Глава 23
И я забрала!
Ни минуты не думая, летящая на крыльях эмоций…
Подписали все необходимые документы, добровольный отказ от дальнейшего лечения в стационаре, конечно, с разрешения лечащего врача. Павел Дмитриевич не был настроен категорично, две недели личного ада он посчитал достаточным наказанием для моего Зверя.
Тем более, что на нем все заживало «как на собаке»!
Конечно, немалую роль сыграли финансовые возможности, потому, что Саша мог себе позволить лечиться дома, с приходящими и уходящими врачами и дежурившей там, пусть даже неотступно, медсестрой. Желающих нашлось мало, что несказанно меня развеселило…
Наше возвращение было незаметным. Мы решили не поднимать шумиху, а прокравшись к себе, насладиться уютом пустой квартиры. Тем более, что все эти перемещения давались Саше с большим трудом. Он молчал, но я-то видела, как ему тяжело долго находиться на ногах, да и наш «марафон», явно, не прибавил ему прыти.
Тело ослабло. Поэтому, когда мы добрались до спальни – он рухнул на кровать, как подкошенный! Я заметила неестественную бледность лица, испарину на лбу и над верхней губой, выдающую его усталость, но видела широкую, открытую улыбку, искорки удовольствия в глазах любимого, этим успокаивая и оправдывая себя.
Дома и стены помогают!
Он заражал меня своим настроением, как ребенок, радуясь нашему неожиданному побегу. Впервые за долгое время успокоившись, зная точное местоположение друг друга и отключив все раздражающие телефоны, мы остались одни. Окруженные тишиной и уютом квартиры, молча, наслаждались новым поворотом судьбы, который, в этот раз, совершенно точно огорошил нас свалившимся на плечи безграничным счастьем. Вот теперь мы оба видели жизненную прямую, которая больше никуда не свернет…
Заслужив это, выжив в дичайших условиях, но не потеряв надежды!
Он бы не отдал меня никому!
А я бы не отдала его смерти!
Жадные друг до друга, перенасыщенные навязанными играми и хитросплетениями, мы наслаждались тишиной, боясь растревожить ее, вновь проверив ту на хрупкость…
Смотрю в его глаза, наслаждаясь льдисто-голубыми озерами благодарности в них. Как редко он балует меня покоем! В основном черные, когда вся синева радужки закрыта, расширившимся от плещущих темных эмоций, зрачком. Но и тогда не менее любимые! Я научилась принимать и желать его в любой ипостаси.
– Маленькая, только не уходи! Не сейчас!
Я знаю, что ему нужен покой, но видя его замешательство, понимаю, что пока меня нет рядом – не будет и спокойного, исцеляющего сна, который необходим сейчас, в первую очередь, и не только ему. Он нужен нам обоим. Нет, теперь троим…
Поэтому подхожу к окну, приоткрывая его, и в комнату врывается первый порыв ветра, подхватывая радостные шторы… Ложусь на кровать, рядом, прямо в одежде, обнимая руками его голову, бережно целую в висок и он, от усталости, наконец, прикрывает глаза.
– Спи… А я расскажу тебе про дождь, что сейчас собирается накрыть город. Первый осенний дождь! Еще теплый, со своим незабываемым ароматом, который ощутим не только в воздухе, но и на каждом листе или камне, на нагретом ускользающим, но еще теплым солнечным светом, за день, асфальте. Каждая капля, стекающая по деревьям или же падающая с неба, просто благоухает, словно миллиарды сверкающих кристаллов, подаренных нам природой. Только сейчас я поняла, что рецепт счастья очень прост: нужен всего лишь новый город, в который меня полгода назад забросила судьба, мечта, осенний дождь за окном и имбирный чай…
– А мужчина?
– А это и есть – мечта! Спи!
***
Утро было поистине волшебным!
Может быть кто-то своей благословенной рукой сыпанул в наш дом бисер благополучия, а может, на фоне бушующих гормонов, я стала ценить каждый интимный момент, подаренный нам свыше.
Квартира дышала жизнью! С утра, в открытое окно спальни залетел аромат прелых листьев после ночного дождя, и я улыбнулась…
Откуда в мегаполисе, рукотворно созданном, закованном, словно в броню из литого бетона и стекла – столько природных, а главное, гармоничных, целостных и вполне логичных, характерных временам года запахов?!
Потянулась, сонно улыбнувшись и почувствовала еще один – тонким шлейфом раздражающий, не родной, совсем чужой… запах гари в нашей квартире…
Сбежав вниз, ошалела от увиденного: на кухне, весь окутанный дымом и паром – занятый делом, не обращая на меня внимания, хозяйничал мой мужчина…
Мечта? Да, совершенно точно!
Безусловно, сковородка, которую он держал цветастой прихваткой, ему абсолютно не шла! Я привыкла его видеть идеальным: собранным, аккуратным, с иголочки одетым, но не до щемящего чувства тоски – домашним. Подойдя, стараясь не нарушить его сосредоточенную направленность, с которой он что-то творил, присела на барный стул, заняв место напротив, прямо в первом ряду…
Вот где говорят: дым коромыслом!
Придерживая над плитой сковороду одной рукой, второй, что-то пытался лихорадочно помешивать, примешивать, подсыпать, тут же просматривая последовательность действий, сверяясь с ними в своем планшетнике… третьей рукой, хотя, конечно, мне это показалось, потому, что суета была страшная, и у него, явно, все шло не по задуманному им плану.
Комичность ситуации и его хаотичных движений вызывали у меня приступ хохота, но я держалась, прикрыв рот ладонью, следила за действиями любимого, похожего сейчас на ученика волшебника или повара.
В сковородке что-то шкворчало, дымилось и совершенно точно – горело! Запах гари стоял столбом!
Не удержавшись, засмеялась, а он, резко развернувшись, уронил на плиту сковороду с нашим завтраком…
– Что ты делаешь? – уже в голос хохотала я.
– Пытаюсь накормить тебя пастой! – сосредоточенно схватив ручку посудины для жарки и подняв ее вновь, начал Саша. – Ты испортила весь сюрприз!
– Да, это совершенно точно, будет сюрпризом, только для бабы Маши, когда она увидит удручающее состояние кухни! – смеялась я.
– Я уберу, – улыбался он, глядя на меня.
– Вряд ли, – засомневалась я, кивком головы, показывая ему на брызги неопределенного вида субстанции, украшающие потолок. – Надеюсь – это вкусно, потому что я страшно голодна!
– Это «Карбонара», по крайней мере так написано в рецепте!
– Оказывается, кроме бутербродов, – продолжила я, поднимаясь и подходя к нему, обнимая его за талию, – ты совершенно не умеешь готовить!
Поцеловав в спину, между лопаток, почувствовала его глубокий вдох, понимая, насколько мы чувствуем друг друга…
– Может быть, у меня получится имбирный чай?
– Не сомневаюсь в этом, – улыбалась я, потому что была безгранично одарена выпавшим нам счастьем.
Видя, как он, сдавшись, счищает горелое со сковородки, присела на свое место и взглядом наткнулась на, переданную мне Сергеем, бархатную коробочку с кольцом…
Она стояла все тут же, привычно-сиротливо на своем месте, в ожидании… действий. Меня очень смутило, что Саша не обращал на нее внимания, полностью игнорируя ее, казалось, даже не замечая.
Конечно, я ждала от него реакции, учитывая его вспыльчивость и внимание к деталям, он наверняка, видел, что я не приняла кольца. Но он молчал, его зверь, занятый готовкой, видимо, тоже, что крайне меня удивляло, если не сказать больше.
Я была поражена его бездействием!
Значит, передумал…
Резануло по сердцу, хлестко, заставляя меня внутренне содрогнуться.
Но я думала и о нем! Что почувствовал он, когда увидел мой отказ?
Я не могу этого знать, равно, как и он не догадывается о моем секрете, что я утаила от него….
Ребенок. Наш ребенок.
Я никак не могла подобрать слов, чтобы объяснить ему, рассказать, понимая, что семейная жизнь, к которой он совсем не готов, уже наступает ему на пятки…
Малыш совсем не вписывается в его, полную опасностей и приключений жизнь. Как и я ей не подходила!
Я прочувствовала это несоответствие на своей шкуре, захлебываясь болью, поэтому не хотела такой судьбы нашему малышу. Риск и дети – абсолютно несовместимы. Понимание накрыло меня, словно лавиной, обрушившись так неожиданно, что казалось, я смогла почувствовать биение сердечка своего ребенка. Он тоже обеспокоился, как и я, поддавшись и наглотавшись моего волнения сверх меры.
Следя за передвижениями Саши по кухне, обращая внимание на забытое нами кольцо, я едва дышала…
Теперь я стала ответственна не только за себя, поэтому не имела права принимать решения под наплывом эмоций. И дело было не только в браке. Проблема резонировала глубже – мог ли Саша изменить свою жизнь, впустив в нее нас?!
– Маленькая, расстроилась из-за пасты?
– Нет, что ты?! – я протянула руку, накрыв его ладонь, пододвигающую ко мне чашку травяного чая, своей.
– Ничего не хочешь мне сказать? – настаивал он.
– Нет, все в порядке, – решительно подытожила я, считая, что сейчас не время для таких разговоров.
– Помнишь, вчера ты рассказывала мне про дождь?
– Ты тоже это помнишь?
– Конечно! Поэтому у меня к тебе есть предложение…
– И оно как- то связано со вчерашней погодой, – перебила я.
– Напрямую!
***
Мы ехали за город.
По моим ощущениям, в сторону загородного поселка, где проживал Сергей, но я могла ошибаться до сих пор плохо ориентируясь в городе.
Олег за рулем, я – на коленях у Саши, занимая место на заднем сидении комфортного «Cadilac Escalade». Черный монстр летел вперед, умелой рукой управляемый водителем. Я, склонившись на сашино плечо, вычерчивала только мне знакомые узоры у него на груди, обводя дорогущие пуговицы рубашки пальчиком. Он – мой Зверь – рассматривал что-то за окном, считывая образы в мелькающих на обочине деревьях. Мне всегда нравилось, что мы могли молчать друг с другом, не нарушая пространство друг друга, но находясь рядом, тактильно касаясь. Одной рукой придерживая меня за талию, вторую, случайно, положил на мой живот…
А случайно ли?!
– Шеф, подъезжаем… – нарушил наше молчание Олег.
– Останови. Где-нибудь здесь.
Саша помог мне выйти из машины, заботливо накинув мне на плечи свою куртку.
Взяв меня за руку, сделал первый шаг, и мы двинулись, только вдвоем, по заросшей подъездной аллее, широкой, обособленной, фактурно обрамленной высокими, заботливой рукой, высаженными вдоль нее вязами…
Вяз осенью поражает своим буйством цвета! После вчерашнего ночного дождя, листья, влекли своей чистотой и прелым запахом. Желтые, золотые, красные, переходящие в багровые, они усыпали собой не только кроны, но и сбитые каплями, лежали плотным ковром под ногами…
Я шла, млея от подарка природы!
Подкидывая листья ногами, приплясывая от нетерпения рядом с Сашей, поглядывая на бирюзовое небо, сравнивая его с глазами любимого, но не находя ничего общего, поражаясь количеством оттенков в родных глазах. Голубое серебро, синь, ультрамарин с заходящими на него темно-серыми тучами – озабоченности. Глаза – зеркало души! Все так и есть…
Идя, стала замечать уличные фонари, которые так гармонично вписывались в ландшафтный дизайн, спрятанные между высаженными деревьями. Классические, высокие, черной сталью сливаясь с мокрыми стволами вязов-исполинов. Мощеная дорожка, просвечивающая сквозь прорези желтых листьев вела дальше, вглубь частного парка, и я поражалась его буйству. Пусть не ухоженные, дико растущие, но охочие до рук опытных садовников, деревья были подобраны великолепно. Я это видела, потому что даже осенью они цвели – горели разным цветом своих крон.
Саша молчал, вглядываясь и ловя эмоции на моем лице. Ведя меня за руку, поглаживал кисть пальцами, прикосновениями пытаясь успокоить мое не проходящее возбуждение от увиденного или тактильно делясь со мной своими ощущениями.
– Красиво! – вырвалось у меня, вместе с облачком теплого пара-восхищения.
Саша лишь улыбнулся, продолжая настойчиво тянуть меня дальше…
Кроны расступаются, как огромные портьеры природы, открывая моему взгляду дом. Совсем не большой, в классическом стиле, с высоченными белыми колоннами, поддерживающими крышу и опоясывая собой большую приглашающую террасу, встречающую и манящую. И мы с ним – гости этого сказочного мира! Одни!
Я слышу голоса птиц, перекликающих друг друга, зовущие трели живых звоночков…
– Мечта! – выдыхаю я, наслаждаясь тишиной, окружившей нас. – Чей это?
– Наш… Я хочу, чтобы ты всегда рассказывала мне о погоде!