Глава 6

Родной лес встретил меня сдержанным шелестом листвы. Первые силки, поставленные с вечера, оказались пусты. Стоило подойти ко вторым, как в нескольких метрах от меня проскакал заяц. Одним быстрым движением я сбросила с плеча лук, но тот уже скрылся из виду. Едва ступила шаг, из-за дерева вновь показался ушастый. Потом еще один и еще. Зайцы открыто насмехались надо мной, пробегая почти у ног. Я со злостью выхватила из колчана стрелу, приложила к тетиву, прицелилась в одного из них и… внезапно подо мной провалилась земля. Я цеплялась за корни деревьев, мох — все, что попадалось под руки, лишь бы не угодить в приготовленную кем-то ловушку.

— Нет! — прокричала я, сильно дернулась и резко проснулась.

Кто-то не слишком грубо, но настойчиво тряс меня за плечо. Раздавшийся следом мужской голос развеял остатки сна.

— Стелла, проснись!

Стоило разлепить налитые тяжестью веки, как встретилась с синевой ночного неба, на котором зажглись первые неяркие звезды. Только теперь мне удалось разглядеть в глазах Реймира совсем крохотные желтые крапинки — наши лица находились в непозволительной близости друг от друга.

— Может, отпустишь мою тунику? — мужчина взглядом указал на мои пальцы, которые до побелевших костяшек сжимали белоснежную ткань у него на груди.

— Простите. Это все зайцы. Все вопросы к ним, — пробормотала я, убирая руки прочь от мага, а его правая ладонь продолжила по-хозяйски покоиться на моем бедре.

— Мне к ним обратиться в письменном виде или лучше устном? — уголки губ лэра Тагира устремились вверх. Казалось, с секунды на секунду он разразится хохотом.

— А это как пожелаете. Ответа в любом случае не получите.

Протрубил рог, положив конец только начавшимся препирательствам. Лагерь наполнился голосами. Для Реймира это стало сигналом к подъему. Он быстро встал, сменил вчерашнюю тунику на свежую и накинул дублет.

— Выезжаем через полчаса, так что не залеживайся. Правда, день тебе сегодня предстоит тяжелый.

— Это еще почему? — озадаченно посмотрела я на иларга.

— Ты не привыкла ездить верхом, а мы только к позднему вечеру доберемся до постоялого двора. Через минут пятнадцать принесу завтрак.

Реймир покинул палатку, позволяя морозному воздуху проникнуть внутрь. Восхитительное тепло мгновенно сменилось противным холодом, намеревавшимся в очередной раз добраться до моих костей. Я сладко потянулась, быстро оделась и выскользнула наружу. Прохлада раннего утра приятно бодрила.

Увидев Анику и другую ауринку, которых под конвоем вели к ручью, помахала девушкам рукой и бегом устремилась к ним. Я подумала, что в их компании мне будет уютнее и веселее приводить себя в порядок, чем под надзором Реймира. В ответ на мое пожелание доброго утра Донат и еще двое иларгов склонили головы в приветственном жесте, а вот ауринки встретили меня довольно недружелюбно. Едва мы добрались до воды и мужчины оставили нас наедине, я попыталась завязать с девушками разговор, но они отвечали крайне неохотно.

— Хорошо же ты, наверное, его ублажаешь, раз уже прогуливаешься, где хочешь, — не удержавшись, прошипела соседка сквозь зубы.

Волна ненависти, исходившая от нее, окатила меня с ног до головы.

— Аника, ты чего? Кого я ублажаю? — на миг я опешила от услышанного.

— А еще жертву строила из себя. Хоть бы постыдилась, — продолжила она, не обращая внимания на мои слова.

Я ничего не сказала в ответ на ее выпады. Молча умылась, переплела волосы и направилась обратно в лагерь.

“Неужели зависть настолько ослепила Анику, затмила ее разум, что девушка готова была предать многолетнее общение из-за такой мелочи? Похоже, мой круг общения сомкнулся до одного мага”, - с печальными мыслями брела я по утоптанной воинами тропинке.

Я настолько ушла в себя, что только в нескольких метрах от поляны заметила следовавшего за мной на некотором расстоянии иларга, посланного, по всей видимости, Донатом исключительно в целях безопасности. Мое возвращение не осталось без внимания лэра Тагира. Стоило скрыться в палатке и начать скручивать шкуры, как мое уединение было нарушено.

— Все в порядке? — спросил Реймир и протянул мне металлическую кружку с горячим травяным отваром и тарелку с подсохшей лепешкой, козьим сыром и холодной ветчиной.

— Более чем, — выдавила из себя улыбку, с благодарностью принимая свой завтрак.

Однако мои слова подверглись сомнению.

— Уверена?

Утвердительно кивнув, соорудила немаленький бутерброд и сделала глоток терпкого отвара. Реймир собирался что-то еще спросить, но окинул меня пристальным взглядом и ушел, позволив мне насладиться вкусной едой в одиночестве.

Вскоре лагерь был свернут. Лэр Тагир помог мне устроится на своем скакуне, и мы отправились в дорогу, которой, казалось, не будет конца и края.

К тому моменту, как ласковое солнце начало клониться к закату, спина и ноги одеревенели. Не спасали даже участившиеся привалы. Хоть за весь путь я ни разу не пожаловалась на самочувствие, прекрасно понимала, что причина крылась во мне.

День угасал, а постоялого двора не было видно и в помине. Я только собиралась спросить, как долго нам еще до него добираться, как мое внимание привлекла гигантская стена, выложенная из камня. Она настолько высоко уходила в небо, что, казалось, касалась облаков. И отряд двигался именно к ней. Вот тут я заволновалась, позабыв о своей боли. Меня тревожил единственный вопрос: как мы попадем по ту ее сторону, если в ней нет прохода? Ответ я получила уже через считаные минуты.

Густой лес постепенно сменялся все более редким, позволяя получше рассмотреть наводящее страх сооружение. В какой-то момент дорога вильнула вправо, а потом закончилась, и моему взору предстала небольшая речушка, огибавшая это внушительное строение. Ярко-оранжевое закатное солнце отражалось на водной глади с едва заметным течением, превращая реку в сверкающую огненную ленту, над которой стелился тонкий пар.

В замешательство меня привел огромный, высотой в двухэтажный дом, подвесной мост, соединявший со стеной не дальний берег, а ближний. Получалось, нас ожидала переправа. Но зачем столько сложностей?

Реймир остановил коня у самой кромки воды, спешился, обхватил меня за талию и аккуратно спустил на землю. Я прикусила губу, чтобы сдержать рвущийся наружу стон и ухватилась за дублет мага. Ноги не слушались. Усталость брала надо мной верх. Мужчина отстранился, только когда убедился, что я уверенно стою на своих двоих.

— Потерпи немного. Осталось совсем немного. Я бы с радостью взял тебя на руки и перенес, но ты должна войти в реку без чьей-либо помощи. Таковы правила, Стелла.

— Здесь глубоко? — спросила я, смутившись подобной заботе.

— Тебе где-то по бедро. Только ничего не бойся. Главное, не паникуй, если почувствуешь что-то необычное, — в голосе Реймира послышалась тревога, хоть он и старался выглядеть равнодушным.

Лэр Тагир взял скакуна под уздцы и первым ступил в таинственные воды, которые с трудом доставали ему до колена. На середине реки он всего на миг вздрогнул и продолжил переправу.

Немного помедлив, я последовала за иларгом, уже стоявшим на другом берегу и наблюдавшим за мной с напряженным выражением лица. Я недоумевала, чем вызвано его состояние. Неужели думал, что мне не удастся преодолеть каких-то три метра неторопливого потока? Делов-то!

Я твердым шагом ступила в воду и усмехнулась. И что необычного должно было произойти? Вода как вода, просто значительно теплее, чем мне доводилось встречать. Однако на середине пути, когда тело неожиданно бросило в жар, заставляя сердце биться с удвоенной частотой, я изменила мнение. Кровь неслась по венам подобно бурной горной реке. На лбу проступила испарина. Я хватала ртом воздух, ощущая себя при этом горящим факелом. Казалось, живой мне отсюда не выбраться. Но странные приливы прекратились так же внезапно, как и начались, и на смену мучениям пришла приятная нега.

Опустившись на колени, я широко улыбнулась Реймиру, не сводившему с меня все это время глаз. Едва иларг убедился, что мне ничего больше не угрожает, отвернулся, чтобы скрыть от всех широкую улыбку, которую он не смог сдержать. Сложилось ощущение, что мужчина был горд за меня и крайне доволен. Но что я такого сделала?

— Стелла, выходи, — требовательно проговорил он, как только совладал с эмоциями.

— Может, задержимся? — отозвалась я, покрутившись в воде.

— Не советую здесь долго находиться.

— Почему? Мне так хорошо… — я закрыла от удовольствия глаза, ощущая на себе множество тяжелых взглядов воинов. Именно они не позволяли мне полностью расслабиться и насладиться моментом.

— Насколько тебе хорошо сейчас, настолько будет плохо потом. Река отнимает немало сил.

Последняя фраза заставила меня вскочить и озадаченно посмотреть на Реймира.

— За ужином все объясню. Если дождешься его… — загадочно добавил маг и кивком указал на берег.

Я пожала плечами, печально вздохнула и начала выбираться из воды, ожидая, что тело пробьет озноб, едва моя нога вновь окажется на суше. Но ничего подобного не случилось. Приятный теплый ветерок ласкал лицо, поигрывал с выбившейся из косы прядью волос. Только сейчас я заметила, что два берега маленькой речушки разительно отличались друг от друга: на одном едва заметно проклевывалась зеленая трава, в то время как на другом она доходила мне до щиколотки. Словно март в одно мгновение сменился маем. Магия да и только!

— Добро пожаловать в Иларию! — прошептал Реймир мне на ухо.

Иларги спешивались, брали скакунов за поводья и по одному пересекали реку. Точно так же, как Реймир, вздрагивали посередине пути и присоединялись к нам. Потеряв к происходящему интерес, решила осмотреться, однако внезапно раздался громкий девичий вопль, заставивший меня резко обернуться. Аника стояла по колено в воде и истошно орала. Ее покрасневшее лицо стремительно покрывалось черной сосудистой сеткой, которая перекинулась на шею и руки.

— Аника! — бросилась я ей на помощь, но была остановлена крепкой хваткой Реймира.

Мужские пальцы, сомкнувшиеся в плотное кольцо вокруг моего запястья, не позволяли и шага ступить. Я пыталась высвободиться из захвата, но силы явно были неравны. Молчаливая и яростная борьба закончилась победой иларга уже спустя несколько секунд, когда он всего одним резким движением притянул меня к себе. Я даже магию не успела призвать, как тело впало в знакомое оцепенение. В коленях появилась предательская дрожь, а вслед за этим начали подкашиваться ноги. С моих губ слетел горестный стон, вызванный негодованием и осознанием собственного бессилия. От падения меня спасла правая рука Реймира, обвившаяся вокруг моей талии, левая же легла на затылок и прижала голову к груди мага.

— Успокойся, Стелла. Скоро все закончится, — прошептал иларг мне на ухо, поглаживая по волосам.

— Отпустите! Я должна ей помочь, — несмотря на свое состояние, решимость спасти соседку никуда не исчезла.

— Ты ей ничем не поможешь. Только сама пострадаешь. Сейчас лишь один человек может войти в реку и остаться невредимым.

Девичьи крики смолкли за спиной также неожиданно, как и начались. Лэр Тагир снял с меня магическое воздействие и позволил обернуться, продолжая придерживать за локоть. Тем единственным оказался Донат, еще мгновение назад стоявший рядом с нами. Лицо и без того хмурого иларга выражало крайнее напряжение. Он вынес девушку из воды, бережно уложил на траву, умыл ее пунцовое лицо холодной водой, а затем позволил бедняжке вдоволь напиться. Черная сосудистая сетка постепенно исчезала, возвращая соседке прежний вид, но ауринка по-прежнему пребывала в шоке.

— С ней все в порядке? — тревога за ее жизнь заставляла мое сердце колотиться с удвоенной частотой. — Она поправится?

— Поправится, — заверил меня Реймир, даже не посмотрев на несчастную Анику. Казалось, ему нисколько не было ее жаль. — Не завтра, конечно, но через день-два встанет на ноги.

- Что с ней случилось?

— Не прошла проверку, — лэр Тагир говорил так тихо, что мне пришлось напрячь слух.

— Какую проверку?! — с неподдельным ужасом воскликнула я, и маг поморщился, словно от головной боли.

— Стелла, не сейчас. Потом все обязательно объясню, — понизил он голос до заговорщицкого шепота. — Думаю, ты многое поймешь, если обернешься и найдешь над подвесным мостом небольшой проем в стене. Только сделай это, как бы невзначай. Так будет лучше.

— Для вас или меня?

— Для нас обоих, — иларг попытался улыбнуться, но улыбка вышла натянутой.

Я последовала его указанию и, делая вид, что осматриваюсь, нашла искомое. За нами наблюдали двое стражников, которые то и дело переговаривались, но не сводили с нашего отряда глаз. Своей подсказкой Реймир лишь прибавил вопросов. Поскольку добиваться ответов от него сейчас было бесполезно, я переключила внимание с загадочных магов на другую девушку, которая тем временем уже стояла у кромки воды в окружении воинов, не имея возможности сбежать. Она заходилась слезами и умоляла мужа, находившегося на противоположном берегу, взять ее на руки и перенести через таинственное течение. Однако по его кивку кто-то толкнул ауринку в спину, и та была вынуждена сделать шаг вперед. Она тут же отскочила назад, словно ошпаренная, но через мгновение вновь оказалась в воде.

Девушка плакала навзрыд, но брела навстречу супругу, подбадривающему ее всевозможными словами. Едва я перевела дыхание, надеясь, что ауринку минует участь Аники, как она резко замерла, а спустя мгновение истошно закричала.

— И эта не прошла?

— Как видишь, — отозвался Реймир, продолжая пристально наблюдать за переправой. Впрочем, как и остальные воины.

Возмущенно фыркнув, я отвернулась от ужасающего зрелища и направилась к вороному скакуну, с хрустом пощипывающему траву. Не заботило происходящее, наверное, только животных, изголодавшихся по сочному лакомству. Мне захотелось прилечь на мягкий зеленый покров, но передумала, побоявшись, что потом не поднимусь. Я ощущала усталость уже каждой клеточкой тела.

Подвергать испытанию не стали лишь раненого лучника. Его просто перевезли через реку, что вызвало мое недовольство. Я не понимала, почему нельзя было поступить подобным образом с ауринками? Зачем измываться? Даже возничим приходилось спрыгивать с облучка, переходить неторопливое течение и возвращаться за повозкой.

Спустя четверть часа переправа, которой, казалось, уже не будет конца, наконец-то закончилась. Все заняли свои места, и кавалькада двинулась дальше. Но наши мучения на этом отрезке пути не закончились. По ту сторону стены нас поджидала группа стражников. Двое из них указали на Доната и другого воина, чья жена не прошла проверку, заставили спешиться и подняться под конвоем по широкой каменной лестнице.

— Куда их уводят? — забеспокоилась я, понимая, что дело в ауринках.

— В отдел по контролю за лицами, представляющими угрозу для империи, — еле слышно прошептал Реймир.

Новому вопросу не суждено было прозвучать — один из стражников окликнул лэра Тагира, вынуждая его слезть с коня. Мужчины занялись подсчетом повозок и воинов, въезжавших в город, тем временем как другие стражи выборочно проверяли поклажу и опытными взглядами косились на всадников.

По окончании досмотра Реймир остался беседовать со стражниками, желая узнать последние новости. Внезапно с громким лязгом распахнулась дверь, и на улицу вышел высокий брюнет лет тридцати пяти. Его взгляд был нацелен на лэра Тагира.

— А я думаю: ты или не ты, — с этими словами иларг подошел к моему мужу, и мужчины обменялись рукопожатием, сменившимся вскоре крепким дружеским объятием с похлопываниями по спине. — Решил наконец-то вернуться в родные края? С корабля на бал?

— Ты о чем, Годфри? — в голосе Реймира послышалась настороженность.

— Ну как же? В Алдонии вовсю идут приготовления к твоей свадьбе.

— Превосходная новость! — невзирая на радостное высказывание, я на расстоянии ощущала, исходившее от Реймира напряжение. — Дорогая, надеюсь, ты не в обиде на мою маму, что она все решила за нас?

— Дорогая? — изумленно повторил за другом Годфри.

Я должна была что-то ответить, но меня охватило такое сильное волнение, что не смогла ничего произнести, кроме как:

— Конечно нет.

— Вот и чудесно! — его глаза засветились благодарностью, а губы изогнулись в довольной улыбке.

— Реймир, объясни, что все это значит? — требовательно произнес Годфри, по всей видимости, привыкший командовать, а затем ухватился за его запястье, приподнял рукав дублета и ошарашенно уставился на брачный браслет. — Ты рехнулся!

Лэр Тагир похлопал иларга по предплечью и воскликнул:

— Любовь заставляет творить безумные поступки, дружище!

— Ты хоть понимаешь, что натворил? — лицо Годфри приобрело земельный оттенок.

— Как что? Женился.

— У тебя не было на то разрешения. Если Его Величество Маврелий VI закроет глаза на твою выходку, то Ластмир тебе этого не простит.

— Ему придется смириться. Стелла — моя жена. И точка! — буквально прорычал мой супруг.

В это время в очередной раз скрипнула дверь, и на улицу вышел Донат, а вслед за ним и другой иларг. Их появление и положило конец начавшейся размолвке между старыми друзьями.

— Что ж, Реймир, мне остается пожелать вам только счастья и много везения. Последнее тебе особенно понадобится.

Мужчины вновь обменялись рукопожатием, и отряд покинул пограничный пост. За весь оставшийся путь лэр Тагир не вымолвил ни слова. Я чувствовала, как сильно было напряжено его тело, к которому прислонилась спиной в поисках опоры, и понимала, что приближалась буря.

На землю спустились вечерние сумерки, когда мы наконец-то въехали на постоялый двор. Поскольку Реймир предусмотрительно послал вперед воина, чтобы тот договорился о ночлеге для отряда, нас уже ждали.

Иларг вложил в мою ладонь ключ от комнаты, а сам остался в общем зале отдавать воинам распоряжения. Я настолько устала, что меня совершенно не заботила ночь, которую мне предстояло провести бок о бок с мужчиной в крохотном, но уютном помещении, выполненном в светло-голубых тонах. Тяжело опустившись на край постели, стянула сапоги и поставила их у камина, горевшего здесь больше для уюта, чем обогрева. Большая деревянная лохань, наполненная горячей водой, подговаривала меня воспользоваться отсутствием иларга и позволить себе расслабиться. Так я и сделала.

Однако побыть в одиночестве мне так и не удалось. Едва я забралась в чан и положила на его бортик голову, как распахнулась дверь и в комнату вошел Реймир. Я быстро прижала колени к груди и обхватила их руками, ощущая, как щеки заливаются румянцем под его пронзительным взглядом. Но он спешно отвернулся и щелчком пальцев потушил несколько свечей, погрузив помещение в полумрак. Я еле слышно поблагодарила мага и вновь позволила себе расслабиться. Мне хотелось смежить веки и отдаться неге, однако продолжала краем глаза следить за иларгом.

Реймир подошел к стулу и неторопливо снял меч, а затем и дублет. Его движения были неторопливыми, наполненными усталостью. Он даже не пытался ее скрыть от меня. И это заставило меня разволноваться. Я не хотела с ним сближаться, проникаться его болью, проблемами, получать от него заботу, но волей-неволей мужчина начал занимать мои мысли.

Порывшись в дорожной сумке, лэр Тагир извлек тряпичный мешочек, достал из него несколько загадочных веточек и бросил их в мой чан. Воздух едва ли не сразу наполнился приятным пряным ароматом, а мышцы на ногах и спине болезненно заныли, но уже в следующее мгновение расслабились.

— Как ты себя чувствуешь? — с неподдельным волнением спросил Реймир, опустившись на свободный стул.

— Нормально, — отозвалась я, прикрыв грудь руками, хоть вода итак доставала мне до подбородка.

— Может, стоит показаться целителю? — напористо произнес Реймир, поднялся и протянул мне небольшое полотенце, чтобы я могла накрыться и продолжить наслаждаться ванной. — Он приедет с минуты на минуту, чтобы заняться Аароном.

— Не нужно. Лягу пораньше, а утром буду как новенькая.

Еще с минуту иларг раздумывал над моими словами. Было видно, что он хотел настоять на осмотре, но все же сдался.

— Хорошо. Аарон остается здесь, поэтому завтра тебе не придется ехать верхом. Поедешь в повозке.

— Я не думаю, что это хорошая мысль.

— Отчего же? — тонкая бровь Реймира удивленно изогнулась.

— Девушки пострадали, им нужно отлежаться.

— Причина только в этом? — мужчина нахмурился, пытаясь разгадать причину моего поведения, которое было вызвано размолвкой с ауринками.

Я не хотела отвечать на этот вопрос, поэтому задала встречный:

— Что произошло на реке?

Реймир не торопился с ответом. Он подошел к столу, налил из кувшина полный стакан воды и выпил его залпом. Присев на стул, иларг уставился на огонь и наконец-то негромко заговорил:

— Тенесси — своего рода граница. В ее водах заключена большая сила, направленная на защиту Иларии и ее жителей от недоброжелателей. Внезапная острая боль, которая пронзает тело, позволяет магии проникнуть в сознание и за считаные мгновения вывернуть душу даже самого матерого наемника наизнанку. Если у человека недобрые помыслы, Тенесси попросту не позволит ему пересечь свои воды. С целью выявления врагов и предотвращения конфликтов все обязаны проходить проверку.

— Хотите сказать, девушки задумали что-то ужасное? — возмущенно фыркнула я.

— Это очевидно, иначе река пропустила бы их. Тебя же она не тронула.

Хоть иларг и привел весомый довод, услышанное не укладывалось в голове. Несомненно, у ауринок был шанс вступить в сговор, ведь они провели вместе немало времени, но отчего-то мое сердце не желало верить Реймиру.

— Что же они собирались предпринять? — нараспев проговорила я, задержавшись взглядом на единственной масляной лампе в комнате. — Может, бежать?

— Скорее всего, избавиться от своих мужей.

— Глупости! — выпалила я без промедления.

— Почему же? — правая бровь иларга вопросительно изогнулась.

— Аника не такая. Я знаю ее едва ли не с рождения. Она курице голову никогда отрубить не могла, а чтобы человека убить… Да ни в жизнь!

— А вы считаете нас за людей? — лэр Тагир смотрел на меня, не отрываясь.

В память невольно ворвались высказывания Колин об иларгах, и щеки залились румянцем. Не дождавшись ответа, мужчина продолжил:

— Можно прожить с человеком бок о бок едва ли не всю жизнь, но так и не узнать его. Люди, как правило, скрывают свои темные стороны. А ощущение безысходности, ненависть, нежелание примириться со своим положением толкают нас порой на безумные поступки.

Сложилось ощущение, что последняя часть высказывания касалась в большей степени его, а не ауринок. И это были просто мысли вслух. Поскольку мне нечем было парировать, я опустила голову, однако полюбопытствовала:

— Почему вы так решили?

— Я наблюдал за твоей подругой, когда выпадал удобный случай, и заметил, что она далеко не в восторге от брака. По крайней мере, я ни разу не заметил следов радости на ее лице.

— А откуда ей взяться? — я вскочила и села на колени. — Вы хоть знаете, какой это шок для каждой ауринки? Нас выстраивают в шеренги, словно скот на рынке. Затем приходит незнакомец, осматривает девушек, надевает понравившейся на руку браслет и объявляет ее перед всем честным народом своей женой. И никто не спрашивает ее мнения. Даже с родными не позволяют попрощаться.

— Расставание — это маленькая смерть. Чем дольше оно длится, тем больнее потом. Но разве я не позволил тебе проститься с отцом?

— Вы — да, но не другие. А по какому, кстати, принципу вы выбираете жен? У вас, понятное дело, не было выбора. Брали все, что плохо лежало…

Внезапно плечи Реймира начали сотрясаться, а затем он расхохотался. Прошло не меньше минуты, прежде чем он успокоился.

— Придет время, расскажу. Однако могу немного разочаровать тебя: все ваши ухищрения бесполезны.

— Это вы о чем? — я изобразила недоумение.

— О боевом раскрасе, за которым вы так тщательно скрываете лица, и старой мешковатой одежде.

— Ну вот… А знали бы вы, сколько мы прилагаем усилий, чтобы выглядеть “наилучшим” образом. Целый обряд своего рода проходим. И жир бесполезен?

— Ты и к этому прибегала? — его глаза расширились от удивления. Я замотала головой, но предательский румянец запылал на щеках. — Стелла, ты неподражаема.

— Почему вас не было на отборе?

— Кто тебе такое сказал? Я был там… — он понизил голос до заговорщицкого шепота, а уголки его губ поползли вверх.

Улыбка Реймира показалась мне в этот миг такой искренней и притягательной, что я не могла отвести взгляда от иларга. Смутившись, решила сменить тему разговора:

— Что будет с Аникой и другой ауринкой? Их посадят в тюрьму?

— Нет. Отдел по контролю внес имена девушек в особый список и выдал их мужьям магические браслеты, которые должны быть активированы до полуночи. В противном случае и Донат, и Амвел получат немаленькие штрафы. Но больше всего пострадает их репутация. Империя потеряет к ним доверие.

— Что за браслеты?

— Они помогают определить местоположение ауринок в случае побега. Снять их практически невозможно. Помимо этого на протяжении пяти лет девушки ежегодно будут обязаны проходить проверку.

— А если по истечении этого срока ничего не изменится, что с ними станется?

— Их переселят в зону отчуждения — земли, что мы проезжали, когда покинули Алмиру.

— Откуда вы столько всего знаете? Или это общедоступная информация?

— Я много лет проработал дозорным на Стене. Многие сослуживцы до сих пор там. Они наблюдали за нами. Поэтому мне было крайне важно, чтобы ты прошла проверку и сохранила мою честь. И за это тебе огромное спасибо!

“Чего не скажешь о моей”, - произнесла я про себя.

— А почему ушли?

Его лицо вмиг помрачнело. Реймир опустил голову, но я успела уловить безграничную печать в темно-синих глазах. Невзирая на нежелание отвечать, он вымолвил:

— Полтора года назад погиб мой брат. Я был вынужден оставить любимое дело и вернуться в родительский дом.

Стук в дверь прервал нас. Я вздрогнула от неожиданности, отчего расплескала воду по полу, и не знала, что делать дальше: то ли выпрыгивать из лохани и бежать одеваться, то ли скрыться под водой.

— Лежи спокойно. Я отопру.

Реймир торопливо надел меч и направился открывать дверь. Как оказалось, пришли две горничные, которые принесли ужин. Однако ни одну из них он не впустил в комнату. Иларг принимал подносы и сам расставлял блюда на столе, не обращая внимания на их заигрывающий щебет.

— Вода еще не остыла? — поинтересовался мужчина, едва закрыл за служанками дверь.

Я покачала головой, но сочла этот вопрос за намек и принялась мыть голову. Как и в прошлый раз Реймир пришел мне на помощь, когда нужно было ополоснуть волосы. Закончив, я прикрылась спереди мокрым полотенцем и поднялась в полный рост. Не успела я глазом моргнуть, как полотенце и чистая туника легли мне на руку.

После плотного ужина, состоявшего из жареного цыпленка и долек запеченного картофеля, я забралась в постель и постаралась сосредоточиться на пламени в камине. Однако темноволосый мужчина, лежавший с закрытыми глазами в лохани, не давал моей душе покоя. Взгляд то и дело отрывался от ярко-оранжевого пламени, с треском перепрыгивающего с полена на полено, и устремлялся к Реймиру. Мне еще не выпадало возможности видеть иларга столь расслабленным. Предположив, что он задремал в теплой воде и я не окажусь уличенной в подглядывании, решила получше рассмотреть мужа. В отличие от спины, спереди у него имелся всего один шрам — и тот свежий, полученный при нападении дарханов. Видимо, Реймир относился к тем воинам, на которых враги предпочитали нападать сзади. Едва заметная поросль покрывала широкую грудь и узкой дорожкой сбегала вниз…

— Чего не спишь? — раздался мужской голос, и меня в то же мгновение бросило в жар.

То, чего я больше всего боялась в данную минуту, все же случилось. Преодолев смущение, посмотрела иларгу в глаза. На его губах блуждала легкая улыбка.

— Свет мешает.

С этими словами я отвела от Реймира взгляд и с пылающим лицом принялась изучать узор на стеганом одеяле, а затем обводить его пальцем. Тем не менее продолжила украдкой наблюдать за лунным магом. Он мылся не спеша: поливал покрытые белой пеной грудь и плечи горстями воды, проводил по ним руками, словно проверяя их чистоту. Закончив, лэр Тагир обернул бедра широким махровым полотенцем, выбрался из лохани и подошел к умывальнику, чтобы почистить зубы и расчесать мокрые волосы.

В памяти невольно всплыл момент, когда он спокойно расхаживал по комнате обнаженным. Что изменилось с тех пор? Чем тогда были продиктованы его действия?

— Думаю, ты права… — проговорил Реймир, не глядя на меня, и надел бежевую тунику, доходившую ему до колена. — Не стоит девушкам после произошедшего ехать в одной повозке. Будет только хуже. Но ты уверена, что выдержишь еще один день верхом на коне?

— Горячая вода и ваши травы сотворили чудо. Можете не волноваться. Ничего со мной не станется. Как скоро мы доберемся до вашего дома?

— Если на пути не возникнет препятствий, то через два дня.

С этими словами Реймир забрался в постель и потушил масляную лампу. Красновато-оранжевый свет, исходивший от камина, отбрасывал на стены и высокий потолок причудливые блики.

Упоминание Реймира о препятствиях заставили меня вспомнить его разговор с Донатом, и я решила окольными путями узнать, кто же из воинов вызвал у иларгов тревогу.

— В отряде кто-нибудь умеет хорошо стрелять из лука помимо Аарона?

— Почему ты вдруг задалась этим вопросом? — мужчина мгновенно напрягся.

— Так… Чисто из любопытства, — лениво отозвалась я, не забыв махнуть рукой.

— Два человека.

— Два?! — я не сдержала удивления и громко воскликнула. — Почему же при нападении они не расправились с дарханами?

— Один из них накрывал всех пологом, а другой утверждает, что его слепило солнце, — в голосе Реймира послышались гневные нотки.

— Первый — это вы, а второй?

Я не рассчитывала на ответ, но лэр Тагир, хоть и неохотно, счел нужным поделиться со мной информацией:

— Один из Нарвусов.

— Льюис? Я в его руках видела лук.

— Он самый. Давай спать. Завтра рано вставать.

Мужчина натянул одеяло до подбородка и положил руки под голову. Он пытался избежать опасных вопросов, которые я непременно начала бы задавать, если бы он не прекратил разговор.

Следовало поскорее забыться сном, однако сперва не давали покоя мысли о странном поведении Льюиса, а затем из головы никак не выходил рассказ Реймира о реке и о расправе, ожидавшей недоброжелателей Иларии или ее жителей. Слишком много было заключено в ней тайн. И мне не терпелось разгадать хотя бы одну из них. Прислушавшись к дыханию иларга, поняла, что он не спит, поэтому решилась нарушить царившее в комнате молчание:

— А магия в Тенесси природного или рукотворного происхождения?

— Рукотворного, — без промедления отозвался он бодрым голосом.

— Хм… как интересно, — протянула я и вновь погрузилась в размышления, однако вскоре их ход был приостановлен Реймиром.

— Как много тебе известно об Иларии?

— Кроме того, что на ее землях проживают лунные маги, — практически ничего.

Кровать скрипнула — мужчина перевернулся на бок и подпер голову ладонью.

— Ну что же, тогда слушай. Наша империя поделена на тринадцать илариатов, во главе которых стоят илары. Иными словами — местные правители. Это так, общие сведения. Хоть Илария едва ли не втрое меньше Алмиры, она очень богата разнообразными полезными ископаемыми: золотом, алмазами, магическими кристаллами. На протяжении многих веков дарханы, да и ваш народ безрезультатно пытались подчинить ее себе. Устав от кровопролитных войн и нападений, семь могущественных магов решили положить им конец и зарядили огромный кристалл энергией, превратив его в артефакт, а затем опустили в реку. Вот так появился магический барьер.

— Если бы вы не надели мне браслет и я решила убить Нарвусов, кто бы меня спас? — этот вопрос бередил душу уже не первый час.

— Никто.

— Чем они думали?! — негодуя воскликнула я.

— А Нарвусы не умеют думать наперед, — с тяжелым вздохом произнес иларг. — Живут одним днем. К тому же они еще те любители покутить. А на пьяную голову и не такое можно вытворить…

— Ну и друзья у вас! — недовольно фыркнула я.

Из камина послышался негромкий треск, и сноп искр на несколько коротких секунд озарил лицо Реймира. Вместе с ними ярко вспыхнули и золотые крапинки в его глазах.

— Это уж точно. Стелла, до приезда в Алдонию, тебе нужно узнать хотя бы общие сведения об Иларии: кто император, имена иларов…

— Мне или вам? — перебила я его.

— Что? — озадаченно посмотрел на меня лэр Тагир.

— Кому это нужно: мне или вам?

— Домой хочешь вернуться? — правый уголок губ мага слегка приподнялся в полуулыбке, которую мне очень хотелось стереть.

— Это шантажом попахивает… — пробурчала я, злобно сверкнув глазами, и устроилась поудобнее в постели.

— Ты меня совсем не боишься, что ли? — в голосе иларга не было ни злости, ни раздражения, лишь растерянность.

— Только если самую малость. А должна? — мне с трудом удалось подавить зевок.

— Нет, не должна. Просто я на это даже не рассчитывал.

Я ощутила, как в броне Реймира появилась брешь, поэтому решила воспользоваться моментом и докопаться до истины:

— Вы ведь из-за реки торопились с подтверждением брака? Чтобы спасти меня?

— Не только. Спокойной ночи, Стелла, — произнес он.

Еще один вопрос так и не слетел с моих губ — уже через минуту его ровное дыхание подсказало, что мужчина заснул. Я вздохнула, перевернулась на правый бок и закрыла глаза.

Комната на постоялом дворе сменилась шикарными покоями. Я стояла у распахнутого окна и вдыхала вечерние ароматы остывающей земли. Но прохладный воздух не приносил облегчения разгоряченному телу. Казалось, по венам вместо крови неслись огненные реки. Лоб покрылся испариной. Сердце стучало, отдавая в виски. За этим грохотом я не расслышала легкого скрипа двери. Однако шестое чувство подсказало, что помимо меня здесь был кто-то еще.

— Сейчас ты за все заплатишь! — раздался зловещий шепот. — Настал твой час!

По спине пробежала струйка холодного пота, когда осознала, что это не шутка. Я и слова не успела вымолвить, как мои ноги перестали ощущать под собой твердую поверхность, а уже в следующую секунду поток воздуха ударил в грудь и меня отбросило назад. Я попыталась ухватиться за оконный проем, но очередной толчок убил последнюю надежду на спасение.

Собственный крик взорвал тишину и вырвал меня из оков сна. Я резко села на кровати, обхватила себя руками и попыталась совладать с паникой. Сердце бешено колотилось в груди, отдаваясь грохотом молоточков в ушах. Дыхание сбилось, не позволяя сделать глубокий вдох.

— Что случилось? — подорвался Реймир, и множество светлячков озарило комнату.

— Простите… — еле слышно прошептала я, гулко сглотнув.

— Тебе приснился кошмар?

Я лишь молча кивнула. Иларг откинул одеяло, обошел кровать и опустился передо мной на колено. Меня все еще трясло. Стоило ему прикоснуться к моей руке, как я вздрогнула.

— Хочешь воды или чего-нибудь еще? — заботливо спросил мужчина, вглядываясь в мое лицо.

— Сейчас все пройдет.

Реймира не устроил этот ответ, как и моя натянутая улыбка. Он поднялся, налил стакан воды и подал мне. Осушив его в несколько больших глотков, я снова улеглась. Зашуршали простыни, рядом со мной прогнулся матрас, и комната погрузилась в темноту. Воспоминание о дурном сне ворвалось в сознание с новой силой, заставив в очередной раз испытать животных страх и судорожно втянуть воздух. Пара светлячков тут же залетала под потолком. Тусклые желтые огоньки помогли справиться с паникой и расслабиться.

— Простите, я не хотела вас разбудить, — еще раз извинилась я.

— Все в порядке. Иди ко мне, — повелительным тоном проговорил маг.

Протест не успел прозвучать. Реймир нашел мою руку и потянул на себя, заставляя меня устроиться у него под боком. Моя голова покоилась на груди иларга, тем временем как мужская ладонь легла мне на плечо и легонько поглаживала его. Объятия Реймира дарили чувство защищенности, позволяли отпустить ужасное видение. Я понимала, поутру вопросов не избежать, однако в данный момент могла без страха забыться сном, зная, что никто и ничто его не потревожит.

Я проснулась, когда косой солнечный луч, проникший сквозь шторы, коснулся моих век. Подавив зевок, медленно перекатилась на спину, сладко потянулась и вдруг заметила, что вторая половина постели пуста. Приподнявшись на локтях, оглядела комнату, в которой помимо меня так же никого не было, и на миг растерялась. Судя по тому, что ни меча, ни вещей Реймира я не обнаружила, он оделся и куда-то ушел. Но меня смутило ни его отсутствие… Раньше я подскакивала от малейшего шороха, просыпалась ни свет ни заря. Забота о братьях и сестре вынуждали меня рано подрываться и бежать в лес, чтобы проверить силки, подстрелить хотя бы зайца. Этим же утром я так крепко спала, что не расслышала ухода иларга, а ведь шаги у него были достаточно тяжелыми.

Возможно, тому причиной стал ночной кошмар. После него я то засыпала, то вновь просыпалась, сквозь дрему удивляясь, что прижималась к крепкому телу воина, чувствовала его теплое дыхание на своих волосах, сильную руку под своей шеей.

С тяжелым вздохом я вновь откинулась на подушки и погрузилась в размышления. Теперь, с наступлением светлой части суток, я без страха могла предаться воспоминаниям о дурном сне, показавшемся мне весьма странным. Если во всех предыдущих видениях я четко знала, что являлась главной их участницей, то в этом не могла утверждать подобного. Несмотря на леденящий душу ужас, панику, завладевшими сознанием, не ощущала привычной легкости в теле, словно оно принадлежало не мне, а кому-то другому…

Усилием воли я все же заставила себя подняться, поправить одеяло и подойти к окну. Стоило распахнуть шторы, как яркий солнечный свет ворвался в комнату, заставив меня зажмуриться. С моих губ слетел удивленный возглас, едва осознала, что день близился к полудню. Я спала непозволительно долго. В голову тут же закралась мысль, что обо мне ненароком забыли и отряд покинул постоялый двор без меня. Однако на глаза попалась дорожная сумка иларга, и я поняла, что рано обрадовалась. Хотя, если подумать, чему радоваться? В чужой стране, без медяка в кармане…

Едва успела натянуть штаны, как дверь резко распахнулась. На пороге стоял Реймир с подносом в руках, на котором дымился заварничек.

— Доброе утро, Стелла! Как отдохнула? — участливым тоном спросил он и подошел к столу.

— Доброе утро, лэр Тагир. Почему вы не разбудили меня раньше? — мое изумление до сих пор не знало предела.

— Тебе следует перестать называть меня “лэр Тагир”. Думаю, маме это покажется весьма странным. По крайней мере я не припоминаю, чтобы она подобным образом обращалась к моему отцу, — в голосе иларга не было ни упрека, ни раздражения, а лишь просьба.

— Как скажете, Рей… мир, — запинаясь, проговорила я.

— Уже лучше, но до совершенства еще далеко. Мы выдвигаемся через полчаса. Надеюсь, тебе хватит этого времени, чтобы собраться.

Иларг уклонился от ответа, видимо, не посчитав нужным отчитываться передо мной. Пока он разливал по чашкам ароматный отвар из трав, я закончила с переодеванием. Быстро умывшись и расчесав волосы протянутым Реймиром гребнем, уселась за стол, сделала глоток горячего напитка и закрыла от наслаждения глаза.

— Расскажи свой сон, — маг протянул мне еще теплый рогалик и уселся напротив.

Отнекиваться и лгать, что ничего особенного я не увидела, было бессмысленно, поэтому вкратце пересказала свой кошмар, которому не особо придавала значения. Однако иларга многое смутило в нем. Он устроил мне настоящий допрос. Его интересовало буквально все: как выглядела комната, кто нанес удар, что представлял собой воздушный поток, какое было время суток. И внятно я смогла ответить лишь на последний вопрос. Судя по царившей в покоях тьме и узкой дорожке света, ливнегося из распахнутого окна, на дворе стояла тихая летняя ночь. Из-за грохота сердца зловещее шипение доносилось до меня словно через плотное одеяло, поэтому не разобрала, кому принадлежал голос, мужчине или женщине. Но разве женщине такое под силу?

Реймир не поделился со мной, пришедшими ему в голову соображениями. Однако по окончании беседы он еще долго сидел с задумчивым видом, постукивая указательным пальцем по столу. По всей видимости, что-то в моем скудном рассказе его все же насторожило.

После завтрака мы покинули постоялый двор. Я с удивлением отметила для себя, что чем дальше мы отъезжали от Алмиры, тем становилось теплее. После полудня мне и вовсе пришлось снять кожух, поскольку больше не могла вытерпеть изнуряющей жары.

Мы проезжали мимо деревушек, небольших поселений. И мне нравилось увиденное. Либерти больше не являлся центром моей жизни. Я словно заново открывала для себя мир, и это стало весьма увлекательным занятием. Благодаря странным стечениям обстоятельств мне довелось увидеть что-то еще помимо города, в котором я родилась и выросла. К тому же заметила, что привлекала внимание путников. Не скрывая своего интереса, они пристально разглядывали меня, как некую диковинку. В такие минуты левая рука Реймира перемещалась мне на бедро, а вторая ложилась на живот — мужчина показывал всем, кому принадлежат на меня права. Первое время я злилась, пыталась высвободиться из железной хватки, а потом стала игнорировать его собственнические замашки.

***

За день до прибытия в Алдонию разум охватила паника. С наступлением сумерков мы в очередной раз остановились на постоялом дворе, где Реймир взял самую лучшую комнату, нисколько не заботясь о деньгах. По всей видимости, у него их было предостаточно.

Пользуясь отсутствием мужа, я лежала в медной лохани и пыталась расслабиться, однако в голове неустанно роились тревожные мысли. Будущее страшило. Только теперь я отчетливо осознала, насколько ужасно боялась его. Подобное всепоглощающее чувство мне довелось испытать лишь раз — после смерти матери, когда не имела понятия, как жить дальше. Даже на площади, стоя в шеренге, мне не было так страшно. Несмотря на голод и холод, являвшимися неотъемлемой частью моей прошлой жизни, я знала, чего от нее ждать. А сейчас будущее было покрыто мраком. Хоть муж и оказался не таким уж монстром, как показалось изначально, не думала, что родные иларга придут в восторг от его выбора. И мне оставалось положиться лишь на благосклонность и защиту таинственного мага, умевшего держать слово. В противном случае шансы вернуться домой живой и невредимой были не столь высоки.

С раннего утра мы отправились в путь. По расчетам Реймира, уже после полудня отряд должен был прибыть в Алдонию. День для конца марта выдался на удивление жарким. От пыли, поднимаемой повозками и лошадьми по сухой дороге, постоянно хотелось пить и першило в горле. Не радовали больше горы, манящие рощицы, бирюзовые ручьи, прокладывавшие себе извилистые дороги среди суровых скал. Однако предложение мужа о повозке я отклонила, не раздумывая. Выслушивать упреки или терпеть яростные взгляды ауринок мне не прельщало. Нервы и без них превратились в натянутые струны, готовые лопнуть в любую минуту. От Реймира так же исходило напряжение, которое я ощущала каждой клеточкой своего тела. Если предыдущие два дня пути он зачастую рассказывал что-нибудь об Иларии, то сегодня по большей части молчал. Но не только в этом выражалась странность его поведения: порой он так сильно впивался пальцами в мою ногу, что занимало дух. Хотя уже в следующее мгновение со словами извинений Реймир ослаблял хватку, было заметно, что его завидное самообладание давало сбой.

С каждым часом вокруг нас становилось все оживленнее. Со всех сторон кавалькаду окружали люди, повозки, и наш ход постепенно замедлялся. Как реку питают притоки, так и на основную дорогу съезжались путники с небольших проселочных троп. Несмотря на то, что можно было подремать, спать не хотелось. Нервы и непривычная для этой поры года температура давали о себе знать. Климат Алмиры и Иларии разительно отличался. Если сейчас так жарко, то что будет летом? Неудивительно, что у них так мало зелени.

Погрузившись в мысли, не заметила, как Реймир резко натянул поводья. Его сильная рука, обвивавшая мою талию, уже в который раз не позволила мне отправиться в полет. Пробормотав благодарность, удивленно завертела головой по сторонам. Я не понимала, что вынудило иларга осадить скакуна. Пару мгновений он колебался, словно внутри него шла жестокая борьба, а затем развернул коня и подъехал к Донату.

— Езжайте без нас. Если получится, мы нагоним вас, — сказал он тоном, не терпящим возражений.

— Лэр Тагир, куда вы? — изумленно воскликнул воин, обладавший поразительной выдержкой.

— У нас есть одно крайне важное дело…

С этими словами Реймир пришпорил норовистого скакуна и помчался в обратную от Алдонии сторону. Что заставило этого непредсказуемого человека изменить путь, какие мысли внезапно посетили его голову, оставалось только гадать.