Глава 16. Признание

Тина

Нам всё же пришлось остановиться. Чуткий слух Данияра нас выручил. Мы вовремя успели одеться и даже привести себя в относительный порядок. Незаметно выскользнули из комнаты, прежде чем в помещение вошла парочка оборотней. Судя по жарким поцелуям, доносящимся из-за закрытой двери, эту комнату использовали далеко не по назначению. Нас никто не заметил. Мы спрятались за стеллажами, но запах от сексуальных игр продолжал будоражить сознание.

Данияр поцеловал меня в шею. Я же нежно погладила выпирающее из штанов крепкое мужское достоинство. Щёки мои пылали от жарких мыслей, я увлажнилась, и оборотень чувствовал моё возбуждение. Тело моё стало лёгким. Хотелось петь, танцевать и сворачивать горы. Это всё желательно нужно делать одновременно и обязательно вместе с напарником.

— Патрик уже в курсе того, что произошло между нами, да? — простонала в губы любовнику.

— Угу, удивляюсь выдержке братца. Ты на него такой поток вылила из чувств и эмоций, что после этого навряд ли его психика останется прежней, — парень тихо рассмеялся.

— Данияр, как теперь быть? В мире оборотней отношения не скрыть, от нас несёт на расстоянии запахом друг другом.

— Да, так и есть, Тина. Что тебя тревожит?

— Непрофессионально работать и спать вместе, — меня это действительно волновало.

— Не волнуйся насчёт этого, всё будет отлично, — Данияр поцеловал меня в макушку.

— Ты будешь рядом со мной в полнолуние? — я прекрасно понимала, что эти два дня могли быть последними в моей жизни.

— Да, любимая, буду рядом. Я теперь всегда буду рядом с тобой. И все мысли будут лишь только о тебе. Давай я тебя провожу в квартиру? Искупаешься, отдохнёшь. А мне нужно найти Патрика и получить от него заслуженную трёпку. Но прежде, чем мы уйдем отсюда, может, возьмёшь пару книг с собой? Будет скучно, почитаешь, они отлично тебя усыпляют.

— Неправда, я тогда не спала. Но ты прав, и так сильно задержался, идём, проводишь. Душ — это то, что мне сейчас просто необходимо.

— А я, а как же я? Ведь я лучше душа. Хочешь… Чёрт! — прошипел парень, сжимая руками виски. — Похоже, нужно идти. Президент изволит гневаться. Но обещай, что прежде, чем я тебя покину, ты поцелуешь меня.

— Только один поцелуй? — невинно поинтересовалась, шлепнув ладошкой по его шикарному упругому заду.

— Что ты со мной делаешь? Я же не железный.

Данияр, притянув меня за талию, вжал в своё тело и впился в губы. Я, видимо, нескоро привыкну к тому, что так бурно на него реагирую. По телу пробежала волна удовольствия, и я готова была изнасиловать напарника между библиотечных полок. Но мне прилетело ментальное послание от Патрика.

«Тина, я знаю, что брат с тобой, но он мне нужен. Даю ему десять минут. Иначе сам приду и вытащу его из твоих объятий».

Патрик еле сдерживал гнев. А я не готова была с ним сейчас встречаться. Не сейчас, когда от меня разит сексом за версту. Поэтому пришлось взять себя в руки и отпустить от себя Данияра. Лифтом мы не воспользовались, хватило утренней поездки. Похоже, наш обед плавно перерос в ужин. Парень провёл со мной в библиотеке не один час.

— Люблю тебя, — прошептал напарник, я же лишь счастливо улыбнулась в ответ. — В холодильнике найдёшь, чем перекусить. С плитой, уверен, разберёшься. Всё, я побежал, — и опять десять минут расставания. — Люблю тебя, и это не изменить.

Я не могла ему сказать то же самое. У него было всё просто, у меня же было всё сложно. Новая жизнь, новый мир, горячий парень, от которого кружится голова и подгибаются колени. Весёлый, красивый, желанный. И его брат — строгий, красивый, холодный. Хотя, утреннее столкновение в ванной не было столь уж холодным. Парней в моей жизни стало слишком много, а когда их не было рядом, то всё равно мысли были лишь о них. О Данияре и Патрике. Я то краснела, то бледнела, думая о том, что все мои яркие эмоции им известны. Нужно учиться себя контролировать, но как же это безумно сложно, когда рядом с тобой такие восхитительные самцы.

Весь вечер провела в квартире. Заснула только поздно ночью. Братья так и не пришли, утром за завтраком застала лишь одного Патрика.

— Доброе утро, — достала из своего арсенала одну из своих лучших улыбок. — Не сердись на Данияра, так уж получилось, — Патрик приподнял брови.

— Горячо у вас получилось. Библиотекарь попросила, чтобы вы ходили по отдельности. Ей хватило вчерашнего. После вас потянулась вереница влюблённых парочек. А как ты сама понимаешь — это не место для диких игрищ.

Президент меня отчитывал как нашкодившего котёнка.

Ну, по сути, так оно и было, я действительно нашкодила. И не удивительно, что вслед за нами пошли другие. У оборотней и слух, и обоняние в разы сильнее человеческого. Видимо, и влечение то же. Вот и сейчас крылья ноздрей мужчины трепещут. Принюхивается к происходящим во мне изменениям.

— Брат не ночевал дома. Он до вечера будет занят. Зато я выкроил час времени и могу отвезти тебя к портнихе. Одну тебя, уж прости, оставить не могу.

— Ты думаешь, что часа у портнихи мне хватит? — он, похоже, очень плохо знает женщин.

— Если не хватит, оставлю тебя у неё и позже заеду. Но никуда от неё не уходи. Она оборотень надёжный, а ты ещё плохо знаешь нашу жизнь. Не смотря на тщательное изучение книг, — сказал он с сарказмом и впервые за утро улыбнулся.

Далее завтрак продолжился в молчании. Я думала о своём, а он мне не мешал. И всё же один вопрос меня сильно беспокоил.

— Скажи, Патрик, ты не против того, что твой брат будет за мной ухаживать? — отчего-то это для меня было важным, возможно, потому что понимала, насколько они близки. Уверена, своим появлением полностью нарушила братскую идиллию.

— Буду не против, если ты дашь и мне шанс, — и, прежде чем я открыла рот, он продолжил: — Для тебя уже не секрет, что в нашем мире братья или близкие родственники делят всё. Я говорю с тобой откровенно. По причине того, что ты из другого мира и смотришь на многие вещи совершенно по-другому. Ты открыта, красива, безумно притягательна. Возможно, я спешу, но хочу, чтобы ты знала. Если ты против моих ухаживаний, я не отступлю, а просто поменяю тактику. Хоть мы с Данияром и братья, но мы разные. Я не столь открыт, более рассудителен, более холоден. Перечислять различия можно бесконечно. Но есть одно общее с Данияром — ты и мне нравишься тоже. Тина, ты дашь мне шанс?

— И что я должна сказать? — открыто на него посмотрела. Я его откровенно вызывала на диалог.

— То, что ты чувствуешь. Разве я тебя не волную? — Патрик был очень быстр.

Я лишь успела моргнуть. А мы уже вдвоём сидели на диване. Сердце колотилось в бешеном ритме. Это не был испуг, скорее, предвкушение того, что может между нами произойти. Я сидела на его коленях и ощущала попкой его возбуждение. Такие игры его волновали не меньше, чем меня. При перемещении моего хрупкого тела на диван полы халата распахнулись, и нога оголилась. Попыталась запахнуть халат, но мужчина накрыл мою ладонь. Я замерла, а внутри сжалась пружина. Я только вчера была с его братом и совершенно не готова к быстрому развитию отношений с Патриком.

Он погладил мою ладонь. Подушечками пальцев провёл по моим напряжённым пальцам. Чуть вздрогнула, мышцы таза напряглись.

— Слишком много от тебя хочу?

— Да, не в правилах оборотней останавливаться. «Хватай и беги», — так, кажется, говорят про вас?

— Про нас. В тебе течёт и моя кровь. До полнолуния — всё ещё моя. А потом…

— Я стану монстром? — этот вопрос меня волновал не меньше других.

— Неизвестно, как моя кровь на тебя повлияет. Но думаю, ты уже ощутила перемены. Полнолуние — отправная точка твоего перерождения. Либо оно будет, либо нет. В любом случае ни я, ни брат тебя одну не оставим. Понимаешь, почему я буду рядом?

— Боишься, что породил собственными руками неконтролируемую тварь?

— Нет, не по этому. Ты стала значить для нас гораздо больше, чем мы тебе показываем. Я не буду настаивать на близости, как бы мне этого ни хотелось. Захочешь, ты мне сама об этом скажешь. Я не Данияр, который не контролирует свои эмоции и разрушает после себя города. Мне нужна самая малость: поцелуй, ласка, — Патрик закрыл глаза, наслаждаясь прикосновениями к моей руке. — Я многого хочу, Тина?

Я сидела неподвижно, стараясь проникнуть за преграду, выстроенную им между нами. Понять его чувства, порывы, разделить с ним все тяготы этого мира.

Я как маленькая рыбка, выброшенная на чужой берег, лишённая родной стихии. Но разве не так зарождалась новая жизнь, не в борьбе? Если правильно помню, по одной из версий эволюции мы вышли из воды. Предки сражались за своё выживание, чтобы в итоге породить разумных. Но и сейчас мы похожи на хищников и добычу. Я пока ощущала себя маленькой золотой рыбкой.

Надо мной склонились лица Эрика, Карла, Данияра и Патрика. Они чего-то ждут, видимо, смотрят, приспособлюсь я к новому миру, стану монстром или жертвой.

Слабость губительна, а рядом с такими мужчинами должна быть не менее сильная женщина. Открыв глаза, встретилась с внимательным взглядом Патрика. Он приоткрыл рот, чтобы что-то сказать, но я не дала.

Я первая его поцеловала, яростно цепляясь пальцами за его пиджак, послышался звук рвущейся ткани. Притягиваю его лицо к себе, снося вмиг ту преграду холодности и отчуждённости, что он вокруг себя построил.

Да, всё, что сказал мужчина про себя, было верно, но без учёта в его жизни моего появления. Братья изменились в тот миг, когда в их жизнь ворвалась ураганом Тина из другого мира. Патрик всё ещё цепляется за прежнего себя. Но у сильной, страстной женщины должны быть мужчины под стать ей. Другие попросту не выживут. Всё это я вложила в одну мысль, яркую, страстную. И холодность Патрика дала трещину. Не со мной быть ему отстранённым и холодным, не со мной.

Очнулась лишь тогда, когда он в ванной лил мне на голову холодную воду. При этом говоря:

— Дыши, родная, дыши. Моя вина, сам дурак. Знал же, насколько ты нестабильна.

Не знаю, что так меня взбесило, его сила или моя слабость. Но стыдно за свои дальнейшие поступки мне не было: за разорванный камзол, за прокушенную губу. Я даже, кажется, отвесила ему пощечину, за неё мне было чуточку стыдно.

— Всё, хватит, я пришла в себя, — отвела в сторону его руку с лейкой.

В ванной я стояла мокрая, голая и продрогшая. Опершись на его руку, переступила через высокий бортик. С меня потоком лилась вода. Взяла висевшее на крючке большое полотенце, укуталась.

— Ты сам определись, нужна я тебе такая с придурью или нет. Буду готова через полчаса.

Он меня не останавливал, и на том спасибо. Идиотка, совсем потеряла контроль над собой. Кровь оборотней в моём теле просто сводит порой с ума. И на меня она влияет вот таким вот образом. Никто меня ещё из мужчин не отвергал, нужно отдать должное Патрику, если бы он полагался лишь только на свои эмоции в этом мире, ему бы не достичь было таких высот. Нужно меняться, но, чёрт возьми, как же это сложно. И когда это полнолуние будет, которое расставит все точки над «и»? И приведёт мои гормоны в надлежащий вид.

Через полчаса я была готова и собрана, как ни странно, ледяной душ мне помог. И ещё поняла, что моё назначение в напарники было липовым. Для успокоения, так сказать, моей души и приведения бумаг в надлежащий вид. Да, пусть я пережила два покушения на нашу с Данияром жизнь, но он работает, а я протираю штаны в библиотеке. На секунду забыла, зачем я там находилась. Я попросту с каждой минутой пропитываюсь этим миром. Он становится моим. Наша связь крепнет с каждой проведённой тут минутой.

Открыла дверь, чтобы выйти, Патрик стоял возле двери с явным намерением постучаться.

— Я тебя задержала? Да? — за своими эмоциональными скачками забываю, кто он и как он занят.

— Всё нормально, ничего сверхсрочного у меня с утра не было. Лифтом воспользуемся или по лестнице пойдём?

— Быстрее лифтом, значит, им.

Патрик улыбнулся и как истинный джентльмен предложил мне руку. Украдкой бросила на него взгляд. На меня он явно не сердился. Щека была нормального цвета, и следа от пощёчины не было видно. Заживает на оборотнях всё очень быстро.

Было страшно заходить в узкую клетушку, но переборола свои страхи. Только лишь крепче уцепилась за руку президента. А он погладил меня своей рукой по ладони.