймир не спускал подобные вольности, а поднимал руку, призывая к молчанию. И тогда наступала тишина. Но сосновые иглы больше не скрадывали топот копыт, и наше приближение к границе мог расслышать любой желающий…

Тревога в груди нарастала с неимоверной скоростью. Нужно было что-то предпринять для успокоения души. После нескольких нерешительных попыток заговорить с лэром Тагиром все-таки вымолвила:

— Могу я просить об одолжении?

— Просить-то ты можешь, но это не значит, что я выполню просьбу. Слушаю, — мужчина по-прежнему пребывал в мрачном настроении.

Даже Карвин с опаской поглядывал на друга, явно не понимая, какая муха его укусила. Что уж говорить про меня.

— Я хочу получить обратно свой лук и желательно хотя бы пару стрел.

— Зачем он тебе? — спросил Реймир после затянувшегося молчания. Его тело напряглось и превратилось в натянутую струну.

— Для собственной безопасности.

— Вокруг тебя более двадцати опытнейших воинов, — мой ответ его явно не устроил.

— Они иларги!

— Что ты хочешь этим сказать? — в голосе Тагира прозвучали гневные нотки. Еще не дослушал, а уже злился.

— Всего лишь то, что магия вам сейчас недоступна и вы уязвимы.

— Если ты не заметила, в отряде имеется два лучника. К тому же твой лук будет мне мешать.

— Я подержу его в руках или сяду…

— Нет! — отрезал Реймир, не позволив мне договорить, а потом угрожающе прошептал на ухо: — Если думаешь, что я буду потакать твоим прихотям после того, как мы переспали, то глубоко ошибаешься. Даже не надейся вить из меня веревки.

Его слова больно ранили в сердце. Следовало промолчать, но он задел еще не зажившую рану.

— Боитесь умереть от моей руки? И как вы себе это представляете? «Вокруг вас более двадцати опытнейших воинов», — повторила я его слова. — К тому же сдались вы мне, особенно теперь, когда добились своего! Уж лучше вернуться домой живой и невредимой, чем остаться здесь навечно.

Я слышала недовольное сопение Реймира. Прошло немало времени, прежде чем он произнес ледяным тоном:

— Хорошо, как только мы пересечем границу, ты получишь свой лук и вернешься в повозку.

Магу стоило немалых сил уступить мне, однако этот ответ меня не устроил.

— Почему не теперь? Что изменится?

— О Луна! Как я мог так вляпаться? — еле слышно проговорил Реймир на иларгском.

— Нечего было брать чужое, — без промедления слетела колкость с моих губ.

Конь резко остановился, и я с трудом удержалась в седле. И чего теперь ждать от него? Кнута или пряника?

Лэр Тагир ловко спрыгнул на землю, и уже в следующее мгновение я оказалась в кольце его рук. В голову спешно закралась мысль, что сейчас он бесцеремонно сбросит меня на каменистую поверхность ущелья. Однако я ошиблась. Реймир обращался со мной достаточно бережно. Но это не помешало ему прошипеть мне на ухо:

— Ты и вправду хочешь, чтобы я вернул тебя Нарвусам?

Осознав, что встала на опасную тропу, я покачала головой.

— Умная девочка. Значит, будем считать, что ты ничего не говорила, а я ничего не слышал.

С этими словами он вручил мне поводья и твердой походкой направился к Карвину. Его черный плащ подобно знамени развевался на ветру, притягивая к себе мой взгляд. Хорош, наглец!

Мужчины обменялись парой слов, после чего спешился и старший Нарвус. Реймир остался дожидаться его возле коня, а воин двинулся к повозке с вещами. Не прошло и пяти минут, как Карвин вернулся с моим луком и колчаном в руках, захватив по пути у одного из лучников две стрелы. Ни больше, ни меньше, ровно столько, сколько я просила.

Я изо всех сил старалась не улыбаться, однако не сдержалась. Мои губы расплылись в широкой улыбке, едва лэр Тагир подошел ко мне и вручил желаемое. Пусть схватка была и маленькой, но я одержала победу, что не могло не радовать.

— На этом все? — мужской голос по-прежнему был холоден и неприветлив.

— Большое вам спасибо!

Я хотела добавить «лэр Тагир», но не стала, посчитав, что это весьма неуместно, если брать во внимание наши отношения. Не сказав больше ни слова, Реймир оседлал скакуна и протянул мне руку, за которую я собиралась ухватиться. Даже ногу в стремя вставила. Но стоило поднять вверх голову, как мое внимание привлек странный блик на вершине склона. Внезапно меня осенила недобрая мысль.

— Лучник! — сорвался с моих губ крик, но стрела с оглушительным свистом начала свой полет прежде, чем я открыла рот и Реймир проследил за моим взглядом.

У меня была всего секунда, чтобы что-нибудь предпринять. Действуя на подсознательном уровне, свободной рукой я ударила коня по холке. Тот заржал и пустился вскачь. Но его промедление оказалось роковым. Стрела вонзилась в левое плечо иларга, издав мягкий глухой звук. Слабый стон, больше похожий на судорожный вздох, непроизвольно слетел с его губ, однако Реймир удержался в седле. Дернув поводья, он резко развернул коня, чуть не завалив его на бок, и понесся мне навстречу, широко расставив руки в стороны.

— В укрытие! — скомандовал иларг и полетел дальше, уверенный, что я не посмею ослушаться.

Однако мои ноги будто вросли в камень. Я испытала настоящий шок, когда увидела, как из мужских ладоней вырывались ярко-красные лучи. Они ударяли в небо, образуя огромный купол, который стремительно накрывал воинов. Но в первую очередь Реймир заботливо разместил его надо мной. Иларги группировались по приказу командира в плотное кольцо, вдобавок выставляя над головой круглые щиты.

В чувства меня привел звук, похожий на звон бьющегося стекла, а вслед за ним к моим ногам упала стрела. Я резко вскинула голову и увидела над собой прореху. Магическое полотно было не таким уж и плотным, как казалось на первый взгляд. Хотя от него был еще один немалый прок: оно защищало от яркого солнца, позволяя без слез смотреть на вершину склона и оценивать ситуацию.

Несмотря на погоду, трое голых по пояс мужчин обстреливали нас, уже не таясь: для большего удобства они встали в полный рост. Я не знала, насколько долго лэру Тагиру удастся удерживать магический барьер, но эту ловушку мы однозначно не могли покинуть, пока не будет устранена угроза. Вот только кому ее устранять? Оба лучника к тому времени уже лежали на земле с простреленной грудью, а остальные иларги если и имели представление, как пользоваться луком, то меткостью, похоже, не обладали, поскольку ни одна стрела так и не попала во врага.

А те действовали четко и по заранее разработанному плану: сперва выбрали удобное место для нападения, а затем устранили первоочередную опасность в лице лучников. Кем были эти загадочные недоброжелатели, я не имела представления. Но достать их со дна ущелья — задача непростая. К тому же я не понимала, кто являлся их целью. Они стреляли по кому ни попадя.

Молния не ударяет два раза в одно и то же место, а эти именно так и делали, прекрасно понимая, что второй удар настигнет жертву. Я едва успела отскочить, как очередная стрела со свистом воткнулась в землю. Вот теперь моему терпению пришел конец. Одним быстрым движением я вытащила из-за спины стрелу, приложила к тетиве лука, прицелилась и выстрелила. С замиранием сердца я наблюдала за ее полетом. Однако промахнулась. Казалось, я услышала злобный мужской хохот, едва наконечник ударился о каменный склон. В отместку мне прилетел от него привет. Стрела с такой силой вонзилась в землю, что я с трудом смогла ее выдернуть.

В очередной раз прицелившись, задержала дыхание и спустила тетиву. На этот раз я попала ему в грудь. Мужчина схватился за древко, покачнулся и рухнул с отвесного склона.

Очередной предупреждающий свист я услышала с опозданием. Стрела прошла около ноги и рассекла внешнюю сторону бедра. Я не сдержалась и громко закричала, упав на одно колено.

— Стелла, в укрытие! — услышала я приказ Реймира, несшегося ко мне на всех парах и махавшего рукой. Однако я не собиралась повиноваться. Только не сейчас…

Боль разожгла внутри свирепую ярость. Борьба за жизнь в данную минуту была превыше всего. Шумно выдохнув, я подобрала с земли едва не убившую меня стрелу и наложила на тетиву. Мы выстрелили одновременно. Благо к тому времени иларг закрыл надо мной прореху в куполе и вражеская стрела лишь спланировала к носку сапога. А вот ему не повезло… Обнаженное по пояс тело упало в нескольких метрах от меня. Но я резко отвернулась от ужасающей картины, выхватила из колчана еще одну стрелу и принялась высматривать третьего. Все свои чувства я сосредоточила на его поиске. Однако время шло, но он ни разу больше не показался. Враг где-то затаился. И это было не к добру. Решится ли он вновь напасть или сбежит в страхе за свою жизнь? Сколько их еще? Неужели только эту троицу отправили по наши души?

Опустив лук, я обернулась и вздрогнула, едва увидела стоявшего всего в метре от меня Реймира. Сломанная стрела по-прежнему торчала из его плеча, явно причиняя иларгу сильную боль. Потрескавшиеся губы были плотно сжаты, а мускул на щеке заметно подергивался. Лицо же, несмотря на легкий загар, показалось мне неестественно бледным. Однако он уверенно держался на ногах. Да и судя по тяжелому взгляду, разговор предстоял нелегкий.

Молчание мага заставляло меня нервничать. Не выдержав давления, я первой проговорила:

— Будете отчитывать?

— За что? — тонкая бровь Реймира вопросительно взлетела.

— За непослушание.

— Тут простой беседы не хватит. Пожалуй, окажу услугу твоему будущему мужу и займусь в ближайшее время твоим воспитанием.

— Что?! Только попробуйте!

— Разве мне нужно на это разрешение?

Мое терпение лопнуло. Я собиралась высказать все, что о нем думала, однако внезапно Реймир покачнулся, положив тем самым конец нашим пререканиям.

— Вам нужно срочно извлечь обломок и залечить рану.

— Поможешь?

Его просьба сильно удивила меня. Никогда бы не подумала, что именно мне иларг доверит столь серьезное дело.

— Конечно, — отозвалась я с небольшой заминкой.

Реймир посмотрел по сторонам, а затем устроился на камне, находившемся в нескольких шагах от него. Я помогла ему снять плащ. За ним последовал дублет и окрашенная в багряный цвет туника. Мужчина потерял немало крови. Неудивительно, что он был настолько бледен. Стрела вонзилась невероятно близко от сердца. Ее острый наконечник торчал из спины мага. Зажимая рукой рану, одним быстрым движением извлекла обломок и бросила на землю. Реймир лишь судорожно вздохнул, но не издал ни звука. Кровь потекла с новой силой. Я тотчас приложила ладонь к его плечу и закрыла глаза. Лечить кого-то другого мне было легче, чем саму себя.

Я ощущала, как магические силы, подобно стремительной реке, потекли по венам. Они бурлили в теле, скапливались в кончиках пальцев, а затем передавались иларгу. Его тяжелое и рваное дыхание постепенно стало более легким и размеренным. Когда я поняла, что больше ничем не помогу Реймиру, отняла руку. Однако мужчина перехватил ее, заставив меня посмотреть ему в глаза.

— Спасибо! И за спасенную жизнь, и за моих людей. Если бы не ты, то их погибло бы гораздо больше. Но у меня к тебе возникло очень много вопросов, Стелла.

— Вам требуется покой, — настойчиво произнесла я, желая избежать допроса, который мне собирался устроить иларг.

— Согласен. Но не здесь же. Нам нужно поскорее попасть на земли Иларии. В паре километров от границы есть небольшой лес, где мы сможем разбить лагерь и отдохнуть. Вот там и поговорим, — сказал он непререкаемым тоном и перевел взгляд на отряд.

Воины торопливо заворачивали в белый саван тело одного из лучников, когда внезапно началась суматоха. Донат вскочил на коня и помчался к нам во весь опор. Реймир быстро поднялся с камня, пытаясь понять, что происходит.

— Лэр Тагир, там срочно нужна ваша помощь, — запыхавшись, проговорил иларг и спешился. — Аарон жив, но тяжело ранен.

Не успела я и глазом моргнуть, как Реймира след простыл. Несмотря на то, что мужчина сам пребывал не в лучшей форме, он торопился вырвать своего человека из цепких лап смерти. И воины, несомненно, любили своего командира. Я заметила, с каким благоговением они смотрят на Тагира. Сперва меня это удивило, но теперь, когда увидела его самоотверженность, поняла, чем Реймир заслужил глубочайшее почтение иларгов.

Ауринок поместили в одну повозку, Аарона — в другую, лишив меня таким образом возможности избежать поездки с лэром Тагиром после пересечения границы. Я водила пальцами по внешней стороне бедра, пытаясь залечить порез, однако у меня ничего не получалось. Скорее всего, мои магические силы исчерпали себя. Увлеченная своим занятием, я и не заметила, как в какой-то момент перестала быть одна.

— Ты ранена! Почему не сказала? — резкий и недовольный тон Реймира заставил меня вздрогнуть от неожиданности.

В его темно-синих глазах отчетливо виднелась тревога.

— Пустяки. Царапина, — отмахнулась я, но мужчина опустился передо мной на одно колено и убрал мою руку с пореза.

— Царапина, — возмущенно фыркнул иларг, едва осмотрел рану.

Он положил на нее ладонь и смежил веки. Нога в тот же момент запульсировала. Сложилось ощущение, что в нее безжалостно одну за другой втыкали большие иглы. Его магия разительно отличалась по ощущениям от моей: была более жесткой и беспощадной. От боли я закусила губу и закрыла глаза. Однако вскоре покалывание сменилось приятным поглаживанием.

— Что вы делаете? — прошипела я сквозь стиснутые зубы. — За нами же наблюдают! К тому же вам не мешало бы одеться.

Реймир по-прежнему ходил обнаженным по пояс, и это нисколько его не смущало. Хотя если вспомнить картину, которую мне довелось лицезреть утром, то ничего в этом не было удивительного.

— Поможешь смыть?

Мужчина указал на засохшую на груди и животе кровь.

— Слишком беспомощным вы стали как-то вдруг! — шумно выдохнула я, показывая свое негодование, но Реймир не обратил внимания на мою реакцию. А воины, готовые отправиться в путь, как и предполагала, с интересом следили за происходящим.

— Принесу воды.

Маг встал и с довольной улыбкой направился к повозке с вещами. Вернулся он через считаные минуты с немаленьким бурдюком, намочил испачканную тунику и протянул мне. Возражать не имело смысла. Окинув его испепеляющим взглядом, я принялась смывать с мужского торса запекшиеся пятна крови. Чтобы хоть как-то абстрагироваться от данного занятия, думала о чем угодно, только не о Реймире, не сводившем с меня глаз.

В мои размышления неожиданно врезались слова Аники о температуре тела иларгов. Решив перепроверить сохранившиеся в памяти ощущения, положила свободную руку магу на плечо и развернула его к себе спиной.

«И ничего он не холодный. Да, не такой горячий, как мы, но и на ледышку не похож».

Едва я закончила, Реймир надел новую тунику, не совсем чистые дублет и плащ. Пользуясь моментом, пока он приводит себя в порядок, я тщательно вымыла руки, утолила жажду и собрала стрелы. Не стоило разбрасываться добром. Кто знал, что еще ждет нас впереди.

Лук и колчан лэр Тагир закрепил на одном из седельных крюков. Громко свистнув, он призвал всех к вниманию. Хоть рана и зарубцевалась, магу требовалось время на восстановление, однако ожидание явно не входило в его планы. Лишь немного поморщившись, мужчина с легкостью взлетел на вороного скакуна, помог мне устроиться спереди и дернул поводья. Кавалькада снова двинулась в путь.

— Кто они?

Я кивнула в сторону оголенного по пояс мертвеца, чье тело украшало бесчисленное количество татуировок. Его голова была тщательно выбрита, а верхнюю часть лица покрывала черная краска.

— Не узнаешь? — в голосе Реймира прозвучали нотки удивления.

— А должна? — пришла я в не меньшее замешательство.

— Дарханы.

От услышанного у меня закружилась голова, а в горле пересохло. Мне пришлось пару раз гулко сглотнуть, прежде чем я смогла вымолвить:

— Но их уже давно никто не видел на землях Алмиры.

— Кто тебе такое сказал? — с ехидным смешком спросил Реймир, однако вскоре спокойным тоном продолжил: — Дарханы — кочевники. Они не любят оседлый образ жизни. Им нравится грабить, убивать, завоевывать новые территории. Из года в год темные маги нападают как на ваши земли, так и на наши. И вряд ли они когда-либо остановятся.

— Если все так, как вы говорите, зачем тогда Минавр IX разорвал с вами договор?

— Это ты у него лучше спроси, а не у меня. Однако ваш император поступил крайне опрометчиво, если не сказать, что весьма глупо.

— Допустим, это дарханы, — протянула я, прокручивая в памяти произошедшее.

— Не допустим. Это точно они. Я не впервой встречаюсь с ними.

— Но что они здесь забыли? Какая им польза от нас? Неужто вы так много денег везете? — в голове роилась сотня мыслей.

— Скорее всего, они шли по нашему следу.

— Зачем?

— Чтобы отомстить. Неделю назад на деревушку, в которой размещался мой отряд, напали дарханы. Мы одержали над ними победу. Кто-то был убит, кто-то бежал, кто-то попал в плен. Вот они и решили напоследок поквитаться с нами. На наших землях темным магам непросто будет нас достать, а на ваших им раздолье.

Ни о чем больше я не решилась спросить у Реймира, поскольку вдали показался пограничный пост. Мое сердце заколотилось с оглушительной частотой, ведь мысль о побеге на границе двух империй родилась еще ранним утром. Едва мы приблизились к дозорным, маг спешился и поведал им о нападении. Я не привыкла плакать, однако по щеке скатилась одинокая слеза, когда поняла, что не могу не только дернуться, но и открыть рот. Тело охватило загадочное оцепенение. Не нужно было долго гадать, чтобы понять, кто за этим стоял. Иларг предусмотрел все до мелочей…

Вскоре кавалькада снова двинулась в путь.

«Я вернусь! Я обязательно вернусь», — повторяла, цепляясь взглядом за светловолосых мужчин, за каждое деревце, казавшееся мне в данную минуту таким родным.

Дальше мы ехали в тягостном молчании. Иларг сделал несколько попыток завязать беседу, но все они были мной проигнорированы. Злость, обида и осознание собственного бессилия бурлили внутри, подобно кипящей воде в котелке. Однако они сошли на нет, когда я ощутила, как мужчина начал постепенно наклоняться вперед. Силы покидали его. Держаться ровно в седле Реймиру становилось с каждой минутой все сложнее. Хотя он всячески старался это скрыть.

Едва вдали показался лес, лэр Тагир отправил двоих всадников на разведку местности. Спустя полчаса неторопливой езды мы остановились на небольшой поляне, окруженной с трех сторон густым ельником и непролазным кустарником. Воины спешивались друг за другом и едва ли не сразу принимались за дело. Часть иларгов взялась устанавливать шатры, часть отправилась на охоту. В который раз я удивилась слаженности их действий.

Невзирая на слабость, Реймир помог мне слезть со своего огромного скакуна, подозвал Доната и отдал приказ организовать пост охраны. Сняв поклажу, лэр Тагир возложил на молодого паренька заботу о норовистом коне, а затем лично занялся подготовкой места для ночлега. Я нашла взглядом поваленное дерево, устроилась на нем и продолжила наблюдать за иларгами. Четверо воинов после разговора с Донатом отделилось от отряда и разошлось по разным сторонам поляны. Скорее всего, сторожить лагерь этим вечером выпало на их долю. Еще двое мужчин взяли пустые бурдюки и вернулись через четверть часа с полными. Значит, поблизости был родник или река. Хоть я и сгорала от желания искупаться, в такое время года это было опасно — вода еще не успела прогреться. Однако умыться не мешало бы.

Едва Реймир закончил возиться с небольшой палаткой, я многозначительно произнесла:

— Мне бы отлучиться…

— Подожди немного. Я должен отдать еще пару распоряжений.

Ответ лэра Тагира сильно удивил меня. Неужели маг собирался стать моим личным конвоиром? Уточнить не получилось, поскольку иларг не совсем твердой походкой направился к Донату. Расстояние между нами быстро увеличивалось, однако в теле не ощущалось уже столь знакомого онемения. Я опустила глаза на лодыжки, но сколько ни искала магическую цепочку, так и не нашла.

«И как это расценивать? Забыл надеть? Или решил устроить проверку?» — в голове один за другим рождались новые вопросы.

Увлеченная размышлениями, не сразу заметила его возвращения.

— Стелла, — донесся до меня словно издалека голос Реймира, и я торопливо вскочила с насиженного места.

По узкой проложенной тропе мы направились к реке. Я неторопливо брела за иларгом, который ни разу за весь путь не оглянулся и не обмолвился ни словом. Казалось, он был абсолютно уверен, что я никуда не денусь и не осмелюсь напасть на него сзади. Или потерял бдительность?

Река оказалась неширокой, но бурной и извилистой. В ее стремительном потоке не отражалось ни закатное солнце, ни верхушки деревьев, которые лениво раскачивались на ветру и неприятно при этом поскрипывали. От воды тянуло холодом и сыростью, однако это не убавило желания умыться.

— И привязывать к себе не станете? — недоверчиво посмотрела на Реймира, когда он собрался оставить меня одну.

— Зачем? — пожал мужчина широкими плечами.

— Вдруг сбегу?

— Как попыталась сделать это на границе? Кстати, весьма неразумная была идея.

Маг неодобрительно покачал головой и устало опустился на пень, издав облегченный выдох. Похоже, его планы изменились. Мужчина решил воспользоваться нашим уединением и поговорить с глазу на глаз.

— Почему же? Дозорные освободили бы меня, — раздраженно фыркнула я, ощущая, как внутри поднимается новая волна гнева.

— Допустим. Хотя маловероятно. Что дальше? Как стала бы добираться домой без единого серебряника в кармане? Пешком? Граница закрыта. Теперь ни одна повозка, ни один иларг не вправе въехать на территорию Алмиры без специального разрешения. Состав стражников сменяется раз в месяц. Но даже если предположить, что тебе каким-то чудом удалось бы раздобыть лошадь или ты решилась бы отправиться в трактир на своих двоих, не стоит сбрасывать со счетов дарханов. Ведь они могли устроить новую засаду. Боюсь, стрела в спину тебе показалась бы спасением. Ты не представляешь, что они вытворяют с молоденькими девушками, которые попадают к ним в руки.

— А разве меня миновала эта участь? Разве я не стала вашей пленницей? — мне давно хотелось высказаться, и этот момент был идеален.

— Мы оба, Стелла, стали заложниками обстоятельств. Я не похищал тебя, так и ты не являешься причиной моих проблем, — в отличие от моего, его голос звучал твердо и ровно.

— И что вы сделали, когда узнали о гнусном поступке Нарвусов? Вместо того, чтобы отпустить меня, забрали себе?

— Я не хотел, чтобы все так сложилось, но не видел другого выхода. Консуммация была такой же вынужденной мерой, как и сам брак. Теперь ни один человек не усомнится в его законности. Ты и сама прекрасно видела, что произошло с браслетами.

— Выхода нет только из гроба.

— Когда мы приедем в Алдонию, ты все поймешь. И очень надеюсь, что простишь меня. Или хотя бы войдешь в мое положение.

— Никогда и ни за что!

Я собиралась рассказать о своей ненависти к нему, однако придержала язык за зубами.

— Тобой сейчас руководит слепая ярость, а не разум. Наверное, я, как никто другой, прекрасно тебя понимаю.

— Да что вы понимаете?!

— Не так давно я оказался в схожем положении. Когда почувствовал себя загнанным в угол, тоже пришел в бешенство. Рвал и метал, срывался на ком ни попадя, думал, спасения уже нет, когда отряду, отправляющемуся в Алмиру, буквально за день до похода понадобился новый главнокомандующий. У прежнего случился сердечный приступ.

— Так вы сбежали, — с моих губ слетел злорадный смешок.

— Я надеялся, что пройдет время и проблема разрешится сама собой, — продолжил он, словно не заметив прозвучавшей колкости. — Но нет, за неделю до дня весеннего равноденствия из дома пришло известие, что за полгода ситуация не изменилась. В итоге я смирился с судьбой. И едва ли не в последний момент Луна подарила мне шанс на спасение. Я сразу понял, что в мое отсутствие что-то произошло. Слишком уж странно себя вели Нарвусы. Надавил на Доната, и тот проговорился, что накануне вечером эти двое привезли девушку. Не знаю отчего, но, едва он заикнулся про лук, в памяти всплыл твой образ. Я воспользовался бредом Карвина про подарок и надел тебе браслет. Пойми, только дурак отказался бы от выпавшей мне возможности.

— Вы даже не наказали их! — с укором воскликнула я.

— Нарвусы — влиятельный род в Иларии. Единственное, что было в моих силах, — отчитать их. И я это сделал.

— Смех да и только!

— А что ты хотела? Чтобы я их обезглавил? Или руки обоим отрубил? — проговорил Реймир с некоторой досадой, и его лицо снова приняло замкнутое выражение. — У меня и так хватает недоброжелателей. Разжигать войну между илариатами уж точно сейчас не стоит. Ситуация и без того накалена до предела. К тому же дело не только во мне… Стелла, все самое худшее позади. Теперь тебе нечего бояться, — маг тяжело поднялся, подошел ко мне и положил на плечо ладонь, которую я без промедления сбросила.

— Вас тоже? — решила уточнить, воспользовавшись случаем.

— Меня тоже. Ничего наподобие утреннего пробуждения больше не повторится. Только если ты сама об этом попросишь. Слово я держу, если заметила.

— Издеваетесь?!

— Будешь отрицать, что тебе было хорошо со мной? — иларг широко улыбнулся.

От услышанного у меня перехватило дыхание. Оставлять его высказывание без ехидного замечания я не собиралась, поэтому выпалила:

— Если вспомнить, на вас тоже исполнение супружеского долга не легло тяжким бременем.

Резко отвернувшись, присела на корточки и коснулась рукой бурлящего потока. Вода казалась обжигающе ледяной. Тем не менее я зачерпнула пригоршню, сделала несколько глотков, а затем умылась.

— Даже не представляешь, как мне нравится твой колкий язычок, — раздался шепот Реймира у меня над ухом.

Это прозвучало настолько двусмысленно, что уже спустя мгновение мои щеки пылали в огне стыдливого румянца. Я посчитала разумным оставить за ним последнее слово, иначе наша перепалка могла принять опасный оборот, и продолжила приводить себя в порядок. Обернувшись в какой-то момент, заметила, что осталась совсем одна. При этом цепочки вновь не наблюдалось. Реймир в очередной раз давал мне послабление. Вот только бежать теперь было некуда…

Я нисколько не сомневалась, что Реймир где-то рядом. Мужчина давал мне возможность насладиться уединением, которое порой так нужно каждому из нас, позволял сделать глоток мнимой свободы. Чувство доверия росло к нему независимо от моего желания. Несомненно, выбирая между уготованной мне ролью постельной игрушки Нарвусов и шансом стать женой Реймира, я выбрала бы последнее. Лэр Тагир не издевался надо мной, вел себя весьма обходительно, пытался навести мосты, добивался поставленной цели в добровольно-принудительном порядке. Но признать подобное было равносильно прощению, а прощать я его точно не собиралась. По крайней мере, ближайшие полгода — до тех пор, пока он меня не отпустит. А слово он держал, и в этом мне уже довелось убедиться. Дважды.

По всей видимости, мужчину вынуждали жениться на ком-то, иначе он не видел бы в браке со мной спасения. Но чем я лучше той девушки? Почему одна мысль о союзе с ней заставила могущественного мага бежать из дома? Неужели она настолько безобразна? Если так, то я не видела в этом проблемы. После бочки эля она непременно показалась бы ему красавицей. Вполне вероятно, одной-двух ночей ему хватило бы, чтобы обзавестись наследником. Затем Реймир мог навсегда позабыть путь в покои ненавистной супруги и с чувством исполненного долга наслаждаться жизнью. Вряд ли при таких деньгах и внешности он испытывал бы недостаток в любовницах и был бы вынужден до конца своих дней делить с ней постель. Тогда в чем проблема?

Закончив омовение, я обхватила себя руками и присела на пенек в ожидании иларга. Вскоре он показался из-за густых кустарников, молча сделал знак следовать за ним, и мы неторопливым шагом отправились обратно в лагерь. Я смотрела на широкую спину иларга, покручивала на запястье брачный браслет и продолжала анализировать услышанное. Поскольку мне многое не давало покоя, я осмелилась нарушить воцарившееся между нами молчание:

— Если вы не имели права участвовать в отборе, зачем тогда возили с собой эти кандалы?

— Чтобы никто не надел их в мое отсутствие.

— Хм… логично. А что вы делали в Либерти? — без промедления слетел с моих губ новый вопрос.

— За каждым отрядом иларгов закрепляется город, в котором будет проводиться отбор, — ответил он усталым голосом.

— Тогда…

Реймир так резко остановился, а затем обернулся, что я едва не налетела на него.

— Зачем ты спасла меня? Почему позволила мне выжить, несмотря на все унижения, которые тебе довелось уже пройти?

Я опустила глаза, не выдержав пронзительного взгляда иларга, и начала ковырять землю носком сапога, поскольку не знала, что ответить. Мне и самой хотелось разгадать эту загадку. Всю дорогу от места нападения до лагеря я неустанно задавалась этим вопросом, пытаясь понять, что мной руководило в тот момент. Видимо, какая-то часть меня не желала его смерти. Да и принесла бы она мне облегчение? Где вероятность, что после его гибели я вновь не оказалась бы пленницей Нарвусов или тех же дарханов?

Не дождавшись от меня ни слова, Реймир продолжил путь, опираясь на меч. Бледность его лица к тому часу была пугающей. Я хотела настоять на том, чтобы по возвращении в лагерь он прилег хотя бы на пару часов, однако не осмелилась произнести ни звука. Правда, мужчина и сам прекрасно понимал всю опасность своего состояния. Едва мы выбрались на опушку, иларг направился к палатке, в которой вскоре скрылся. Я же оказалась предоставленной самой себе, что выходило за рамки моего понимания. Ни Анике, ни другой ауринке таких послаблений никто не давал.

Не зная, чем заняться, вновь опустилась на поваленное дерево и продолжила наблюдать за снующими по опушке леса воинами. Деревья над головой неприятно поскрипывали, лениво покачиваясь на ветру, который заметно усилился с заходом солнца. Его резкие порывы заставляли ежиться и запахивать кожух поплотнее.

К тому времени, как на землю спустилась темнота, посреди круга, образованного повозками и тремя шатрами, весело заплясал костер. Немного поколебавшись, я поднялась, подошла к огню и подставила ладони исходившему от него жару. Иларги встретили меня настороженно. Все разговоры вмиг затихли, однако моя улыбка, выдавленная с таким трудом, сняла появившееся напряжение. Один немолодой бородатый воин даже позаботился обо мне: застелил бревно мягким одеялом и приглашающим жестом указал на него. Я поблагодарила иларга кивком и расположилась у костра.

В большом котле, подвешенном на толстой палке, варилась уха. Рядом на вертелах запекались шесть зайцев и несколько перепелов. Жалобное урчание раздалось в животе раньше, чем я ощутила голод. Однако время ужина еще не пришло.

Я вздрогнула, когда ощутила на своих плечах чьи-то руки, и резко вскочила. Увидев Реймира, расслабилась. Он приобнял меня за плечи и неторопливо начал уводить подальше от костра.

— Ты можешь пойти пока в палатку и отдохнуть немного. Как будет готово, я пошлю за тобой кого-нибудь, — голос иларга уже не был таким уставшим, однако его слова заставили меня остановиться и повернуться к нему лицом. — Что не так, Стелла?

— Хотите сказать, что мне придется ночевать сегодня в вашей палатке? — в нервном тике у меня задергался левый глаз.

— Не понимаю, что тебя смущает. Мы муж и жена, и я не вижу в этом ничего плохого.

— Но…

Едва его лицо стало склоняться к моему, меня словно ветром оттуда сдуло. Только потом, спрятавшись в палатке, я поняла, что именно этого он и добивался. Всего одного пугающего жеста магу хватило, чтобы добиться желаемого, не прилагая при этом практически никаких усилий.

Я гневно поджала губы и опустилась на шкуры, еще хранившие тепло иларга. Казалось, весь воздух в этом небольшом пространстве пропитался его запахом. Закутавшись поплотнее в меха, служившие здесь и одеялом, и матрацем, закрыла глаза. Незаметно на тело накатила дрема, и я провалилась в сон. Правда, вскоре проснулась, ощутив холод, исходивший от земли даже через толстый слой шкур.

Не желая подниматься, я лежала и думала о Колин, о братьях. Поди, сестра уже все глаза выплакала, дожидаясь моего возвращения. Если только Элвин не поведал о встрече с иларгами. В чем я очень сомневалась. Такой трус ни за что не признается, боясь получить нагоняй от маменьки. Но я не теряла надежды, что никакие трактиры и шельмы не помешают блудному отцу добраться к ночи следующего дня до родного Либерти.

Внезапно среди громких грубоватых голосов мое ухо уловило приближающиеся к палатке тяжелые мужские шаги. Едва я успела сесть и пригладить волосы, как передо мной появился Реймир с двумя тарелками, наполненными горячей едой. От дурманящего запаха запеченного мяса у меня закружилась голова, а в животе разгорелся пожар. Ох и разбаловала я его за последние два дня.

Подобрав под себя ноги, я с благодарностью приняла протянутую мужчиной тарелку. Иларг витиеватым взмахом руки наполнил небольшое пространство разогнавшими темноту светлячками и устроился рядом. Судя по всему, ужинать в одиночестве мне не придется. И это радовало. В родительском доме мы всегда все вместе собирались за столом, какой бы скудной ни была еда.

— Решили разделить со мной ужин? — спросила я, только чтобы нарушить тишину.

— Да. Надеюсь, ты не против?

— А как же ваши воины? — меня этот факт немного удивил.

— Не сегодня. Я им буду только мешать своим присутствием. Пусть расслабятся хоть на пару минут.

— А то мало сегодня расслабились. Так расслабились, что нас всех едва не перестреляли, — недовольно фыркнула я и поскорее вгрызлась в заячью ножку, в который раз поражаясь самой себе, ведь никогда не отличалась словоохотливостью.

Лицо Реймира вмиг стало мрачным. Он хмуро посмотрел на меня и задал вопрос, от которого я едва не поперхнулась:

— Тебе приходилось раньше убивать?

Я нарочито медленно прожевала кусок запеченного мяса, который застрял потом в горле, сделала глоток воды и только тогда еле слышно отозвалась:

— Нет.

— И как ты себя сейчас чувствуешь? — в голосе иларга прозвучали заботливые нотки, словно его и вправду волновало мое душевное состояние. Как же!

— Если думаете, что я горжусь своим поступком, то это не так. Наоборот, стараюсь не вспоминать о случившемся. Однако если вновь попаду в схожую ситуацию, то снова возьмусь за лук. Эти люди пытались убить меня, а мне есть ради кого жить, — выпалила я, глядя ему в лицо. — Боитесь, что и вас постигнет та же участь?

— Нет. Не боюсь. Меня волнует другое: почему ты настояла на своем луке за несколько минут до нападения? Заметила засаду?

Проницательный взгляд Реймира заставлял нервничать. Я не торопилась с ответом, подбирала нужные слова, поскольку предполагала, что он поднимет меня на смех, едва услышит правду:

— Ночью мне приснился странный сон, а по пути к границе он повторился.

— Что за сон? — темные брови иларга сошлись на переносице, а в синих глазах не было и тени глумления.

— Ничего особенного… В нем плотные тучи закрыли собой луну, после чего все вокруг погрузилось во мрак и неестественную тишину.

— Что тебя насторожило в нем?

— Чувство страха и опасности.

— Хм… — протянул Реймир, размышляя над услышанным.

— Вот я и решила, что луна — вы. Следовательно, над вами нависла угроза. Но тогда еще не понимала, что дарханы — это и есть черные тучи.

— И часто тебе снятся вещие сны? — склонил он голову набок.

— Редко.

Лицо иларга приняло задумчивое выражение. Мужчина потер подбородок и задал вопрос, заставший меня врасплох:

— Ты знала, что тебе предстоит стать моей женой?

Я ощутила, как по моим щекам разливается румянец, захотелось солгать, однако ответила честно:

— Мне снился сон, в котором вы защелкиваете браслет на моем запястье, но я списала его на последствия отбора.

— Как интересно… Стелла, я понимаю, это будет нелегко. Но невзирая на все, что между нами было, мы должны научиться доверять друг другу. Нам ведь еще жить и жить бок о бок. Давай договоримся, что ты непременно расскажешь мне, если тебе приснится что-то настораживающее. Вдвоем ведь легче распутать головоломку, да и выбираться из передряг одному сложнее. Ну так как? — проговорил он вкрадчивым голосом.

— Хорошо, — сказала я то, что он хотел услышать, оставаясь при своем мнении.

— В тебе столько загадок, Стелла. Мне еще не доводилось встречать таких девушек, — его губы тронула улыбка.

— Каких «таких»? — тряхнула я головой и вздернула подбородок.

— Непредсказуемых. После консуммации я ожидал потока девичьих слез и жалоб. Но нет, ты встала и с гордо поднятой головой направилась к умывальнику. Не проронила ни слова, когда вынуждена была пройти под испытующими взглядами моих воинов. Чем вновь меня удивила. Стреляешь же, как выяснилось, не хуже хорошо подготовленных лучников. Сколько в тебе еще тайн?

— Вас что-то не устраивает? Так еще не поздно все изменить. Было и было… — ухватилась я за шанс вернуться домой раньше оговоренного срока.

— Наоборот. Я приятно удивлен и не собираюсь отказываться от намеченного плана. Расскажешь, кто обучил тебя?

— Только после вашего признания.

— Что ты хочешь узнать?

— Кто вы?

— Лэр Реймир Тагир, — с усмешкой отозвался мужчина, однако его глаза остались серьезными.

— Вы прекрасно поняли, о чем я, — раздраженно фыркнула я. — Что вы за иларг, если можете даже днем управлять магией?

— Ну что же… Рано или поздно мне пришлось бы ответить на этот вопрос. Я не чистокровный лунный маг. Только наполовину. Мой отец был иларгом, а мать — ауринка. Отсюда и такие способности.

На первый взгляд его слова могли показаться правдивыми, однако что-то мне подсказывало, что Реймир солгал. О неискренности говорил его взгляд, который он не единожды устремил поверх моего плеча. Решив, что все равно сейчас не услышу больше, чем он посчитал нужным сказать, сменила тему разговора:

— Как Аарон?

— Кризис прошел. Организм молодой и сильный, должен поправиться. Но дорога ему сейчас ни к чему. В первом же городе передадим его в руки целителя. Так будет надежнее. Да и тебе не придется ехать верхом весь день, сможешь отдыхать и наслаждаться поездкой. Расскажешь? — в очередной раз спросил Реймир, напоминая о нашем договоре.

— Да тут и рассказывать особо нечего. Папа хотел сына, но первой родилась я, через два года — Колин. Когда мне исполнилось шесть, отец решил не дожидаться появления на свет третьего ребенка, предполагая, что снова родится девочка, а занялся моим обучением. После смерти матери он пустился во все тяжкие, и эти навыки нам очень пригодились. Со временем я отточила мастерство. Вот и все.

— Сколько лет твоим братьям?

— Марчелу тринадцать, Уиллу одиннадцать, а Роберту, младшему, не так давно исполнилось девять, — мои губы тронула печальная улыбка.

Поглощенная воспоминаниями родных лиц, не сразу заметила, какое потрясение вызвал у Реймира мой ответ.

— И чем они занимаются весь день?

— Летом братья копают огород, выращивают овощи, собирают валежник, а зимой плетут корзины на продажу, помогают Колин по дому.

Я видела, как с каждым моим новым словом его лицо становилось все бледнее, но списала это на ранение.

— А ты?

— Охочусь.

— Стелла, почему ты охотишься, а не Марчел, если уж ваш отец забыл о своих родительских обязанностях? У него проблемы со здоровьем?

— Нет. Он просто еще ребенок, куда ему?

— Стоп! — поднял иларг руку, призывая меня к молчанию. — Получается, тебе в шесть не рано было обучаться стрельбе из лука, а он в тринадцать еще маленький для этого? О чем ты вообще думаешь? Зачем вы с сестрой держите братьев возле юбок? Когда он женится, ты и его семью будешь обеспечивать? — Реймир значительно повысил тон.

— Нет, но… — замялась я под его неодобрительным взглядом.

— Так нельзя, Стелла. В Иларии мальчиков в десять лет отрывают от матерей и отправляют учиться военному делу, чтобы они выросли настоящими мужчинами, а не их подобием. И к тому времени они должны уже многое уметь. И явно не огороды копать, — на последнем слове иларг судорожно вздохнул. Его пыл заметно поубавился.

Почему-то в этот момент во мне пробудилось неуемное желание оправдаться:

— Мама скончалась на второй день после рождения Роберта. Незадолго до своей смерти она подозвала меня и Колин и взяла с нас клятву позаботиться о братьях, не дать им умереть. В лесу же таится много опасностей, вот я и не позволяю им туда соваться.

— А отец? Где он был тогда? — губы Реймира сжались в тонкую линию.

— Праздновал рождение сына, — еле слышно прошептала я.

В палатке в очередной раз воцарилось молчание, позволившее нам разделаться с ужином. Однако удовольствия я от него не получила — возродилось слишком много неприятных воспоминаний, которые старательно прятала на задворках сознания.

Прошло по меньшей мере минут пять, прежде чем Реймир нарушил давящую тишину:

— Не переживай, Стелла. У твоих братьев еще есть время наверстать упущенное. Поверь, они не настолько беспомощны, как тебе кажется. Вот увидишь, за полгода многое изменится. Но дело ведь не только в клятве?

— В чем же еще? — хмыкнула я, уставившись в пустую тарелку.

— Думаю, ты просто в какой-то момент устала тащить на себе хозяйство и заботу о маленьких детях и постепенно все больше стала проводить времени в лесу. Невзирая на чувство долга и любовь к родным тебе людям, ты пыталась сбежать от выпавшей на твою долю участи. Так?

От его слов меня бросило в жар. Я озадаченно смотрела на мужчину, желая понять, откуда он узнал мой самый большой секрет, который никому не смела открыть, даже сестре. Реймиру удалось задеть какие-то струны в моей душе, и мне захотелось облегчить ее. Он чужой, выслушает без обид. Сделав глубокий вздох, начала свой непростой рассказ:

— Когда Роберту исполнилось шесть, мои надежды, что отец возьмется за ум или хотя бы женится во второй раз, рухнули окончательно. Вот тогда я и убедила Колин, что мне нужно больше охотиться, чтобы прокормить нашу немаленькую семью. Дичь многие любят. Обменять ее на деньги или нужные вещи — не проблема. Потребности же росли с каждым днем. Но да, вы правы. Отчасти мне хотелось избежать рутины. После смерти матери сестра только и делала, что день и ночь рыдала, звала ее… Колин была очень привязана к ней. Она и похожа на нее как две капли воды: и внешне, и характером. А мне не довелось оплакать маму, приходилось едва ли не сутками напролет работать. По ночам готовила и стирала, с первыми лучами солнца уходила на охоту, к обеду всегда возвращалась домой, потом бралась за любое дело, которое могло принести хоть один медяк в дом. Отец же из одного запоя переходил в другой, а потом и вовсе начал пропадать невесть на сколько. Наверное, если бы не тетя Эрина, я бы не выдержала, особенно первый год. Колин со временем успокоилась и втянулась в домашние дела. А я, получив возможность бродить едва ли не целыми днями по лесам, почувствовала себя свободной. Но это не значит, что я не люблю их, ведь долгие годы заботилась о них изо дня в день, как могла.

— Не жди от меня упреков и осуждений, Стелла. Я и сам поступил схожим образом… У каждого из нас есть совесть, и она нам судья. Но не думаю, что она не мучила тебя по ночам. Ты не бессердечная. Как я говорил ранее, в тебе много огня. А где огонь, там свет. Да и мальчишки выросли благодаря тебе. Не вини себя ни в чем. Не случись этого похищения, через год-два ты бы все равно вышла замуж, у тебя появились бы свои дети, и ты не смогла бы заботиться о братьях как раньше.

Мы оба замолкли и стали прислушиваться к звуку приближающихся шагов.

— Лэр Тагир, надеюсь, я не помешал вам. Можно вас на пару слов? — донесся вскоре взволнованный голос Доната.

— Я скоро вернусь, — на лице Реймира появилось напряжение.

Он забрал у меня пустую тарелку и вышел. Мужчины встали неподалеку от палатки, но говорили так тихо, что мне редко удавалось хоть что-нибудь расслышать из их тревожной беседы:

— …Наемники… — ухватила я краем уха единственное слово из немаленького рассказа черноволосого воина.

— Уверен? — более четко и ясно спросил лэр Тагир.

Ответ Доната для меня остался тайной.

— Вас не смутило, что… не попал… — «ледышка» был вне себя от злости.

— Кто-нибудь из отряда покидал ночью трактир? Постарайся разузнать. Только будь осторожен.

Спустя пару мгновений Реймир вернулся и даже не взглянул на меня. Лицо мага выражало обеспокоенность.

— Какие-нибудь проблемы? — осмелилась прервать поток его мыслей.

— Нет. Почему ты так решила?

Я молча пожала плечами. Признаваться в том, что ненароком выхватила пару тревожных фраз, не стала.

— Не хочешь лечь сегодня пораньше?

— Может, я все же к девушкам?

Реймир приподнял мой подбородок большим пальцем и, глядя пристально в глаза, негромко проговорил:

— Я дал слово. И сдержу его, чего бы мне это ни стоило.

Никто из нас не произнес больше ни слова. Маг приглашающим жестом указал на «постель», предоставляя мне возможность самой решить, с какой лечь стороны. Я сняла кожух, сделала из него подушку, разулась, забралась под слой шкур и закрыла глаза. Вскоре рядом устроился и маг.

Я попыталась задремать, однако вновь ощутила исходивший от земли холод. Чтобы хоть немного согреться, обхватила плечи руками, но это слабое тепло не принесло облегчения. Как же мне не хватало Колин, к которой можно было без стыда прижаться.

С каждой минутой становилось только хуже. В какой-то момент мне показалось, что холод добрался до самых костей. Меня затрясло, а через пару мгновений застучали и зубы.

— Уж не думал, Стелла, что у тебя такое музыкальное тело, — недовольно проворчал Реймир.

— Простите, лэр Тагир. Если я вам мешаю, может, все-таки отошлете меня к девушкам? — в моем голосе прозвучали жалобные нотки.

Маг ничего не ответил, а внезапно поднялся, обулся и вышел из палатки, даже не захватив с собой дублет. Не прошло и пяти минут, как он вернулся с увесистым узелком и стащил с меня шкуры.

— Что вы делаете? Хотите, чтобы я умерла от холода?

— Сейчас согреешься.

С этими словами он положил мне под ноги несколько горячих камней. Я вздрогнула, ощутив, как приятное тепло окутывает замерзшие ступни, и испустила облегченный выдох.

— Как же мне хорошо…

— Лучше бы ты сказала это при других обстоятельствах, — недвусмысленно проговорил Реймир, заставив меня смутиться, и снова забрался под шкуры. — Подвинься ко мне.

Немного поколебавшись, я все-таки подчинилась магу, которого даже в мыслях не смела назвать мужем. Ладонь иларга легла на мой живот и еще сильнее прижала меня к мускулистой груди. Эти теплые объятия дарили двоякие ощущения: как заботы, так и опасности. Спустя некоторое время над ухом раздалось размеренное дыхание Реймира, свидетельствовавшее о том, что он заснул. Согревшись, я с легким вздохом позволила себе расслабиться и погрузиться в манящий мир грез.