Глава 30
Мадлен
Выскочила из – за стола, добежала до моря и зарыдала… Только тут она могла расслабиться, не думать об окружающих, отдаться себе… Во всех иных случаях на нее смотрели – с затаенной в глазах критикой, оценкой, недовольством… Нет, и Васель, и Влада всегда пытались сделать так, чтобы она чувствовала себя в этом доме своей, но ключевым словом было «пытались»… И дело было даже не в том, что родственники матери, с которыми девушка проводила немало времени, патологически ненавидели семью Увейдатов и не упускали возможности облить ее грязью в присутствии самой Мадлен, неизбежно закладывая этот яд неприятия и ей в подкорки…Слишком больно было видеть то, как самозабвенно, страстно, сильно ее отец любит ту, от кого так страдала ее мать… Из – за которой ушла… Она ведь знала, что Мирна покончила с собой в этом самом доме… От того и было так больно… Больно находиться в памятнике вечной любви Влады и Васеля, ставшем для ее собственной матери могилой…
Ее мать была красивой… Все так говорили. Даже отец, когда она спрашивала… И в зеркале Мадлен, смотря на себя, прекрасно видела красивую женщину с чертами лица Мирны… От отца, как поговаривали за спиной, она унаследовала только сложный характер… Вот только никто и никогда в этом доме не восхищался ею… Все лавры всегда были отданы королеве Владе и принцессе Амаль… Два светила в одной семье- более, чем достаточно… Для Маду места уже не было…
И Мадлен бы, наверное, на это было наплевать… Она давно научилась находить восхищение и удовольствие на стороне, в компании многочисленных друзей, совершая один сумасшедший поступок за другим. Сердце болело из – за одного – единственного человека… Никто никогда не знал и даже не догадывался, что Мадлен давно и безвозвратно любила Анвара… Ее интерес к парню рос год от года и в итоге переродился в болезненную одержимость… Не было и раза, чтобы Мадлен, занимаясь сексом с очередным своим партнером, не думала об Анваре… Она закрывала глаза и представляла его мускулистые руки, золотистую кожу, длинные непослушные волосы, красиво очерченную бородку, чувственные губы… Для нее он был идеалом мужчины… Вот только для него всегда идеалом была другая… та, кто украла сердце и его отца, и ее… Влада… Она была богиней Анвара, когда он был мелким импульсивным мальчишкой, ею и осталась, пусть это почитание и приобрело теперь иные формы. А потом подросла Амаль… Двойник Влады с глазами Васеля стал ее заменой ему, когда он, наконец, разглядел в ней женщину, как две капли воды похожую на свою мать женщину…
И пускай наивная Аммули сходила с ума от страсти Анвара, Мадлен понимала, что его чувства к ней – это всего лишь суррогат, попытка закрыть детские гештальты, свалившиеся на мальчика, как в свое время на его отца… Может быть, это такое проклятие было на Дибах.. Сходить с ума по этой женщине из далекой России… Только от этого горечь на губах Маду не проходила… Она с ужасом представляла, как он рано или поздно попросит руки Амаль… Потому что в любовь с ней не поиграешь, как с другими девчонками, с которыми развлекался раньше Анвар в формате «поматросить и бросить». А что тогда? Десятилетиями смотреть на то, как ее сестра, которую она вопреки всему любит, счастлива с тем, кто единственный заставляет биться сердце Маду… Ради кого она готова бы была пойти на все… На все? Иногда казалось, что да… Девушка отчаянно гнала от себя эти жуткие темные мысли, но ничего поделать с собой не могла… Слишком больно было от этой одержимой страсти, ставшей хроникой. Слишком, невыносимо…
А потом случился этот проклятый разговор с отцом… Фейсал Дауд… Сын президента нефтегазовой компании Сирии… Один из самых завидных женихов… Отец даже не удосужился спросить мнения дочери… Дал ему добро… В этом она не сомневалась… Пусть сейчас он аккуратно намекал ей на необходимость и выгоду этого брака, по его взгляду было понятно – он все давно решил и возражений не приемлет…
– Но я не люблю его… – из последних сил сдерживая слезы, сказала Мадлен Васелю…
– Ты старшая дочь премьер – министра Сирии, Мадлен… Что за детский лепет? Он красивый, образованный парень… Богат, современен, из нашего круга… Что тебе еще нужно?
– А что тебе было нужно, когда ты бросил мою мать? – не выдержала, слезы брызнули из глаз… – она тоже была красива, богата, образована, из твоего круга…
– Это другое, Мадлен… Я женился на твоей матери… Как раз потому, что она была прекрасной партией для меня… Мы жили хорошо… Душа в душу… Просто… потом поняли, что надо идти разными дорогами по жизни… – он делал паузы между словами… Выбирал, что говорить… Чертов политик… Даже дома с дочерью ведет себя, словно он на пресс – конференции…
– Перестань нести эту чушь! – закричала Мадлен так, что окна затряслись, – ты думаешь, я идиотка? Да мне все давно уже рассказали – и слуги, и добрые заботливые друзья семьи… Ты бросил мою мать из – за этой русской шлюхи, которая спала еще и с твоим лучшим другом Дибом!
– Замолчи, Мадлен! Или я за себя не отвечаю! – проревел так, что стены затряслись. – Ты выйдешь за него замуж! Даже если мне придется за волосы тебя дотащить до этого брака! Фейсал Дауд – твое спасение от бесчестия! Думаешь, до Сирии не долетают отголоски твоих гулек в Париже?! Не дай мне повода усомниться, что ты зашла слишком далеко! Что все это не невинные шалости, а то, о чем я начинаю думать! Не дай мне повода поверить, что моя дочь – шлюха!
Когда она выскочила из его кабинета, ее всю трясло… Хотелось выть и истерически смеяться одновременно… Ее жизнь – сплошной ад, агония, боль, обида… Этот порочный круг не разорвать никогда… Не хотела идти на этот чертов обед, если бы только не Анвар… Единственный повод вживую посмотреть на него, перекинуться хотя бы парой слов, ведь они почти не общались… Амаль рядом не было, так что можно было хоть немного урвать его внимания…
Мадлен было наплевать на эту красивую девушку, пришедшую с Микаэлом… Разве только немного было ее жаль – все равно брат сломает… Да, у них были не самые лучшие отношения, но она знала и понимала его, как никто другой… Видела насквозь его черную, израненную душу… Микаэл тоже с детства мучился от своих внутренних демонов… И во многом их причиной тоже была их «идеальная» семейка… Наверное, тихо бы досидела до конца вечера, немного поковыряв вилкой в тарелке и дождалась бы индульгенции, чтобы убежать на очередную секретную вечеринку, если бы не взгляд Анвара на эту Оксану… И как Микаэл не видел этого интереса в глазах дружка к его пассии… Или видел… Поэтому был так напряжен и враждебен к Анвару весь вечер… Непохоже на него… Зато Маду как прорвало… Этот индюк смотрит на всех, кроме нее! Всем готов отвешивать лестные комплименты и бросать медовые взгляды, только она в лучшем случае заслуживает его иронии! Нахамила больше того, чем хотела… Выбежала из – за стола совершенно раздавленная… Жалко эту девушку… Она ни при чем… Попала в тот еще гадюшник, просто сама еще не догадывается…
Ушла в сад. Затерялась среди каскадов плющей…
– Ну что, злюка, всех покусала? – услышала позади веселый голос через какое – то время. Обернулась и вздрогнула… Анвар…
Анвар
– А ты, ловелас, всем глазки построил? – огрызнулась, продолжая теребить сорванный по пути цветок жасмина…
– Решил ретироваться, пока не поздно… Васель уединился с Микаэлем. Влада с Оксаной… А я лишний… Если останусь с девушками, того и гляди, Аид меня разорвет… Помешался на этой танцульке…
– Да ты ведь тоже у нас в муках любви… Я – то знаю… – посмотрела на него исподлобья Мадлен.
– Все – то ты знаешь, – усмехнулся он, – я умею не терять голову, сестричка Увейдат… Моя любовь под контролем…
– Любовь невозможно контролировать, – заглянула в его глаза, – или это не любовь…
– А ты, я смотрю, много знаешь о любви… – усмехнулся Анвар…
– Побольше твоего, думаю…
– Осторожно с такими признаниями, красавица.. Мы в восточном обществе, не забывай… Здесь место женщины с опущенными глазами за мужчиной… И любить ты имеешь право только одного мужчину… Кстати, кто тот счастливчик, кто станет тем самым? Отец надумал тебя окольцевать?
– Не хочу об этом… – тихо ответила она…
– Не боишься, что женишок узнает, какая ты горячая штучка и как фестивалишь до свадьбы?
Мадлен коварно усмехнулась.
– А ты думаешь, это делаю только я? Вот что меня всегда веселит в мужчинах – вы можете быть сколь угодно искушенными в любви и сексе, но при этом наивно верить в стереотипы, которые сами же разрушаете… Поверь мне, иногда невинная овечка бывает намного изощрённей искушенной пантеры… Кстати, давно говорил с Амаль?
– Пару дней назад. Она сказала, что экзамены на носу, не хочет отвлекаться и отрываться от подготовки из – за наших разговоров…
– Ааа… Понятно… – многозначительно протянула она, – а после показа не говорил?
– Ну как раз после показа она и сказала про экзамены…
Мадлен вздохнула.
– К чему этот театр, Маду? Начала – говори…
Мадлен протянула Анвару свой мобильный. Молча, без лишних слов. Она понимала, что поступает, как сука, но все равно поступала… Мир казался враждебным. Всех ненавидела в этот момент, всех презирала… Всем хотела сделать больно…
– Открой фотки… И посмотри, как твоя невинная овечка готовится к экзаменам… Судя по всему, по истории аравийского полуострова… Похоже, для подготовки понадобился персональный репетитор…
Анвар не верил своим глазам. На фото была Амаль.. И она… целовалась с его другом Фахдом… Он видел, как она прижимается к нему, как глубок их поцелуй… Какой страстью веет от этих фотографий… Стало больно… Впервые в жизни было больно из – за девушки… Раньше, в детстве, больно было только из – за женщины… Из – за Влады, всецело принадлежащей Васелю…
Хара (араб. – дерьмо)… Так этот мерзавец Фахд специально организовал так, что совещание с банком Дубая попало аккурат на день показа… Он все подстроил, чтобы задвинуть его, Анвара, подальше… Он давно заметил неестественный интерес друга к малышке Аммули… Но она… Как она могла? Или девочка с кайфом крутит ими двумя? Не далеко от матери своей ушла… Истерично – отчаянно усмехнулся… Он даже не думал, что его это так заденет… Нет, это была даже не ревность… Сердце ныло внутри… За ее действия…
– Не переживай, Отелло, – положила руку на его плечо Мадлен, оторвав от хаотичных мыслей, – поехали развеемся… В Пальмире сегодня суперская андергрануд вечеринка.. – на, возьми, станет круто… сразу забудешь свою нежную аравийскую розу… – протянула ему какую – то таблетку…
Анвар презирал наркотики… Любил натуральный кайф, максимум – под алкоголем, а это – для слабаков…
– Забери свою дурь… Не хочу…
– А что хочешь? Локти кусать, что она выбрала того, кто лучше?
– И чем же он лучше? – резко развернул ее к себе…
– Он принц, с безукоризненной репутацией… Будущий правитель страны… А ты незаконнорожденный от греческой секретарши сын мужчины, к которому Васель всю свою жизнь ревновал жену, даже сейчас продолжает ревновать к его памяти… Как думаешь, кого отец выберет в качестве женишка из вас двоих?
– Пусть Амаль выбирает…
Мадлен хихикнула…
– Ну да, пусть… Выбирает… Вот только решает отец… Разве не видишь? – раскинула ладони, указав на себя, – да и, судя по их страстному поцелую, сестренка не будет против такого выбора, не находишь? Фахд чертовски сексуален и харизматичен…
Анвар тяжело дышал. Кровь прилила к глазам…
– Давай сюда свою таблетку. Поехали…
Быстро засунул ее в себя и поспешил за Мадлен…
Они неслись навстречу накрывающей темноте пустыни, в машине тяжелыми басами била музыка, отзываясь в их телах сладкими ударами эйфории… Ему было хорошо… Очень хорошо… Запах этой наглой высокомерной суки пьянил… Он только сейчас заметил, как они похожи с Амаль… Пусть сходство не прямое, но оно есть… Оно так сильно читалось в лукавой улыбке, поворотах головы, взгляде, особенно, стоило ему этого захотеть, стоило ему подумать, что перед ним наглая малышка Аммули. Возбуждение стреляло в вискам и в пах…
– Останови машину, – прорычал он девушке за рулем. Та бросила на него острый и лукавый взгляд. Резко съехала на обочину визжа тормозами и шелестя галькой под колесами…
Аппетитная грудь Мадлен опускалась и вздымалась в такт ритму басов…Она призывно посмотрела на Анвара и плотоядно улыбнулась.
– А теперь иди – ка сюда, – приподнял девушку за талию и усадил на себя… Быстро расстегнул ширинку, стащил с девушки джинсы и заполнил ее одним движением, прикрыл глаза, делая первый рваный толчок, – Аммули… Аммули… Моя сладкая испорченная Аммули…
Конец первой книги.
Продолжение следует…