Глава 7

В воскресенье Агния с Ликой поехали гулять. Они встретились в центральном парке со Светой и Ариной; Арина взяла с собой младших детей. Накатались все вместе на разных поездах и самолётах. Агния и Арина выдохлись, а неутомимая Света (вот что значит воспитатель!) так и продолжала играть с детьми на площадке.

— Как у тебя с Ромой?

— Не знаю, Ариш. Как говорится, всё сложно. И одновременно просто. Чувствую, как они вдвоём с Ликой постепенно занимают всё моё пространство. И я не против, что самое интересное. Но тут не просто мужчина. Надо думать миллион раз. Мужчину я могу оставить. А ребёнка, и без того замученного, никогда. Вот думаю, думаю, думаю…

— Мне кажется, за тебя уже всё решили, — улыбнулась Арина. — Лика уже как будто твоя.

— Да я сама готова её не отдавать, — вздохнула Агния.

Вечером, «наговорившись» со Стёпушкой, позвонили Роме. Лика рассказала ему, как прошёл день, потом трубку взяла Агния.

— Я нормально, — ответил Рома на вопрос о его состоянии. — Температуры не было сегодня, кашля почти нет. Завтра контрольный день отсижусь дома, а со вторника к труду.

— Я приеду утром, перед дневными занятиями. Проконтролирую твоё состояние.

— Буду ждать, — она почувствовала, что он улыбается.

Агния сварила Роме суп в большой кастрюле, чтобы не начал сразу после болезни питаться всухомятку.

Температура у Ромы была нормальная, но голос ещё не совсем восстановился.

— Берта Юрьевна скоро приедет? — спросила Агния, когда Рома под её присмотром обедал.

Доверяй, но проверяй. Сейчас он поест, она оставит ключи и откланяется.

— Через пять дней.

— Пусть Лика живёт у меня до её приезда. Ты можешь забирать из сада, только предупреждай меня. Или к нам приходить. Или гулять с Ликой. Но всё остальное время она будет у меня. Нечего ребёнку делать на твоей работе, и тем более, сидеть одной. Берта Юрьевна вернётся, тогда заберёте Лику.

— Хорошо, понял. Спасибо, Ася. Может, с моей стороны это неправильно, — согласиться, — но для Энджи точно лучший вариант.

… Ну что ж, всё.

— С выздоровлением, — улыбнулась Агния, стоя в прихожей, и положила под зеркало ключи.

Она обернулась к шкафу за сумкой, и в это время Рома обхватил её руками со спины и прижал к себе. Обхватил так, что её руки оказались скованы и прижаты к бокам. Она стояла и слушала, как в её спине отдаётся стук его сердца. Надо что-то делать с этим.

— Рома, хватит держать меня так, как Микки Рурк держал Кэрри Отис в незабвенном фильме.

Рома усмехнулся, но руки не разжал.

— Во-первых, как говорит твоя мама, это мимо кассы, — продолжила Агния, — А во-вторых, как говорит твоя мама, ты вовсе не склонен к драматическим жестам.

— Когда ты так успела наговориться с моей мамой, что цитируешь её, да ещё дважды? — хрипло спросил он в её волосы.

Агния невольно закрыла глаза.

— Твоя мама — великолепный собеседник, у неё дар повествования. Почему ты не унаследовал хоть десятую долю этого дара? Рассказывал бы что-нибудь. А то тебе бы лишь бы в горизонтальное положение быстрей перевести.

— Ну почему же, — она чувствовала, как он улыбается ей в волосы. — В вертикальном положении тоже всё всегда было великолепно. Вот так с ходу даже и не скажу, в каком лучше.

— Рома, я на работу опоздаю.

— Ну я так и понял. Ключи оставила, и сейчас побежишь на работу. Так хоть подержусь за тебя. А то когда ты теперь придешь? Симулировать болезни я не умею.

— Вот ты эгоист, Рома. Ты понимаешь и чувствуешь только себя и свои желания. Тебе дела нет до других. Тебе всё равно, что я, может, тоже хочу подержаться?

Он замер, видимо, прикидывая, не обман ли это, чтобы убежать. Но всё же ослабил хватку. Агния обернулась и обняла его, прижавшись лицом к плечу. Он крепко прижимал её к себе. Наконец-то она чувствовала себя так, как надо. Она так устала без его тепла.

Рома нашёл губами её губы. Они никогда до сих пор не целовались вот так: просто ради того, чтобы целоваться. Поцелуй всегда был или началом процесса, или частью процесса. Или просто на бегу, при встрече и прощании. Сегодня они целовались, чтобы целоваться.

— Ты любишь меня, Ася, — сказал Рома, оторвавшись от её губ и глядя затуманенными поцелуем глазами. — А это значит, что скоро у нас всё будет очень-очень хорошо.

— Я побежала на работу, — она не могла оторвать от него взгляд.

— Беги, беги. — Рома отпустил её.

Агния открыла двери.

— От себя-то всё равно не убежишь, — донеслось ей вслед.

…Агния и Лика лежали на специальном коврике прямо на полу студии и «болтали» со Стёпушкой. С тех пор, как неделю назад вернулась Берта Юрьевна, Агния приносила ноутбук на занятия в те дни, когда приезжала Лика. Берта Юрьевна терпеливо ждала в машине, а они общались с Алисой и Стёпушкой почти полчаса, до следующей группы у Агнии.

Они лежали и смеялись, когда в дверях неожиданно появился Рома. Поздоровался.

— Энджи? Что тут происходит? Я тебя жду, жду…- он смотрел на них подозрительно.

— Ты почему не сказала, что сегодня папа, а не бабушка⁈ — зашептала Агния.

— Я не знала, — Лика сделала круглые глаза.

Рома всё слышал.

Они завершили разговор по скайпу, Агния закрыла ноутбук и поднялась, стараясь не смотреть на Рому. Лика вскочила, подбежала к нему, повисла у него на шее.

— Так, я не понял, это что за бабский сговор за моей спиной? И бабушка в доле, что характерно. Мне кто-нибудь объяснит?

Они молчали, только улыбались.

— Дома расскажешь, — прошептал Рома на ухо Лике так, чтоб Агния услышала.

А вслух продолжил:

— Но ваше партизанское движение навело меня на мысль, спасибо!

Когда Рома и Лика уходили, прощаясь, он бросил на Агнию странный насмешливый взгляд.

На следующий день уставшая Агния вернулась домой вечером после тренировок. Она открыла двери, начала заходить и почувствовала запах жареной картошки. На несколько секунд она утратила связь с реальностью; ей показалось, что она вернулась в прошедшую зиму.

Снимая обувь и проходя в ванную мыть руки, она даже головой потрясла. Но с кухни явно доносился шум. Выйдя, Агния увидела на полу две пары обуви, на которые не обратила внимание сначала. Так. Очень интересно.

Потрясенная, она пошла в сторону кухни. Тут же из-за угла выскочила Лика и кинулась Агнии на шею.

— Привет, Ася! А мы с папой решили сделать тебе сюрприз.

— И вам это удалось, — удивленно ответила Агния.

Интересно, как они попали к ней в квартиру?

Рома, стоявший у плиты с деревянной лопаткой в руках, невозмутимо поздоровался. Лика резала салат, и Агния стала ей помогать, теряясь в догадках.

— Мы торт привезли, — зашептала ей Лика.

— А что за праздник?

Рома кашлянул, и Лика, выпрямившись, продолжила сосредоточенно резать огурец.

После ужина и чая с тортом Рома улыбнулся и просто сказал:

— Ждали мы с Энджи, ждали, и всё же решили взять инициативу в свои руки, — он достал со шкафа маленькую коробочку из красного бархата и открыл, протягивая Агнии.

Она как зачарованная смотрела на золотое кольцо с небольшим рубином.

— Энджи выбирала. Выходи за меня, Ася. Пожалуйста.

Агния подняла глаза. Две пары тёмных глаз напряженно смотрели на неё. Рома смотрел серьёзно и сосредоточенно, а Лика — умоляюще. Агния снова посмотрела на кольцо. Потом снова на них. И протянула руку.

Рома схватил её руку и быстро надел кольцо, пока Агния не передумала. Поцеловал пальцы Агнии.

— Уррра! — запрыгала Лика.

И они с отцом, не сговариваясь, кинулись обнимать Агнию. Агния быстро смахнула слёзы, чтобы не напугать Лику, рассмеялась:

— Твой папа, Лика, явно силён в запрещённых приёмах!

— Нет, «…я ещё не волшебник, я только учусь!»©, — рассмеялся Рома.

…Рома и Лика ели по второму куску торта, Агния любовалась кольцом.

— Мы заявление через портал подали, — сообщил Рома. — У меня же есть фото твоего паспорта.

— Ох, какие вы… Были настолько уверены?

— Нет, — серьёзно ответил он. — Если честно, совсем не были, но очень сильно надеялись.

«Да куда я от вас денусь⁈»

— Двадцатого сентября регистрация, — продолжил Рома.

— Ура, ура! — Лика вновь захлопала в ладоши. — Я уже буду ученица.

— Никаких свадеб, ребята, — строго сказала Агния. — Только мы втроём. Потом уже где-нибудь у папы в баре посидим с друзьями.

Рома кивнул, соглашаясь. Взял Агнию за руку. Ему очень хотелось остаться с ней наедине, но сегодня не получится, конечно. Ничего, он подождёт. Дочь оказала ему неоценимую помощь.

— Давайте всё же бабу Берту тоже с собой возьмём? — сказал он.

— Да, да, конечно! — ответила Агния. — Ты, я, Лика и Берта Юрьевна.

… Лика захотела остаться у Агнии, и они вдвоём уговорили Рому. Агния пообещала, что обязательно доставит Лику утром в садик вовремя; тем более, опыт уже есть.

Они провожали Рому в прихожей. Он притянул к себе Агнию, вздохнул, заправил прядь её волос за ухо.

— Увидимся, — загадочно проговорил он.

Потом обнял Лику и скрылся за дверями.

… Утром Агния увезла Лику в садик, купила овощи возле дома. В прихожей у двери стояли кроссовки Ромы. Она вчера совсем забыла спросить, каким образом Рома и Лика попали к ней в квартиру. И вот опять. Сердце готово было выскочить из груди. Вымыв руки, Агния начала разбирать сумку возле кухонного стола.

— Рома! — крикнула она. — Выходи, я знаю, что ты здесь!

Он бесшумно материализовался у двери кухни, зашёл, сел на табурет, глядя на Агнию снизу вверх.

— Вообще-то, здравствуйте! — проворчала она.

— Здравствуй.

— Ничего не хочешь мне сказать? Я, может, и в состоянии аффекта со вчерашнего вечера, но не настолько уж, — Агния села напротив, посмотрела ему в глаза.

Рома улыбался.

— У меня был дубликат ключей, — признался он.

Агния не поверила своим ушам. У неё было такое ощущение, которое, наверно, бывает у игрока, когда он понимает, что против него использовали крапленую колоду карт.

— Чтооо? — прошептала она и начала нащупывать рукой помидоры, лежавшие в пакете на столе.

Рома с опаской покосился на её руку.

— Ах ты гад! Ах ты бессовестный! — в Рому полетел первый помидор, второй.

Рома вскочил, уворачиваясь.

— Ася! Прекрати! — он хохотал.

— Смешно ему! Получай!

— Ася! Остановись! Ася!

— Не волшебник он! Да ты гуру в запрещённых приёмах! Тебе пора свою школу основать! Мастер-классы! Вебинары!

— Ася, нет, помидор левее, это кружка, Ася!

Она замешкалась на долю секунды, Рома изловчился, сделал бросок и схватил Агнию в охапку, перекинул через плечо.

— Мошенник! Обманщик! — она колотила его кулаками по спине.

— Ася, больно, блин!

— Мало, мало тебе! Куда ты меня тащишь? — задыхаясь, спросила она.

— В спальню, в горизонтальное положение, — он легко шлёпнул её ниже спины. — Куда ещё тебя такую буйную⁈

Он ногой открыл двери в спальню.

— Коварный, беспринципный тип!

— Ты мне не оставила выбора, — усмехнулся он, поставив Агнию на ноги.

Но сразу прижал к себе, не давая пошевелиться, и начал целовать. Целовал до тех пор, пока Агния сама не начала стаскивать с него футболку. Разбросав все вещи куда придётся, они рухнули в кровать…

…- Я очень люблю тебя, Рома. Так, что побаиваюсь сама себя, — Агния лежала, уткнувшись в его плечо.

Рома заглянул ей в лицо светящимися глазами.

— Вдвоём побаиваться веселее, — чуть хрипло сказал он. — Хотя я уже давно свыкся со своим чувством, оно меня только сначала шокировало.

— Что будем делать с приступами неконтролируемой ревности, Рома? Я не позволю тебе Лику пугать.

— Думаю, мне будет спокойнее, когда ты ещё и официально станешь моей. И вообще, вы с Энджи меня перевоспитаете, — улыбнулся он.

— Надеюсь, ты не трудновоспитуемый?

— Курить же смог бросить. Может, рано на мне ставить крест?

— Я тобой очень горжусь, правда, — Агния потёрлась лицом о его плечо

Он притянул её к себе ещё ближе, поцеловал.

— Ты лучшая в мире, Ася, единственная. И ты дала нам с Энджи возможность наконец-то обрести нормальную семью.

— Не могло быть по-другому. Сопротивление бесполезно, — улыбнулась Агния.

— Тогда встаём и собираем вещи, переезжаешь ко мне. Будем жить втроём. Зачем нам ждать двадцатое сентября?

Агния резко села в кровати.

— А поехали, — сказала она. — Вставай, помогай. А то у меня занятия вечером, надо успеть…

* * *

Они вышли на крыльцо ЗАГСа. Одной рукой Рома крепко сжимал руку Агнии, в другой нёс свидетельство о браке. Лика, одетая в длинное розовое платье и такого же цвета пелерину из тонкого меха, держала за руку Берту Юрьевну.

— Во сколько у вас встреча в баре? — спросила Берта Юрьевна.

— Через пару часов, в шесть, — отозвался Рома.

— Тогда давайте поедем пока в ваше любимое кафе, в то самое, где всякий фастфуд, — улыбнулась Берта Юрьевна. — А потом я Лику заберу до завтра.

Несколько секунд длилось молчание, а потом все расхохотались…

… — Папочка, а где наш дом?

— Вот там, видишь, большое здание из красного кирпича, а за ним несколько домов? Наш третий, если отсюда считать.

Агния сидела у костра на раскладном стульчике. Был самый конец сентября, и даже в относительно тёплый и сухой день казалось прохладно. Она смотрела на город, лежавший у подножия горы и тонущий в прозрачной дымке, которая бывает только осенью.

— Смотрите, какая паутина! — восторженно закричала Лика, указывая на почти совершенную сеть, растянувшуюся между ветками какого-то кустарника с красными листьями.

Рома перемешал уголь в мангале и сел на соседний с Агнией стульчик. Взял её руку в свои тёплые ладони.

— Замёрзла?

— Самую малость.

Он принёс из машины плед и накинул ей на плечи, снова взял её руку.

— Да не переживай ты так, — улыбнулся он. — Они воспримут всё нормально, вот увидишь.

— Откуда знаешь, что переживаю? — Агния положила голову ему на плечо.

Рома усмехнулся.

— Ты моя жена, кому и знать, как не мне.

Завтра прилетят Алиса, Артём и Стёпушка. И состоится историческое знакомство. Агния с Ромой уже приготовили квартиру Агнии — ребята остановятся там.

— А когда будем сосиски жарить? — прискакала Лика.

— Через пару минут, Энджи, огонь сейчас станет чуть меньше. Можешь пока зефир пожарить. Сейчас найду подходящую ветку. Только осторожно, не подходи близко к мангалу, — они скрылись в лесу и вышли через пару минут с тонкой длинной веткой.

…Рома стоял возле мангала, переворачивая решетку. Агния подошла и обняла его за пояс.

— Как я счастлива, Рома! Какой ты молодец, что не обошёл меня тогда в баре десятой дорогой. Я даже не представляю, как жила бы без вас.

Рома быстро обернулся, подхватил её так, что её ноги болтались в воздухе, и поцеловал.

— Поставь меня. Там в решётке сосиски горят, Лика нам не простит.

Они рассмеялись.

— Ася, ты невыносима. Сама заводит меня, а потом вспоминает про сосиски…

— А ты гитару взял? — с подозрением спросила Агния.

— Да взял, взял, — он вытряхивал сосиски из решётки в миску, стоял спиной к Агнии, но она чувствовала, как он улыбается.

— Вот и хорошо. Ты обещал петь только для нас с Ликой. А то что за дела, для всех поёшь, для нас — ни разу!

— Сейчас наемся сосисок, и как начну петь, не остановишь. Надоест слушать.

— Не переживай, не надоест!

* * *

— Где Стёпушка? — Агния носилась по своей бывшей квартире, проверяя, всё ли собрано.

Сегодня они провожали ребят в аэропорт.

— Стёпушка здесь, — отозвался Рома.

Стёпушка обнаружился сидящим у него на шее, вцепившись в волосы Ромы и улыбаясь пока беззубым ртом. Рома держал его за спину и локотки.

— Пока ты не спросила, где Энджи, мам, сообщаю: она тут. А Берта Юрьевна с Артёмом на кухне, он консультирует по новой программе. Сядь и отдохни, хватит руководить.

Рассмеявшись, Агния опустилась на диван. Алиса заплетала Лике много-много тонких косичек; Лика терпеливо сидела уже час. До этого Алиса ещё и ногти Лике покрасила в бледно-розовый цвет.

— Алиса, как мы в гимназию явимся такие красивые в понедельник?

— Нормально явитесь, мам, никто вас там не съест.

— Я буду самая красивая, — гордо заявила Лика.

— Вам просто показано ещё и девочку родить, Алиса, — сказала Берта Юрьевна, появляясь в дверях.

— Ой, не знаю, — вздохнула Алиса, покосившись на Стёпушку, усердно тянувшего за волосы терпеливого Рому. — Года через три, не раньше.

Берта Юрьевна опустилась на диван рядом с Агнией.

— Я заберу Лику на сегодня? Погуляем с ней, завтра привезу. Ей скучно будет в аэропорту, да и ехать далеко, укачает.

— Хорошо, — Агния кивнула.

— На новый год ждём вас всех, и чтобы никаких отмазок, — строго сказала Алиса. — Энджи, вся надежда на тебя, контролируй ситуацию, если что — сообщай мне.

— Хорошо, Алиса.

— Ты ведь хочешь сибирский Новый год?

— Да, очень!

… Проводив ребят, они ехали по трассе.

— Не грусти, — Рома коснулся руки жены. — Новый год уже скоро, увидишь Стёпушку.

— Да, конечно. Просто было так весело, а сейчас ты уедешь в бар, останусь совсем одна. И Лики нет сегодня.

— Я не поеду на работу, Кирилла попросил выйти вместо меня. Не так уж часто у нас с тобой возможность побыть вдвоём, — улыбнулся он. — К тому же, Кирюхе надо втянуться в ритм работы.

— Зачем ему втягиваться? — Агния обрадовалась, что Рома будет с ней весь вечер.

Он ничего не ответил, неопределенно пожал плечами.

…- По какому поводу вино? Решил меня споить? Напьёмся и в школу не пойдём? — Агния деловито раскладывала роллы по тарелкам.

— Есть повод, — туманно отозвался Рома, разливая в бокалы белое вино.

— Рома! Хватит быть таким загадочным!

— Я тебе такой не нравлюсь?

— Нравишься. Но мне же любопытно!

Он вышел, потом вернулся с какой-то тонкой разноцветной папкой. Взял Агнию за руку, заставил встать и притянул к себе.

— В понедельник иди к директору и всеми правдами и неправдами добывай неделю отпуска. В среду летим.

— Куда летим, Рома? — она не верила своим ушам.

— Летим в Париж, Ася, — невозмутимо отозвался он. — Всё оформлено. Целый месяц гоняли меня туда-сюда…

Агния, плача, кинулась ему на шею.

— Как ты узнал?..

— Я твой муж, Ася. Кому и знать, как не мне?