Глава 40. Начало

Конец осени…

Выборы главы кантона были перенесены на неопределенный срок. Временным исполняющим обязанности был назначен Сигмунт Снор. Из Центра же направили агентов для расследования убийства Арго Стеина. Все держалось в строгой секретности. Но не от Уробороса, разумеется. Он умел добывать информацию. От Нуры он уже ничего не утаивал, так что, когда она спрашивала, честно рассказывал. К тому же отчасти он наслаждался результатами. Центральная Служба, начав рыться в подробностях, откапывала все больше информации, а Арго Стеина, который мог бы и дальше утаивать грехи, уже не было. Правда раскрылась, хотя пока не выходила за пределы узкого круга лиц.

Завести дело на Арго по закону уже было нельзя, но оставались те, кто пользовался его Садом, и вот их медленно, но методично снимали с постов «до выяснения обстоятельств». Так или иначе, а в Конфедерации начали готовить реформу Службы, чтобы обязать агентов кантона отчитываться не своим главам, а Центральному кантону. Но до ее исполнения было еще далеко…

Первой же версией убийства Арго Стеина стала его смерть от руки Одержимого. Лероса Гаинха объявили в розыск, однако ни на территории кантона, ни на территории всей Конфедерации его все еще не нашли. Никто не знал, куда он исчез, а Нуре даже не было интересно.

Игры кланов утихли. Аспиды с подачи Уробороса воспользовались слабостью Полозов и выкупили почти за бесценок некоторые их бизнесы, а также приняли в свои ряды бывших членов Полозов, которые не одобряли политику Сейма. Последний, впрочем, распустили, избрав нового Полоза. Им стал Минох Тана, который, чтобы показать преданность клану, изгнал сестру и запечатал ее ведьмовский дар.

Нура честно пыталась не злорадствовать, когда Уроборос отвез ее полюбоваться бывшей Бойгой, которая была на грани отчаяния. Однако даже это казалось недостаточным, но облегчение все же Нура испытала. Змей принес свежий выпуск газеты, где среди новостей была и статья о трупе Заммы Тана, обнаруженном у Великого леса. Вероятно, она пыталась провести ритуал и вернуть себе магию, но…

– Ее действия обернулись против нее, – сказал Уроборос. – Как и всегда.

Нура благоразумно не стала спрашивать, откуда у бывшей Бойги оказался неправильный ритуал, да к тому же связанный с Великим лесом, что уже само по себе жутко. Во-первых, потому, что не хотела это обсуждать, а во-вторых, она и так видела подобное в вещах Уробороса… Это был лист с принесением жертвы духам, а не возвращением собственных сил, но часть с объяснениями Змей оторвал. Нура не понимала зачем. До того как увидела причину гибели Заммы Тана. Уроборос, как и всегда, обставил все так, будто бы он ни при чем. Это могло бы напугать, если бы Нура не привыкла к темной стороне своего Змея.

Зато тот самый товар из Республики принес хоть что-то хорошее. Артефакты, попавшие в итоге в руки Аспидов, были переданы властям на обновление тех, что продолжали держать щит между Конфедерацией и Великим лесом.

Позднее случилось и первое крупное собрание кланов, в которых участвовали Аспиды, Полозы и Темные. Они договаривались о новом мире. Полозы, с подачи Коронеллы, стремились укрепить связи с Аспидами. Потому она предложила свою дочь в качестве жены Аспида…

– А он что? – Нура перестала резать овощи и сконцентрировалась на Уроборосе, рассказывающемо о собрании.

– Отказал, но… – Проклятый Змей продлил интригу, многозначительно смолкнув, пока переворачивал стейк на сковороде.

– Я побью тебя этим куском помидора, если не продолжишь!

– Простите, моя госпожа, – засмеялся тот. – Он предложил своего брата…

– Тайпана?

Нура задумчиво уставилась в стену, пытаясь представить его с Асой, дочерью Коронеллы. Стройная блондинка в офисном наряде и… байкер…

– Судя по тому, как новоиспеченные жених и невеста бросались друг в друга посудой, могу сказать, что парочка будет взрывоопасная, – прокомментировал Уроборос.

– Я думала, что, раз в Асе течет кровь Харугов, ее выдадут за Миноха…

– Сейчас нужнее связь с Завриями. А там… Смотри, как удобно: выдать ребенка Миноха за ребенка Завриев. Глядишь, и кланы объединятся, как Ранвейг и хочет…

– Это она тебе сказала? – уточнила Нура.

Уроборосу пришлось бы раскрыться, если он хотел спокойно жить дальше. Так что теперь Коронелла узнала, что имела в виду Кея, говоря, что есть еще надежда, – ключ все еще был с ними. Нура опасалась, что Ранвейг разозлится и даже захочет отомстить за племянника, за Рэя, но нет. Она была удивлена, как пропустила обман, но напомнила, что все еще хочет мира. Однако Миноху посоветовала все же не говорить. Кто знает, как отреагирует новый Полоз, к тому же теперь, когда похоронил и сестру…

– Считает, что я могу поспособствовать…

– А ребенок у Кьяра и Асы разве может быть? Им не нужно замкнуться друг на друге?

– Нет. Гон можно вызвать и медикаментозно, как и подавить его. Проблем с этим не должно быть.

– То есть если у тебя начнется гон…

– Я буду думать только о тебе, а мои стояки будут как указательные стрелки на пути к твоей влажной пи…

– Стоп! Это просто фу! – Нура прижала прохладные пальцы к щекам. Змей до сих пор вгонял ее в краску при любом удобном случае. – И сравнения дурацкие!

Зажужжал нусфон, отвлекая. Нура вздрогнула, беспокоясь, что это мама, которой она только недавно смогла признаться, что встречается не с человеком, а с Иным… Но это был нусфон Уробороса.

– Сиг, – сообщил он мрачно, но вызов принял.

Сигмунт, ставший временным главой, был, по словам Змея, трусом и бюрократом, но работать умел неплохо. Однако снующие агенты Центра не давали ему покоя, и Уроборосу то и дело приходилось ездить к нему, чтобы вбить в его голову то, как ему следует себя вести. Дело Арго грозилось стать долгим…

– Нужно съездить к этому истерику, – вздохнул Уроборос, отключаясь.

– Отлично! – воскликнула Нура, но тут же спохватилась. – То есть не отлично… В общем, не беспокойся, я тут со всем закончу. Поужинаем вместе… Он же тебя не будет часами мучить…

– Ну на час точно отлучусь. – Уроборос прошелся цепким взглядом по своей Пташке. – Может, больше…

Нура кивнула, пытаясь сдержать радость. Ей нужно было избавиться от Змея хотя бы на вечер…

* * *

Большую часть болтовни Сигмунта Уроборос пропускал мимо ушей. Во-первых, он уже все это слышал, а во-вторых, голова была занята Пташкой…

Они целый сезон жили вместе в своем гнезде, и все было даже лучше, чем он мог представить. Нюх нагов и предчувствие темного не обманули в выборе пары. Они идеально сочетались в быту, им нравились похожие книги, им интересно было обсуждать разные темы, у них был великолепный секс. Мягкость Нуры идеально сочеталась с грубостью Уробороса, но Пташка умела быть строгой, и Змей стелился перед ней, готовый ублажать, покупать весь мир и делать все, что она прикажет. Пока, правда, он купил только книжную лавку… Нуре, кажется, она понравилась… Хотя, судя по ее лицу, подарок был немного чересчур… Но она привыкла, ей даже нравилось там возиться и ругаться на поставщиков через нусфон…

Жизнь налаживалась быстро, несмотря на неурядицы, которые до сих пор беспокоили иногда. И все же Уроборос стал чуть менее одержим Пташкой, поняв, что ему не нужно постоянно быть поблизости, чтобы удержать ее. Она порхала рядом всегда и возвращалась в кольца Змея на дне бездны добровольно. Так что маниакального желания следить за Нурой не было…

До этого момента.

Последнее время она будто отдалилась и явно что-то скрывала. Но каждый раз, когда разговор как-то касался этого, беседа быстро затухала… Это тревожило Уробороса и заставляло его дикую часть восстать, чтобы снова подтолкнуть к преследованию Пташки.

Кое-как успокоив Сигмунта, Уроборос поспешил обратно. Раньше, чем он сказал Нуре. Ему нужно было понять, что происходит, иначе он и правда сойдет с ума.

В квартире пахло специями, но… Было пусто. Сердце тут же зашлось в диком ритме, паника затопила разум. Вот что скрывала Пташки – хотела сбежать. Она не полюбила его, а он слишком наслаждался ею, чтобы это заметить!

Уроборос ворвался в спальню, распахивая шкаф. Одежда на месте… Тогда что? Ее похитили? Кто?

Голоса слышались с лестничной клетки, а затем дверь открылась…

– …большое, Сард! – звонко сказала Нуры.

– Да ну, рад помочь, – ответил сосед, живший напротив.

Помочь? В чем? Она… с ним?.. Злость вспыхнула внутри, вынудив Уробороса почти выбежать ко входу и с ненавистью уставиться на чужака.

– О! Привет! – Тот будто и не заметил его бешенства. – Ну, удачи вам! Я пойду.

– Конечно. – Нура, стоявшая спиной, прощалась: – Еще раз спасибо!

Дверь захлопнулась. Пташка наконец развернулась, вытягивая руки, и воскликнула:

– Сюрприз!

Уроборос моргнул, вытаращившись на то, что держала перед его носом Нура, и фыркнул, когда это что-то лизнуло его в самый кончик. Но наконец взгляд сфокусировался на белом комочке шерсти с коротким хвостиком, который болтался туда-сюда.

– Это… щенок? – зачем-то спросил Уроборос, будто все это могло оказаться странным миражом.

– Да! Помнишь, когда мы первый раз сюда приехали? Я увидела твоего соседа с собакой, а он сказал, что она ощенится! И… Ну, в общем, я купила нам щенка! Пришлось ждать, пока немного подрастет, вот я и бегала иногда туда навещать… Правда, я думала подготовить нормальный сюрприз, но ты слишком рано приехал… Я надеялась избавиться от твоего острого слуха и нюха, чтобы сделать все тайно, – надулась Нура.

– Ты… принесла в наш дом… щенка?

– Ну да… Это плохо? Извини, я… – Пташка прижала белый комок к груди, потупив взгляд. – Прости… Мне казалось, это тебя порадует…

– Из-за Шороха? – догадался Уроборос. Внутри бушевал ураган, и он изо всех сил старался не разрыдаться, дав волю сломанному мальчику. Ему так хотелось взять щенка на руки и где-нибудь спрятать. И спрятать Нуру. Она была такой замечательной, заботливой и милой, что сердце Уробороса защемило от всепоглощающей любви к своей Пташке.

– Да… Я…

Он подошел сбоку, приобнимая ее и поглаживая щенка по нежной шерстке:

– Спасибо, любимая. Ты лучшее, что со мной случалось. – Он оставил поцелуй на ее виске, вдыхая сладкий аромат Нуры и соленый запах щенка. – Как мы его назовем?

– Ее, – смущенно шепнула Пташка, – это девочка. Есть идеи?

– Думаю, я отдам тебе право называть и наших питомцев, и наше потомство…

– Потомство? Серьезно, Вир, тебе бы поработать над своим вокабуляром!

– Вот именно поэтому, – усмехнулся он, – называешь ты.

– Как тебе… Зефир?

– Это десерт?

– Это западный ветер… Неважно, она Зефирка, смотри какая милашка!

Уроборос аккуратно принял в свои руки новоиспеченную Зефирку, чмокнув ее в макушку. Этого щенка он не даст в обиду. Ни за что. Это будет самая избалованная и любимая собака на свете… Впрочем, возможно, Пташка воспитает питомицу более приличной. У нее явно талант воспитывать всех, в том числе того, кого опасаются даже змеиные кланы…

* * *

Утро началось примерно так же, как закончился вечер: Уроборос развлекал Зефир. Она, похоже, была без ума от хозяина, по крайней мере, когда она обмочила ему штанину, он утверждал именно это. Нура не спорила. Ей нравилось видеть своего Змея таким по-домашнему теплым и нежным, пусть она и знала, что он умеет быть жестким и пугающим.

– Завтрак! – объявила Нура, хотя от завтрака было одно название – несколько тостов и кофе.

Утомившаяся Зефир уснула прямо на Уроборосе, и теперь он бережно переносил ее на лежанку. Сев на свое место, он начал быстро жевать, поглядывая на щенка.

– Она не сбежит, – заметила Нура, усмехнувшись. – Но вырастет большой. Наше гнездо ей будет маловато… Тем более если тут еще и дети будут…

Уроборос кашлянул, подавившись куском тоста, и сделал несколько глотков кофе, уставившись на свою Пташку.

– Что?

– Ты впервые сама заговорила о детях…

Она пожала плечами, надеясь, что он не заметит румянца, выступившего на щеках.

– Надо продать дом Хрута, купим новый…

– Можешь не продавать. Я могу и так купить своей семье дом. Ты – семья, Нура Йон. И Зефирка тоже.

Нура улыбнулась, чувствуя почему-то подступающие слезы. Она поднялась, обошла стол и опустилась на колени Уробороса, который услужливо отодвинулся, чтобы ей было удобнее. Он резко выдохнул, когда она поцеловала его. На вкус он был как кофе, а его змеиный язык щекотал ее собственный…

– М-м-м, – протянула она, отрываясь от его губ, – и как я жила без раздвоенного языка?

– Как ты жила без раздвоенного члена?

– Ты все пытаешься опошлить? – Нура ущипнула его за плечо. – И как мне знакомить тебя с родней, такого извращенца?

– Я надену фрак, куплю цветы и тортик. И целый час буду вести себя как самый воспитанный мужчина во всей Конфедерации. Я буду очень хорошим мальчиком, – шепнул он, покусывая кожу на шее Нуры. – А тебе рано или поздно все равно придется знакомить меня с близкими. Хотя бы на нашей свадьбе…

– Она будет точно после свадьбы Тайпана!

– Как прикажешь, моя Пташка, так и будет. А теперь, раз Зефир спит, пойдем в спальню?

– Мы не позавтракали…

Уроборос поднялся с ней на руках:

– Устроим поздний завтрак, а пока утолим другой голод…

Конец весны…

Алое платье на Нуре поднималось от ветра, и ей постоянно приходилось придерживать его. Уроборос едва справлялся с порывом использовать магию, чтобы создать мощный поток воздуха, задрав им юбку, и полюбоваться соблазнительными бедрами и задницей…

– Даже не вздумай! – пригрозила она, будто прочитав его мысли. Чем больше они жили вместе, тем лучше угадывали настроение друг друга.

Уроборос пожал плечами, будто говоря, что понятия не имеет, о чем она. Но Пташку было не обмануть. Впрочем, он и не собирался. Кроме тех случаев, когда готовил сюрприз, разумеется…

Еще в начале весны, на день рождения Нуры, Уроборос подарил ей дом за городом. Это была территория Аспидов, но их соглашение о сотрудничестве все еще действовало, так что все охранялось ими, а неподалеку находилось и жилье Завриев.

Этот дом был новым и очень уютным. Его окна выходили на озеро и рощу в отдалении, а Пташке здесь нравилось. Последний пункт был, пожалуй, самым важным…

– Думаю, тут, – наконец оповестила она, – отличное место для пикника. Озеро рядом, роща тоже, наш дом видно издали, если Зефирка проснется, быстро нас найдет.

Послушно опустив корзину на землю, покрытую молодой ярко-зеленой травой, Уроборос уставился на Нуру. Она закусила губу, будто… что-то задумала…

– У тебя какая-то идея?

– Ну… Раз мы пока одни…

В ее голосе слышались дразнящие нотки. Змей внутри хищно раскрыл пасть, выпуская язык. Он чувствовал это раньше всех. Чувствовал, когда его Пташка хотела поиграть с ним…

– Может, разомнемся?

– Зарядку предлагаешь? – насмешливо поинтересовался Уроборос.

Нура смущенно покраснела, но ее глаза серебрились азартом, а руки нырнули под платье. Он сглотнул, опуская голову и следя, как ее белье скользит по ногам. Она стянула стринги и бросила их в своего Змея. Тот поймал их одним ловким движением.

– Досчитай до трех, – приказала она.

– Один, – послушно начал он.

Нура побежала к озеру. Ее волосы блестели под лучами Инти.

– Два.

Юбка платья поднималась, и ничто не мешало любоваться Пташкой.

– Три.

Уроборос вдохнул ее аромат, оставшийся на стрингах, и сорвался с места.

От бега у Нуры быстрее билось сердце, и его биение грохотом разносилось по округе, слышимое лишь острыми ушами гибрида. Ее запах стал гуще, слаще, он оседал на его раздвоенном языке.

Догнать Пташку было просто, но небольшая погоня раззадорила обоих. Уроборос повалил Нуру в высокую траву, тут же впиваясь в ее губы жадным поцелуем. Он сжимал ее бедра, задирая платье.

– Как-то быстро… – пробормотала она.

– В следующий раз попробуй спрятаться в роще, – ухмыльнулся он, спускаясь ниже. – Как в прошлый раз, когда ты убегала с записями…

– А у тебя от такого забега снова гон не начнется?

– А ты хочешь, чтобы начался?

Нура застонала, когда раздвоенный язык прошелся между ее ног.

– Не знаю… Я… П-прекрати, я не могу сосредоточиться!

Уроборос облизнулся, но вернулся к поцелую, позволяя Пташке ощутить собственный вкус и сминая ее грудь, все еще спрятанную под лифом платья.

– Я… – Нура щекотала дыханием губы своего Змея. Это только сильнее сводило его с ума. – Я просто вспомнила вдруг, что скоро годовщина…

– Наша? – нежно зашипел он, покусывая мочку ее уха и наслаждаясь тем, как задрожала Пташка.

– И это тоже… Но я думала о том, как все изменилось за год…

– И у нас появился дом, – подсказал Уроборос, сглатывая изменившийся яд, капающий с клыков. Новый гон наверняка уже скоро, тут Нура права…

– Да, но та история закончилась с… – Пташка смолкла под новым поцелуем.

Змей не хотел вспоминать ни ее сестру, ни своего отца. Это осталось в прошлом. Старый цикл был завершен.

– И нас ждет лучшая жизнь, – шепнул Уроборос, отрываясь от Пташки. – Я подарю тебе весь мир, если только ты пожелаешь. А пока книжная лавка, дом, мои деньги и моя душа в обмен на твою любовь…

– Неплохое начало для нас, – усмехнулась Нура.

– Мне нравится это. Звучит многообещающе…

– Начало?

– Наше начало.

Их общее начало.

Начало Пташки и Змея.

Уроборос завершил старый цикл.

Уроборос начал новый.