Глава 5

Лиза

Я следую за Анатолием к стойке, сердце колотится. Я жду, что он вот-вот поймёт, что я не Анна, и вышвырнет меня.

Но, похоже, я смогу провести ещё одну сессию завтра. Все, кажется, этого ждут. Я правда могла бы заставить его посмотреть ещё кусок фильма Инны.

Я говорила подругам, что, если он посмотрит достаточно, если узнает людей в здании, возможно, у него дрогнет сердце. Я всё ещё верю в это, несмотря ни на что.

И более того, я думаю, в нём есть доброта. Правда. Я почувствовала это в тот первый момент, когда мы присели на полу, в тот странный миг, когда жёсткость ушла из его глаз, и он аккуратно убрал мой телефон в нужный карман. Даже моя соседка Алиса не подумала бы об этом.

Это было… мило. Жест одного человека, который действительно видит другого.

— Всё в порядке? — спрашивает Анатолий, обходя стойку.

— Да, — отвечаю я.

Он стучит по клавишам.

— Хотите, чтобы на пропуске было имя Анна?

Я сглатываю. Пропуск? С фальшивым именем? Это кажется… слишком официальным. Но если есть шанс показать ему ещё видео завтра, я должна его использовать.

Я выпрямляюсь.

— Напишите на пропуске Элиза, — говорю я.

Я выбираю это, потому что оно рифмуется с Елизаветой. Кажется, так будет легче откликаться. И это меньше похоже на ложь.

Он поднимает телефон.

— Улыбнитесь.

— Что?

Он щёлкает фото, смотрит на него и смеётся. Его лицо смягчается, когда он смеётся. Мне нравится его озорная улыбка.

— Лучше переснимем. Вы выглядите, будто призрака увидели.

Я выдавливаю вежливую улыбку, и он делает новое фото. Кажется, этот его устраивает. Он возится с телефоном и суетится у стойки.

— Зачем фото? — спрашиваю я.

— Для пропуска. Для доступа. — Он копошится на другом конце.

Это абсурд — они правда думают, что я его наставница! Может, я смогу провести ещё одну сессию. Или две. Я сдерживаю улыбку, представляя, как ошарашены будут подруги, когда я расскажу, что не только попала в кабинет Агатова, но и заставила его посмотреть видео. И что завтра сделаю это снова. Они умрут от восторга.

— Как комната? — спрашивает Анатолий.

— Комната?

— Вы ещё не заселились?

— Э… нет, — отвечаю я.

— Мм, — хмыкает он.

— Три часа добиралась сюда утром, — говорю я, повторяя слова Анны.

— Понятно. Оставили сумки в охране?

Какие сумки? Я издаю неопределённый звук.

Он возвращается, размахивая картой.

— Надо дать ей остыть. — Он кладёт пропуск на стойку. — Пристегните их вместе. — Он возвращается к экрану. — Не то чтобы вам нужен был пропуск с командой из Казани, но вряд ли мы пробудем там все четыре недели. Я тоже еду. — Он улыбается мне. Я улыбаюсь в ответ. Что-то звякает, и он смотрит вниз. — Секунду. — Он что-то печатает и уходит на другой конец стойки.

Казань?

Что я делаю? Я не могу лететь в Казань с этими незнакомцами!

Но тут я вспоминаю, как Агатов изображал бульдозер, толкая вещи по столу ко мне. Будто это смешно. И я представляю подруг, которые ждут меня в здании, рассчитывая на меня.

И я думаю, каково это будет — стоять на 2-й Строительной, напротив продуктового магазинчика, и смотреть, как шар крана врезается в стену нашего любимого дома. Как бульдозер сгребает обломки. Смогу ли я простить себя, зная, что у меня был шанс найти в нём человечность, изменить его мнение, и я не воспользовалась?

У меня есть ещё отпускные дни. Много.

Смогу ли я это провернуть?

Но я уже знаю, что сделаю это. Мой пульс учащается. Это так безумно.

— Итак, о завтра, — начинаю я.

— Машину пришлём в два, — говорит Анатолий. — Позвоним, когда она будет в пути, и вы спуститесь в вестибюль. И вы слышали его про почтовый костюм.

— Вниз?

— Не этот вестибюль, в отеле «Рэдиссон». Зачем бы мы заставляли вас возвращаться сюда? — Он смотрит на меня с сомнением. — Всё в вашем пакете. Взлетаем около четырёх.

Меня осеняет плохая мысль.

— Погодите, мой билет… — На билете будет имя Анны. Меня не пустят без паспорта с таким же именем.

— О чём вы? — спрашивает он.

— Паспорт… и аэропорт…

— Это корпоративный джет, — говорит он. — Билет не нужен. Мы знаем, кто вы, верно?

— О, точно, — киваю я. — Точно.

— Вы вообще смотрели пакет? Маршрут?

— Простите, — говорю я.

Он вздыхает.

— Вам надо его прочитать. И быть на месте вовремя. — Он поднимает визитку Анны. — Мне использовать этот номер для связи?

— Нет, — отвечаю я. — Вот мой личный.

Он шлёпает визитку на стойку. Я зачёркиваю номер Анны, пишу свой и возвращаю.

— Не опаздывайте, — говорит он.

Я уверяю, что не буду, и бегу к лифту, нажимая кнопку вестибюля. Лифт останавливается на втором этаже.

Заходит Ольга.

Я сглатываю.

Она кивает мне. Я киваю в ответ. Мы обе смотрим на закрытую дверь. Я жду, что она что-то скажет, но… ничего.

Похоже, единственный человек в мире, который узнаёт меня в форме, — это Прохор Агатов, по какой-то странной причине.

Я достаю телефон и ищу адрес отеля. Мне придётся там зарегистрироваться, чтобы не вызвать подозрений. Потребуют ли паспорт?

К счастью, отель «Рэдиссон» недалеко от офиса Агатова. Это точно то место.

Я иду туда. Улыбчивый швейцар открывает дверь. Я лезу в карман за последними рублёвыми купюрами.

Он смотрит на меня с недоумением.

— А, — говорю я. Я в форме. Он думает, я на работе.

Вестибюль отеля невероятный — роскошно тихий в отличие от уличного шума, с фонтаном, шикарными коврами и люстрами, настоящий дворец.

Я подхожу к стойке.

Женщина наклоняет голову.

— Наш десятичасовой почтальон уже был.

— О, нет, я не за почтой. Я Анна Медведева. — Я внутренне морщусь, ненавидя себя за откровенную ложь, особенно в форме. Показываю бейдж и пропуск, которые сделал Анатолий.

— О, вы в одном из люксов «Агатова». — Она вручает мне пакет с двумя ключ-картами и рассказывает про бесплатный кофе в вестибюле с шести до десяти. Указывает на лифты.

Через несколько минут я валюсь боком на мягкую, как облако, кровать в своём новом номере. За окном — открыточный вид на Москву.

Я переворачиваюсь и начинаю изучать пакет, который дала администратор, но он только про отель, я почти уверена, что это не тот пакет, о котором говорил Анатолий.

Очевидно, без того пакета я не справлюсь, но как его достать? Я могла бы связаться с Анной, но не думаю, что она будет в восторге от того, что я делаю. Может, мне вообще не стоит этого делать?

Я хватаю телефон и звоню Алисе. Алиса всегда знает, что делать.

— Подружка! — визжит она. — Как всё прошло? Где ты?

— Ну, Алиса, я в своём номере в «Рэдиссон», — говорю я.

— Что ты делаешь в «Рэдиссон»?

— Забавная история… — Я рассказываю ей про случай с ошибочной идентичностью, про то, как показала Прохору видео, и про завтрашние планы поездки, в которые, похоже, включена я.

— Боже мой, Лиза. Что?!

— Знаю. О чём я вообще думаю? Я не могу лететь в Казань с этими незнакомцами! Что, если они позвонят в офис «МаксГрупп»? Мне надо убираться отсюда.

— Погоди, давай подумаем, — говорит она. — С чего бы им звонить в «МаксГрупп»?

— Не знаю! Я просто почтальон. Я ничего не знаю про мир наставничества по эмоциональному интеллекту.

— Просто ничего не делай пока. — Слышу голоса на фоне. Алиса с кем-то говорит. — …подумал, что она его наставник, и пошла на это! — Смех. История повторяется. — Да ладно! Лиза? — Шепот. Стук. История рассказывается снова. Ещё больше удивления.

— Простите? — Это Инна. Я слышу смех Киры. И Лиды.

Я стою у окна.

— Слушай, сиди на месте, — говорит Алиса. — Мы едем к тебе.

— Я уже чувствую себя беглым преступником, — говорю я.

— Мы всё обдумаем, — уверяет Алиса. — Вместе.