Глава 7

— Что значит, негде? — в голосе Захара слышится неподдельное удивление, или это мне только кажется, однако вся эта ситуация почему-то забавляет.

По идее, мне следует расстроиться, потому что сегодняшнюю ночь я не знаю, где проведу, но присутствие парня рядом вселяет оптимизм. Ведь он точно что-нибудь придумает и не даст мне замерзнуть в холодном подъезде. Или на лавочке с бомжами. От одной этой мысли прыскаю со смеха и не могу остановиться.

— Я забыла ключи дома, — продолжаю громко и заливисто смеяться, представляя себя лежащей на скамейке рядом с грязным мужиком и не менее грязной торбой.

— А как же Голубева? — Захар не разделяет моего веселья.

— У нее корпоратив, — поворачиваюсь к парню лицом и развожу руками. — В лучшем случае припрется рано утром. Хотя может и в обед появиться — кто знает, как долго народ будет веселиться.

— Далеко? — интересуется Захар, а я не совсем понимаю, что он от меня сейчас хочет. — Ну, где корпоратив проходит? — уточняет, периодически бросая взгляды в мою сторону.

— Где-то за городом, — машу безразлично рукой и откидываюсь на спинку кресла. — Ей звонить сейчас бесполезно, она все равно трубку не возьмет. Придется мне ночевать под дверью, — тяжело вздыхаю с протяжным стоном.

— Чего? — как-то уж очень резко вырывается у моего спутника.

— Ну не на лавочке же, — снова развожу руками в разные стороны.

Тоже мне, удумал — не хочу я спать с бомжами. Лучше тогда вообще сегодня не ложиться, а, к примеру, покататься по ночному городу до утра. Или погулять в парке, если сил хватит ногами передвигать, которые, почему-то, становятся ватными и никак не желают меня слушаться.

— Так, стоп! — прикрикивает Захар, когда автомобиль останавливается. — Какой подъезд, какая лавочка? Ты чего удумала, Настя?

— Я не хочу спать на скамейке с бомжами, — смотрю пристально на Захара, а он в ответ лишь закатывает глаза.

— Господи, когда ты успела перебрать-то! — удручённо мотает головой, а я лишь улыбаюсь. Глупо и счастливо одновременно, потому что настроение зашкаливает, а эмоции рвутся наружу. — Так, всё, поехали, — командует мой спутник тоном, не терпящим возражений. — Никаких лавочек и подъездов, — отрезает, вызывая у меня удивление.

— А где мне ночевать, по-твоему? — я округляю в ответ глаза, но так и не могу сфокусировать взгляд на одной точке.

Точнее, на лице Захара, но все равно не могу.

— У меня, — довольно резко отвечает парень, а я лишь поднимаю одну бровь.

— Да? — смотрю на него какое-то время, понимая, что этот вариант мне почему-то не пришел в голову. — Точно, можно же у тебя. А я и забыла, что у тебя своя квартира.

— Помолчи, ради Бога, — фыркает мой спутник, отворачивается и давит на газ.

Надо же, какой грубиян, но я ему об этом пока не скажу. А то еще передумает и не выделит мне диван в личное пользование, заставив спать на полу. И ванной не позволит своей воспользоваться. Боже, какая чушь лезет мне в голову. Никогда себя так глупо не вела и не несла подобной ерунды. Это во всем шампанское виновато — вот кто главный злодей сегодняшнего вечера! Но надо как-то взять себя в руки и больше с Захаром не пререкаться, а то он злится и нервничает — еще обидится, а я ведь его даже толком не поблагодарила за самый лучший день рождения в моей жизни.

Все, лучше помолчу от греха подальше, а то опять ляпну какую-нибудь ерунду, а парень снова будет фыркать и ворчать в ответ. Ему ведь еще надо меня в целости и сохранности домой к себе доставить. Кстати, давно я не была у него в гостях.

А интересно, он сменил квартиру или нет?

*******

— У тебя новый ремонт, — произношу, заходя в огромный зал. — Светлые обои мне нравятся больше.

Квартира все та же, только теперь выглядит немного по-другому. Просторнее, что ли, и намного светлее, чем раньше.

— Мне тоже, — усмехается Захар, наблюдая за моими не совсем трезвыми движениями. — Захотелось чего-то новенького. Птичка, — ловит он меня уже в третий раз за вечер, впервые удержав, когда я вылезала из внедорожника, а повторно проявив заботу, когда я немного не вписалась в проем лифта. — Ты когда успела так напиться?

— Мне много не надо, забыл? — улыбаюсь ему в ответ. — Я вообще практически не пью, — зачем-то становлюсь на носочки и шепчу Захару на ухо. — Алкоголь — мой враг.

— Запомню, — сглатывает парень, а я снова становлюсь ровно, пытаясь удержать равновесие. По крайней мере, мне так кажется.

— Я пошла в ванную, а ты мне сделай горячий чай, — тычу парню пальчиком в грудь, разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов и снова падаю назад, точнее в уже заранее расставленные руки Захара. — Ой!

— Давай я тебя провожу, — он обнимает меня за талию, однако я убираю его руку.

— Сама дойду. С тебя чай.

Мне опять кажется, что двигаюсь я ровно, однако уже возле двери в ванную, когда меня немного качает в сторону, понимаю, что с шампанским точно перебор. Надо срочно под холодную воду, чтобы хоть немного прийти в себя.

Неуверенным шагом захожу в ванную, закрываю дверь, раздеваюсь и залезаю в ванну. Сначала делаю теплую воду, а когда привыкаю, включаю холодный кран на полную мощь. Ледяные струи резко бьют в лицо, а я начинаю верещать. Надо же, как холодно! И даже алкоголь куда-то резко испаряется из моей головы.

— Птичка, что случилось? — слышу взволнованный голос сзади, поворачиваюсь к нему, забывая о своей наготе.

— Вода холодная, — зажмуриваюсь и трясусь, показывая всем своим видом, что замерзла.

Да так, что зуб на зуб не попадает. Кажется, с ледяным душем я так же переборщила, как и с шампанским. Зато пришла в себя, и теперь четко понимаю — я стою голая в ванной, а Захар не сводит с меня пристального взгляда, сканируя мое тело с ног до головы.

— Я заметил, — в его голосе появляются хриплые нотки, однако я не обращаю на это никакого внимания.

Выключаю кран, перелезаю через бортик и тянусь к вешалке с полотенцами, игнорируя уже слишком откровенные взгляды моего спутника. Не стесняться же, как кисейная барышня, тем более голой он меня уже видел, и не один раз. Хочется человеку поглазеть — да пусть смотрит, мне не жалко.

Я не смотрю на Захара и снимаю с вешалки первое попавшееся полотенце, однако мои пальцы попадают в плен мужской ладони, это заставляет поднять взгляд и посмотреть ему прямо в глаза. Наши пальцы переплетаются, полотенце падает на пол, а свободная рука моего спутника обнимает меня за талию и прижимает к себе.

— Захар, — шепчу я, захваченная в плен уже вовсю искрящихся синих глаз, пытаясь все еще балансировать на грани.

Рубашка парня мгновенно намокает от соприкосновения с моим мокрым телом, однако Захара это не пугает. Да и мне, если честно, сейчас не хочется думать ни о чем, кроме искр, летящих в разные стороны, и пробуждающегося желания. Тело живет своей жизнью и не собирается подчиняться разуму.

Лицо Захара приближается к моему, дыхание касается моих губ, и я закрываю глаза. Все, точно попалась. Назад дороги нет. Да я и не хочу, если честно — по крайней мере, сейчас точно. Мы целуемся, как ненормальные, после долгой разлуки, мои пальцы путаются в волосах парня, ноги подкашиваются уже не от шампанского, а от переизбытка эмоций и адреналина. В голове такой сумбур, что я даже не пытаюсь разобраться в своих мыслях. Не хочу сейчас думать ни о чем, кроме Захара — его рук, губ, языка, который уже прокладывает жаркую дорожку от виска до шеи, плавно и так нежно опускаясь на ключицу.

— М-м-м, — стону, закидывая голову назад и закрывая глаза.

— Птичка, — еле слышно хриплым голосом произносит Захар. — Моя сладкая девочка…

Сама не понимаю, как оказываюсь прижатой спиной к прохладному кафелю. Слава Богу, теперь есть опора в виде стены, иначе бы точно свалилась на пол прямо посреди ванной. Мои глаза закрыты, а руки начинают жить отдельной жизнь — с какой-то жадность и необычной скоростью расстегивают пуговицы на рубашке парня, а потом жадно впиваются в спину, царапая кожу ногтями.

— Хочу тебя! — такое чувство, что это говорю не я, а кто-то другой. То ли вселившийся в меня бес, то ли мои мысли сами себя озвучивают, но слова вырываются резко, быстро и бессвязно: — Не мучай меня, я уже вся горю.

— Я еще не насладился, — шепчет парень мне прямо в шею и усмехается, а после снова продолжает растягивать удовольствие, лаская меня по очереди то языком, то губами, прикусывая кожу на ключице, вызывая нескончаемые стоны из моего рта.

А мои руки жадно блуждают по его спине, опускаясь все ниже.

— Вот черт! — выдаю громко, понимая, что Захар до сих пор в брюках. Непорядок, надо что-то срочно с этим делать!

Пока его губы плавно опускаются к моей груди, я нахожу пряжку ремня, уверенным движением — будто четыре года не ждала его, а только и делала, что тренировалась — расстегиваю замок, а после и пуговицу со змейкой — все, милый мой, ты попался в мои сети. Теперь уже не ясно, кто кого соблазняет — ты меня, или наоборот.

— Птичка стала очень смелой? — Захар ловит мои руки, заглядывая мне в глаза, которые приходится открыть из-за внезапной остановки.

— Птичка стала еще и сильной, поэтому треснет тебя чем-нибудь тяжелым, если ты не перестанешь тормозить, — выдаю на одном дыхании, а после обнимаю парня за голову и впиваюсь губами в его губы, как будто испытываю настоящую жажду.

Именно впиваюсь — с жадностью, проснувшейся страстью и с каждой секундой растущим желанием обладать им. Не могу понять, что со мной происходит, и откуда во мне столько энергии вкупе со смелостью — куда подевалась та скромная и рассудительная девочка, которая раньше стеснялась и боялась секса с мужчинами? Не узнаю себя — точно, бес вселился в меня, заставляя вести себя раскованно, страстно и столь необычно для меня, жадно забирая то, что я давно хотела получить.

И пусть попробует только мой спутник завтра сказать, что ему не понравилось — фыркну, пошлю его куда подальше и… снова займусь с ним любовью. Вот же Захар, зараза такая — больше недели прошло с момента нашей первой встречи, а он уже имеет огромное влияние на меня, мои чувства, эмоции и даже жизненные планы, захватывая в плен целиком и полностью и не давая ни единой возможности капитулировать.

Я не замечаю, как уже прижата к стене крепким мужским телом, лишь слышу где-то вдалеке, как разрывается фольга, а мои ноги отрываются от пола, обхватывают парня за бедра и не желают отпускать. И выпускать я его тоже не желаю, когда он медленно входит, а после так же медленно, не торопясь, растягивая удовольствие и заставляя меня дрожать, начинает двигаться внутри. Все мое тело кричит “Давай быстрее”, однако Захар держится на грани, заставляя меня привыкнуть после длительного отсутствия секса.

А интересно, мужчины как-то могут определить, что у женщины давно никого не было? Мне сравнивать не с кем и не с чем, любовью я занималась только с одним мужчиной, который, по всей видимости, так и останется этим единственным, не желающим делить меня ни с кем.

Движения Захара становятся резче, я уже давно пребываю за гранью реальности, и через несколько резких движений внутри взрывается фейерверк эмоций. Помнится, в какой-то книге я читала, что у героини внизу живота порхали бабочки от желания. Так вот, заявляю со всей уверенностью — книжки врут, по крайней мере в том месте, что касается бабочек, это все чушь собачья. Простыми словами не передать те эмоции, которые возникают, когда наступает столь долгожданная разрядка, тело расслабляется, и попадаешь в рай…

Сегодняшняя совместная ночь на этом не заканчивается — после бурного проявления своих чувств мы вместе принимаем душ, дурачимся, брызгая друг в друга водой, а после снова жадно и страстно целуемся. Как же я долго без этого жила! Такое чувство, что просто спала все это время и только сейчас окончательно проснулась. Я гоню все неприятные мысли прочь о том, что завтра, возможно, буду жалеть о сегодняшней ночи, я до сих пор не знаю, что значу для Захара, но все равно пока не желаю всеми этими проблемами забивать свою многострадальную голову.

Хоть раз в жизни я имею право поддаться эмоциям? Я смогу списать свои поступки на алкоголь, немного расстроюсь и продолжу жить дальше. Однако в глубине души понимаю, что, как раньше, не будет — ни жить, ни даже существовать без Захара у меня просто не получится.

После душа я все-таки уговариваю парня выпить чаю. Он в корне не согласен с моим предложением, пытается меня затянуть в спальню, но я стою на своем: или сейчас чай, а потом секс, или никакого секса в принципе, а только отдых, здоровый сон и полное отсутствие любви.

Кривится, фыркает, но соглашается на мои условия.

— Ну, ты и вредная, птичка, — ворчит, когда заливает кипятком листья зеленого чая, стоя ко мне спиной.

— У меня сегодня праздник, имею право, — я сижу за столом, обмотанная длинным полотенцем, и наблюдаю за игрой мышц на спине парня.

На самом деле чай — это просто каприз, потому что мне необходим перерыв. Надо немного усмирить свой пыл, утихомирить эмоции и немного прийти в себя. Не думать ни о чем, а только выровнять дыхании, привести чувства в порядок и успокоить биение сердца. А то еще раз наброшусь на Захара в порыве страсти, которая при виде голого торса любимого мужчины, с новой силой рвется наружу — того и гляди Гончаров первым сбежит от меня, испугавшись перемен в своей ненаглядной птичке.

Он ставит передо мной чашку, смотрит, как я делаю сначала один глоток, затем второй, и не выдерживает — тянет за руку на себя, заставляя встать со стула.

И я снова попадаю в его плен — губы, руки, сплетающие в бешеном ритме языки, падающее на пол полотенце, а после спальня, прохладные простыни и горячее мужское тело, которое в очередной раз обещается райское наслаждение…

Мне снится сон — такой живой и красочный, что открывать глаза совсем не хочется. Яркое солнышко, березовая роща, я в желтом сарафанчике и дурацкой ромашкой в распущенных волосах заливисто смеюсь, прячусь между деревьев и щурю глаза. И чувствую чей-то взгляд — прямо насквозь прожигает и не дает возможности убежать.

А очень хочется, если честно. Прямо сил нет устоять на месте, но ноги почему-то прирастают к земле, сопротивляясь моим желаниям. Солнечный лучик находит мое лицо и щекочет, заставляя зажмуриться еще сильнее. Надо же, оказывается, прикосновения солнышка могут быть такими нежными, ласковыми и очень трепетными.

Интересно, а разве может обычный луч касаться кожи?

И как только в моей голове находится ответ на последний вопрос, я резко открываю глаза и натыкаюсь на пристальный взгляд, от которого так хотелось сбежать во сне. Чувствую плавные движения по лицу, и это отнюдь не солнечный луч.

— Привет, — Захар произносит мягко, с невероятной нежностью.

— Я надеюсь, еще утро? — приподнимаю бровь и улыбаюсь в ответ, радуясь столь приятному пробуждению.

— Восемь часов, — кивает парень, продолжая водить пальцами вверх и вниз по моему лицу.

Так вот от чего было щекотно во сне. А еще нежно, ласково и столь желанно. Ну, а чего душой кривить? Желаю я целиком и полностью захватить его в свои сети и не выпускать ни на минуту. Точно, вчера перепила шампанского, а сегодня меня мучает похмелье — по крайней мере, это хоть как-то объясняет мои сумбурные мысли вкупе с эмоциями и необычными желаниями.

— А ты чего в такую рань вскочил? — я уже окончательно прихожу в себя после пробуждения и замечаю, что Захар одет в футболку и шорты, а значит, давно не спит и, судя по его заинтересованному выражению лица, чего-то от меня ждет.

Если вспомнить сегодняшнюю ночь, то понятно, чего, однако хотелось бы уточнить и расставить все точки над “i”.

— Проспать боялся, — он улыбается одними уголками губ, однако глаза выдают все его тайные желания. — Вдруг сбежать надумаешь?

— Хотела, — намерено делаю паузу, не отводя взгляда, — но передумала. После сегодняшней ночи сил бегать от тебя уже не осталось, — нарочно провоцирую парня, чтобы открылся и перестал строить из себя пай-мальчика.

А то мы так и до вечера не договоримся и не разберемся в наших отношениях. Голова немного побаливает, но чувствую я себя прекрасно. И, если вчера у меня возникло дикое желание принадлежать Захару, то сейчас я хочу, чтобы он окончательно открылся.

Вот прямо сейчас, пока я еще нежусь в кровати, потягиваюсь и не хочу вставать. Пока мой мозг еще окончательно не проснулся и готов принять любую правду, даже если она мне не понравится. Но где-то в сердце эхом отдается: “Не переживай, птичка, тебе понравится”.

— Намек понял, — Захар расплывается в улыбке, всем своим видом показывая, какое у него замечательное настроение с утра.

Еще бы, он же вчера не пил, в отличие от меня, хотя его довольная физиономия не раздражает, а наоборот, придает сил и желания все выяснить раз и навсегда. Мне почему-то кажется, что именно сейчас он не соврет.

— Если честно, я сама с трудом понимаю, на что намекаю, — прищуриваю глаз, продолжая играть в гляделки с парнем. Мне нравится пробуждение рядом с ним. Может, понаглеть и потребовать кофе в постель?

— Ну, как же, — Захар приподнимает бровь, — каждую ночь сексуальный марафон, чтобы утром ты не думала от меня сбегать.

— Маньяк! — фыркаю, пытаюсь оторвать голову от подушки, однако мой спутник давит одной рукой мне на плечо, заставляя снова принять горизонтальное положение.

— Кто бы говорил! — кривится и улыбается одновременно, чем вызывает у меня негромкий смешок. — Накинулась на меня вчера, чуть не изна…

— Еще скажи, что тебе не понравилось, — наглым образом перебиваю парня, чтобы не вогнал меня в краску окончательно намеками с явным эротическим подтекстом.

Если честно, сама поражаюсь своему остроумию и смелости вкупе с любопытством. Это точно влияние Захара, не иначе — лежу голая в чужой кровати с больной головой и радуюсь, что провоцирую парня на откровения и на проявление своих чувств.

Это точно я, или меня подменили за ночь? Тогда уже и на вчерашний вечер тоже, потому что от воспоминаний все-таки начинаю краснеть.

— Понравилось, конечно, — довольно спокойно и с очень серьезным выражением лица произносит Захар и снова давит мне на плечо, когда я пытаюсь встать во второй раз. — Не очень, — произносит негромко, наклоняя голову к моему лицу, а я замираю и от искрящихся синих глаз, и от появляющейся хрипотцы в голосе. — До конца не распробовал, поэтому не очень. Еще хочу! — поясняет мой спутник, а до меня только сейчас доходит смысл его слов.

— Ах, ты, аферюга! — легонько бью его в плечо, а он переворачивается на спину и начинает громко смеяться. — Не распробовал он, видите ли, — резко вскакиваю с кровати и перекидываю ноги через край. — Я старалась, соблазняла, как могла, а он…

Замедляю конец фразы, так и не закончив своей мысли, потому что натыкаюсь взглядом на прикроватную тумбочку. Точнее, на поднос, стоящий на ней — чашка кофе, эклеры и небольшая розовая розочка в стакане с водой.

— По соблазнению пятерочка, причем твердая, — слышу за спиной довольный голос Захара, — а вот со остальным будем тренироваться. Плохо ты старалась, птичка!

— Это мне? — поворачиваю голову к нему, никак не комментируя его пламенную речь.

— Ты видишь здесь еще кого-то? — он облокачивается на руку и приподнимает бровь вверх.

— Спасибо, — наверное, я опять краснею, потому что слова застревают где-то в горле, а эмоции берут верх над всеми мыслями.

— Не за что, — спокойно отвечает Захар, продолжая меня сканировать.

Голова начинает кружиться от переизбытка чувств — надо же, какой он у меня заботливый. Раньше, помнится, ни разу не приносил кофе в постель, а сейчас вот решился сделать девушке приятное. И от этих мыслей настроение поднимается до максимального предела, а на лице расплывается довольная улыбка.

Надо срочно в душ, чтобы привести себя в порядок и не щеголять перед Захаром, в чем мать родила. А то еще и вправду решит, что я его снова соблазняю.

Хватит с меня вчерашней смелости, сегодня могу и не решиться на повтор.

— Отвернись! — командую, встаю с кровати и направляюсь к выходу, чувствуя спиной прожигающий взгляд.

— Чего ради? — прилетает довольно громкое, когда я уже переступаю порог комнаты.

— Потому что я стесняюсь, — не поворачивая головы, кричу в ответ и слышу за спиной заливистый смех парня.

— Птичка, ты меня когда-нибудь точно в ступор загонишь, — Захар никак не может успокоиться, продолжая громко смеяться. — Кстати, розовая зубная щетка — твоя!

Останавливаюсь прямо перед дверью в ванную и усмехаюсь — Господи, что за предрассудки! Почему, как девочка, так сразу или розовая, или красная? А может мне зеленый цвет нравится или, к примеру, фиолетовый? Но главное же не цвет зубной щетки, а забота парня, поэтому с хорошим настроением открываю дверь и захожу в ванную.

Контрастный душ и небольшая разминка делают свое дело: я чувствую прилив энергии, неиссякаемые силы для дальнейших свершений и море позитива.

Захар не знает, как действует на меня алкоголь — я быстро пьянею, потом так же скоренько прихожу в себя, а утром у меня неиссякаемые жизненные силы, несмотря на небольшую головную боль. К тому же после чашки крепкого кофе и голова перестанет болеть, а энергии прибавится. Но только до обеда — после часа дня меня потянет в сон, и я могу проспать до позднего вечера, поэтому всегда стараюсь не злоупотреблять алкоголем, чтобы следующий день не пропал даром.

Мы больше не возвращаемся с Захаром к обсуждению сегодняшней ночи — мне немного не по себе от вчерашней смелости, а парень не настаивает, видя, как я иногда теряюсь от его слишком откровенных намеков.

— Кстати, надо Карине позвонить, а то ж я никак домой не попаду без ключей, — дельная мысль внезапно приходит в мою многострадальную голову, когда я допиваю свой кофе вместе с эклерами.

— Зачем звонить? — Захар лежит на спине, закинув руку за голову.

— К сожалению, — я развожу руками в разные стороны, что выглядит немного комично в мужском халате на несколько размеров больше, — по балконам лазить я не умею.

— Оставайся у меня, — его голос тверд, даже немного резок, а наши взгляды в очередной раз за сегодняшнее утро встречаются.

— Мне кажется, мы торопимся, — тяжело вздыхаю, не зная, как правильно объяснить свои мысли.

— А по-моему, мы опаздываем, — все также серьезно произносит парень, глядя прямо в глаза. — Года так на четыре.

И что ему сказать в ответ? Что я тоже очень этого хочу, но все еще остерегаюсь повторения ошибок прошлого? Между нами социальная пропасть, но в то же время одним лишь нам понятная близость? Эта мысль не дает покоя все это время — неужели у нас снова не получится?

— Захар, — я первая прерываю молчание, однако парень не дает больше сказать ни слова.

— Закрой глаза, — не отводит пристальный взгляд, и я, как обычно, подчиняюсь. Слышу звук открываемого ящика, какой-то шорох, а после снова голос парня: — Иди ко мне.

— Глаза открывать можно? — усмехаюсь, пока так и не понимая, что он задумал.

— Можно. — Слышу в его голосе веселые нотки и снова подчиняюсь. Подхожу к кровати, залезаю на нее сверху, усаживаясь в позу лотоса, а Захар протягивает сжатую в кулак руку. — У меня для тебя сюрприз, но при одном условии…

— Любопытно… — я заинтригована до безумия.

— Я отдаю тебе сюрприз, — он машет кулаком в воздухе, — а ты за это обещаешь провести со мной все выходные.

Его предложение ставит меня время в тупик — надо же, какой хитрец, чуть ли не в ловушку загнал. Однако любопытство все равно берет верх над эмоциями — раз уж вчера не стеснялась своих чувств, стоит ли сегодня ломать голову над своим поведением?

— Обещаю, но при условии, — тычу пальцем в парня, а он с удивлением смотрит мне в глаза. — Только если сюрприз будет нужным. Если там какая-то безделушка, то ты отвозишь меня домой. Договор?

Я почему-то уверена, что в руке у Захара какая-то мелочь, которая даже не стоит моего внимания, поэтому выдаю столь нелепое условие. Сейчас он даст заднюю и, как истинный джентльмен, сдержит слово и отвезет меня домой.

— О-очень нужная!

По голосу слышу — задумал очередную ловушку для меня.

— Тогда обещаю, — киваю, понимая, что ничем не рискую, а Захар медленно раскрывает кулак.

От увиденного мои глаза округляются, а дар речи пропадает напрочь — надо же, какой подлец, чтоб ему пусто было! Перекрутил всё с ног на голову, еще и взял с меня обещание.

Ну, Захар, я тебе сейчас устрою!

— Ах, ты, аферюга! — повторяю снова эту фразу, пытаюсь выхватить из ладони Захара ключи от своей квартиры, однако парень резко убирает руку, снова зажимая ладонь в кулак. — Немедленно отдай, ворюга!

Он резко ловит меня за талию, переворачивает на спину и укладывается сверху, приближая свое лицо к моему.

— Ты обещала! — на лице парня медленно расплывается победоносная улыбка.

— Бессовестный, бессердечный, — начинаю перечислять все его “достоинства”. — Наглый, самоуверенный, еще и хитрый, бессовестный…

— Ты уже говорила, — перебивает меня с улыбкой на устах.

— Ворюга, аферист! — выпаливаю ему в лицо. — Болван, негодяй и предатель. Я еще ты…

— Я люблю тебя, птичка!

Его слова не сразу достигают цели, так как губы встречаются с моими в жарком поцелуе, прогоняя все ненужные мысли прочь. Да и нужные тоже пропадают, когда смысл фразы медленно, но уверенно доходит до моего сознания, а мужские руки тем временем тянут за пояс халата, освобождая меня от одежды…