Глава 14

Украшения, созданные мастером Рафиналисом, оказались просто божественными. В чёрной лакированной шкатулке на тёмной ткани сапфириты переливаются, словно драгоценные капли, в ажурном обрамлении из лепестков, будто сотканных из белоснежного золота. Засмотрелась на серьги, кольцо, затаила дыхание.

— Марл знает, как доставить женщинам удовольствие своей работой, — удовлетворённо произнёс ювелир. — Он знает, за что просит деньги.

— Красиво. Очень...

— Вам нравится, леди Евлина?

— Не ожидала, что будет настолько прекрасно.

— Лорд дракон, надеюсь, останется довольный моей работой.

— Даже не сомневайтесь, — отвечаю мастеру, расплачиваюсь и сбегаю быстрее к Вальду.

Иду по коридорам дворца, сжимая покрепче шкатулку. Представляю его взгляд! Сапфириты выигрышно играют от искусной огранки. Вальд знает толк в ювелирном мастерстве и оценит работу как надо. Такой подарок не стыдно подарить королеве, а уж как мама обрадуется!

Возле приоткрытой двери я останавливаюсь. В кабинете слышатся голоса. Один точно милорда, другой совсем незнакомый. Потихоньку приближаюсь к щели и вижу гостя. Вернее, не совсем гостя — он как живая картинка. Высокий, черноволосый, красивый. Похоже, один из драконов.

— У тебя было достаточно времени, — недовольно говорит он. — Ты всё обдумал?

— Как-то ещё не успел! — раздражённо отвечает Вальд. — Слишком надоедаешь визитами.

— От правды не спрячешься! Лирина от тебя понесла и родила прекрасного мальчика.

— Ну, ещё неизвестно чей это сын.

— Отчего же? Экспертиза доказала, что твой.

— Надо же. Лирине не повезло.

— Я — её брат и не позволю тебе насмехаться. Учти. Или ты признаешь ребёнка, дашь ему покровительство рода и часть наследства. Или...

Возникла пауза. Вальд ехидно спросил:

— Или?

— Обращусь в парламент. Тебя лишат имущества, права голоса. Станешь навечно изгоем.

— Напугал, — с ехидной усмешкой отвечает Вальд и добавляет: — Если закончил с угрозами, то убирайся! Ты мне надоел.

— У тебя семь лунных дней. Раниндарских.

Картинка гостя исчезла, оставив после себя лёгкую серебристую дымку. Я же...

Прижимаю шкатулку к груди, пытаясь справиться с дрожью. Предательски противная дрожь медленно захватывает кончики пальцев, ладони. От волнения ноги ватные, в горле комок. Вальд! Ах, Вальд! У него есть ребёнок от другой женщины?

Он бросил беременную, оставил дитя? Но лорд Сирисский не похож на безответственного наглеца-ловеласа. Он совсем не эгоист! И всё же... У него есть ребёнок, и это навсегда. Навряд ли «гость» лгал. Он был слишком возбуждён, недоволен.

Как бы Вальд ко мне не относился, как бы он не менялся с годами, у него была с другой женщиной связь. Была или есть? Встречались ли они в Раниндаре? То-то Вальд был сам на себя не похож. Взбудораженный, грубоватый и в то же время... голодный. И эта тоска в глазах за обедом. И настроение... Всё указывало на проблемы, и я это подсознательно знала.

А что мне делать теперь? Смогу ли я такого Вальда принять?

И вскрикиваю от неожиданности, когда передо мной распахиваются тяжёлые двери. Вальд уже на пороге, заслонил собой весь проход. Немигающий пристальный взгляд немного пугает. Лёгкий страх сковывает, но быстро растворяется, как только я беру власть над эмоциями.

Я-то при чём? Это прошлое Вальда и ему с ним разбираться. Так уж случилось, что я невольно узнала о происходящем, но в чём моя вина? В том, что оказалась не в том месте и в ненужное время? Хотя это ещё как сказать. Мне как раз повезло. Долго Вальд собирался скрывать от меня то, что у него есть ребёнок?

Распрямляю плечи, вскидывая подбородок. Теперь бы в себе разобраться, а заодно выяснить, кто такой Вальд Сирисский и можно ли ему доверять?

— Так-так, Евлина, — тихо произносит дракон, глядя на меня снизу вверх. — Ты подслушивала, да?

— Я вернулась от ювелира и пришла показать сапфириты. Дверь была приоткрыта.

Отпираться не стала. В конце концов, хочешь что-то утаить — закрывайся получше. Ещё хотела сказать, что мне жаль, а потом передумала. Ничего мне не жаль, скорее, я даже рада.

— Так покажи мне их, — с угрюмой усмешкой говорит Вальд и показывает на кресло. — Проходи, присаживайся. Давай, поговорим.

С высоко поднятой головой захожу в кабинет и ставлю шкатулку на стол. Открываю замочек, чтобы показать то, над чем так старался Марл. В очередной раз поразилась тонкой аккуратной работе. И всё же...

Раздосадованный вид дракона, разглядывающего подарок для мамы, мне совершенно не нравится. Неужели Вальд намеревался скрывать от меня прошлое, раз ему так неприятно?

— Ты не в настроении, Еви? Ведь украшения получились прекрасными!

— Украшения — да.

— Что тогда не так?

Мне немного не по себе от такого вопроса. Что он хочет услышать? Раньше Вальд был более чутким. Неужели его так изменила новость о сыне, что он вдруг очерствел?

— У вас есть ребёнок.

— Возможно. И что с того?

— Вам безразлична его судьба и судьба его матери?

— Его мать — редкостная легкомысленная драконица. Я же в ту ночь перебрал.

— Разве ребёнок виноват в том, что потом появился на свет?

— Евлина...

Мягкий голос Каменного дракона проникает в самое сердце. Вальд приближается, а потом и приобнимает легонько. Чуть наклоняется так, что я слышу его прерывистое дыхание, чувствую резкий, но приятный запах крепкой рекосты.

— Что тебе до ребёнка из другого мира? Зачем забиваешь головку мыслями о моём прошлом? Моё прошлое в прошлом. Забудь. Ты же важнее. Гораздо. Я выбираю тебя.

Он серьёзно сейчас? Чуть отстраняюсь, смотрю на Вальда так, будто его вижу впервые. А как же ответственность? А что если ребёнок страдает? Нуждается в отце, деньгах, воспитании?

Хочется освободиться из крепких объятий, что неосознанно делаю. Разочарование медленно заполняет, не оставляя шансов на радость. О, Небеса! Похоже, я снова ошиблась, позволив этому мужчине занять часть моей души. Как же больно, когда разбивается сердце...

— Евлина! Мне не нравится твой взгляд!

Волнение Вальда от меня не укрылось. Но что мне до него? Моя жизнь снова рушится на мелкие острые части.

— Ты о чём сейчас думаешь, милая?

— Кажется, я совершила ошибку, — говорю почти шёпотом и отступаю к двери.

Одно лишь желание. Я испытываю одно лишь желание. Надо бежать! Бежать вон из дворца! Правильно Вальд когда-то сказал, что все драконы — собственники и эгоисты. Заполучил игрушку, теперь пытается с ней играть. Ничем не отличается от Дамиана. Такой же, а, может, даже страшнее. Под маской друга так долго скрывался...

Заметив, что я отдаляюсь, Вальд вдруг рассмеялся. Его невесёлый смех наполнен горечью с долей злорадства. А, может, мне показалось? И там не циничность, а страх?

— Ошибку? — воскликнул он. — Ошибку совершил я! А теперь не знаю, как поступить. Я ещё не решил, — и с жаром продолжил: — Я не верю Лирине. Она могла и солгать, а результаты экспертизы подделать. Семья бедная. Они знают, чем разживутся, если я признаю мальчишку.

Его слова останавливают уже на пороге. Так хочется, чтобы происходящее оказалось неправдой! Но снова оказаться в иллюзиях я не хочу. Слишком хорошо помню, как это бывает. Давлю в себе эмоции, хотя уже хочется плакать. Держусь, изо всех сил держусь, чтобы казаться спокойной.

— Почему вы раньше мне не рассказали?

— Как ты себе представляешь? Привет, любимая. У меня, оказывается, давно есть ребёнок? Но я сам недавно узнал!

— Думала, вы мне доверяете...

— Доверяю. И боюсь потерять. Настолько, что хочется стиснуть тебя в объятьях, никуда не отпускать, быть всё время рядом. Жить тобой, дышать тобой, видеть твои глаза и улыбку...

Волнение дракона захватило и меня. Его слова, наполненные страстью и горечью, жгучий взгляд с зелёными, жёлтыми всполохами, решительность мучают, не отпускают. И всё же... Делать выводы рано. Только слышу, как сердце колотится, а что делать не знаю.

Когда руки Вальда касаются моих, вздрагиваю, но ладони не убираю. Я чувствую скованность, недоговорённость, тоску. Так вот что я ощущала недавно! Будто над нами, над нашими отношениями нависли грозовые тучи, тёмные, чёрные и очень-очень тяжёлые.

Казалось, радоваться бы и наслаждаться тем, что я любима, люблю, но, видать, не судьба.

— Евлина, девочка моя, — горячо шепчет мне Вальд. — Дай мне время. Прошу. Мне сейчас тяжело. Ты не представляешь насколько. Под ударом моя репутация, что-то надо решать, найти выход из этой проблемы. Я люблю тебя, слышишь? От всех готов отказаться, лишь бы тебя не терять. Я подумал... Может, ты против ребёнка? Он ведь от другой... Драконицы.

— Мне жаль, что вы так могли подумать обо мне, милорд, — сухо ему отвечаю. — Любовь способна прощать многое, равно как и принимать. Предательство, ложь, безответственность... Вот, что её убивает...

Грустно, если не сказать — горько. Внутри будто режет ножами.

— Мне нужна твоя поддержка. Разве я её не заслуживаю? Евлина, ответь?

Молча смотрю на дракона, пытаясь увидеть в нём благородство, великодушие, силу, что меня привлекла. А, может, это я малодушна? При первых трудностях готова Вальда предать, оставить, потому что он не идеал? Может, это я его принять не могу? Любой имеет право быть слабым. Даже дракон. Даже Вальд Каменный. Доверяю ли я ему? Сама же сейчас сказала, что любовь многое может принять. Ровным счётом ничего ещё не произошло, а Вальд от сына не отказался.

— Я останусь с вами и помогу, если нужно, — отвечаю уверенно.

Широченная улыбка, исполненная благодарности, счастья тут же вселяет надежду. Любой может растеряться в такой ситуации. Вальд притягивает меня к себе, пытаясь поцеловать, но я всё-таки уворачиваюсь. Носом утыкаюсь в плечо. На мгновение, чтобы почувствовать силу, вспомнить наши минуты, проведённые наедине.

— Через четыре дня праздник урожая начнётся...

— Хорошо. Повеселимся.

— Вы обещали отвезти меня к родителям.

— Раз обещал, отвезу, — ласково вторит мне Вальд. — Очень хочу познакомиться с ними и спросить, как у них получилась такая чудесная дочь.

Хмыкаю от недвусмысленного комплимента и зардеваюсь. Щёки огнём полыхают, но я не стесняюсь ни капельки. Уж такая, какая есть. Сдержанно отстраняюсь от Вальда.

— Мне надо идти, — говорю. — Кажется, нам нужно время. Мне нужно в себе разобраться.

Вальд кивает, а когда я уже на пороге вдруг просит:

— Ты не могла бы присмотреть за каменоломнями эти несколько дней? Намечаются крупные поставки, боюсь, за всем уследить не успею.

— Конечно.

Улыбнувшись Вальду, сбегаю за дверь. Уже в коридоре прикладываю руки к щекам, пытаясь их охладить. Хоть бы... Хоть бы все мои опасения оказались беспочвенными! Надеюсь, Вальд соберётся и сам поймёт, что с ним происходит, а потом всё разрешит. О, Небеса! Так не хочется вновь ошибиться!

Небольшая пауза в общении нам точно не помешает. Хорошо будет, если мы поедем вместе к родителям. У них больше жизненного опыта, они точно мне зла не желают, посмотрят на Вальда, оценят, всё скажут. А просьба о каменоломнях для меня сейчас просто подарок! Отвлекусь в работе, верну уверенность, обо всём не спеша поразмыслю.

Не откладывая на завтрашний день, вновь спешу к Рипа Жади. Управляющий точно должен знать, с кем заключены договора на поставки новой плитки, вытесанной из малахита. Новые залежи были обнаружены совсем недавно. Вальд предупреждал, что следующий пласт будет дорого стоить на рынке. А какой он красивый!

Я видела первые партии. Тонкая, как стекло с рисунком по контуру, полупрозрачная плитка пришлась по вкусу богатой знати. Отовсюду посыпались заказы, мощностей не хватало.

Осмотрев склады в сопровождении управляющего, приступила к расспросам.

— Кто наши заказчики?

— Заказали Горг Пятый, Велисетта Шестая, Лоиф Десятый, — будничным тоном перечисляет Жади очередь из королевских семей. — Вы не переживайте так, леди. Я сделаю всё, что потребуется. Первая партия уедет уже этой ночью.

— Об охране побеспокоились?

— А как вы думаете? — ощетинился Рипа.

— Предоплата получена?

— В полном размере. Вам казначей ещё не доложил? Взяли девяносто процентов.

— Транспортировка должна быть аккуратной. Плитка очень хрупка.

— Все новые фургоны с рессорами. Закрытые. Надёжные, — высокомерно перечисляет Жади.

Не обращаю внимание на его выпады. Надо быть выше таких людей, ситуаций. Перед нами задача, надо её выполнить, порадовать себя, Вальда.

— Завтра вечером пришлю гонца. Он отчитается. Привезёт вам накладные.

— А страховка? Груз застраховали?

— Конечно, леди. И груз застраховали.

Хорошо. Вроде всё учтено. Теперь можно и выдохнуть. Кивнула Фабию, чтобы развернул экипаж. Возвращаемся. Сажусь в карету и слышу:

— Леди Евлина, — с издёвкой в голосе обращается Рипа Жади, — скоро праздник. На каменоломнях ждут, что их здесь тоже порадуют.

Ох! Ну, конечно! Как я могла забыть? Укол совести неприятен, но с Вальдом встречаться не хочется. По крайней мере, не завтра. Мне очень нужна передышка.

— Поговорите с милордом об этом.

— Мяса бы, пива, рекосты.

— Поговорите с милордом.

Уезжаю с каменоломни с неприятным осадком в душе из-за снисходительной усмешки Жади. Он будто подтвердил им всё неприятное, что наговорил раньше.

Глупо было забыть о том, что здесь работают люди, не предусмотреть раньше в сметах. Ведь мы с леди Диан подумали о дворцовой прислуге, о страже, о работающих на рудниках!

Не верю, что все работяги надо мной насмехаются, следует быть выше слухов. А даже если и так — я лично не слышала и знать не знаю.

Во дворец я вернулась вечером в сопровождении магических шаров. В свете голубых сфер деревья, кустарники, ровная дорога в темноте превратились в волшебную аллею, согревая и убаюкивая. Почти уснула, но нашла в себе силы подняться в покои. В гостиной комнатке принюхалась. Сладкий, приятный аромат защекотал нос. Показался он мне чуть знакомым. Улыбнулась, прошла в спальню и плюхнулась на кровать. Спать-спать-спать! Глаза просто слипались.

Но проснулась я среди ночи от того, что стало трудно дышать. Приторно-сладкий, удушающий запах проникал повсюду, лез в нос, глаза, заставлял чесаться. Меня тошнило, кружилась голова. Не спрыгнула, а скорее свалилась с кровати, пробираясь к выходу из тёмной спальни, где столкнулась с удушающим ароматом цветов. Именно их и увидела на столике возле комода. Ярко-красные бутоны на изумрудных стеблях раскрылись в темноте и благоухали так, что хотелось провалиться сквозь землю.

Демирры!

Схватила вазу и вытащила её в коридор. Вернулась. И окон здесь нет! Живу я в неприступной скале. Запах, кажется, концентрировался возле меня, постепенно сжимая виски. Схватила накидку и выскочила из покоев, с твёрдым решением укрыться от навязчивого аромата в какой-нибудь из гостиных, но в ближайшей меня ждал новый кошмар. Снова цветы! И в следующей комнате тоже. Кожа чесалась, из глаз лились жгучие слёзы. Я закрыла тканью нос, рот и побежала в крыло для прислуги. Остановилась у дверей леди Диан.

— Кто там? — сонно послышалось.

— Мелисса! Это Евлина. Откройте.

Спустя пару секунд я зашла в комнату к леди.

— Небеса! На кого ты стала похожа? Что произошло?

— Цветы! Всё из-за цветов!

— Ох! — вскрикнула леди Диан. — Сиди здесь. Я скоро вернусь.

И уже через несколько десятков минут я пила какой-то горячий взвар, морщась от горького вкуса. Какие-то лесные травы и мёд. Точно мёд! Послевкусие сладкое, терпкое.

— Пей! Зелье снимет симптомы, — заботливо ворковала Мелисса. — Кто же мог подумать, что клеастры ты не переносишь? Кто знал?

— Откуда они?

— Милорд распорядился. Захотел тебя порадовать. Сказал, что хочет перед тобой извиниться. Приказал не жалеть золота и украсить дворец.

— Неожиданно.

— Да, — согласилась Мелисса. — Милорд был чем-то обеспокоен, спрашивал, куда ты уехала. Переживал, что назад не вернёшься. Сказал, что виноват. А в чём он виноват?

— Это не моя тайна, — тихо произнесла и взглянула на леди Диан. — Милорд сам всё расскажет, если захочет.

— Ну, хорошо. Смотрю, пятна стали бледнее. Ложись-ка, девочка спать. А я пока распоряжусь выкинуть цветы из дворца и хорошенько всё здесь проветрить.

С благодарностью улыбнулась Мелиссе, а затем свернулась калачиком. Тёплое покрывало показалось мягким, пушистым. Глаза слипались, волнами накатывала усталость и расслабляла.

— Вот и отлично, — услышала уже сквозь дремоту. — Тебе надо выспаться, девочка. А зелье подлечит.

Чувствуя себя в безопасности, я крепко без сновидений уснула. Утром взглянула в зеркало, и... зрелище впечатлило, заставив удручённо вздохнуть. Опухшие красные глаза и лицо, покрытое красными пятнами, выглядели просто кошмарно.

— Ну и вид, — говорю себе и качаю головой. — Ты, Ев-ев, просто «красавица». Глазки маленькие, зато губы — ого!

Сегодня снова ехать на каменоломни, общаться с людьми... А тут в зеркале... несуразность какая-то. Хоть накидку и вуаль цепляй, чтобы людей не пугать. Может, лечебный взвар снимет к обеду отёки?

Надев одно из платьев, предусмотрительно принесённых одной из служанок, я решила позавтракать. Спускаясь по лестнице, втайне надеялась, что меня никто не увидит, но, как назло, мне встретился Вальд. Он стоял на пролёте, как всегда безупречно одетый, и, будто нарочно, ждал, и, конечно, сначала поморщился. Быстро взял себя в руки, вгляделся обеспокоенно, подался вперёд.

— Евлина! Что произошло?

— Цветы. Всего лишь цветы, — ответила очень спокойно. — Реакция на аромат.

— Демирры! Так хотел тебя порадовать утром!

Разочарованный с горечью взгляд, виноватая улыбка на лице не оставили меня равнодушной. Откуда было Вальду знать, что у меня непереносимость клеастр? Я сама не знала, что проблема от них. В прошлый раз, когда заболела голова и случилась беда, в моей комнате были не только клеастры, но и розы, канели.

— В моей спальне есть окна. Почему ты не пришла сразу ко мне?

— Не хотела вас беспокоить.

— Непростительно, что тебе навредил. Чем я могу загладить вину?

— Больше не дарить эти цветы, — улыбнулась в ответ под пытливым взглядом дракона. — Если позволите, я хотела позавтракать. Вчера поздно вернулась, осталась без ужина.

— Конечно, любимая, — согласился Вальд и посторонился. — Как съездила на каменоломни?

— Всё хорошо. Груз должны были отправить ночью. Рипа Жади вечером пришлёт гонца.

— Прекрасно! Не буду тебя задерживать, Лина.

Вальд кивнул и ушёл, предоставив мне больше свободы. После завтрака я вернулась к бухгалтерским томам, чтобы проверить балансы, и умудрилась просидеть с ними дольше, чем запланировала утром.

Что-то было не так. Совсем не так, как неделю назад. Спустя несколько часов я нашла ошибки там, где их не должно было быть. Кто-то весьма аккуратно подправил часть цифр, создав жуткий беспорядок. Доходы в последней книге... Они сократились, зато резко выросли затраты, превратив бухгалтерию Вальда в набор бесполезных чисел и лжи. Пришлось перерыть счета и закупки, провести новую сверку.

Как только всё вернулось к порядку, а на руках появились доказательства, отправилась к казначею. Лис сидел в кабинете, что-то упорно считал и казался крайне задумчивым.

— Освальд!

Захожу в комнатку и протягиваю Лису бумаги.

— Как это всё понимать? Решили, что Вам сойдёт с рук?

— Что сойдёт с рук, миледи?

Лис прищурился, а потом погрузился в работу. Спустя несколько долгих минут ожидания Освальд стал покрываться пятнами. Они поползли по шее, лицу. Сомнения, непонимание заставили меня усомниться в том, что это Лис виноват. Он словно всё видел впервые.

— Не было спешки. Может быть, Крис? Но, позвольте, Крис был в деревне вчера. И позавчера. Я отправил его с поручением... Нет. Этого не может быть! Госпожа... Не понимаю.

— Серьёзно?

Задаю вопрос, но сознаю, что Освальд ошарашен не меньше меня. Я разобралась с ошибками, но на каменоломни, увы, не попала. Близится вечер. Ещё чуть-чуть и станет темнеть. Опять провести время в дороге? В животе чуть заурчало. Ещё и пообедать забыла!А ещё вот-вот должен приехать гонец! В какой-то момент поняла, что устала и перенервничала за день и не готова дела продолжать.

— Мне пока нечего Вам ответить, миледи...

Освальд пожал плечами и улыбнулся устало. Ну что ж... Придётся сообщить Вальду. Развернулась, чтобы уйти, но не успела. На пороге появился гонец. Его сразу узнала по дорожной одежде, покрытой грязью и пылью.

— Леди Евлина! Наконец-то я вас нашёл. У меня для вас сообщение!

Оглянулась на Лиса.

— Говорите же.

— Груз. Отправленный ночью. До короля не дошёл. Его кто-то испортил.

— Что? Как такое могло случиться?

— Фургоны остановились, чтобы сменить лошадей, отдохнуть в придорожном трактире. Вернулись, продолжили следование к заказчику, но у короля нас поджидал неприятный сюрприз.

— Говорите же!

— Вся плитка переломалась. Как это произошло — непонятно.

— Где была стража в ту ночь, когда остановились фургоны?

— На месте, — ответил гонец и потупил глаза. — Они охраняли груз.

Глядя на молодого мальчишку, которому на вид не больше семнадцати, стало понятно, что он, как минимум, что-то недоговаривает. Но делать выводы рано, в моей голове роились вопросы. Их следовало дозадать.

— Как вас зовут?

— Лимар Венье, к вашим услугам.

— Вы сопровождали груз?

— Да. Я был в числе кураторов.

— Говорите, стража всё время была на месте?

— Ну... — немного замялся Венье. — Они ужинали в трактире по очереди. Часть охраняла фургоны.

— Плитку нельзя бесшумно переломать, — терпеливо пояснила я, — они должны были слышать шум, что-то подозрительное. Тем более ночью!

— Они... говорят, было тихо. Говорят, ничего не слышали и не видели...

— Страховщиков вызвали на место происшествия?

— Ещё нет. Мне сказал мастер Жади, сначала доложить вам, как главной.

Усмехнулась в ответ на последнюю фразу. Ай да, молодец Рипа Жади! Неудивительно, почему он до сих пор управляющий. Но отставлю эмоции в сторону. О происшествии доложили. Чудесно. Определённо, имело место диверсия. Кто-то намеренно хотел навредить Вальду, потому всё провернул. Но где найти инициатора? Кому это нужно? Где соучастники? Хоть какие-нибудь следы?

— Следователей тоже не вызвали?

— Нет. При мне никто их не вызывал.

Любой страховщик, задав несколько верных вопросов, сделает вывод о том, что раз стража не услышала шум, и не было драки, на груз никто не покушался. Может, охранники спали, а фургонщики везли плитку неаккуратно. Чтобы не платить деньги, будут искать любой повод обвинить в халатности нас. Если у них это получится, никто страховку не выплатит.

Но если Лимар не лжёт? Если товар везли аккуратно, охрана бдительно стерегла фургоны, но плитка вся переломалась? Тогда не обошлось без магии. Но как это вообще доказать? Кто сможет определить её использование, кроме самих драконов?

На рынках продаётся множество магических товаров, но люди не способны определить следы волшебства.

Придётся идти к Вальду и всё ему рассказать. И это после его просьбы о помощи. Желудок снова напомнил о себе голодным мучительным позывом.

— Идите, Венье. Скажите Фабию, пусть запрягает карету и ждите.

Оглянулась на Лиса, он же торжествующе улыбнулся. Похоже, я ему тоже не нравлюсь.

— Радуетесь? — просто спросила.

— Как можно, леди? Как можно?

Казначей беспомощно всплеснул руками, придав лицу горестное выражение, но потом опять улыбнулся и добавил:

— Но что-то явно пошло не так?

Ничего ему не ответила, развернулась и вышла из комнаты. Демирры! Проблемы сыпались как из ковша изобилия одна за другой. Но... Нельзя потакать эмоциям, хотя хочется плакать и психовать. Я должна собраться и... нормально поесть. Еда придаст бодрости, сил. Буду себя чувствовать лучше, тем более впереди, возможно, длинная ночь.

Вальда нашла в оружейной. Комната, в которой собирались подарки из мечей, клинков и прочих смертоносных изделий из разных миров, выглядела холодной и мрачной. Здесь бывать я не любила, старательно обходя её стороной.

— Хорошо, что я вас нашла, — говорю, пытливо наблюдая за Вальдом. — У меня не очень хорошие новости.

— Неплохая коллекция, да? — вместо ожидаемого интереса произнёс он и развернулся.

Широкоплечий и статный он чуть прищурился и широко улыбнулся. Рад встрече, в хорошем настроении, а мне придётся сейчас всё испортить. Ах, как жаль! Но, делать нечего, иначе зачем пришла?

— Ты выглядишь гораздо лучше, чем утром!

— Помогает взвар. Он снял красноту и отёки.

— Так с чем ты пришла? Что за нехорошие новости?

— Груз с каменоломни оказался испорчен по дороге к заказчику. Обнаружили уже у короля. Фургоны останавливались ночью один раз в придорожном трактире. Охрана ничего не видела и не слышала. Скорей всего, порча груза произошла с помощью магии. Но я никак не смогу это без вас доказать. Страховщики... Они откажутся выплачивать компенсацию. И я не знаю, кому это нужно было, — развожу руками, — вам так вредить.

Вальд внимательно слушает, но по его лицу нельзя что-то понять. Беспристрастный, немного задумчивый дракон пристально смотрит на меня, вводя в растерянность. Ему всё равно, что случилось? Не хочет меня беспокоить?

— Нам грозит штраф?

— Да, — с горечью поясняю. — В договоре есть пункты о штрафе.

— Транспортировка других партий товара срывается?

— К сожалению, будут задержки.

— Моя деловая репутация, — чуть раздражённо говорит Вальд. — Она будет подорвана.

— Будем делать всё, чтобы этого не случилось.

— Ты виновата, Евлина. Я попросил тебя присмотреть за моими делами. И что же получается? В бухгалтерских томах беспорядок. Груз не пришёл к королю. Товар просто оказался испорчен! Ты понимаешь это, любимая? — Вальд чуть повысил голос.

Крайне недовольный дракон действовал на меня угнетающе. В душе разлилась тяжесть. Любимая... Это слово прозвучало пощёчиной, обжигая хлёстким ударом.

Вальд ещё и про бухгалтерию откуда-то выяснил. Неужели Лис пришёл с повинной и всё ему рассказал, чтобы избежать наказания? Опередил меня, пока я утоляла свой голод. Неудивительно, что Освальд не понравился мне ещё с первого взгляда. Но... Откуда я знаю, что казначей был у Вальда? Снова домыслы? Они рождают иллюзии и ни к ему хорошему не приведут.

— Моей вины нет, — твёрдо отвечаю дракону. — Вчера я сделала всё, что от меня зависело. Карета уже готова. Поеду на место, где всё произошло вместе с Фабием и Жади. Мы выясним, что случилось. Вызовем следствие, будем разбираться, искать доказательства. Не буду терять время, если позволите.

Разворачиваюсь, чтобы уйти, но останавливаюсь от оклика.

— Евлина, постой! Как же ты проверишь, что магии не было?

Вальд слишком быстро оказался за моей спиной, обхватил руками предплечья, сжал их так крепко, что пришлось показать недовольство. Поморщилась, пытаясь сбросить оковы, но не получилось. Он ослабил давление, но не отошёл.

— Кажется, я начинаю уставать от плохих новостей, — произнёс он. — Ты, похоже, права. Кто-то хочет мне, нам навредить...

Его объяснения... Они не слишком отозвались в моём сердце. Нужно решать проблемы, а не впадать в беспокойство, срываясь на близких людях.

— Если мы не докажем диверсию, вам грозят убытки. Большие убытки, Вальд.

— Поезжай пока с Фабием, — отвечает Вальд тихо. — Я вас догоню. И сам проверю пространство на наличие магии. Время ещё позволяет.

Кивнула, почувствовав на шее касание мужских губ, закрыла глаза. Несмотря на то, что Вальд вернул самообладание, стал мягок и ласков, осадок от разговора остался. Но почему? Что было не так? Я пока не понимала.

Вернулась в покои за меховой накидкой, а спустя короткое время карета отъехала от дворца. Предстояло многое выяснить. Прислонилась головой к стенке кареты, закрыла глаза. Нельзя не видеть то, что вокруг нас происходит что-то ужасное. Моя реальность менялась, и я уже не знала, что будет лучше — остаться во дворце Каменного или вернуться домой. Пожалуй, теперь я больше хотела к родителям...