Глава 2. Беда

— Матушка, доброго тебе здоровья. Как наши дела? — почтительно кланяясь Амелфе Тимофеевне, поприветствовал Василий.

Аленка стояла позади богатыря и тоже в пояс поклонилась хозяйке дома, но на нее никто и внимания не обратил.

— Сынок, как я рада тебя видеть здоровым! Я молилась за тебя, чтобы в пути тебе везло! — со слезами на глазах произнесла красивая, статная женщина лет сорока пяти.

Черный платок был повязан на голову, полностью пряча волосы, но высокий умный лоб и проницательные глаза не спрячешь. Чувствовались в ней спокойствие и достоинство.

— И мне повезло, матушка, я встретил чудесную девушку, Алену, и смог уговорить ее послужить тебе, пока я буду странствовать по свету, — торжественно объявил Василий, обернулся к спутнице и подвел ее к матушке.

— Доброго дня тебе, девица! — ласково приветствовала Амелфа Тимофеевна гостью.

— Буду рада служить тебе, сударыня, — с почтением откликнулась Аленка.

Так началась жизнь девушки на богатом купеческом дворе. Кроме терема, здесь были конюшни с десятком красивых породистых лошадей, амбары с запасами ржи и пшеницы, склады с самыми разными товарами. Хозяйка часто ходила на торг, проверяла, как работают ее лавки, да встречалась с управляющими. Аленку она всегда брала с собой и вела себя с ней сердечно, учила всему щедро. Девушка нарадоваться не могла, но терзали ее сомнения, не понимала она, почему Амелфа так добра к ней.

Василий, пока ушкуйники в новый поход не собрались, дома сидел без дела, часто с друзьями на веселые пирушки ходил, но еще чаще болтался рядом с Аленкой да дела ей делать мешал.

— Как тебе у нас, красавица, живется? — спросил как-то Василий.

— Хорошо. Амелфа Тимофеевна добра ко мне, грамоте учит да дела вести. Козленку моему у вас привольно, никто его не обижает. Я счастлива, — скромно потупив глазки, призналась Аленка.

Ваня действительно целыми днями скакал по двору да собак дразнил. По его игривому настроению нельзя было даже подумать, что он расстроен своим превращением в козлика.

Богатырю ответ Аленки пришелся по душе. Он улыбнулся девушке и с хитринкой в глазах спросил:

— А ведомо ли тебе, почему матушка тебя всему учит?

— Нет. А тебе ведомо? — не смогла скрыть любопытства девушка.

— Она знает, что ты мне люба, что в жены тебя хочу позвать. Вот и учит тебя быть мне хорошей женой, — усмехнулся богатырь, расправив плечи.

Аленка удивленно приподняла бровь и спросила:

— Неужели твоя матушка будет рада такой невестке? Я же сирота, за душой ничего нет, только козлик шебутной да коса толстая.

— Она много раз пыталась меня сосватать за местных девиц, да все знают, какой у меня нрав. Я чуть что кулаками махать начинаю, вот и не отдают за меня дочерей. Только Темниковы готовы были мне свою девятую дочь продать, выкуп огромный просили. Они обедневший боярский род, Захара, восьмого их сына, ты видела. Да девица сбежала с заезжим купцом, лишь бы за меня не идти.

— Но ведь ты сам говорил, что баб не обижаешь, — напомнила Василию девушка его же разговор с Захаром.

— Не обижаю, но все меня боятся, — показательно сжав кулаки, заявил богатырь.

— Кто же за тебя такого пойдет? Тебя или прибьют да в придорожную канаву бросят, или ты кого важного прибьешь, и тогда тебя казнят. А если дети у тебя к тому времени будут? Сиротами их оставишь? Нет, мне такой муж не нужен! — возмутилась Аленка на такое бахвальство и отвернулась от удивленного мужчины.

Он-то хотел своей силой похвастаться…

Целый день девушка после того разговора его не видела, а утром он принес ей золотой обруч с крупными опалами и извиняющимся тоном заверил:

— Аленка, если пойдешь за меня замуж, я исправлюсь. Держать себя в узде буду. Только в походах удаль свою молодецкую показывать. Стану тебе надежным мужем и детям нашим хорошим отцом.

— Цацки мне твои не нужны, — скрестив руки на груди, заявила Аленка, лишь один взгляд бросив на дорогую вещицу.

От слов таких Василий голову повесил, но девушка добавила ласково:

— А вот верить ли твоим обещаниям или нет, я подумаю.

И Василий расцвел прям на глазах, окрыленный надеждой. Аленка же попросила его, взяв за руку и заглянув в глаза просительно:

— Василий, не мог бы ты завтра проводить меня к тетке? А то я в Новгороде уже как месяц, а так все до нее и не дошла.

— Конечно, Аленушка, — тут же откликнулся богатырь, обрадованный, что любимая его о чем-то попросила. — Завтра засветло и отправимся, чтобы к вечеру обернуться.

На том и порешили, да не судьба тому была случиться.

Вечером Аленка сидела вдвоем с Амелфой Тимофеевной в светлице. Женщины пили чай да дела обсуждали. Василия дома не было, он часто вечерами пропадал в кабаках с приятелями, а возвращался оттуда с синяками да на плечах слуг, посланных за ним. Но Алена надеялась, что его обещание не пустой звон, да, видать, зря. В сумерках прибежал мальчишка-слуга к хозяйке с криком:

— Беда, сударыня, беда! Василий подрался с Захаром. Сильно бьются, уже у обоих лица в крови, а все никак не расцепятся.

Амелфа нахмурилась. Аленка расстроилась: он ведь ей обещал исправиться — и вот опять. Она попросила добрую хозяйку:

— Матушка, разрешите мне за Васей сходить?

Женщина вздохнула и кивнула:

— Ступай. Если у тебя не получится их разнять, ни у кого не получится.

И Аленка побежала, а за ней — два крепких слуги для охраны и козленок.

В трактире было душно, много голосов, сквернословия и неприятных запахов. Девушка замерла в дверях, не решаясь зайти.

«Давай я к нему схожу?» — предложил Ваня.

«Это очень опасно. Тебя могут схватить и зажарить!» — попыталась отказаться Аленка.

«Сестрица, да я же маленький. Под столами да под лавками пролезу, никто не заметит», — заверил Иван.

Аленка кивнула. Ей было приятно, что брат ее оберегает: значит, повзрослел.

«Почему же он не превращается обратно в мальчика?» — расстроилась девушка, прячась от лишних глаз, но недалеко от входа.

Ждала она недолго. Через пять минут из трактира вышел улыбающийся Василий с козленком на руках, осмотрелся. На лице у него всего пара ссадин была. Аленка сделала к нему навстречу шаг. Он тут же выпустил козленка и подхватил ее на руки. Шел он легкой пружинистой походкой, будто не девушку нес, а букет.

— Эй, отпусти меня. Я сама могу идти, — возмутилась Аленка.

От богатыря пахло хмелем.

— Мне нравится нести тебя на руках. Ты как пушинка, — счастливо улыбаясь, заверил Василий.

«Вань, что происходит?» — спросила Аленка у братца, который бежал рядом, весело стуча копытцами по каменной мостовой.

«Я когда пришел, он как раз размахнулся и хотел со всей силушки треснуть Захара. Тот уже на полу лежал, поверженный. От этого удара он бы точно копыта двинул. Я к нашему неугомонному богатырю кинулся. Не знал, как его остановить. А он меня увидел, замер, моргнул и встал. Попросил людей вызвать лекаря. И вышел», — отчитался козленок.

— Из-за чего у вас спор вышел с Захаром? — осторожно спросила Аленка.

— Переживаешь за него? — Василий нахмурился и остановился.

— За тебя переживаю. Темниковы смерть сына, пусть и младшего, не простят. Даже если он выживет, чудо, если здоров останется. Уехать тебе надобно, чтобы гнев их улегся. Тогда, может, и сговориться получится, откупиться, — пояснила Аленка.

— А ты как же? — с тревогой спросил Василий.

— Я тебя дождусь, — пообещала девушка.

Василий девушку еще крепче к себе прижал и прошептал:

— Прости, милая, подвел я тебя. Говорила ты мне сдерживать силу, но снова я забылся в кругу друзей.

— Какие же они друзья, раз вреда тебе желают? — задала правильный вопрос Аленка и тут же добавила: — Что вообще случилось?

— Я обрадовался, что ты мне шанс дала. И ноги сами меня в трактир привели. А там выпил всего одну кружку, и захотелось всех угостить. Ну я и угостил. А тут Захар меня спросил, что же я отмечаю. Ну я прихвастнул слегка, что ты, мол, согласилась стать моей женой. А он тебя оскорбил. Плохо про тебя сказал, и я не сдержался…

Аленка погладила Василия по буйной головушке, вздохнула и заметила:

— Нельзя тебе пить хмель, Вась, особенно с кем попало. И к друзьям своим присмотрись, может, есть среди них недруги.

Амелфа план Алены одобрила. В ту же ночь собрал Василий свою дружину небольшую, но храбрую, и отправился в поход на Югру.

Темниковы полютовали пару месяцев, но Амелфа сумела к ним подход найти, помогла с богатым приданым двум младшим дочерям, собрала для Захара свой отряд ушкуйников, уступила пару лавок старшей дочери. Тут и Захар поправился, будто и не было никакой драки, живучий пес оказался. Темниковы успокоились. Они за счет Амелфы знатно поправили свое состояние, вернув былое величие рода. Только Захар затаил очередную обиду на Василия. Но тут уж ни Амелфа, ни Аленка ничего поделать не могли.