ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

– Вот тут – ванная, здесь – кухня, а тут – жилая комната, места, конечно, не так много, но как говорится – «в тесноте да не в обиде», – щебеча словно птичка, произнесла Лейла. Этим утром Амина со своими детьми приехала в Казань. Город встретил их мелким дождем. Теплым, бесконечно долгим. «Ничего, – подбадривала себя Амина, когда они ехали на машине, за рулем которой была встретившая их Лейла, – дождь – это хорошо. Во время дождя все молитвы принимаются». И она молилась. Всю дорогу до нового места жительства просила Господа о том, чтобы в их переезде было только благо. Место, куда они приехали после вокзала, представляло собой небольшой жилгородок. Новенькие пятиэтажки ровным рядом выстроились неподалеку от лесопарка. Поблизости виднелся супермаркет и несколько ярких строений. Из рассказов Лейлы Амина узнала, что это – детсад, школа и поликлиника. Как удобно! Амина тотчас нарисовала в голове картину, как младшие будут ходить в детсад, а старшие – в школу. Радовало, что на самой территории не было дорог, не считая магистрали, находящейся сбоку, за ограждением. Одни тропинки, всё для безопасности детей! Молодая женщина невольно вспомнила школу в селе. Её сыновья добирались до учебного заведения по обочине дороги. За все эти годы там так и не сделали дорожки для пешеходов. Каждый раз отправляя детей в школу, Амина с тревогой ожидала их возвращение. Впрочем, не все матери были такими сознательными, как она. Многие легко отпускали своих малышей гулять рядом с домом без присмотра. В их селе было привычной картиной, когда 2-летний карапуз ковылял по дороге. Но Амина считала это настоящим безрассудством и безответностью. Наверное, поэтому, когда она однажды обмолвилась об этом соседкам, на неё начали смотреть, как на сумасшедшую. – Амина, как тебе, нормально? – уточнила Лейла, своим вопросом возвращая молодую женщину в реальность. Амина, оторвав взор от высокого потолка, перевела его на Лейлу. Загорелое лицо куратора озаряла белозубая улыбка. Она выражала такую доброжелательность и тепло, будто они были знакомы с пеленок. Весь образ Лейлы – светлая одежда, непринужденность в общении и приятный тон голоса располагали к ней. – Здесь чудесно, – Амина робко улыбнулась в ответ, – а на сколько дают жилье? – Всем по-разному. Но учитывая, что у тебя пятеро детей, вы можете минимум жить здесь год. И напоминаю – первые полгода за коммуналку платить не нужно. Дальше, надеюсь, ты немного встанешь на ноги и сможешь делать это. Амина обвела комнату задумчивым взглядом. Светлые стены, новые обои. У стены – большой диван, напротив – детская кровать. Большой шкаф, куда поместятся все вещи. На окнах – красивые, тоже светлые шторы. – Ты если что-то нужно еще из мебели, скажи. Наверное, письменный стол понадобится, да? Эх, жаль больше диванов или кровати не было, – делая отметки в своем смартфоне, заметила Лейла. – Да, – Амина сглотнула. Желудок противно поднывал от голода. Так хотелось есть! – Тогда – сегодня обустраивайтесь, завтра начнем оформлять деток, а потом и тебя на работу! – с энтузиазмом заявила Лейла. Она завернула в коридор и начала обуваться. Белые носы её летних кедов идеально вписывались в её светлый образ. Лейла выглядела такой стильной, а еще полной сил и уверенности! Не то чтобы Амина позавидовала ей, просто молодая женщина задумалась – а сколько понадобится времени и усилий, чтобы стать хоть чуточку увереннее. – Лейла, спасибо, – робко улыбнулась она, когда та потянулась к дверной ручки. – Было бы за что, – Лейла одарила её сверкающей улыбкой – Я, правда, очень благодарна тебе, даже не знаю, как отблагодарить, – взволнованно начала Амина. – Ты знаешь, – Лейла по-доброму улыбнулась, – для меня самая лучшая награда – у Всевышнего. Я же ради Него делаю. Но, конечно же, еще я буду счастлива, если у тебя всё получится. – Мама! – голос одной из дочерей привлек внимание Амины. Та обернулась на малышку. Она стояла на пороге и голодными глазами смотрела на неё. – Мы кушать хотим, – робко добавила дочка. Ох! Амина ощутила укол вины. Она же забыла про еду! Пока ехали сюда, были мысли зайти в супермаркет, а потом просто вылетело из головы. И чем теперь их кормить? Придется топать в магазин, всем семейством. – Отсюда примерно сколько минут до магазина? – уже морально готовясь к первой вылазке из дома, уточнила Амина. – Быстрым шагом около десяти минут, но сегодня он может еще не понадобится. Я кое-что купила, лежит в холодильнике. На свой вкус, но надеюсь вы тоже такое едите. – Ура! Пельмени! – довольно крикнула малышка, а Амина… Амина не могла отыскать подходящих фраз для благодарности. Только глаза её – блестящие от слез, были красноречивее слов. …Дети были накормлены-помыты-уложены спать. Так как в комнате было всего два спальных места – большой диван для мальчишек и кровать для дочерей, Амина разместилась на кухонном диване. Благо её комплекция и его удобство позволяли это. Стояла ночь, а она всё никак не могла уснуть. Волнение, накатывая волнами, накрывало её душу. Амина ворочалась с боку на бок. Прислушивалась к шагам и голосам, изредка доносившимся из соседних квартир. Несколько раз вставала, чтобы проверить детей. Амина чувствовала усталость, но сон так и не шел к ней. Вдруг, лежащий на столе телефон, издал короткий звук. Молодая женщина потянулась к нему и, щурясь, посмотрела на экран. 23.55 Внизу сообщение. «После того, что ты сделала, не жди, что я буду помогать детям! Ты хотела развод?! Ты получила его! Кому ты будешь нужна?! Считай дни – скоро приползешь обратно! Кстати, можешь поздравить меня. Я скоро стану отцом.» Грудь Амины обожгло ядовитым жаром. Пальцы затряслись, и телефон с грохотом упал на стол. Нетрудно было догадаться, кому принадлежало это сообщение. Плечи Амины задрожали от беззвучных рыданий. Ощущая себя так, будто из неё высосали всю жизнь, она зарылась лицом в подушку и завыла. Амина боялась, до смерти боялась, что пожелания бывшего мужа сбудутся. А еще… Ей было очень больно, что Рания ждала ребенка. Нет, женщина не желала зла невинному малышу! Но ведь совсем недавно она сама ждала ребенка, и боль от его потери – Амина твердо знала об этом – навсегда осталась в её сердце. А что, если Алим оказался прав, и она была виновной в том, что её ребенок погиб? Отчаяние накатило на неё, сжало все нервы и мышцы. Не пошевелиться, не вздохнуть. Только сердце все еще боролось. Билось. Странно билось – то замедлялось, то спешило… Амине стало страшно. Это был уже другой страх. Она боялась, что умрет. Прямо сейчас. Иначе как объяснить её непонятное состояние? Скованность нарастала. Горло сжало так, что теперь Амина не могла даже сглотнуть. А вот сердце, оно, словно обезумевшее, беспощадно разрывало грудь. «Господи, – в отчаянии взмолилась израненная душа Амины, – не оставляй меня, не лишай меня жизни. Дай мне подняться, дай вырастить своих детей, дай мне быть счастливой, дай мне чувствовать, что Ты рядом!» В ту же секунду скованность спала. Амина задышала грудью, не веря своему счастью, начала медленно сжимать-разжимать пальцы рук. С ней все было хорошо, и сердце стучало поразительно размеренно, и больше ничего не прожигало грудь. Через мгновение её накрыло спокойствием. Словно воздушное, теплое одеяло, оно окутало Амину. С каждым новым вздохом это ощущение только усиливалось. Затем, к этому чувству добавилось еще одно, давно забытое. Имя ему было – безопасность. Возможно, странно, и кто-то скажет, невозможно, ведь Амина находилась далеко от родного дома, одна, ответственная за пятерых своих детей. Но именно это чувство было с ней, потому как в эти благословенные минуты женщина осознала, что Господь не оставит её.