ГЛАВА 24

Уставшая, вымотанная физически и эмоционально, я даже не сразу обратила внимание на автомобиль, припаркованный чуть поодаль от джета. Чёрный, с затонированными стеклами, какой-то представительской марки. Мне сложно было судить – в машинах я всегда разбиралась плохо.

Ант шёл впереди.

Я старалась не отставать, и как только мы поравнялись с машиной, дверь передо мной распахнулась, приглашая сесть. С лёгким сердцем я забралась в машину, уже представляя, как положу голову на широкое плечо, и все забудется, как страшный сон.

– Куколка!

Я сглотнула внезапно ставшую вязкой слюну. Светлые волосы, некогда восхищавшие меня голубые глаза, полные губы, растянутые в улыбке… Меншиков! Живой.

– Никита?! – сорвалось с моих дрожащих искусанных губ. Сказать, что я была шокирована – ничего не сказать.

За что судьба так со мной?! Играет, словно безжалостный кукольник с марионеткой.

Захочет – заставит прыгнуть, захочет – сломает шарниры…

Я равнодушно огляделась по сторонам. Роскошный салон самолета, стены из дорогих пород красного дерева с вставками из кожи какой-то рептилии, эксклюзивная сделанная на заказ мебель… Все раздражало. Мы находились в воздухе уже больше восьми часов. Полет ужасно утомил меня.

Мой жених… Хотя, язык уже не поворачивался называть так Никиту, вился вокруг меня ужом. Мужчина пытался создать для меня иллюзию комфорта. Именно – иллюзию –так я думала, глядя в его улыбающееся лицо.

– Может, поешь, а, Вик? – он расстроенно вздохнул, причём, так искренне, что можно было даже ему поверить. – Так же нельзя! Посмотри, какая ты худенькая стала.

Я прикрыла глаза, стараясь успокоить своё дыхание. Нельзя срываться и устраивать истерики. Будет только хуже! Глядя на него сквозь длинные ресницы, ответила:

– Поем, обязательно! Но только тогда, когда ты меня отпустишь! – огрызнулась я, встречаясь с его голубыми глазами.

Меньшиков поморщился и устало провел по лицу ладонью. Казалось, я – маленький ребёнок, который утомил его своими капризами.

– Да пойми, Вик! Арман тебе навешал лапши на уши. Никто не причинит тебе вреда! – Никита сглотнул и эмоционально продолжил: – Понимаешь?! Никто! Я договорился с Кайратом! – нервничая, бывший жених спрятал руки в карманы и принялся метаться туда-сюда по салону самолёта.

Эти действия заставили меня поморщиться. В глазах начало мельтешить…

– Да, ему нужен твой бизнес! – выпалил он. Подскочив ко мне, блондин упал на колени. – Но ведь ни ты, ни я ничего в нем не смыслим! Он будет отстёгивать нам процент! Нам этого хватит, Вика! Хватит на все – на безбедное будущее, на жизнь в кайф! – словно уговаривая, старался он донести до меня какую-то «свою правду».

Я лишь устало перевела дыхание и отвернулась, глядя в иллюминатор. Порядком устав от его болтовни, пыталась отвлечься на что угодно, только бы не слышать голоса Никиты.

– Мы поженимся и переедем… Да в ту же Москву! – Меньшиков вновь вскочил на ноги и, сверкая глазами, добавил: – Хочешь?! Или в Питер!

Я смотрела на него и не понимала, как он мог раньше мне нравиться? Чем? В нем же нет ничего, что могла бы оценить девушка, которая уважает себя! Ни смелости, ни гордости…

– А почему ты решил, что кто-то имеет право распоряжаться моим наследством? – задав вопрос, я конвульсивно сжала пальцами кожаные подлокотники кресла.

Сволочи! Вся эта роскошь и вычурность куплена на кровавые деньги! Сколько же пострадало людей от их алчных бессовестных душ?!

– Ты стала какая-то другая, – задумчиво проговорил Никита. – Арман тебя обидел, скажи, Вика? Он тебя обидел? – Меньшиков нервно сглотнул. Его кадык опустился, а затем поднялся по его горлу.

Почти не соображая, я выплюнула, глядя ему в лицо:

– В отличие от тебя, он не насильник! И не обижал меня!

От повисшей тишины у меня на руках забегали мурашки, маленькие волоски встали дыбом. Боже! Почему я не держу язык за зубами?!

Черты лица бывшего жениха исказились, но далеко не от злобы, как я предполагала. Мужчина на глазах как будто стал меньше ростом. Жалкий слизняк – вот кто находился передо мной.

Чуть ли не плача, Никита просипел:

– Я… меня… я не хотел! Меня заставили!

Эти слова перевесили чашу моего терпения. Подскочив с кресла, я словно львица бросилась в атаку, будто хищник, почувствовавший более слабого соперника.

– Заставили? – кричала, нанося удары, куда попало, куда придется и не общая никакого внимания на боль в сжатых кулаках. – Мразь! Скотина!

Никита, перехватив мои запястья, несколько раз довольно-таки ощутимо встряхнул меня, от чего белокурые волосы водопадом заструились по моим плечам.

– Прекрати истерить! – он сделал шаг назад и, взъерошив волосы, добавил: – Если бы я начал возникать и не принял бы в этом участие – меня бы убили! Понимаешь? Убили, Вика!

Я, чеканя каждое слово, ответила сквозь зубы этому ничтожеству:

– Да?! А другой лучше бы сдох, чем… – и замолчала, показывая всем своим видом и выражением лица отвращение.

– Кто – другой? – вспыхнул, как спичка, Никита. – Арман?!

Блондин поджал губы, испытывающе глядя на меня.

– Ты до сих пор не понял, – устало проговорила я, подходя к дверям, что вели в спальню. – Любой человек! Нормальный человек никогда бы так не поступил, – переступив порог, я захлопнула за собой дверь.

Ничего не хотелось! Полное опустошение. У меня есть только одна надежда – это Арман. Он найдёт меня и вытащит из этого проклятого ада. Сердце лихорадочно забилось в ожидании. Я все еще ждала и верила в чудо. Ничего иного мне не оставалось…

***

Машина плавно двигалась по дороге, не смотря на то, что асфальт местами был в совсем плачевном состоянии. Водитель неспешно крутил руль, внимательно глядя по сторонам. В его ушах виднелись беспроводные едва заметные наушники, но я прекрасно понимала, что он слушает далеко не классическую музыку.

«Шестёрка», – презрительно подумала я о молодом человеке.

Сколько ему лет? На вид максимум двадцать-двадцать три. А все туда же! Прислужник бандитов. Мощный, как буйвол, с широченной шеей, которую я бы не обхватила и двумя руками. Сразу понятно, что это не просто водитель, но и охранник или как там говорит Меньшиков? Секьюрити! А по мне все это одно – синонимы! Продажные шкуры, убийцы и ворье!

Верхнюю губу покрыли мелкие бисеринки пота, ведь я прекрасно понимала, куда меня везут. В логово зверя. Хотя, нет. Скорее, змеи! Перед глазами всплыло одутловатое лицо Кайрата. Холодные, узкие глаза с хитрым прищуром…. Такой убьёт и глазом не моргнёт, а ведь я чувствовала это и раньше. Все мое существо с первой же встречи с ним кричало о том, что он такое. Этот человек (если он являлся таковым) представляет собой опасность. Смертельную Опасность.

Гадливость – вот что я чувствовала, думая о том, что скоро увижу это исчадие ада.

Я даже толком не понимала, от чего меня так тошнит – от дороги или от отвращения к человеку, к которому вынуждена ехать не по своей воле и желанию. Я глубоко вдохнула, стараясь успокоить бешеный ритм сердца и тут же вздрогнула, почувствовав, как плеча коснулись прохладные пальцы Меньшикова.

Блондин обеспокоено вглядывался в мое лицо. Должно быть, было видно, что я чувствую себя неважно.

– Вик, плохо? – он засуетился и, нажав на какую-то кнопку, достал из скрытого ранее от глаз бара бутылку со льдом. – Попьешь водички? Сразу легче станет! – предложил блондин.

Облизнув пересохшие губы, я отрицательно покачала головой. Не хотелось ничего говорить. Не хотелось слышать уговоры.

– Вик! Ну, что ты, как маленькая? – что-то в тоне Меньшикова заставило меня обратить на него внимание.

Желваки у бывшего жениха ходили ходуном, а на шее лихорадочно дергалась жилка пульса. Должно быть, он думал, что я, как раньше, буду заглядывать ему в рот и выполнять все поручения. А вот фиг! Устрою проблемы по максимуму. Хотя пока все оборачивается против меня. Словно в подтверждение моих мыслей, у меня громко заурчал живот.

Меня тут же прожег возмущённый взгляд Меньшикова.

– Как только мы приедем, ты поешь! И я не шучу, Виктория!

На ум пришла шальная мысль. Глядя в окно, я рассуждала, что будет, если я объявлю голодовку! Станет плохо – меня отвезут к врачу. Хотя… Я тут же отбросила прочь эту безумную мысль. Глупо, очень глупо думать, что мои враги так поступят. Какой врач?! Скорее, они сами меня добьют и прикопают вон там, под тем кедром.

Я посмотрела на большой двор, куда мы въехали на автомобиле.

Ветви большого кедра слегка колыхались от достаточно сильного ветра. Сирия оказалась не такой, как я думала. Сколько раз я слышала, что Дамаск самая древняя столица Мира и один из самых живописных арабских городов. Если верить легендам, именно здесь поселились изгнанные из рая Адам и Ева.

Вот и я, будто изгнанная из рая тёплых крепких объятий Армана, попала в самый настоящий ад, где верховный демон – это Кайрат.

Машина проехала через большие кованые ворота и остановилась напротив огромного особняка. Двухэтажное здание было выложено белым камнем, почти все окна украшены красивейшими фресками. Ну а что? У скольких таких, как я «Вик», это чудовище отжало наследство?! Мои глаза устремились в одно из окон. Я отчётливо увидела тень, но прежде, чем успела хоть что-то рассмотреть, штору задёрнули. Должно быть, чудовище вышло убедиться, что его пленницу доставили на место.

– Ничего не бойся! – голос Меншикова за моей спиной лишь раздражал, а не успокаивал, как наверняка он надеялся.

Войдя в дом, я поразилась его убранству. Мои родители были богаты. Вроде бы, я не должна была ничему удивляться, но все эти массивные картины в позолоченных рамах, мраморные полы и лестница из чёрного дерева… Мои родители никогда не шиковали и не «выпячивали» свой достаток так кричаще. Говорят, те, кто вылез из «грязи в князи», любят такую вычурность… Я буквально почувствовала, как по спине пошёл холодок. Оглянувшись, замерла под взглядом масляных, карих глаз.

Кайрат. Мужчина был одет в классический чёрный пиджак и брюки. Белая рубашка с синим тонким галстуком завершали образ сирийца. Его тонкие губы были искривлены в наглой и очень довольной улыбке.

– Какая прелесть! Виктория, я очень рад, что вы – моя гостья!

Его голос пустил озноб по всему телу. Волосы буквально чуть не встали дыбом. Тварь! Ещё и издевается! Гостья…

– Чтоб ты сдох! – после моих слов повисла страшная тишина.

Прочистив горло, Меньшиков задвинул меня за спину и сдавлено произнёс:

– Тяжелый перелёт, стресс и…

Кайрат ухмыльнулся и в успокаивающем жесте поднял ладонь.

– Все в порядке. Я был женат двадцать лет и знаю, что представляют собой женщины. Эмоции, гормоны… Взрывной коктейль! – он добродушно потёр ладони. – Для тебя, Виктория, подготовили чудесную комнату, достойную истинной принцессы! Прошу! – мужчина указал рукой в сторону лестницы.

Глядя на него с опаской, я даже не шевелилась.

– Там есть ванна, душ, чистая одежда, – словно змеей-искуситель перечислял мужчина все блага, что ждут меня. – Через полчаса тебе подадут вкуснейший ужин.

– Засунь его себе в за… – широкая ладонь Меньшикова накрыла губы, прежде чем я закончила слово.

Заискивающе улыбаясь Кайрату, он произнёс:

– Провожу гостью в ее комнату.

Как и я, Кайрат не шелохнулся. Он смотрел на меня долгим, немигающим взглядом, словно замершая в стойке кобра. Выждав какое-то время, произнес:

– Да, конечно! Отведи Викторию. Ей нужен отдых, – поправив галстук, мужчина спрятал руки в карманы. – У меня есть неотложные дела, поэтому извините меня, – с этими словами он развернулся и направился прочь.

Метая искры из глаз, я представляла, как бы затянула этот галстук со всей силы и подвесила этого ублюдка на его же роскошной люстре.

– Вик, шевелись! – слегка подтолкнул в спину бывший жених. – И давай уже без этих фокусов. Поверь, Кайрат не из тех, с кем можно так шутить.

Я лишь поджала губы, думая о том, что в данный момент мне ненавистен даже воздух, которым приходится дышать с этими тварями.